Вне фокуса

Съёмка продолжалась ещё около двух часов, но это время пролетело для обеих как одна минута. Как только Дженна убрала барьер из натянутых голливудских улыбок, Эмма раскрылась. Она смеялась над глупыми шутками Дженны про свет, жаловалась на колючие пайетки на платье и позировала так легко, будто они были знакомы вечность. Когда Дженна сделала финальный кадр, в студии повисла приятная тишина. — Это было... потрясающе, — тихо сказала Эмма, натягивая обратно свои неудобные туфли. Она выглядела растрепанной, но её глаза теперь горели живым блеском. — Никто раньше не просил меня снять обувь ради кадра. — Хороший портрет начинается с комфорта, — Дженна с улыбкой убирала карту памяти из фотоаппарата. — Иначе в глазах читается только одна мысль: «Господи, когда же это закончится». — Ну, скрывать не буду, эта мысль меня сегодня посещала, — рассмеялась актриса. — До встречи с тобой. Эмма сделала пару нерешительных шагов в сторону Дженны. Её агент уже махал руками у выхода, намекая на то, что график расписан по секундам. — Послушай, Дженна... Я знаю, это звучит немного спонтанно. Но я сегодня совсем не хочу идти на этот дурацкий светский ужин с продюсерами. Не хочешь... выпить кофе? Или чего-нибудь покрепче? В качестве благодарности за то, что спасла мою самооценку сегодня. Дженна замерла. Обычно она не смешивала работу и личную жизнь, особенно когда дело касалось капризного мира шоу-бизнеса. Но глядя на Эмму — беззащитную, настоящую и такую чертовски очаровательную — она просто не смогла сказать «нет». — Знаю одно отличное непубличное место, где делают лучший матча-латте в этом городе и где папарацци обычно ломают ноги о брусчатку, — Дженна подмигнула. — Дай мне десять минут собраться. Они сидели в самом дальнем углу маленького полуподвального кафе, освещенного лишь тусклыми неоновыми лампами. Эмма была в объемном худи и кепке, натянутой до самых глаз, а Дженна — в своей привычной черной кожаной куртке. — Значит, ты всегда хотела быть фотографом? — спросила Эмма, грея руки о теплую чашку. — Сколько себя помню. Мой отец подарил мне старую пленочную «Лейку», когда мне было десять. С тех пор я вижу мир кадрами. Знаешь, иногда я смотрю на людей и мысленно выстраиваю композицию. — И какая композиция сейчас вокруг меня? — Эмма с интересом наклонила голову. Дженна внимательно посмотрела на неё. Свет от неоновой вывески за окном падал на лицо Эммы, окрашивая её профиль в мягкие розовые и синие тона. — Сейчас? Идеальный контраст, — мягко ответила Дженна, и её голос стал чуть глубже. — Яркая, живая девушка в полумраке старого кафе. Очень... кинематографично. Эмма слегка покраснела и опустила взгляд на свой напиток. В воздухе между ними повисло то самое напряжение, которое Дженна так часто пыталась поймать на своих снимках, но никогда раньше не испытывала сама. — А ты? — Дженна решила перевести тему. — Каково это — постоянно быть кем-то другим? — Тяжело, — честно призналась Эмма. — Иногда я просыпаюсь и не понимаю, какую эмоцию я должна испытывать сегодня: свою или моей героини. Все хотят видеть во мне идеальную картинку. Но идеальных людей нет. Я часто чувствую себя... одиноко в этой толпе. Она протянула руку через стол и на мгновение коснулась пальцев Дженны. Это прикосновение было коротким, почти невесомым, но по коже фотографа пробежал ощутимый электрический ток. — Но сегодня, на съёмке... я впервые за долгое время почувствовала себя собой. Спасибо тебе за это. Дженна перевернула ладонь и осторожно сжала пальцы Эммы в ответ. — Тебе не нужно благодарить меня за то, какая ты есть, Эмма. В этот момент зазвонил телефон Эммы, разрушая интимность момента. На экране высветилось имя её агента. Девушка разочарованно вздохнула. — Мне пора. Если я не приеду в отель через двадцать минут, они объявят в розыск. — Я тебя провожу, — Дженна поднялась из-за стола, не желая отпускать эту ночь. Они вышли на прохладную улицу. Машина Эммы уже ждала за углом. Остановившись у двери авто, Эмма повернулась к Дженне. — Мы ведь... увидимся снова? — в её голосе звучала надежда. — Я как раз собиралась делать отбор кадров завтра. Придешь посмотреть на результат? — Обязательно. Эмма импульсивно подалась вперед и быстро поцеловала Дженну в щеку. Её губы были мягкими и пахли клубничным бальзамом. Через секунду актриса уже скрылась в салоне автомобиля, оставив Дженну стоять на тротуаре с бешено колотящимся сердцем. Дженна прикоснулась пальцами к своей щеке и улыбнулась. Кажется, эта фотосессия изменила её жизнь навсегда.