Жнец. Книга первая. Удел Смертных

Рейстлин расположился за столом, устроив перед собой треногу для Ока. Прошло уже достаточно времени, пора бы проверить, как дела у остальных. Привычные слова заклинания, и вот… Первым, что бросилось в глаза, были бескрайние снежные просторы, протянувшиеся, казалось, до самого горизонта. От высоты даже немного закружилась голова. А потом солнце сверкнуло на отливающей металлом чешуе. Золотые, серебряные, бронзовые – сотни металлических драконов летели среди облаков, а на их спинах расположились в сёдлах рыцари, вооружённые щитами и копьями. Это было красиво. Маджере едва смог узнать ведущую войско Лорану – из юной принцессы она превратилась в храбрую воительницу. За ней по бокам летели Гилтанас и Сильвара, а следом – тройка рыцарей, с мужчиной в знакомых, прекрасных в своей простоте латах посередине. Стурм Светлый Меч, десница Паладайна, сплотивший рыцарство и напомнивший о священном долге. Здесь всё хорошо. Так, а куда они летят? Покажи-ка… Изображение сменилось картой, на которой двигалась золотистая стрелка. Понятно. А что в Палантасе? Город был спокоен и наполнен радостным ликованием. Кажется, войско Лораны уже успело выиграть пару стычек, и люди вновь обрели надежду на победу. Золотая Луна? Красавица жрица в окружении последователей что-то им рассказывала, рядом с ней были Речной Ветер и Флинт. Гном явно посвежел. Значит, травы пьёт, и все рекомендации выполняет. Луна ему не даст увильнуть: мягко, но непреклонно заставит. Почему-то подумалось, что она станет хорошей матерью. Вот пусть и тренируется на одном несносном гноме. Что ж… Ну а что ж там Карамон и Танис с Беремом? Небольшой отряд от начальной точки ушёл недалеко. Вёл, по традиции, Полуэльф, погружённый в свои мрачные думы. За ним шёл, словно вьючный мул, Карамон, успевая держать рядом и Берема, и Тику. Вокруг всей этой процессии радостным ураганчиком скакал Тас. Посмотрев на карту, маг вздохнул. Ну через месяц все и доберутся… Значит, пока всё в порядке. Чуть позже можно будет попробовать пошуметь, а пока – заняться своим положением и тренировками. Но сперва… Рейстлин огляделся. Надо бы привести комнату в хотя бы относительно удобоваримый вид. И ушастому угол выделить. И койку. И стул… и… Боги, о чём он думает… о комфорте эльфа-раба! Которому на коврике спать у кровати – счастье! “И давно ты в рабовладельцы заделался? Нравится, когда перед тобой лебезят? Настолько проникся атмосферой?” “Да я пытаюсь выдержать баланс… Чтоб и его не подставить, и себя…” “Ты повесил на комнату все защиты, которые только мог. Без твоего прямого позволения сюда не войдёт никто. Расслабься. Иначе за этот месяц ты сам себя загонишь. Или искренне поверишь, что твоё место здесь.” “Неее… только не здесь!” “Пока отнесись к нему как к слуге. Инструменту. Хотя бы базовые вещи должны быть у всех.” “Постараюсь. Но минимальные удобства обеспечу так, чтоб и вопросов лишних не было.” “Вот и правильно.” Маг снова огляделся – и сосредоточился. Вон те два кресла станут кушеткой и стулом, тумбу от кровати-пьедестала сдвинуть к койке эльфа, убрать лишнее – и из оставшегося сделать переборку. Жаль, золото тут везде… но можно просто не замечать. Теперь надо себя обеспечить удобствами. То есть местом для работы. — Шейд… иди сюда. Тот не иначе из воздуха соткался. Вот уж воистину – тень. — Вот здесь твоё место для отдыха и сна. Понятно? Эльф осторожно приблизился. — Таэли? Это… мне? Голос задрожал и сорвался. — Тебе. Ты должен хорошо отдыхать, чтобы хорошо служить мне. И… как ты меня обозвал? Эльф выдал только какой-то нечленораздельный звук и упал на колени. По тонкому, исхудавшему лицу текли слёзы. “Таэли. Ближайшее значение, пожалуй, хозяин или господин.” “Мда.” — Встань, Шейд. Тебе нравится? Большего, увы, я не могу дать, чтоб не вызвать подозрений. Эльф послушно поднялся, закивал и едва не рухнул обратно на колени. — Стоять! Шейд, не надо… пожалуйста. — Спасибо, Таэли, спасибо… — почти бессвязно скороговоркой бормотал ушастый, захлёбываясь всхлипами. — Успокойся. Всё хорошо. Умойся, и подумаем, как мне обустроить свой угол. Призвав стакан, маг наполнил его водой и протянул эльфу. Тот взял и принялся пить с таким видом, будто из его рук примет даже яд. Дожили. — Зачем бы мне травить тебя? Лучше я извлеку пользу из твоего присутствия. Маг, не удержавшись, потрепал эльфа по макушке, словно щенка. Взгляд серых глаз стал соответствующим. — Полегчало? Тогда брысь умываться – и поможешь обустроить лабораторный стол. — Да… Маг вздохнул. Этот месяц будет очень долгим. После того как эльф немного успокоился, начался процесс обустройства для Рейстлина. Первыми же жестами мебель лишилась раздражающей позолоты и прочего декора, а посверкивающая статуя была переплавлена в довольно изящный столик и крепкий винтовой штатив. Кровать уменьшилась в размерах, козетка в изножье исчезла вовсе – зато образовались два довольно уютных на вид кресла и небольшой пуф. Взгляд мага упал на туалетный столик. — Сойдёт. Несколько пассов – и чёрно-золотое нечто, похожее на помесь комода с трельяжем, превратилось в добротный лабораторный стол. Тройное зеркало в тяжёлой золотой оправе превратилось в одно, довольно скромное, зато ростовое. Рейстлин довольно огляделся: вот теперь тут можно жить и работать. — Шейд… — Таэли? — Собери обед. На нас обоих. Эльф вытаращил глаза, но убежал выполнять. В итоге притащил откуда-то целый поднос, опасно покачиваясь под его весом. — Ставь на столик и присаживайся. Шейд принялся споро сервировать обед под задумчивым взглядом мага, после чего попытался приземлиться на пуф. — В кресло садись. Эльф сел, но на самый край. Маг вздохнул. — Ты был слугой раньше? — Таэли?.. — Я просто интересуюсь. Кивок и низко опущенная голова. — Меня… оставили следить… чтоб в доме был порядок… … Что? Они совсем идиоты?! Рейстлин заставил себя отложить вилку и сплести пальцы. — Оставили? То есть когда всё население Квалинести было эвакуировано, потому что драконы грозились выжечь лес, тебя… оставили?! — Я был не один… ещё нескольких оставили для пригляда… было страшно… и мало еды… Рейстлин выдохнул и отвернулся, силясь обуздать гнев. — Потом… пришли… Они… Шейда затрясло. — Я и ещё кто-то… Убежали в лес… А потом… Меня схватили. В камин полетел огненный шар, пламя взревело, обдавая жаром. Немного полегчало. Эльфа вымело из-за стола, он скорчился на ковре, трясясь. Рейстлин закусил щёку. Да что ж такое… Поднявшись с кресла, опустился рядом с эльфом прямо на пол, притягивая к себе. — Тише, тише, малыш. Всё в порядке. Это просто камин. Эльф продолжал дрожать и тихо скулить. Маг подтянул его чуть выше, обхватывая руками почти как ребёнка. И принялся тихо баюкать. Пусть выплачется. Вот ведь судьба – ушастых погорельцев собирать. “И что мне теперь делать с ним?” “Можно подумать, так много вариантов. Отпустить на все четыре уже не выйдет – один он просто загнётся.” “Понятно… Но с Лораной и Танисом я поговорю. Может, хоть тогда что-то поменяется.” “После войны с кем-то рядом – справится. Но до тех пор лучше держать его рядом.” “Я про то, что нельзя было так поступать! Бросить… без защиты… просто как…” “Как вещь. Слуги – собственность хозяев. Хотя хорошие хозяева даже собак цепных на смерть не оставили б.” “Неужели ценность тряпок и горшков – выше жизни?! И это я-то злой?!” — Надо будет поговорить с государем Солостораном о том, как стоит и как не стоит поступать якобы светлым эльфам. Ушастик прижался к нему, тихо всхлипывая. Когда слёзы иссякли, Рейстлин тихо заговорил, поглаживая эльфа по криво обрезанным волосам. — Я не всемогущ и не всеведущ. Я не могу обещать, что тебя больше никто и никогда не обидит. Но я обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы защитить тебя. — Вы… не прогоните меня? Таэли?.. — С какой стати мне тебя прогонять? — Но я же… бесполезный… — Ты очень даже полезный. Я что, сам должен стирать, убирать, и всё такое? Рейстлин улыбнулся, сводя всё в шутку. И коротко коснулся пальцем кончика тонкого носа. — Тем более когда мне достался такой толковый помощник. — Я… я буду очень стараться, таэли… вот увидите… — Тогда садись за стол, и будем обедать. Пока совсем не остыло. Шейд послушно выполнил приказание и как следует поел. Маг тоже отдал должное блюдам. И, заварив им обоим травяной чай, смотрел на несколько осоловевшего эльфа. День клонился к вечеру. — Иди-ка ты спать. — Но? — Иди, иди. Носом уже клюёшь. Эльф убрёл в свой уголок, а маг устроился за столом, разложив пергаменты. “Арья…” “Здесь я, здесь.” “Попробуем поработать, а?” “Пожалуй. Начнём с жизнеописания нашего многонеуважаемого? Или сразу с заклинаний?” “Можно с жизнеописания. Чтоб урок был, как не надо.” “Ну тогда смотри. Дедок, кстати, мощный был, хоть и умудрился допустить прижизненную личефикацию.” Рейстлин прикрыл глаза, чтобы ничего не мешало – и в голове со скоростью мысли замелькали картинки чужой жизни и памяти. Когда маг вынырнул из чужих воспоминаний, за окном царила ночная мгла. “Поправь меня, если что. То есть этот… дедок. Возомнил себя богом. Проклял Палантасскую башню. Довёл Истар до гибели, а мир – до Катаклизма. Стравил гномов. А потом решил подвинуть ни больше ни меньше саму Такхизис, у которой и выпросил Кровавый Камень? А у дедушки ничего не слипнется?” “Себя вспомни, если что… Ты в ту же сторону бодро шагал.” “Я уже сомневаюсь, честно говоря, я ли это был… Ладно детские обиды, но переделывать мир под себя – это как-то уже… перебор. А тебе – огромное и искреннее спасибо.” “Ты вовремя понял…” “Я вовремя тебя нашёл.” “Дедушка тоже… мной попользовался. Что мешало…” “Не знаю. Но такое… мне и через порог не надо.” “Ты, кстати, сильнее. Изрядно. Особенно сейчас.” “Это комплимент или попытка поддержать?” “Констатация факта. Ещё немного оброс бы опытом – и смог бы потягаться с дедком на момент незадолго до Катаклизма. Даже без моей помощи насчёт эмоций, стихий и чистой энергии.” “Спасибо.” “Кушай с булочкой.” “Какие-то полезные заклинания?..” “Ты спать пойти не хочешь? Тебя вызвать могут в любой момент. “Думаешь?” “Я без понятия, что творится в этих пяти головах. Но раз она не прикрепила тебя никуда официально, приказы будет отдавать сама. А заклинания не убегут.” “Хорошо. Отдых и правда нужен.” Кровать уже не пугала своим монументализмом, и маг с комфортом устроился на ней.