Невеста EXO. По следам проклятия.

      Хёк боялся зайти в комнату, мялся возле двери, оглядывал ту самую нарисованную от руки табличку с исправленными красным маркером ошибками. По ту сторону всё ещё находился злой волк, который был готов разорвать любого, посмевшего прикоснуться к его женщине. Но больше всего он боялся нарушить планы этой самой женщины, ведь любое неосторожное движение могло привести к краху всего мира. Наверное, даже сама Яндэ никогда не задумывала о том, во что в итоге выльется её желание запомнить имена корейских певцов. Теперь он знал историю о том, как родилась её любовь к его группе, к хёнам, к нему. И парню льстило то, что их клип понравился ей намного раньше, чем творчество соседей. И может быть к счастью, что она не выбрала никого из них, и никого из них не сделала главным героем.       Снова попав в память девушки, Санхёк уже не так волновался. На этом поле дозволено было играть только ему, никто, кроме него, не видел как один за другим исчезали слои перемешанного комка. В них был и слёзы, и счастье, детские годы и юность. Когда же колдуну удалось добраться до структурированных файлов, оказалось, что их намного больше, чем он предполагал. Яндэ хорошо управляла своей памятью, бережно хранила то, что поклялась никогда не забывать. И, увы, этот мир к ним не относился. Хёк прикоснулся к сломанному замку на обшарпанной бордовой двери, стёр наложившиеся сверху воспоминания, будто слой пыли.       Колдун надеялся, что она и правда знает, как отменить его способность. Оглядевшись, он так и не нашёл загадочных существ, отвечающих за сортировку воспоминаний. Но, уходя, всё же почувствовал, что кто-то пристально смотрит ему вслед.       — Закончил, — раздался за спиной голос Бэкхёна.       — Да-а, — Хёк спешно поднялся на ноги.       — Тогда уходи.       Он и сам не хотел оставаться в этом доме ни секундой дольше. Ему казалось, что если он задержится, то волки рассвирепеют и разорвут его на кусочки. Ведь в их глазах он видел именно это желание. По правде, у них бы не хватило на это ни смелости, ни сил. А ведь предстояло ещё рассказать обо всём Ёнхейя. И Чунмён был совсем не уверен в том, что они выйдут целыми из этой битвы.       Сехун всё время был в её комнате и так же не знал о случившемся. Но он сразу почувствовал, ещё когда парни лишь приблизились к двери, что все напряжены до предела. Исин советовал Бэку не ходить, но настроенный решительно вокалист лишь мягко отстранил хёна и первым постучал.       — Привет, Ён, — Чонин помахал подруге, натянул беззаботную улыбку, но девушка быстро заметила его притворство.       — Что за делегация? — она оглядела троих парней, прошедших в её комнату, на тех, кто остался по ту сторону порога — бросила взгляд.       — Мы хотим поговорить, — но больше всех её поразил Бэкхён, ровный голос которого показался ей чужим.       — Э-м, говорите, — сердце гулко застучало, во всём происходящем было что-то не так.       Сехун поднялся с кровати. Он уже открыл рот, чтобы что-то высказать хёнам. Но поднятая рука лидера заставила его замереть в ожидании. Смуглянка вновь вспомнила о том, что, как член стаи, он не может противиться Сухо. На её лице на мгновение появилась кривая смешка и тут же исчезла, сменяясь спокойствием. Она хотела выглядеть серьёзной, но скорее казалась суровой, раздражённой.       — Вчера на вас напали, — начал Мён.       Смуглянка тут же стала перебирать в памяти последние события и поняла, что ничего такого среди них нет. Она схватила телефон, лежащий на тумбочке и с ужасом поняла, глядя на дисплей, что прошло гораздо больше времени, чем она предполагала. И она его не тратила. Она просто не помнила о нём. И, конечно же, пришло осознание того, что виновата не она сама, а сила волшебного соседа.       — Я вижу, что ты догадалась, — в том человеке, который с ней сейчас разговаривал, не было ничего от самого смешного мембера, лишь холодный строгий мужчина, чьи слова не должны были подвергаться критике. — Мы попросили его стереть воспоминания о том дне, ради вашего блага, — Ён ждала, что Сухо скажет что-то ещё, но он замолчал.       — Спасибо, что просветил, — её настроение резко изменилось, но во избежание скандала, она решила немного изменить формулировку. — Спасибо, что предупредили. Расскажешь вкратце, что случилось?       — Нет. И Сехуну тоже запрещено, — глаза макнэ выразили протест очень красноречиво, руки сжались в кулаки.       «Зачем тогда рассказал»? — Зайка разозлилась, поэтому не проанализировала полученные сведения. Она обиделась на Чунмёна, подумала, что так он хотел продемонстрировать свою силу и власть над стаей и над ней тоже. А вслух сказала:       — Если это всё, то я хочу, чтобы вы ушли, — Чонина её слова задели, он поник и уже хотел развернуться.       — Это только начало разговора, — Сухо тяжело было вести такой диалог, но он был вынужден строить его именно так, чтобы самому не сломаться. — Мы… — но тут вперёд на один шаг ступил Бэкхён.       — О событиях прошлого дня и ночи вы с Фэн не будете помнить.       — А Яндэ? — Смуглянка тут же подумала о том, что хитрая подруга всё опять обставила так, чтобы провернуть какой-то свой план. — Это она вам идею подкинула! — и конечно, выглядело это очень неприглядно в её глазах, не по-дружески.       — Здесь всё не так просто, — заметь она боль в голосе Бэка чуть раньше, может быть разговор был бы другим.       — Не так просто? Что же она не пришла сама? Где она?        Ён поднялась довольно резко. Одеяло упало на пол, но она не собиралась сейчас возвращать его на место. Когда она решительно двинулась к двери, Сехун лишь растерянно смотрел на её спину, запутался в тапках, но так и не успел сдвинуться с места. За руку её остановил Бэкхён. Сжал чуть выше локтя. Больно Смуглянке не было, просто она не ожидала такого жеста. Бэк вообще обычно только колкости в её адрес бросал и не прикасался.              — Она, — он хотел сказать «она здесь не причём», но понял, что это по сути — ложь. — Хёк стёр её память полностью.       — В смысле? — девушка думала, что расслышала не так. — В смысле? — повторила она, повысив голос. — Что он сделал? — но парни молчали, Чонин и вовсе опустил голову, чтобы не встречаться с ней взглядом. — Как полностью? — она вырвалась и повернулась к лидеру. — Что это значит?       — Я не знаю, с какими воспоминаниями она проснётся, — сделав паузу, лидер продолжил. — Хёк сказал, что базовые навыки должны были сохраниться. Но ты сама понимаешь, мы не знаем точно как работает его способность. Возможно она забудет только нас, возможно и тебя тоже. А может быть даже себя, — не дав Смуглянке опомниться, он снова заговорил. — Ты единственный человек, который знает о ней, о её прошлом, знает её личность, — и каждое из этих слов будто ударяло стоящего рядом Бэкхёна. — Только ты сейчас сможешь поддержать её. <tabрождающиеся в глазах Смуглянки слёзы, покрасневшие в одно мгновение веки сжимали Чунмёна тисками и не давали двинуться с места, не давали даже разжать челюсть, чтобы сказать что-то ещё. Он не мог представить даже, что может чувствовать человек, получивший такую информацию. И боялся думать о том, что случилось, если бы у его братьев отобрали не один день, а несколько лет. На выручку пришёл Бэкхён:       — До того момента, как Яндэ проснётся, нам нужно перевезти её вещи.       Зайка, едва сдерживалась, чтобы не расплакаться в голос. Куча самых разных мыслей крутилась, но большую их часть составляли их общие воспоминания. И девушка вновь и вновь в своём воображении слышала знакомую и довольно неприятную фразу подруги, сказанную лёгким беззаботным и от того таким противным голосом: «У тебя память как у рыбки. Неужели ты не помнишь даже о…» — дальше можно было подставлять многие факты. Но на мгновение разум прояснился, отчаяние сменилось гневом и девушка буквально наорала на вокалиста:       — Какие вещи? Вы нас ещё и выгнать решили?       — Ён, успокойся, — Чонин тут же встрепенулся, и хотел было подойти, но Сехун к тому времени уже взял себя в руки.       — Что Ён? Что успокойся? Что вы там ещё решили без меня?       — Хён, что происходит? — Хун действительно не принимал участие в этом плане.       — Вы действительно не можете здесь остаться.        Мягкий голос Сухо побуждал Зайку использовать кулаки. Почувствовав себя брошенной и ненужной, она хотела выместить свой гнев на этих неблагодарных скотинах, и уже замахнулась. Их разделял только Бэк. Причём Смуглянка нисколько бы не расстроилась, если бы и ему прилетело. Если он такой хороший, если Яндэ его так любит и всё прекрасно, как в сказке, почему же он не спас её, почему не заступился. Именно это и вырвалось из её уст вместо проклятий. А рука так и не достигла цели.       — Ты права.       — Не пытайся давить на жалость! — взревела она, не почувствовав сопротивления.       — Это я не смог её спасти. Но сейчас есть более важные дела, чем обсуждение этого, — и пусть его слова выглядели такими бесчувственными и жестокими, сам он готов был когтями впиться в собственное сердце, лишь бы унять боль. — Посуди сама. Яндэ проснётся в незнакомом месте, в окружении людей, которых она не знает. И потребует объяснений. И что ты ей расскажешь? Всё то, от чего она пыталась сбежать?       Другие волки могли и не понять, о чём говорит Бэкхён, стали строить разные нелепые теории. А вот Зайка всё услышала правильно. И это вызвало новую бурю негодования. Она-то прекрасно осознавала, что потеря памяти — это прекрасный авторский ход, который запускает новый виток истории. И её подруга вполне могла его использовать осознанно, а все герои этого фарса — лишь её послушные пешки. Оставалось лишь узнать, откуда об этом известно Бэкхёну: сам догадался или Яндэ ему открыла тайну.       — И куда?       — На нашу квартиру! — тут же выпалил Чонин. — Гэгэ и Су-хён сейчас там прибираются. Как только они позвонят, я перенесу вас туда. Это не так далеко отсюда. Никто не выгоняет вас. Ёнхейя, не пойми неправильно…       — Не тараторь! — прикрикнула Смуглянка, вытирая слёзы. — Расскажите всё подробно. О переезде, — уточнила она. — Иначе я не соглашусь.       Хотя что она могла противопоставить? Они жили на попечении EXO. Больше в этом мире у них никого не было. И обращаться к донгам было бессмысленно, они бы точно не стали помогать. Куда она бы пошла без документов, без денег? И к тому же, даже если бы она захотела вернуться домой, в свой мир, она не знала, как это сделать.

***

      Она на автопилоте собирала свои вещи. Про пожитки подруги пока даже не думала. Сехун крутился рядом: приносил коробки, подавал пакеты — вообщем исполнял роль молчаливого на всё согласного помощника. Он не смел вторгаться в думы Смуглянки, потому что понимал, что сейчас не время. Не время сейчас и для крепких объятий. Конечно, ему хотелось откинуть всё, схватить девушку за руку и притянуть к себе. Но парень знал, что в таком случае она просто расклеится, заплачет, а он просто не сможет взять и разом решить все её проблемы.       Зайка вышла в коридор. Она хотела зайти на кухню и хотя бы попить воды. Сверху спускался Чондэ, он нёс в руках коробку. Холодный воздух обдал ноги — входная дверь была открыта. Чуть продвинувшись вперёд, девушка увидела за порогом дома припаркованный грузовик. Оказалось, что у них с Яндэ гораздо больше вещей, чем можно было представить.       Исин и Чонин практически не жили в той квартире, изредка ночевали, когда не хотели будить братьев. Всегда легче обитать в общежитии, когда у вас одно расписание, при чём забитое под завязку. Но с недавних пор Барашку приходилось улетать в Чанша, возникали всякого рода проблемы с документами и контрактами. Поэтому иногда он жил в режиме «аэропорт-квартира-работа-аэропорт». Посему особого уюта в ней не наблюдалось, даже посуда и та была пластиковая.       Чунмён разговаривал по телефону, сидя за обеденным столом. Ёнхейя даже не переступила порог, молча вернулась к себе в комнату. Ей до сих пор не верилось, что происходящее не сон, не чья-то злая шутка, а реальность. Всё это могло бы даже выглядеть как весёлое приключение: переезд, смена обстановки, исследование магазинов поблизости. Вот только всё это было возможно, если бы подруга была в сознании, если бы она не бросила Зайку одну на произвол судьбы.       «Мы поехали», — крикнул Чондэ с крыльца, и дверь за ним закрылась. А Смуглянке показалось, что закрылась дверь в одну из частей её жизни. И нужно теперь открывать новую, но с тяжёлым полным сомнений сердцем. Оказалось, что Чунмён разговаривал с Кёнсу. Квартира была готова к встрече новых постояльцев.       «Ты чего застыла»? — сначала слова Лухана показались Ёнхейя грубыми, она хотела ответить колкостью. Но потом успокоилась. Это она была вся на взводе, а он хотел казаться мирным и сочувствующим.       — Ничего. Воды хотела…попить, — добавила она, выдержав ненужную паузу.       — Держи, — он протянул ей поллитровую бутылку холодной минералки. — Как знал. И прихватил.       «Ён, ты где? — её уже искал Сехун. — Мы тоже должны ехать», — он держал в руках её пальто, хотя сам при этом оставался только в тонком кремовом свитере. Воздух, ворвавшийся в открытую дверь, принёс с собой ворох снежинок, запах выхлопных газов и парфюм Чондэ, который казался самым резвым. Обернувшись, Смуглянка взглянула на свою комнату и тяжко вздохнула. Ей правда не хватало свежего ветра, хотелось прочистить мысли.       На крыльце крутились снежные вихри, за воротами пыхтел грузовик, ожидавший водителя. Мозг не сразу сообразил, что водителем должен был стать Сехун. Ведь парни что-то такое говорили, когда рассказывали план действий. Но девушка слушала их невнимательно. Макнэ накинул пальто на плечи Зайки и двинулся к выходу. Не мог он как Чанёль или Бэкхён насильно заставить Ён одеться, не в таких они были отношениях.       — Ты знаешь куда ехать? — спросила девушка, устраиваясь на переднем сидение.       — Конечно.       «А почему он должен был не знать, где живут его братья»? — задавалась вопросом Смуглянка, уставившись в приборную панель, потом она перевела взгляд на пейзаж за окном, состоящий из рядов домов и магазинов. Проехав три-четыре квартала, машина проследовала на подземную парковку многоэтажки. Жильё здесь стоило очень дорого, потому Зайка всё больше хотела выпытать у Чонина, кто их с Исином родители: не короли часом или нефтяные магнаты. Поднялись на лифте на третий этаж. На площадке было четыре одинаковые чёрные двери, запирающиеся на кодовые замки. Парни несли каждый по коробке. Ён растерялась. Код она не знала или забыла, потом дверь открыть не могла. Но на помощь пришёл Кёнсу:       — Заходите.       Типичный для корейской квартиры коридор-прихожая, переходящий в кухню-гостиную, был поистине набит людьми, которые разувались. Томатик заходила последней, следуя за Сехуном, потому она ещё несколько мгновений стояла возле двери и касалась носом его затылка. Тут же квадратный метр тёмной плитки заполнился гигантской обувью. Ботинки стояли криво-косо, потому девушка быстро рассовала их по полкам тумбы. Пальто закинула во встроенный шкаф.       Кёнсу уже что-то готовил, Исин раскладывал купленные продукты в холодильник. Чондэ как раз нёс коробку с кухонными принадлежностями, потому поставил её на тёмную гладкую столешницу и помчался за другими вещами. Дверь на балкон оставалась всё это время закрытой, было душно, или так казалось лишь Смуглянке. Девушка пересекла гостиную и рванула на себя ручку белого пластика. Тут же стало хорошо. Взглянув направо и увидев продолжающуюся в соседнюю комнату лоджию, она ещё раз убедилась в том, что квартирка стоит очень дорого.       Только она хотела исследовать это прекрасное место, как услышала, что её зовёт Чонин. Он не знал, куда поставить вещи Яндэ: в комнату ли в гостиную. Смуглянка рассудила, что подруга на кухне проводит много времени всегда, а значит, ходить к холодильнику ближе от шикарного дивана. А ещё она мельком увидела цветовую гамму спальни и подумала о том, что Шампуня не любит оттенки бежевого.       За окном постепенно темнело. В новом доме всё ещё кипела жизнь. Парни закончили с перетаскиванием вещей, теперь девушке предстояло их рассортировать. Бэкхён сказал, что пока всё не будет на своих местах, он не даст переносить Яндэ. «Тоже мне, командир нашёлся», — проворчала Зайка и принялась открывать коробки. Чонин — палочка-выручалочка был тут как тут. Кёнсу позвал всех кушать. Кто-то устроился на диване, кто-то, включая повара, на барных стульях возле столешницы. Никаких изысков, рис с овощами, пара кусочков мяса, домашнее кимчи, привезённое от заботливой мамы До. Сперва Зайке показалось, что она не сможет даже смотреть на еду, но после первой ложки процесс пошёл, оказалось, что она жутко проголодалась. Кофе, конечно, был не от Минсока, а из ближайшей кофейни, но благодаря стараниям Чондэ он оставался горячим.       Потом снова одежда, небольшие шутейки от Кая. Девушка заметила, что Хун с Чондэ и Кёнсу что-то усердно клеили на столешнице, но значение не придала. Когда всё было готово, наконец, друг отправился домой. И уже через пару мгновений вернулся в компании спящей красавицы и её рыцаря. Остальные парни тактично свалили. Все, кроме Сехуна. Он мялся в прихожей, ожидая чего-то или кого-то. И только после того, как он неуклюже чихнул, Бэк вспомнил о существовании макнэ и сунул ему в руку записку.       Оставшись фактически наедине с Бёном, Зайка чувствовала себя не в своей тарелке. И не только потому что переживала, просто всё ещё непривычно было.       — Ты уже разложила одежду? — его голос разорвал едва установившуюся в квартире тишину.       — Да. А что? — обычно их разговор начинался совсем не так, но Смуглянка не знала Бэкхёна, который не шутил.       — Переоденешь её?       И только тут девушка заметила, что Ян оставалась всё в том же грязном полосатом свитере. Конечно, Бэк положил её поверх одеяла. Но оно тоже было в чистом пододеяльнике. Вытащив из шкафа длинную футболку, она вернулась к дивану. Парень тактично отошёл к балкону. Вот только не мог он остаться равнодушным, глядя на то, как неловко Ёнхейя наклонилась над подругой, но так и не смогла прикоснуться. «Давай помогу», — приподняв Шампунь, очень осторожно он прислонил её к кожаной спинке. Стянул сперва свитер, а потом и всё остальное. Ён оставалось только подать пижамку.       Она первый раз попала в такую ситуацию. Всегда её подруга всё делала сама, всегда шутила и веселилась, даже если было больно. Она не терпела чужие прикосновения, не принимала помощь, так как считала это слабостью. Но сейчас она не только не возмущалась, но даже не просыпалась. Да и были ли эти руки чужими? Быть может, сейчас всё изменилось и чужая она, а не человек, с которым Шам разделила не только свои мысли, но и постель. Странная неясная ревность родилась в заячьем сердце.       Когда за окном сгустились сумерки, даже Бэкхёну пришлось покинуть свою принцессу. Во дворе его ждали Лухан и Ифань, устраивать скандал на глазах у и без того вымотанной Ёнхейя вокалист не хотел. Просто молча ушёл, и дом погрузился в зловещую тишину, не тикали даже часы.       Комната, конечно же, была скромней гостиной-кухни, но была вполне неплохой заменой спальне в доме EXO. Тут уже Смуглянку не обидели. Она легла в кровать, не раздеваясь, и тут же уснула. Проснувшись ночью, она отправилась в ванную. Выйдя в гостиную она услышала слабое бормотание, похожее на стон. «Бэкхён… Бэкки… Бэк»! — она всё также была без сознания, но теперь шептала его имя с отчаянием и мукой. Как бы ни старалась Ён разбудить подругу — ничего не выходило.       Зайка написала дрожащими руками сообщение Барашку, и тот незамедлительно ответил. Лекарь успокоил Ён, сказал, что скорее всего скоро Яндэ очнётся, посоветовал проветрить помещение. Девушка решила, что переночует рядом с подругой — ну мало ли что. Вернулась в свою комнату только за подушкой. И включив верхний свет, наконец, увидела коллаж, который клеили парни днём. Конечно, ребята старались сделать его, чтобы украсить квартиру, чтобы создать ощущение того, что девочки там по-настоящему жили. Вот только все фотографии, что были там являлись фальшивкой. Где-то прошёлся по ним фотошоп, пожравший изображения других людей. Ян вообще не любила фотографироваться, впрочем как и Ён. Так что снимки были сделаны незаконно. К тому же ни один из них не имел отношения реальной жизни героинь, а значит, не имел право на существованием. Потому с остервенением был сорван со стены. И если бы Зайка не боялась огня, то сожгла бы глянцевые кусочки, а так просто спихала под кровать. ***       «Не хочу вставать, но простынка такая мягонькая и свеженькая, так и хочется ещё сильней в неё вжаться. Но если я ещё просплю, потом будет болеть голова, — девушка нежилась в кровати, в то время как Ёнхейя на другом конце пыталась написать Сехуну сообщение. — М? — Яндэ открыла глаза и сперва не очень хорошо разглядела то, что находилось перед ней. — Где это я заснула? — у её иногда возникало такое чувство, при котором знакомые места ей казались чужими. — Нет, я точно, определённо не здесь засыпала. Может, мы в гостях? Или это отель»?       «Который час? — спросила Шампунь, разыскивая слева от себя телефон, но там была лишь спинка дивана. Ёнхейя встрепенулась, посмотрела на подругу таким испуганным взглядом, будто увидела приведение. — Что такое? Тебе кошмар приснился? — но Смуглянка не отвечала, она продолжала испуганно смотреть на Белянку. Её карие радужки бегали из стороны в сторону, в них отражалась недоумевающая Яндэ. Кончик носа моментально покраснел, на веках блеснули капельки воды. Затем подруга протянула резко руки и крепко обняла колобка. — Ну, тише-тише. Ты чего? Так страшно было? Ох. Ну что же делать? Давай чаю попьём. Давай? — Ян не любила находиться в подобных ситуациях. Хоть она и старалась утешить человека, гладила его, начинала сюсюкать, как маленькое дитя, старалась развеселить, всё же не в полной мере понимала, что значит «успокаивать». Ей всегда казалось что она делает что-то не то и не так.       Наконец, горячая большая подушечка отлепилась от девушки. смахнула крупные слёзы, поднимая оправу тёмных очков, и шепнула:       — Давай.       Ян поднялась на четвереньки, чтобы сползти с дивана и не задеть ноги подруги. Но, когда она наклонилась, то почувствовала, что голова кружится. Она едва не упала на Смуглянку. И тут же услышала крик:       — Всё в порядке? Ты как?       — Я в порядке. Правда, — всё вроде пришло в норму. — Спала слишком долго, — она уже полностью спустилась с кровати и направилась к двери в спальню.       — Ты куда? Это не ванна.       — Вас понял, — Шам шмыгнула в соседнюю белую дверь, оставив Ёнхейя приходить в себя. — Милое местечко, — заметила девушка, стряхивая воду с рук. — Вот только где мы?       — Сначала скажи мне, как меня зовут.       Белянка криво усмехнулась:       — Санта-Клаус? Конь в пальто? И к чему эти шпионские игры?       — Я не шучу, — по её лицу это было заметно, потому Шам насторожилась. — Как меня зовут? — внутри у Зайчика же всё трепетало.       — Да какие уж тут шутки.       Только самой девушке было не до смеха. Она реально забыла. Волна стыда накрыла её с головой. В панике она стала вспоминать своё собственное имя. Ещё когда она училась в средней школе, то частенько воображала себе, что может случиться с человеком, который всё забыл. Времени на дорогу домой уходило много — хватало, чтобы фантазировать. Да и не верилось ей, что всё вот так вот выпадает из памяти, что-то должно остаться, ведь человек думает, разговаривает, ест и ходит — а ведь это тоже память.       Вот и сейчас она точно знала, что девушка, сидящая перед ней, родной близкий человек, с которым она провела много времени. Они вместе ходили в школу, могли пить из одной кружки, носить одежду друг друга. Один фрагмент из общего прошлого настойчиво крутился в мыслях. Смуглянка держала в руках телефон, Белянка лежала рядом. Они смеялись и что-то обсуждали, что-то на другом языке. Чуть позже он приобрёл очертания корейского. Они обсуждали слоги, которые входят в имена. Белянка проверяла значение на китайском. И довольная хвасталась тем, что уже подобрала себе имя, которое бы идеально её отражало. Теперь они подбирали красивые иероглифы, которые бы сочетались со слогом «Ён».       — Тэ Ёнхейя, — реакция девушки была не совсем понятна, потому Белянка отшутилась. — Ой, только не говори, что я ехала на велосипеде и врезалась в столб, а потом потеряла память.       Смуглянка замерла, она подумала, что Хёк вообще там ничего не стирал, а ещё лучше что-то прикрутил вместо воспоминаний.       — Ну вообще-то, — начала игру Зайка, — так всё и было. Вот я и проверяю, что ты помнишь.       Выражение лица Белянки трудно было описать словами, она подёргала руками и ногами, проверила шрамы, посмотрела на свои руки. «А есть зеркало? — спросила она. — Точно. В ванной, — и вернулась туда, чтобы ещё что-то проверить. Ну и финики под глазами — жуть, — ворчала она из-за двери. — Видимо, я, и правда, нехило так врезалась. Велик, наверное, всмятку»?       — Ага. Так что выплачивать будешь мне его стоимость, — Зайка пыталась сделать свой голос весёлым, но выходило не очень.       — Ага, когда на работу устроюсь. И вообще я есть хочу. Пошли.       И сразу же направилась в кухню, осматривать владения. Но Смуглянка взяла Шам за руку и очень серьёзно спросила:       — Как тебя зовут, и кто я для тебя? Только без шуточек своих.       — Я Хэ Яндэ. Хэ — как море, Ян — как солнце, Дэ — как большой. А ты моя …моя… — у Зайки снова замерло сердце. — Моя сестра. Что в этом такого странного? Я не права?       — Права, — тихо выдохнула девушка, не понимая, как это срослось в голове у её ненормальной подруги. — Пошли я тебя покормлю, — попыталась улыбнуться Ён и повела девушку на кухню. В холодильник стоял рис с овощами, который специально приготовил ДиО и еще куча разных закусок, которые они купили с Ифанем для девочек. — Подождешь пока разогреется?       — Конечно, подожду — негоже холодное есть, — заняв центральный барный стул, она принялась рассматривать светильники. — А ты сама готовила? — неожиданно спросила Белянка, и Ён растерялась, потому что в этот самый момент она попыталась вновь написать Хуну сообщение. — Моя малышка научилась готовить и решила сделать мне сюрприз?       — Ахаха, очень смешно, Хэ Яндэ. Не только ты готовить в доме умеешь. Вообще-то. — добавила она своей фирменной манере.       — Ладно не обижайся, я пошутила. Очень вкусно меж прочим выглядит.       Всё было как обычно, и Зайчика это пугало больше всего.

«Исин, она ведёт себя как обычно, правда, назвала меня сестрой. Что делать?»

«Ничего не делай. Веди себя как обычно. Пусть сначала отдохнет. А потом решим, как ее с нами познакомить»

      — Ты там кому строчишь? — спросила Яндэ, замечая, что сестра не обращает на нее внимание.       — Никому, — буркнула Смуглянка и заблокировала экран.       — Пока я тут в отключке была, парня себе нашла? — засмеялась Белянка.       — Я… — Ён покраснела, не зная, как ответить на это.       — Да ладно тебе, не смущайся, захочешь позже расскажешь. Я не на фтаиваю, — не прожевав, продолжила она говорить. — Фкуфно, — и показала большой палец.       — Ты прожуй сначала, дубинушка.       Эта картина ничем не отличалась от их ранней жизни, от которой Ён немного отвыкла. От времени, где они были вдвоём, когда ещё не было Сехуна, Бэкхёна, EXO, фанфика и других миров.

***

      В это время дома царил небольшой праздник по поводу того, что Ян осталась жива и здорова, Сухо разрешил достать шампанское. Только Фэн не могла никак понять: почему мужики празднуют, пока баб нет дома и где собственно её подруги.       — Чен, — попыталась схватить парня, который бегал то и дело в гостиную. Девушка сидела на кухне и не хотела идти туда, где царил шум и веселье. — Ченни…       — Подожди, — он отцепил её пальцы от футболки и снова сбежал.       Малышка разозлилась. Её игнорировали все добрых полчаса и ничего не объясняли. Сперва Чан загадочно водил её по городу, пока не стемнело, а потом очень не красиво так бросил тут с тарелкой странного супа, который точно готовила не Яндэ. Ей не хотелось оставаться в компании двенадцати парней.       — Пак Чанёль! — она пыталась сымитировать интонацию подруги. — Что происходит?       Ушан понял, что одному ему не справиться и затребовал помощь в лице Ифаня. Тот адресовал кивок Минсоку.       — Ох блин! — хлопнул себя Кот по лбу. — Чан побегай от неё пока, — крикнул он тонсэну.       — Боже! — взмолился бедолага. — Фэн, а давай мы пойдем погуляем на улицу… а…ты же хотела снеговичка.       — Нет, — дальше пошёл увесистый комок мата. — Замёрзла я уже сегодня. Не пытайся от меня сбежать!       Она пыталась разобраться сама, проанализировать ситуацию. Но парни говорили на корейском, использовали сленг и всячески мешали расследованию.       — Давай всё-таки пойдём. Ты же любишь прохладную погоду, — продолжал канючить парень, и Фэн решила, что на улице будет проще пытать Ушана, при том там не будет спасателей в лице Ифаня и Сюмина. — Вот так…давай оденем шарфик. И вот ту тёплую курточку, — но Чанёль забыл, что ещё не все вещи девочек они перевезли в новую квартиру. К тому же Бэк настаивал на том, что большая их часть осталась здесь, он надеялся, что всё вернётся на свои места быстро и их с Яндэ комнаты снова станут обитаемыми.       — Так…почему это исчезли вещи Яндэ?! — девушка поглядела в шкаф с верхней одеждой и испугалась, обуви тоже не было. — Я требую объяснений! Вы решили избавиться от них за ненадобностью? Решили продать их? Или они меня бросили и укатили в Пусан?! — она начала превращаться в дикую фурию.        Чану ничего не оставалось, как открыть дверь и выбросить закипающую девушку в сугроб с криком:       — Смурфики нападают!       — Ах ты! — разозлилась девушка, отплевываясь от снега.       Увальни скрывали что-то важное, они снова обходились с ней как с ребёнком. Но Фэн решила, что всё равно выведет их на чистую воду. Слепив снежок, она зарядила им прямо в лицо корейцу и тут же помчалась к дому соседей, где намело приличный такой сугробик. Шалунья вскарабкалась на него, как акробат, и хотела перемахнуть через забор, но притормозила, глядя на голую замёрзшую землю, до которой было метра два.       — Слезай, обезьянка.       — Нет!       Дальше развернулась нешуточная битва между молодой активной выспавшейся женщиной и бедным сонным уставшим волком. Фэн обвиняла парня во всех смертных грехах, пыталась вывести на разговор, при этом обстреливала снежками. Чану оставалось только стойко защищаться.

       Пчёлка стояла под деревом, на котором сидел Пак Чанёль и грозно на него поглядывала:       — Не скажешь?       — Нет! — заявил обидевшийся мембер.       — Ну ок. Пойду пытать Чондэ, — спокойно ответила девушка и отправилась на поиски друга.       В доме поднялась паника, парни боялись, что Фэн ещё что-то может со всеми ними сделать, раз рядом нет ни Яндэ, ни Ёнхейя.       — Эй, Ким Чондэ, — позвала девушка, чувствуя себя королевой ситуации. — Иди сюда, пока я не выкинула все твои порно-журнальчики. Я знаю, где они лежат.       — А что я то сразу? — замялся вокалист, но вышел к девушке.       — Нужен ты мне. Может я решила сменить себе ухажера, — она схватила добычу за руку и потянула в сторону кухни, хоть Ким и был физически сильнее, сейчас он остро нуждался в помощи. — Будешь вести себя хорошо, и с тобой ничего не случится, —злобно усмехнулась фурия, подражая младшей коллеге. — Где девочки? Где их вещи? И почему вы все такие сегодня веселые?       — Я…Фэн…это не в моей компетенции…я       — Переходи на китайский, умник. Давай, — она подталкивала его к дивану в гостиной. — Не ломайся, пташка.       — Мама! — закричал Чен. — Насилуют! Хён!       Однако Фэн успела плюхнуться ему на колени и закрыть ладошкой рот: «Тише. Выдашь тайну, и я тебя отпущу». Девушка приглядывалась к подушке, отчаянно пыталась найти какую-нибудь тряпку. Парень под ней лишь слабенько сопротивлялся, что было довольно странным. Он и не подыгрывал ей и в тоже время не выглядел слабаком. Ким Чондэ попрощался мысленно со всей своей коллекцией и приготовился огрести потом и от Чанёля, и от кого-то ещё, но всё же не сдавался.       — Это что такое?! — как чертёнок из табакерки, появился Ким Минсок, спасать младшего брата. — Кто это у нас тут изменяет напропалую, — он обнял девушку со спины и начал стаскивать с дивана. — Совсем девка с ума сошла, — продолжал он бормотать, закатывая глазки. — Где ж это видано то, посередь бела дня. Ещё и сил нас лишила, дурёха.                                                                                                              Тем временем в квартире кипели нешуточные страсти. И да, никто не дрался и не ругался. Всё происходило молча, но в очень напряжённом режиме. Яндэ пыталась вспомнить, кто она на самом деле. А Ёнхейя всё больше загоняла себя в пучину лжи.       «Потеряла память? Ещё бы знать: что я о себе забыла, а что помню. Разложить всё по полочкам и разобраться? Шутка ли. Тут всё незнакомо, начиная от выключателя над холодильником, заканчивая видом из окна. А вот вещи эти мои, я уверена в этом. Но я не помню, когда их купила. Может, просто это было давно? И я в принципе не чувствую себя как-то плохо, оттого что не помню». Её внутренний монолог закончился именно этим странным и пугающим выводом. В фильмах показывают, что люди страдают, мучаются, теряют часть себя. А она такая вся из себя спокойная. Именно поэтому она решила продолжить пытать Ёнхейя.       — Ён, а сегодня число какое? — спросила девушка, вылезая из шкафа с одеждой.       — Двадцать седьмое декабря.       — Ни хрена я сумасшедшая — кататься на велосипеде по снегу!       — Мы в Корее, так что тут снега не так много, — отмахнулась подруга, пытаясь проверить изменения в расписании.       — А в какой Корее? В Северной что ли?       — А ты думаешь в Северной есть интернет? — немного злобно отозвалась с дивана Смуглянка, подумав, что Ян опять прикалывается.       — А где, кстати, мой телефон?        Смуглянка на минутку замялась. Решено было, что телефон Яндэ со всем компроматом нужно спрятать, Бэкхён взял эту миссию на себя. А ей подарить новый простенький — главное, что чистенький.       — Твой телефон упал и разбился, — отрезала менеджер. — Так что пока походишь без него.       — Ну ладно, — пожала плечами Яндэ, решая, что раз она в Корее, то можно и прогуляться. — А можно выйти?       — А зачем? А куда? В окно? — обеспокоенно спросила Ён, смотря, как девушка начала собираться.       — Раз уж я в Корее, могу и погулять вечером. Это же самая безопасная страна, — добавила она, натягивая куртку. — Надо что в магазине купить? — Зайка пыталась всеми способами её остановить, но когда взяла подругу за руку, столкнулась с гневом в серых глазах. — Мне нужно одной побыть. Через полчаса вернусь.       «Ты же не…, — но дверь захлопнулась, а Ён осталась на пороге. — Мне кажется, что помощь сейчас нужна мне, а не ей, — пробормотала девушка, вновь набирая номер лекаря-консультанта. — Приди сегодня. Сделай вид, что ты настоящий доктор. Можешь Хуна для виду взять».       — Ты, наверное, Хуна решила взять для себя, а не для виду, — пробурчал сам О в трубку.       — Ой.       — Хорошо, мы придём чуть позже у нас тут небольшой форс-мажор, — он хотел отключиться, но Ёнхейя продолжила.       — Она ушла из дому. Она взяла и ушла, — причём голос её был такой, словно вот-вот девушка заплачет.       — Кто? — затупил Кирпичик.       — Дочь твоя, Буратино.       — Так ты за ней-то не пошла?       — Она меня обругала. В общем, берите Кая и сюда. Я во дворе её не вижу, — действительно, выглянув в окно, Ён никого не нашла, потому и забеспокоилась.       — Я тебе говорю, что у нас проблемы. Фэн разбушевалась и заблокировала наши силы.       — И что? — теперь уже в ней проснулся гнев генерала Ён. — Взяли Кая и машину и сюда, — приказала девушка и бросала трубку.       Сюмин прикладывал все свои физические силы, но изворотливая Фэн всё же помогла ему свернуть плазменный телевизор и два торшера, причём самый большой упал на уползающего Чондэ. «Убивают», — шептал парень, хватаясь за кривенькую ногу прибежавшего на шум Пак Чана. Сехун решил заручиться поддержкой человека, который Фэн ни во что не ставит и не станет церемониться, поэтому сразу после разговора рванул наверх. Он объяснил Бэкхёну ситуацию. И уже вместе они помогли старшему хёну закрыть несговорчивую барышню в истерике в кладовой, где она гремела швабрами.       Все стояли, тяжело дыша, и смотрели друг на друга. Минсок присел на стул, выпил воды, предложенной Чанёлем. Внутри тёмного шкафчика воцарилась тишина.       — Кто-нибудь скажет, где девочки? — повторила свой вопрос девушка, но все молчали.       — Силы разблокируй, —пока что вежливо попросил Бэкхён.       — Нет. Пока не скажете, где Яндэ и Ёнхейя!       — Не ты тут условия устанавливаешь, — продолжал разговор парень на правах хёна, ибо Минсок вышел из строя и лежал на столе лужицей. — Рано или поздно ты всё равно устанешь, и блок спадёт.       При этом никто как будто не обращал внимание на то, что свой секрет они давно уже выдали. О том, что все они владеют волшебными силами.       — Фэн, сделай, как просят, — попросил Чанель, который разрывался между братьями и любимой.       — И не подумаю.       — Так, — Бэк быстрее всех накинул бежевое пальто. — Поехали. Если отойдёт — нормально. Мы и как люди справимся. Минсок-и хён за старшего. Чанёль, дрессируй её почаще, — в ответ из шкафа снова послышались проклятия и грохот. - Исин! — но того и звать было не надо, уже заводил машину.

***

            Машина Сина свернула на стоянку перед многоэтажным домом, в котором поселились девочки. Се позвонил Ёнхейя, чтобы уточнить в чём ушла Яндэ. В конце велел ей оставаться дома, на случай если гулёна сама явится.       «Так, парни, расходимся на четыре стороны. Наша дурочка без мобильника, потому мы при желании не сможем её отследить. Я подумываю над тем, чтобы вешать на неё жучки, — папа разошёлся не на шутку. — Если найдёте…» И тут все задумались над тем, а что будет, если они найдут её, а она испугается и подумает, что они бандиты какие-то.       — Может за ней проследить? — внес предложение Барашек.       — Ага, это же не подозрительно, когда за тобой идет какой-то парень. При том, если тебя узнает кто-то, проблем не оберемся, — буркнул Бэк, осматривая прилежащую территорию.       — Эх, жалко наших сил нет, — вздохнул Кай. Они уже все и отвыкли как это быть обычными людьми и полагаться только на себя.       — Будем надеется, что барышня Чжан скоро растает, и к нам все вернется — улыбнулся Исин, как и обычно думая только в позитивном ключе.       Ёнхейя помахала парням с балкона и скинула описание одежды Яндэ, в которой та ушлёпала. Это была чёрная куртка. Парням вообще было не понятно, как такой цветочек, как их Кактус, может носить всё чёрное. В чёрных брюках, заправленных в велюровые опять же чёрные сапоги. В чёрной со стразами шапочке и маске с вышитым мишкой, которую ей оставил Бэк.       — Ну хоть одно яркое пятно, — пробормотал Чонин.       Парни разбежались в разные стороны, как тараканчики. Ёнхейя не переставала переживать за свою подругу, которая могла вляпаться в какие угодно не приятности. Тем временем сама Ян даже не подозревала об этих неприятностях. Она пошла в ближайший магазин, который оказался книжным и набрела там на полочку с манхвой. Глаза её разбежались при выборе сия великолепия, и она стала искать что-то знакомое, среди историй, но не нашла, ибо все её любимые творения были слишком старыми.       Девушка вздохнула и решила прогуляться по райончику с милыми маленькими магазинами и уютными кафешками. Ян решила зайти в первое попавшиеся заведение, чтобы пока есть возможность попробовать корейский кофе и какую-нибудь сладость. Тем временем рядом пробежал Исин, не заметив названную ученицу и даже не подозревая, что та вообще могла забрести в такое место. «Я её не вижу тт тт» — написал он в чат и отправил рассылкой, но Исин был бы не Исин, если бы не ошибся и не отправил всем в EXO."Кого?»,"Где?»,"Что?» — тут же пришли сообщения ото всех обитателей дома       «Не расстраивайся, поищи ещё немного, — ответил ему Кай. — Парни, не переживайте, всё пучком».       Исин побежал дальше, а Бэкхён решил, что стоит ещё раз пройтись за ним по маршруту, потому что в той стороне, куда пошёл он находился мотель, куда Яндэ даже при всей своей странности по доброй воле бы не пошла. Парень вернулся на несколько кварталов назад и остановился возле того самого кафе. Девушка как раз из него выходила, сетуя на холод вечернего города. Она потирала замёрзшие руки и согревала их своим дыханием.       «Опять ты не надела перчатки», — прошептал парень, скрываясь в тени закрытого магазинчика. Девушка немного помялась на тротуаре и побрела в сторону квартиры. Бэкхён велел парням возвращаться.       Всё снова напоминало осень. Снова он шёл за ней, скрываясь по стенам узких улочек, только теперь они были усыпаны огнями от витрин, теней было мало. И даже если бы она обернулась, она бы не ругала его, не кричала и не смеялась, а просто направилась дальше. Но Бэкхёну хотелось обнять её как можно скорее, согреть её руки. Он скучал по ней, по их разговорам и чаепитиям. А еще где-то в глубине души он боялся, что, когда она вернется, всё будет совершенно по-другому и эта Яндэ не примет его. Но Бэк отмахнулся от этих мыслей, решая, что всё это вздор.       Девушка медленно шла к квартире, не очень-то она хотела вновь видеть рассерженную Ёнхейя. С одной стороны ей было стыдно, а с другой особой вины она за собой не чувствовала, что грозило вылиться в открытый конфликт. А ещё Ян понимала, что сейчас зависима от Смуглянки. На улице было хоть и морозно, но красиво и Яндэ хотела хотя бы еще немного побыть в эпицентре этих огней и праздничного настроения. «Скоро Новый год, а у меня нет подарков», — вдруг спохватилась Шам и решила, что завтра нужно пойти и найти хотя бы маленький подарок для сестрицы.       «Опять ты думаешь о других, но только не о себе», — покачал головой Бэк, останавливаясь в нескольких метрах от дома. Он ждал ровно до того момента, пока не закрылась за девушкой дверь подъезда, а потом пошёл к машине. Он написал Сехуну, что будет ждать их внизу, не станет показываться на глаза, а макнэ показал ему кулак с балкона и, покачав головой, скрылся. А Щеночек просто не мог сейчас ей открыто сказать, что он её парень, вывалить на неё эту неожиданную информацию. А представляться другом или знакомым смысла не было — он не был им и не хотел им быть.       Яндэ позвонила в дверь, а затем постучала три раза.       — Кто там?       — Снеговик, — отвечала девушка, понимая, что слишком легко оделась и теперь замёрзла.       Замок щёлкнул. В глаза сразу бросились чьи-то мужские ботинки, три пары в маленькой прихожей, где вообще нельзя было развернуться нормально.       — К нам кто-то пришёл? — осторожно спросила Шам, которой стало очень страшно.       Она в принципе не любила гостей, особенно тех, кто не предупреждал о приходе, а мужчин тем более: мало ли какие проходимцы ходят по округе.       — Доктор пришёл, — немного заикаясь, проговорила подруга, протягивая руки, чтобы взять курточку.       — А чё так поздно? — округлила глаза Ян, уже готовясь к тому, что сейчас растерзает этого шарлатана.       — Он наш друг, пришёл как смог.       — А остальные? — Ён заметила, как холодны стали слова девушки, как резко поменялось её настроение, и теперь боялась, того, что подруга накинется на бедных переживающих парней.       — А остальные тоже друзья и пришли за компанию, — попыталась как более дружелюбно проговорить Ён. — Не волнуйся, никто нас не обидит, мы давно их знаем.       Яндэ кивнула, но все же продолжала вести себя настороженно. Она увидела трех симпатичных молодых мужчин, которые крутились в доме, убирали продукты, мыли фрукты — вели себя по-хозяйски.       — И кто из вас доктор? — Белянка как и предполагалось, напала прямо с порога, оглядела вздрогнувших корейцев грозным холодным немного презрительным взглядом.       — Я, — он стоял ближе всех, щупленький с приятной улыбкой, ямочками на бледных щечках. — Меня зовут Чжан Исин, — протянул крепкую жилистую руку. — Это Сехун и Чонин, — кивнул он в сторону застывших высоких красавцев.       — Ты, — без грама уважения сказала Ян, — мало похож на доктора, —она решила, что в глаза выскажет свои опасения, прежде чем перейдёт к рукоприкладству.       — Мне так все говорят, так что я не обижаюсь, — так же дружелюбно продолжал отвечать Исин. — Может, потому что я практикую китайскую народную медицину.        Барашек вдруг вспомнил о том, что Ян всегда восхищалась его происхождением, уважала культуру и традиции, искала вместе с ним информацию о древних лекарях. Когда была возможность, они сидели в библиотеке и придумывала для Син-сина легенду о том, что он практикующий шаолиньский послушник или что-то в этом роде.       — Ну да. Ты же не любишь настоящих докторов и вряд ли бы обрадовалась, приди они сюда посреди ночи, — пояснил парень с широкими чёрными бровями, который выглядел очень серьёзным, особенно с грушей в руках.       Тут в первый раз Шам поняла, что действительно что-то забыла. Она внимательно рассматривала каждого из них, оценивала. И это не укрылось от Чонина, он хорошо понимал этот взгляд. Ян не чувствовала враждебности. Ей казалось, что она уже преодолела это однажды, она уже когда-то их приняла. Но боялась, что всё это лишь внушение и самообман. Пауза затягивалась и надо было как-то выходить из положения: «Я рада, что вы заглянули, — хотя радости на лице не было. Останьтесь и поужинайте с нами». И надо ж было Исину ляпнуть следующую фразу:       — Но прежде надо тебя осмотреть. Ведь ты только очнулась и… — в глазах Белянки сверкнул праведный гнев, она адресовала его в первую очередь Смуглянке.       — Если ты боишься Исина, я буду рядом, — Ён расценила эту ситуацию именно так и решила снова сыграть роль заботливой мамы. — Не бойся его, он хороший, правда.       — Да идите осмотритесь, а мы с Се пока салатик накрошим, — закивал как китайский болванчик Кай. — И ужин разогреем, точно! А вы, больная, должны быть всегда в покое, — улыбнулся Чонин, который подумал, что открывшая рот Шампунь, хотела сама всё на кухне сделать.       Жизнь Яндэ с Бэкхёном, на которого падали все шишки, отучила парней чувствовать на себе её гнев и побои. Белянка сделала вид, что согласилась, пропуская доктора вперёд. Но стоило ему и Ёнхейя отвернуться, она прямо в тапках бросилась за дверь. Сехун выругался и хотел было бежать за ней, но столкнулся с Чонином. Девушка же успела преодолеть два лестничных пролёта за это время.       Толкнув дверь подъезда, Белянка вдохнула холодный морозный воздух ртом, на язык попали снежинки, кружившие рядом. Не успела она перевести дыхание, вдруг почувствовала как сердце от страха немеет. Её кто-то крепко обхватил руками со спины. Эти несколько секунд страха быстро сменились отчаянным сопротивлением.       — Яндэ! — голос его был подобен стреле, попавшей в сердце, девушка оцепенела. — Прости, что напугал, — объятия стали мягче, тёплое дыхание коснулось холодной шеи.       От этого человека исходил тонкий запах ванили и вишни. Оставшись в одной футболке, она очень хорошо чувствовала спиной тепло, исходившее от его тела. Страх прошёл моментально, стоило только услышать его нежный бархатистый голос, который всколыхнул огромную волну внутри Белянки. Она не знала, что это и почему так происходит. Но она точно уже слышала его голос, она точно доверяла ему, она точно знала его.       "Но не стоит бегать раздетой по улице, ты простынешь", - полы его распахнутого пальто прикрыли обдуваемые ветром бока. Слёзы, подступающие к горлу сами собой хлынули. Она точно знала, что может ему сказать, что он поймёт. Знала сердцем, не разумом:       - Они…они хотят…я боюсь…если кто-то коснётся…       — Тише, — его губы были над самым её ухом. — Если ты не хочешь, никто и пальцем тебя не тронет, никто. Я этого не допущу, - девушка хотела повернуться, увидеть лицо этого человека, но он осторожно повернулся вместе с ней к подъезду, дверь которого сама распахнулась. — Возвращайся в тепло, ведьмочка, и прости их. Исин никогда не причинит тебе беспокойства и боли. Никогда. К тому же он сам смущается сильней, чем ты.       — Да? — девушка усмехнулась. Где же водятся такие врачи, которые смущаются от вида пациентов.       — Иди. Ещё увидимся, — он осторожно отступил на шаг, меж их телами проскользнул холодный воздух.       — Эй! — когда она обернулась, за спиной уже никого не было.       Сехун, наконец, спустился и увидел рыдающую девушку, которая пыталась рассмотреть кого-то за пределами дома. "Прости, Шампунька, — он назвал её тем прозвищем, которое использовала Ён, накинул на плечи свою кожаную куртку, которая, конечно, не сходилась, но всё же грела. — Прости, что мы так…" Но Яндэ ничего не ответила, кивнула и побрела наверх, решая, что доверится голосу. Ведь тот незнакомец был таким родным и теплым, что будь её воля - она бы вернулась на улицу, чтобы найти его и узнать, кто это. Но что-то подсказывало, что ещё рано.       Они поднялись в квартиру, и девушке стало немного стыдно за свой поступок. Она хотела извиниться, но столкнулась на пороге с объятиями Шифу, который плакал и лепетал извинения на китайском. Белянка тут же сделала вывод, что худо-бедно его понимает. Пришлось приходить в себя и успокаивать его, похлопывая по спине. Он действительно очень смущался, обещал, что только проверит пульс, что дотронется до неё через платок, лишь бы барышня не переживала. Его речь была такой спутанной, что пришлось Чонину переводить.       После они переместились в спальню. Ян захлопнула дверь перед носом Смуглянки.       — Эй, ты чего?       — Мне и так стыдно, — зло прошипела подруга.       Она глубоко вздохнула и кивнула симпатичному китайцу, который немного напоминал простофилю.       — Мэйвэй, просто присядь, — вздохнул он.       — Мэйвэй? — девушка попыталась перевести это на русский и получалось плохо, что-то типа «красивое почему или США почему».       — Это игра слов. "Сестра" и "вкус". Мы все знаем, как вкусно ты готовишь, — он присел рядом с ней на кровать и осторожно нежно взял её руку с свои лапки. — Я только послушаю, как бьётся твоё сердечко., - Ян только и могла что моргать глазками, вспоминая хоть что-то о китайской медицине, кроме булавок.— Можно? — спросил Исин, протягивая руку к её шее.       Девушка кивнула. Два пальца, касающихся сонной артерии тоже показались ей знакомыми. Она вздрогнула, и парень тут же убрал руку.       — Извини, я просто…       — Я понимаю, — он снова посчитал пульс, и казалось, бы успокоился, потому что улыбнулся, заглядывая девушке в глаза.       — Мы все так переживали за тебя, но я вижу, что сейчас всё хорошо.       — Да? — удивилась Белянка.       — Да. Несмотря на то, что ты не будешь узнавать знакомые вещи, места и людей, со временем всё восстановится, — соврал, скрепя сердце, Барашек. — И я надеюсь, что мы снова станем друзьями.       "И я снова услышу от тебя радостное «Второй мастер».       На кухне творился небольшой хаос, все что-то делали и переговаривались. Был слышен смех Чонина и тихое бурчание Хуна. Решено было покушать на полу в гостиной, чтобы никому не было обидно. Ян бросилась заправлять кровать, чтобы гости не видели этого бардака. Смуглянка расстелила на полу скатерть, Кай поставил тарелки, Исин принёс поднос с чаем и Сехуну достались соусы, которые он чуть не пролил. Шам во время подхватила один из них.       — Прости, — снова извинился парень.       — Ничего, — ответила девушка, стараясь не смотреть на серьёзного молодого человека.       Потом пошли разговоры о чём-то незначительном, типа погоды, никто не решался поднять какую-то тему, важную для их стаи. После чая гости быстро засобирались, вспомнив о голодном Бэкхёне в машине. Хотя Яндэ и не настаивала, но было видно, что она ещё хотела пообщаться с парнями.       — Мы ещё увидимся, — улыбнулся смуглый добрый Чонин и отдал девушке честь.       — Приходи к нам в гости, — Исин на прощание снова пожал ей руку.       — Мы все будем вас ждать, — пробурчал Се, который слишком сильно расчувствовался.       Ему же тоже хотелось, чтобы Ян обняла его как раньше, чтобы назвала затем, отцом или ещё как-нибудь. На этом и закончилось первое знакомство. Парни быстро спустились к машине ожидая, что сейчас на них будут орать, но Бэк просто сидел и смотрел в окно, и вздыхал.       — Не кисни, хен, — потрепал его по плечу Чонин. — Скоро встретитесь.       — Может, через пару дней они к нам придут, — закивал Исин.       — Но ожидание всё равно будет томительным, — вздохнул Бэк, игнорируя радостных братьев.       — К кому-нибудь вернулись силы? — неожиданно спросил Мишка, мечтая быстрее оказаться дома.       — Походе что нет. Наша фурия явно очень сильно разозлилась, — ответил Сехун, замечая, что ветер стих не по его желанию.