Невеста EXO. По следам проклятия.

      Чанёль что-то долго обсуждал с братьями в библиотеке. Фэн снова не знала куда себя деть. Вчера и позавчера они с Цаньле тусили в студии. В тесноте, да не в обиде. Конечно, особо много музыки он не придумал за это время, зато подарил ей только приятные воспоминания. А то эта затяжная депрессия порядком надоела.       Только утром она узнала о том, что Ёнхейя уволили. Она хотела поговорить с ней, как-то поддержать, но выходило косо, криво. А Смуглянка только натянуто улыбалась. Приготовила вкусный завтрак, попросила Минсока сварить кофе. Посидели на кухне тихо, по-семейному.        Несмотря на то, что во время праздника Пчёлка, как могла, старалась проявить к «обновленной» подруге только дружеские чувства, всё было слишком сумбурно в тот день. Сейчас один раз спросила про Яндэ, получила ответ «нормально» и решила больше не соваться.       Парни всё время о чем-то спорили. Всё было совсем не так радостно, как девочки себе это представляли пару лет назад. Никому не было дело до маленькой Пчёлки, смотрящей дурацкий сериал в гостиной. Смуглянка посидела с ней пару минут, потом за ней пришёл Чонин и она тоже скрылась внизу, в библиотеке. И было обидно. Ведь Фэн тоже знала, что всё происходит в мире выдуманного ими же фанфика. Только никому об этом не рассказала.       Наконец, бурная дискуссия закончилась. Все постепенно стали расползаться по комнатам. Пчёлка делала вид, что с упоением смотрит сериал. На самом деле она больше всех хотела узнать последние новости, а значит, надо было ждать Ушана. Но он никак не появлялся. Чтобы не спалить своё нетерпение, девушка сбежала в комнату рэпера. Парень пришёл только спустя долгих полчаса.       — Цаньле, — подала голос Фэн.       В комнате было темно и даже прохладно. Ёль щёлкнул кнопкой настольной лампы. Мягкий жёлтый свет упал на тонкие бледные стопы. Фэн сидела на кровати, обнимая колени. Выглядела она такой печальной и ранимой, что руки Пак Чана сами собой обвились вокруг её тела.       — Замёрз?       — Да, решил погреться, — его нос коснулся мочки ушка.       — И что вы решили? — она не утерпела и задала этот вопрос слишком быстро, потому испугалась, то большой тёплый волшебник её раскроет.       — Кажется, мы влипли, — промычал парень, крепче обнимая Пчёлку.       — Мы все давно влипли, когда встретились — хотела пошутить она, но получилось уж как-то грустно.       Эта горькая шутка была скорее истиной. Иногда Фэн казалось, что жить в неведении — было раем. А теперь, когда она вспомнила всё, то не знала, как теперь ей выжить в безумном кошмаре её подруги.       — Ничего мы не решили, — Чан отодвинулся, понимая, что его любовь не настроена на романтику. — Сехун не хочет давить на Ёнхейя, а все остальные не хотят что-то требовать от Сехуни.       — А причём здесь они?       — Сейчас мы ничем не можем помочь хёну. Завтра он отправится домой в Японию, чтобы поправить здоровье. Хён считает, что Яндэ следует поехать с ним. Не только Минсок-хён потерял свои силы, — Фэн знала, что Чонин тоже их теряет и Лухан тоже, но казалось, точнее она была почти уверена, что Чан тоже. — А Ён, она… — Ушан вроде бы и понимал, что тоже поступает неправильно, но не видел другого выхода. — Ён говорит, что это слишком проблематично. Лучше быть всем вместе. А ещё этот Бэк…       — Что он сделал? — в словах рэпера была какая-то неуверенность, разочарование и ещё что-то незнакомое.       — Да-а… — попытался отмахнуться парень, но Фэн схватила его за руку и повалила на себя.       — Рассказывай, Ушастый! — без акцента проговорила девушка и обхватила ногами длинное крепкое тело.       — Я обещал, что не буду, — он попытался «съехать» с темы, но Пчёлку так просто нельзя было остановить. — Это наши разборки.       — Вот именно, что наши. Так что выкладывай, — она возвышалась над ним, вновь сладкое давящее чувство разлилось по клеточкам, но Чану было не до любовных игр.       — Он утром свалил на свидание, — бровки девушки подпрыгнули, выражая удивление. — А должен был забрать документы, — тут он понял, что сказал лишнее.       — Чьи документы? Ой, Цаньле, — она скривила моську полную разочарования, — сказал А, говори и Б, не ломайся.       — Один знакомый Бэка в полиции обещал включить вас в программу защиты свидетелей и сделать новые документы, — Фэн нехило так офигевала от масштабов мероприятия. — Но, пока только удалось найти подходящие для Яндэ. Ещё и поэтому она поедет с хёном. Дело в том, — меж тёмных бровей пролегла морщинка, которую парень старательно пытался разгладить. — Что Бэк ушёл и так и не вернулся. Кёниль-хён сам приехал и привёз пакет. Сказал, что Бэк не отвечает на звонки. Я звонил, Чунмён-хён — бесполезно.       — А где он может быть? — но Чан развёл руками, спрашивать дальше было бессмысленно.       Фэн вспомнила о том, что документы для подруг были заготовлены самими донгами. Потому понятно было, почему они не проходили по базам. И то, что сейчас имелся шанс обзавестись легальными паспортами — больше походило на сказку. Это лишало злых волшебников власти над путешественницами.       Стук в дверь отвлёк девушку от рассуждений. Чан с шумом выдохнул воздух и спросил:       — Кто это?       — Это я, — голос Ифаня не часто можно было слышать в этой части дома. — Мы отправляемся в Китай.       Девушка вскочила на ноги и быстрее хозяина комнаты рванула к двери. Она смотрела на парня со смесью печали, злости и растерянности. Босые ноги касались холодного пола, кофта сползла с белого плеча.       — Как? Почему? — в её голосе было столько беспокойства, что сердце белого волка дрогнуло, а вот на губах осталась лёгкая обманчивая полуулыбка.       — Какая милота, — усмехнулся китаец, оглядывая растрепанную Малышку. — Он даже в такой момент домогался тебя? — убирая выбившуюся тёмную прядь волос за ухо. Его слова сквозили насмешкой, но голос был очень нежным.       — Не мели чушь! — буркнула Фэн и отодвинулась, дабы не пробудить волну ещё большей ненависти в душе Ушана. — Что случилось? Я еду с вами.       — Нет, — больше в его глазах не было нежности, они стали такими холодными. — Для тебя нет места, — слова его звучали жестоко.       — Какого чёрта, У Ифань?! Почему я не могу помочь? Такой особенный? — её бурное выражение эмоций вызвало улыбку. Как же не похож был этот парень на грозного генерала У. Тем не менее холод в глазах и жестокость были присущи обоим.       — Думаешь Чан отпустит тебя с нами?       — Нет, конечно! — тут же повелитель огня сцапал свою добычу и прижал к себе.       — Да уж, — конечно, он бы ни за что её не отпустил, особенно после дерзкого похищения. — И всё же в чём дело? И не отшучивайся.       — У нас отозвали визу. У всех четверых.       — Что?       Вот это был самый настоящий поворот. Политическая ситуация в стране, отношения с Китаем — всё было хорошо и стабильно. Но почему? И почему именно сейчас? Этот вопрос едва ли не сорвался у неё с языка. Но Фэн вовремя взяла себя в руки. Всё-таки она должно была теперь тоже хранить секрет.       — Тао уже ушёл. Он, кстати, и поведал нам про накрывшиеся контракты. Его отец уже обратился к адвокату. Но мне кажется, никакого результата не будет. Придётся использовать свои связи. На это может уйти время. Так что не скучай, Малышка.       — Но как же вы тогда полетите?       — А, не волнуйся об этом. Лун И перевезёт нас троих. Если, конечно, Исин не прибавил в весе.       Фэн усмехнулась:       — Ну это вряд ли возможно. А можно посмотреть на твоего дракона?       — Боюсь, что ты его не увидишь. Никто не видит его, кроме меня.       — Ты просто не пробовал, — буркнула она и, освободившись от объятий Чана, подошла к китайцу, чтобы повиснуть у него на шее. — Будьте осторожны там.       — Ты же знаешь, что я сама осторожность, — усмехнулся парень и обнял в ответ. Он мог обнять Мелкую сильнее, но заметил недовольный взгляд Ушанчика.       — Закончили? — попытался спокойно произнести Чан, но Крис почувствовал, как медленно сила просыпалась в Еле, необузданная, неконтролируемая — и это не сулило ничего хорошего.       — Мне кажется с его ревностью, его сила всегда останется при нем, — прошептал Ифань и из вредности поцеловал Мелкую.       — Ифань! — взревел рэпер, начиная «полыхать».       — Пожар! Ой, несите воду, — пропел китаец, помахивая ручкой. — И да. Я хотел вас кое о чём предупредить, — Пчёлы напряглись. — Не лезьте в разборки между сладкими парочками.       — Даже не собирались, — буркну Чан.       Фэн сжимала его руку, и та постепенно начала остывать, пик вспышки прошёл. Хоть Ифань и говорил это лишь в шутку, но Малышка боялась, теперь она боялась силы Ёля. Оба они вышли в гостиную вслед за Ифанем, чтобы попрощаться с Лу и Сином. Последний сетовал, что не сможет передать лекарство для Мэйвэй. Но Сехун его заверил, что станет прекрасной заменой Почте России.       Когда все оказались на улицу. В темноте ночи девушка отчётливо разглядела большую рептилию. Тело её двигалось плавно, расправляя каждую складочку. До сего момента Лун И спокойно лежал, свернувшись в клубок на лужайке. Его чешуя блестела каким-то таинственным синим светом и походила на рыцарские доспехи. Мощные лапы должны были оставить на траве следы, но их не было. Мифическое создание зевнуло, но при этом не издало никаких звуков.       — Куда ты смотришь? — спросил обеспокоенный Чан.       — Я впервые вижу дракона, — отчеканила барышня, словно не веря своим словам.       — Фэн, только давай ты не будешь провоцировать меня, — вздохнул парень. Он подумал, что всё это неудачная шутка. Но Фэн ущипнула его и затем указала на питомца.       — По-твоему я не могу отличить реальную махину от галлюцинации? Он же лежит здесь и зевает. Прямо на лужайке. Он занял всё пространство. И как только поместился? — она осторожно прошла несколько шагов в сторону, чтобы убедиться, что великолепное чудовище не сронило забор соседей.       Великолепное чудовище вальяжно вытянуло заднюю лапу в надежде почесаться, но как раз забор и мешал это сделать. Дракон тяжко вздохнул и отвернулся. Словно бы он был большим псом, только с чешуёй. «Прекрасный! — восхищалась девушка. — Как жаль, что больше никто его не видит», — ей хотелось подойти поближе и дотронуться до него, но она боялась беспокоить великана, вряд ли его каждый день тискали незнакомые люди.       — Кажется, мы обнаружили что-то новое, — пробормотал Исин, подходя ближе.       — О чем ты? — температура Чана вновь повысилась от волнения.       — Твоя девушка видит то, что другие не могут видеть. А это проблема, — Барашек покачал головой, он с живым интересом наблюдал за тем, как Фэн рассматривает что-то в темноте лужайки.       — И почему это проблема? — поворачивая голову, спросила Фэн.       — Потому что ты не должна этого видеть. Он настолько волшебный, что даже мы, обладая своими силами его не видим, а ты… В тебе что-то не так, — пожимая плечами, сказал китаец. — Жаль, что мало времени. А то бы я поставил несколько экспериментов.       — Я тебе не подопытная мышка, — обиделась девушка. Чан тут же хотел встать на её защиту.       —Ахах, — парень смутился. — Я не имел ввиду ничего страшного, — задумчивый вид Исина сменился обыкновенной улыбкой простофили. — Не переживай, Сяо Фэн. Просто твоё умение могло бы нам пригодиться.       — Да я не переживаю. Просто хотела посмотреть на дракона поближе, а все так всполошились. И что это ещё за «Сяо Фэн». Я не малявка какая-нибудь! — кажется, её действительно больше задевали слова чёрного волка, нежели волшебная неведомая тварь.       — Прости-прости, — он наигранно раскланялся, продолжая улыбаться. — Но нам уже пора, — добавил он с горечью.

      Дракон, взмывающий в тёмные небеса — ничего более невероятного в своей жизни Фэн не видела. Теперь она была готова поверить в любую сказку. Если уж и драконы существуют в этом мире, то почему бы не быть русалкам и привидениям. Хотя, проблем и без них хватало.       Фэн решила всё же позвонить Ён и кое-что у неё уточнить. Но для этого надо было дождаться того момента, когда Чан уснёт. А это трудно было сделать, ведь он засыпал только тогда, когда засыпала Фэн. Ёль считал, что непременно должен согревать её…всегда.       — А если мы попробуем что-нибудь новенькое? — улыбнулась Мелкая, обнимая своего гиганта.       — Вот знаешь, я думал, что ты хочешь меня всегда. Но, чтобы даже в такой ситуации… , — усмехнулся рэпер, пошло двигая бровями.       — Хентай! — крикнула девушка, наигранно стукая парня кулачком.       — Это ты у Яндэ слов японских нахваталась? Опять мангу читала?       — Пф, — наигранно обиделась девушка, — как будто я только мангу читаю.       — Да ладно тебе, — Чан подхватил девушку на руки, чтобы покружить по лужайке.       На улице было морозно. Снег позавчера сошёл, обнажая пожухлую осеннюю траву. Минсок больше не мог призвать снег. Но в памяти обоих была та снежная ночь, когда их сердца бились в унисон. Все остальные уже давно разошлись. Кёнсу временно переехал в комнату Исина, потому что ему стыдно было смотреть на обжимающихся Пчёл.       Парень и девушка лежали в кровати, укутавшись в большой плед с головой.       — Знаешь, — она зарываясь пальцами в выкрашенные волосы, — мы должны как-то им помочь.       — Фэн, — заскулил волк.       — Я не собираюсь подвергать себя опасности, просто… Что имел в виду Исин? Что за эксперименты?       — Я прибью эту овцу! — резко потеплело и Фэн вынырнула на поверхность, в прохладу.       — А когда ты его прибьёшь, я зажарю и подам в прекрасном соусе. Знаю я один рецептик.       Оба рассмеялись. Они отлично понимали друг друга. Сейчас, когда Фэн использовала руку Чана как подушку, она могла бы спокойно уснуть. Но мысли о будущем не давали ей покоя.       — О чем вы говорили на собрании? Наверняка, они пытаются найти решение, — Чану пришлось сдаться.       — Они решили поискать в Китае какие-то зацепки по поводу силы, — самая рациональная мысль за последнее время. — Китай — большая страна, в ней наверняка найдётся парочка-другая таких же оборотней.       — Но вы же родились в Корее. Здесь тоже нужно всё обыскать!       — Да.       — А ещё Тибет…то ещё местечко. Поехали на Тибет? — эта мысль пришла к ней в голову так внезапно.       — Зимой? То есть сейчас, — Чан опешил, он не понимал, что происходит, но ему почему-то очень нравилась эта идея.       — Ну ты же тёплый. Я, конечно, не верю во всю эту ахинею про гробницы и прочее. Но, быть может, монахи могут что-то дельное рассказать?       — Так. И когда ты узнала о монахах? — заворчал парень.       — Я о них давно знала дурачок. Тибет же, — прошептала шалунья прямо в губы, и тут же укусила за нос. Чан пискнул. — Это да? Мы едем?       — Это опасно и холодно. Я не люблю холод, — он пытался её образумить, но выходило плохо, Фэн улыбалась так соблазнительно, что рациональные мысли тут же улетучивались.       — Ты тёплый. Ты согреешь меня. А ещё ты сильный, а значит защитишь, — осторожно она пробиралась холодными пальчиками под футболку, дразня Ушана.       — Фэн, — снова его жалобный стон походил на скуление пёсика, — я боюсь, что мои силы могут иссякнуть, как и силы Минсока… — он тяжко вздохнул, потому что игривые пальчики скользнули ниже.       — Я верю, — она смотрела ему прямо в глаза, возвышаясь над ним, свет лампы играл на её волосах. — Я верю, что с нами всё будет хорошо.       Её уверенность плавно передавалась Чану. В какой-то миг, наверное, вместе с её мягким поцелуем, сомнения исчезли. И он готов был пойти куда угодно, лишь бы выполнить её желание.

***

      А утром они исчезли в тумане, оставив короткую записку. «Эгоисты»! — измотанный Чунмён был похож на дохлую лису из мемов. Он вышел их комнаты без тапок, они куда-то исчезли таинственным образом. И теперь шёл к холодильнику, попить водички. Кёнсу уже что-то варил на кухне. Лидер решил задержаться, чтобы почувствовать запах еды, тепло, исходившее от плиты. Потом он сделал несколько мелких шажков и завалился на стул. Потом через мгновение сполз по спинке и распластался на обеденном столе.       — Ты о ком? — спросил Герой, помешивая лапшу.       — Чан и Фэн умотали на Тибет. У меня только один вопрос: как он её туда провезёт. Не в сумке же.       — Я думаю, что знаю на него ответ, — на кухню пришёл Чен и показал сообщение от Кая, где тот сфоткался на фоне заснеженных гор.       — Они и его подговорили! — застонал Сухо. Он уже расценивал Фэн как исчадие Ада, как демона, соблазнившего его наивного братишку. Но потом припоминал, что Чан и сам по себе был тем ещё чертёнком, просто раньше он это скрывал, то с появлением Фэн все изменилось.       — Все пошло по *** — усмехнулся Чен, убирая телефон. Он уже втягивал носом великолепные запахи и не собирался отвлекаться от потребления вкусной еды.       — Где-то я слышал эту фразу, — Кёнсу сверкнул глазами, не отрываясь от помешивания супчика.       — Кто тебя такому научил? — подал слабый голос протеста лидер. — Ещё не хватало, чтобы вы у меня матерились.       — Хён, открою секрет, — серьезно начал Чондэ. — Мы те ещё матерщинники, просто мы при тебе стараемся этого не показывать.       — Как тепло и хорошо. А что у нас на завтрак? Курочка? — Чонин появился на другом стуле совершенно неожиданно, но уже умудрился привлечь к себе внимание.       — Ну и? Как на Тибете? — Сехун, зевая, выплыл из своей комнаты. В кои-то веки он ночевал дома, а не под крылышком у генерала Ён.       — Холодно. Но терпимо.       — Зачем им потребовалось сваливать из дому? — Сухо выглядел настолько жалким, что Чондэ подошёл и попробовал сделать ему массаж.       — Ну, — как почесал затылок Мишка. — Я сам толком не понял. Фэн что-то сбивчиво говорила про монахов. В общем плана у них нет. Если что, я заберу их завтра обратно, — и тут же отключился, сон накрыл его очень быстро, но парней уже не удивляли такие вот случаи.

***

      Яндэ листала новостную ленту, когда домой пришла Ён.       — Привет, Заюшка, — девушка махнула рукой, не отрываясь от интересных статей. — Чай? Или ужин?       — Ужин.        Ёнхейя говорила тихо и вкрадчиво, как бывало всякий раз, когда она злилась или не желала, чтобы её кто-то беспокоил. Ну, Яндэ и не стала приставать, молча поставила перед ней тарелку с пловом. Всё-таки это было себе дороже — протискиваться в её внутренний мир, над которым полыхали грозы. «Чаю»? — уточнила Ян позже, когда вилка застучала по пустой тарелке. Но Смуглянка к напитку не притронулась.       Девушка глядела на всё, что угодно, только не на свою подругу. Она пыталась взять себя в руки и не сорваться на той, кто так жестоко обошёлся со всеми, разыграв карту под названием «потеря памяти». Наконец, она произнесла:       — Нам надо поговорить, — Белянку аж передёрнуло от её сухого и напряжённого голоса.       — Я Вас внимательно слушаю.       — Завтра Минсок отправляется в Японию на горячие источники, чтобы поправить здоровье. Ты отправишься вместе с ним, — Яндэ показалось, что эта фраза звучала как приказ. Но позже она убедилась, что так оно и было.       — А билеты?       — Уже всё готово, — Ён хотела было встать и отдать ей всё сейчас, но руки и ноги не слушались, она не хотела шевелиться вообще, просто заползти в кокон и проснуться только тогда, когда всё закончится.       — А вещи? Надолго мы поедем?       — Я не знаю, — взгляд карих глаз был пустым и таким уставшим.       — Что-то случилось?       — Знаешь, — она сделала многозначительную паузу, — я не знаю, что тебе рассказать. И стоит ли рассказывать вообще. Может, будет лучше промолчать для твоего же блага.       — Это как-то связано с моими воспоминаниями?       — Да, — по тяжкому вздоху Ян поняла, что связано и, наверное, в большей степени.       — Хорошо. Пойду погуглю погоду. А куда мы летим?       — На Хоккайдо.       — Погоду на Хоккайдо на ближайший месяц. Посмотрю.       Каждая сидела в своей комнате. Проходили часы, а они не двигались с места. Ян порывалась пойти поставить чайник и предложить Ён перемирие, но каждый раз останавливала себя. Она думала, что сделает это, когда девушка выйдет из комнаты, но это так и не произошло. Зайти боялась, точнее боялась нарваться на скандал. Белянка была уверена, что они могут поругаться, хотя и не помнила об этом.       А вещи-то собирать было нужно. После долгих раздумий, она, наконец, решилась написать Минсоку. Несколько раз стирала сообщение, набирала заново, стирала и перечитывала, пропустила через переводчик на всякий случай, чтобы не допустить ошибку. Отправила и отложила телефон в сторону, а потом долгие минуты смотрела на него как на врага, ждала, что зазвонит. И вто же время думала, что он ей не ответит, что слишком занят и ему совсем не до неё.       В своей голове Яндэ уже придумала тысячу причин, по которым милый парень из EXO ей не отвечал. И когда пришло сообщение, она подумала, что это просто рассылка. «Привет. Просто, что так внезапно сказали про поездку. Понимаешь, я сейчас не очень хорошо себя чувствую, — Шампуни тут же стало стыдно за то, что она навязывается. Она ведь прекрасно знала, что он болеет, ребята сказали ей на дне рождения Чонина. — Парни остаются здесь на мероприятиях и не смогут меня проводить. Поэтому я могу обратиться только к тебе, — читая эти строки, девушка преисполнилась желанием прямо сейчас рвануть к нему и приготовить ему куриный бульон и помочь со сборами. Она уже хотела написать ему это, но пришло ещё сообщение. — Возьми то, что тебе необходимо. Там есть магазины, если что. Мне правда неловко тебе советовать. Думаю, Ёнхейя справится лучше, — пришлось упомянуть о том, что Ён не в настроении и немного пожаловаться. — У неё тоже не лучшие дни, пойми её. Прости. Наши проблемы не должны были на вас распространяться, — миллион вопросов тут же созрел, но Белянка подумала, что лучше задаст их в самолёте, откуда парен бы точно не сбежал. — Я думаю, что на первое время три комплекта одежды хватит. Главное, чтобы они были удобными. Сейчас потеплело, я думаю, что в куртке тебе будет нормально. Не переживай. Я буду с тобой рядом. И никому тебя в обиду не дам. Контроль будем вместе проходить. Я все тебе переведу. Не переживай. Выпей чаю и ложись спать», — и прислал смайлик с котиком. Ян улыбнулась. Минсок действительно был очень милым и мягким как домашний кот, не хватало только мягких ушек и лапок, он даже говорил как-то протяжно. Или девушке так только казалось.       Утром за завтраком всё было лучше. Ёнхейя несколько раз уточнила список вещей, которые нужно было собрать. Она проверила несколько раз чемодан, зарядное устройство, паспорт, билет, визу. Потом ещё проверила знания элементарного английского, чтобы подруга не растерялась. Когда дело дошло до пункта, в котором говорилось, почему паспорт выдан на гражданку Франции с совсем другим именем и фамилией, но с фотографией Белянки, Ёнхейя рассказывала легенду, которую ей передал Чунмён. А тому в свою очередь Кёниль.       — Не буду спрашивать, почему мы в программе защиты свидетелей. Я понимаю, что ты не готова, — но эта фраза стоила Шампуне нервов, потому что Ён одарила её таким взглядом, будто бы хотела ударить.       — Ни черта ты не понимаешь, — но звонок в дверь вовремя остановил вулкан, готовый выпустить все накопившиеся эмоции.       — Вы готовы? — пришёл Сехун, он должен был отвезти их в аэропорт. — Ён? Ённ-а! — он тоже понимал, что его девушка сейчас больше похожа на атакующего генерала. — Только не бей, — и прикрылся руками.       — Иди в пень! — но градус гнева всё-таки снизился. — Минсок с тобой?       — Ждёт в машине. Это всё? — он указал на красный чемоданчик и тут же подхватил его.       Смуглянка закрыла дверь квартиры. Ей пришло сообщение, так что она задержалась, а Белянка уже спускалась. В это время навстречу ей поднимался парень с яркими белыми волосами, без шапки, в чёрных круглых очках. Одежда его была яркой модной бросающейся в глаза. Какой бы слепой ни была Шампунь, а она быстро заметила на ногтях чёрный лак и очень удивилась. Из-под распахнутого чёрного пальто выглядывал нежный бежевый свитер с большим вязаным воротником-стойкой, который доходил до середины бедра, обтянутого чёрными заушенными штанами. Венчали образ белоснежные массивные кеды.       Он поднимался сначала быстро, но как только увидел девушку, то замедлился. Ян подумала, что он разозлился из-за того, что она его рассматривала, поэтому опустила голову и постаралась побыстрее пройти мимо. Три ступеньки, две. Она не видела, что он снял очки. И когда они поравнялись, Хонки произнёс: «Решила сделать вид, что мы незнакомы»? Ян уже спустилась ниже, она хотела обернуться и спросить: знакомы ли они. Но вместо этого рванула вниз.       Мистер Ли принял всё буквально. Да, они расстались. Но после дня рождения Минхвана, фронтмен стал считать, что они могли хотя бы быть просто знакомыми. Но те несколько мгновений, в которые она смотрела на него, ему казалось, что Ян видит в нём незнакомца. «Побежать за ней ли нет? Остановить? И что сказать»? — и всё же он не решился. Так и замер на лестнице.       Глухо застучали каблуки. Сверху спускалась Ёнхейя, она разговаривала по телефону. Девушка, конечно, удивилась, увидев здесь Хонки. Но времени на расспросы не было, она просто кивнула ему в знак приветствия.       В машине Сехуна уже ворчал мотор. Ён привычно устроилась на первом сидении. Сегодня в ней даже не вызывали отклика случайные касания его руки в момент, когда он переключал скорости. К тому же она не хотела проявлять знаки внимания на глазах у Минсока. Играла какая-то задорная песенка очередной женской группы, безликая и ненавязчивая.       Зайка хотела спросить у подруги, видела ли она Хонки. Однако решила, что не хочет объяснять ей про отношения с бывшим парнем. Судьбе же было угодно поднять этот вопрос.       — Ты видела парня в чёрном пальто? Это наш сосед? Так стыдно было. Я с ним не поздоровалась, да ещё и пялилась. Ужас просто! — Ён чуть не подпрыгнула. Ох, уж эти происки Вселенной.       — Он что-то тебе сказал? — она посмотрела в зеркало.       — «Делаешь вид, что мы незнакомы» или как-то так. Я ему денег должна что ли?       — Нет, — она пыталась что-то придумать. — Просто повздорили не так давно. Ты решила, что не будешь с ним разговаривать.       — Значит, можно не переживать, — она махнула рукой и успокоилась, а Смуглянка выдохнула с облегчением: ложь удалась.       — Не хотелось бы вас прерывать, — Сехун совершал поворот и при этом вклинивался в разговор, в зеркало было видно, что он недоволен. — Но в салоне нас четверо. И когда вы там разговариваете на своём языке, мы чувствуем себя неуютно. Да, хён? — но Минсок дремал и ему было всё равно, что происходит.       — Прости, Сехун. Не злись, — Ян беззаботно отправила ему воздушный поцелуй.       — А ты? — обратился он к Ён.       — Что?       — Не будешь извиняться?       — Знаешь что, дорогой? — казалось сейчас снова разразится скандал. — Хватило мне уже извинений! — ох уж эти звонки с семь утра, от воспоминаний макнэ тоже передёрнуло.       Когда припарковались на стоянке, Минсок ещё сладко спал. Ян позвала его несколько раз — не помогло. Тогда она осторожно потормошила его за плечо. Парень сладко зевнул и, кажется, что-то проурчал. Это было так мило, что девушка не удержалась и коснулась его ещё раз, представляя, что гладит огромного кота. Старший окончательно проснулся и поспешил покинуть салон. Теперь он был полон сил.       В аэропорту, как и положено, люди текли рекой: кто-то вправо, кто-то влево, вверх. Сехун поглядывал на часы. До вылета ещё было время, но Ён знала, что он торопиться на собрание. При этом он обещал подвезти её до дому или хотя бы до города.       — Мы бы постояли с вами, — начала Ёнхейя и тут же уловила в глазах подруги промелькнувший страх, — но ребята уже ждут.       — Ещё пять…десять минут, — хотел оправдаться макнэ, но понял, что с генералом лучше не спорить.       Хун обнял Шампунь. За это время, пока она жила новой для себя жизнью, их отношения стали очень тёплыми. Парень сделал вывод, что раньше просто утопал в предрассудках и стереотипах и даже не пытался понять её. И колючий Кактус на самом деле был хрупким ярким цветком. И этот цветок первым разглядел их беспокойный хён, слинявший куда-то в неизвестность. «Хён, — обратился он к Старшему, — я доверяю тебе самое ценное», — Минсок улыбнулся и несколько раз кивнул.       Смуглянка тоже обняла Яндэ, на Минсока она покушаться при возлюбленном не решилась.       — Ты тоже доверяешь мне самое ценное? — девушка хотела пошутить, чтобы не заплакать. Но Зайка быстро от неё отстранилась, посмотрела на Сюмина и попросила:       — Не отпускай её далеко от себя, пожалуйста. А то ещё в багаж сдадут, — Мин моргнул глазками, пытаясь понять, причём тут багаж. А Белянка обиделась и надула губки.       — Будет вам, девочки, — макнэ окинул обеих взглядом и ещё раз убедился в том, что они и такие разные, и в тоже время очень похожие.       Время прощания подошло к концу. Путешественники махали провожающим вслед, пока Хун не запнулся о вращающиеся двери выхода. А потом они остались одни в этом огромном здании, заполненном множеством чужих людей. Белянка чувствовала себя неуютно, по коже даже под курткой пробежал холодок, она поёжилась. Но всё прошло, когда Минсок взял её за руку. Его тёплые пальчики переплелись с её прохладными руками и предали уверенности. «Пойдём»? Оставалось только радостно кивнуть в ответ.       Это выглядело смешно. Её, взрослую самостоятельную барышню оставляли на попечение кого-то. Обычно всё бывало наоборот и она оставалась за старшего, в няньках или попросту одна. Поэтому чувство, когда можно положиться на другого человека, когда можно подчиниться решению, которое за тебя принял кто-то более компетентный, было в новинку.       Регистрацию они прошли успешно. Ничего не случилось: подали документы и администратор просто подтвердила их места, нажав пару кнопок. Они даже прошли досмотр. И грозные стражи порядка ни слова не сказали иностранке. Казалось, что всё самое сложное уже позади.       Теперь путешественники сидели в зале ожидания, вещи уже отправились в багажное отделение.       — Хочешь попить? Я могу сходить за кофе.       — Лучше просто немного воды.       Мин видел, что она нервничает и потому хотел как-то приободрить её. Он быстро сбегал до кафешки и принёс оттуда пачку мармеладных червячков. Увидев их, Белянка улыбнулась.       — Ты летала на самолёте? — в ответ Ян покачала головой. — Значит, тебе точно они нужны!       — Спасибо, — чуть позже она спросила. — Мы летим в санаторий или…?       — К моей семье. Мама владеет горячими источниками. Поэтому получается, что мы летим на отдых.       — А…даже так, — по тону её голоса, парень понял, что только добавил ей волнений.       — Мама и сестра очень ждут тебя. Сестра всё утро спрашивала, когда мы прилетим, потому что хотела нас встретить.       — Ты рассказывал обо мне своей семье? — удивилась Ян, она совсем не хотела мешать этому чудесному котику проводить время с родными.       — Только хорошее, поверь. Если ты переживаешь о том, что помешаешь мне купаться в источниках, — он как будто прочитал её мысли и продолжил внимательно смотреть в глаза, словно гипнотизируя. — То я буду брать с Ён и Сехуна плату за каждый твой день пребывания в отпуске. Будем считать, что ты наш клиент. А это дорого. Поверь мне.       — Вы…ты…       — Ты, — поправил её Сюмин и снова взял за руку.       — Ты так мило мне угрожаешь! — даже за чёрной маской, закрывающей половину лица можно было заметить его широкую улыбку.       — Будем считать это соглашением. Я не очень люблю ездить туда. А твоё присутствие избавит меня от части обязанностей.       — Так ты юный наследник? — игриво спросила девушка, отпив глотов воды.       — Нет. В нашей семье наследование идёт по материнской линии, так что место мамы займёт младшая сестра.       — Во всех статьях и ресурсах указано, что ты родился в Корее, — неучтиво, конечно, было вести такой разговор, но Яндэ было важно узнать о своём спутнике, чтобы выстроить доверительные отношения.       — Так и есть. Я родился в Корее. Но маме пришлось уехать на Хоккайдо. Она не могла здесь остаться. Мы с отцом были вдвоём. Мой родной город, конечно, никогда не сравнится с пейзажами Асахикавы со снежными склонами и альпийскими лугами, но в наших горах я чувствую себя свободней.                          Когда Минсок рассказывал про природу родного края, Яндэ не вольно окуналась в свои воспоминания. Она прекрасно понимала, о чём он говорит. И что значит быть свободным: не телом, а душой. В месте, что придаёт тебе силы, дышать намного легче. Девушка хотела посмотреть на заснеженные вершины, которые никогда не тают, потому что снег в её родных скалах был таким же, вековым, стойким, чистым и прекрасным.Воспоминания нахлынули бесконечным потоком. Они заполнили мысли, сердце, каждую клеточку. Ян казалось, что в ушах раздаётся шум моря, в нос ударил свежий ветер, принесший солёные капли и запах водорослей, опалённых жарким летним солнцем.       Голова кружилась так сильно, к горлу подступила тошнота. До вылета оставалось совсем немного времени, но терпеть девушка не могла. Она помчалась со всех ног в туалет. Мин бросился за ней следом, но внутрь комнаты войти не решился, дабы не спровоцировать других пассажиров.       Но время шло, а девушка не выходила. Да и в принципе никто другой тоже. Поэтому Сюмин собрал волю в кулак и открыл дверь туалета. Внутри никого не было. На полу валялась только маленькая сумочка, которую Ян взяла с собой. Нехорошее предчувствие захватило снежного барса. Несколько раз он позвал Шампунь, но не получил ответа. Открыв все восемь кабинок, он убедился, что её нет.

***

      Подозрительная низкая активность в январе, наконец, нашла своё подтверждение. Официально был разорван ещё один контракт. Ёнхейя уже давно подозревала что что-то не так, ещё с конца декабря. Вся её работа как менеджера сводилась только к тому, чтобы сопроводить кого-то из парней. Она даже не появлялась в компании. Не заключала договоров и не составляла расписание, как раньше. Пока она помогала Кёнсу со съёмками, ещё было заметно, что работа есть. Но как только основные локации отсняли и началась озвучка, стало понятно, что другие участники и вовсе остались не у дел. А потом состоялось увольнение. До сих пор перед глазами стоял тот разговор с начальником.       — Ну вы же понимаете, госпожа Тэ Ёнхейя, что на мне выгодно держать столько менеджеров.       — А как же обещанный в феврале камбэк? Там же столько всего будет, — Ён ещё до конца не осознала текущего положения.       — Камбэк откладывается на неопределённый срок.       Никто в офисе не видел с каким пустым взглядом девушка собирала свои немногочисленные вещи: кружку с мордочкой рисованного Минсока, сумку с последним логотипом и большой блокнот со всеми записями и телефонами. Рабочий планшет пришлось сдать вместе с пропуском.       И сегодня Сехун поехал в SM один. Он несколько раз извинился за то, что пришлось высадить Ён в черте города. Но из-за пробок он и сам уже опаздывал на встречу с директором. Смуглянка не могла просить от него большего, в конце концов сегодня можно было узнать какие-то новости о камбэке.       Зайка сидела на остановке, ждала автобус. Набрала номер Чонина, хотела излить душу и выведать последние новости. но он не отвечал. В чате тоже было тихо. На часах около трёх, Минсок и Яндэ ещё летели в самолёте и должны были приземлиться только через тридцать пять минут.       Ён не хотела возвращаться в пустую квартиру, где её никто не ждал. Потому решила отправилась в дом EXO. Она хотела приготовить ужин, заварить на всех чай. И хоть немного отдохнуть в атмосфере домашнего уюта. Автобусная остановка, метро, десять минут пешком — такой привычный маршрут. Тэмин курил на заднем крыльце кафе, он помахал знакомой посетительнице, но она прошла мимо и просто его не заметила.       В это самое время на десятом этаже здания SM собирался корейский сегмент EXO, включавший в себя сегодня Чондэ. Парни ждали, когда их позовут в приёмную директора. Все заметно нервничали. Эта встреча, и правда, должна была многое прояснить. «Хён, твои съемки тоже отменили»? — Чен прочитал в новостях, что выход дорамы, в которой должен был сниматься Мён отложили.       Сухо покачал головой, он не знал, зачем вызывает их начальство, но очень боялся услышать печальные известия. Страшней всего было бы пережить распад. Он ни за что не хотел отдавать никого из своих парней, своей стаи, своей семьи. Он уж давно подумывал о том, чтобы предложить парням разорвать контракт с SM и по примеру сонбэнимов организовать своё агентство. Но в таком случае вероятность распада была бы ещё сильней, ведь китайцам давно на родине предлагали более выгодные предложения. Последние несколько месяцев вопрос не стоял так остро только лишь потому, что прибытие девочек оттянуло всё внимание на себя.       Благодаря Ян, Ён и Фэн парни всегда были дома, были вместе и не спешили каждый в свой угол. Потому даже рассудительный лидер на время забыл о том, что всё висит на волоске.       — Хуф! — Сехун буквально взлетел. — Не опоздал. Ещё и лифт не работает. А что за кислые рожи? — но на него никто даже не посмотрел.       — Парни, — тихий же голос Чунмёна заставил ребят с беспокойством посмотреть на него, — даже если будет казаться, что всё плохо. Я…Ребят, я всегда буду с вами.       — Хён, — Се протянул ему руку, — я тоже всегда буду с тобой.       — И я! — со спины его обнял Чонин.       — И я, — Кёнсу шмыгнул носом.             Открывая дверь кабинета, каждый думал о том, что ожидает внутри. Все они были здесь не более пяти раз за всю карьеру. Ли Суман не очень-то любил приглашать на чашечку чая своих работников.       Кресло босса было повёрнуто спиной к гостям.       — Господин Ли, — осторожно позвал Чунмён.       За окном виднелись небоскрёбы, жмущиеся друг к другу. где-то внизу, пробегали люди, которых можно было сравнить с потоком муравьёв. Толстое окно не пропускало ни один звук из вне, шумел лишь кондиционер. Чен испугался своего собственного дыхания, которое показалось ему таким громким.       — Господин Ли! — Сухо сделал шаг в сторону широкого стола из чёрного стекла. Тут человек в кресле резко развернулся, представая перед вошедшими.             «Хён»?! — невольно воскликнул Чондэ, оглядывая Юно. Он думал, что ошибся, что глаза его подвели и, что из-за полумрака, он просто обознался. Но нет. Это действительно был лидер донгов — великий и ужасный.             — Хён-ним, — по слогам произнёс Чунмён, — что ты здесь делаешь?       Сехуну стало не по себе. Он почувствовал холодный поток воздуха, коснувшийся спины. Макнэ обернулся и столкнулся лицом к лицом с ухмыляющимся Джеджуном: «Что вы, парни, здесь забыли»? Но сонбэнимы ничего не ответили. Меж тем справа из темноты возник Джунсу. Кёнсу невольно встал ближе к Чунмёну и Чонину.       — Хён, это несмешно, — лидер не оставил попытки разговорить бывших коллег.       — Я думаю, нам стоит уйти, — прошептал Су, поворачиваясь к макнэ, тот незамедлительно направился к двери.       — Куда же вы, детишки? Шоу только начинается.       Мён едва успел опрокинуть вазу с цветами, стоящую возле входа, чтобы закрыть ребят щитом из воды. Но опасность подстерегала повсюду. С силой Чанмина не составило труда атаковать, вынырнув с нижнего этажа. Ударной волной их отбросило бы к дверям, где уже готовил ловушку Хиро. Но Кёнсу ногой проломил пол, и парни под действием силы притяжения полетели вниз.       «Куда спешите»? — где их поджидал Микки. Пыль от сломанных бетонных перекрытий смешалась с его чёрным дымом. Белый и чёрный туман окружал растерянных волков. Кто-то выкрикнул: «Бежим!» Но куда бежать, никто из них толком не представлял. Чунмён, пострадавший от удара меньше, пытался собрать капли воды из воздуха, чтобы выставить защиту.       — Потом, хён! — Кай обхватил его за талию и перенёс.       Танцор предполагал, что тут же попадёт за пределы здания. Но оба они очутились лишь в конце коридора. Двери кабинета напротив разлетелись в щепки, выпуская наружу неистовый чёрный смерч. Оставалось только спасаться бегством. Он наступал парням на пятки, но не поглощал, потому что хотел вдоволь насладиться их отчаянием.       Это была идея Микки — устроить охоту на волков. Ещё каких-то полчаса назад, они разыгрывали в кости право хода. И ему достался повелитель морей. Об этом можно было только мечтать. А теперь мысли о мести, погоне и расправе становились всё более реальными.       Тем временем Кёнсу пробивал путь наружу. Если бы он был один, то, наверное, смог бы разрушить всё здание целиком. Но он боялся причинить вред братьям. Именно защищая Чондэ, он повредил ногу, в неё попал обломок арматуры. Тонкий, хрупкий Динозаврик лишился бы конечности сразу. А Герой смог сделать их на мгновение настолько крепкими, что железка отпрыгнула, будто была простой деревяшкой.       Теперь он мог только пробивать стены руками. Но для этого надо было сначала до стены добраться. Хиро не спешил с атакой. Он считал, что глупо тратить силы на погоню, лучше дождаться момента, когда жертва сама себя измотает. Потому волшебник просто шёл по следам Кёнсу, проходя сквозь обломки бетона. Казалось, что Джун стал призраком, но это было не так. Для него не существовало физических преград, потому что для никогда мир не был един. Вглядываясь в юное, искажённое болью, лицо своего старого учителя, бог не испытывал ни сожаления, ни радости.       Чанмин предпочёл бы состязаться с кем-то равным себе, то есть с парнишкой, умеющим телепортироваться. Но в тот момент, когда они разрабатывали свой план, лидер мягко напомнил ему, что жадность — плохое чувство. Юно сам хотел присоединить к себе силу перемещения. Но Мин знал, что сила ветра будет более выгодным приобретением, поэтому послушно уступил.       «Слушать ветер» — что это ещё за сила? Куда прекрасней звучит «ураган, стирающий с лица земли горы». Что ещё нужно для счастья богу разрушения? Тому, кто уничтожал династии и народы.       К тому же младшенький из EXO был настолько тощим, что один только чёрный поток мог бы сбить его с ног. Однако догнать Сехуна было не так-то просто. Только потом Мин начал понимать, что на самом деле парень не бежит, а быстро перепрыгивает с места на место.       Волшебник решил, что если предугадает точку следующего приземления, то одним ударом разделается с противником. Он направил поток чёрного дыма на площадку между лестничными пролётами. Но волк тоже понимал, что если попадёт туда, то погибнет. Потому он оттолкнулся от стены и направился прямиком в стекло. Его последний козырь — способность подниматься высоко над землёй — спас ему жизнь.       «Не торопись, волчонок», — с нахальной улыбкой волшебник наблюдал за парящим парнем из разбитого окна. Сехун же с ужасом смотрел на его руку, окружённую снежинками, вращающимися с невероятной скоростью. На глазах макнэ они сформировались в тонкие длинные иглы.       «Неужели это он отобрал силу Умини-хёна»? — Хун прекрасно знал, что уступает повелителю снегов: никакая скорость не могла сравниться с разрушительной силой льда. На улице стемнело совсем, повсюду зажглись огни. Только благодаря им парень смог разглядеть, что от его спины к руке врага тянутся тончайшие серебристые нити. Именно поэтому сколько бы раз колдун не бил, его атаки попадали точно в цель, не отклонились ни на миллиметр. Предчувствие оборотня не обмануло, ещё там в кабинете этот гад успел их прицепить. И его игра в кошки-мышки была лишь забавой.       — Неразумно было прыгать с шестого этажа, — волшебник покачал головой, его беззаботная вальяжная улыбка вызывала в Сехуне приступ жгучей ненависти.       — Сволочь! — парень хотел разговором отвлечь противника и придумать план отступления. — Как ты мог нас обманывать? Как мог втираться в доверие? Как мог зваться нашим хёном?! — в ответ Чанмин коротко посмеялся, взглянув вниз он увидел затянувшийся бой между учителем и лидером.       — Цепляешься за людские привязанности? Ты не понял тогда и не поймёшь сейчас — что значит быть богом, — с последним словом с рук его сорвались ледяные иглы.       Если бы они попали в цель, то заморозили бы волка, покрытый несколькими сантиметрами льда, он бы упал на землю и разбился. Впрочем, Чанмин не планировал его пока убивать. В конце концов важней всего было забрать силу монаха. Если он умрёт, придётся долго ждать следующую реинкарнацию. Потому волшебник сделал вид, что не заметил Чондэ, который приготовился к выстрелу.       Чен никогда не пользовался своим оружием. Вера не позволяла ему причинять вред кому бы то ни было. И он не видел смысла развивать свои умения. Но сейчас, когда опасность грозила его братьям, ничто не могло остановить природное чутьё и жар, рождающейся в глубине сердца.       Что есть молния? Молния — это энергия, яркая лучистая, способная принимать заданную форму. Никакие законы физики сейчас для Чондэ не существовали. Он просто знал, что должен отразить атаку противника. Синее холодное сияние в его руке обрело очертания рогатки. Он бы мог создать в своём воображение пистолет, меч, лук, арбалет, но на ум пришло именно это оружие, используемое для проказ, а не для битвы. И, натянув тетиву, волк прицелился. Нужно было точно рассчитать момент выстрела.       Температура внутри молнии достигает тридцати тысяч градусов Цельсия, в шесть раз больше, чем на Солнце. Такому потоку энергии нестрашен был никакой лёд. А потому сгусток, ставший зарядом для рогатки, растопил все, летящие в Сехуна иглы. Макнэ на мгновение показалось, что рядом с ним вскипел воздух. Остатки же ударились об асфальт и раскололи его, оплавили края вокруг рваной дыры глубиной более десяти метров.       Зрелище было впечатляющим. Чанмин подумал о том, что зря уступил способность управления молниями Джунсу. Теперь ему хотелось обрести эту мощь, почувствовать её в своих руках. Он отвлёкся на какое-то время, потому упустил возможность вновь преследовать макнэ EXO.       — Эй, ты где? — стоило ему дунуть и от окна кабинета, до земли выросла ледяная лестница, по которой он неспешно спустился.       — Чего разорался? — Чанмин обернулся на голос Чондэ, который как-то оказался позади него. — Ты тут не самый крутой! — в глазах паренька пытала ярость.       — Что? Хочешь помериться силами? — предвкушая лёгкую победу, волшебник веселился. — Ты вроде как молниями управляешь. Где возьмёшь зимой? Или кабели электрические перережешь? — потешался он, распаляя противника.       Мин считал себя уже непобедимым и даже не предполагал, что есть что-то более грозное, чем всепоглощающее разрушение. Волшебник думал, что Чондэ тоже будет взывать к его человечности, что открывает рот, чтобы разразиться какой-нибудь жалостливой проповедью. Но это было не так. Все в EXO знали, что никто не сможет взять ноту выше, чем Чен, ни Бэк, ни Хань, ни тем более Мён. Но ведь и выше этого предела что-то есть. Просто Чондэ не нужно было туда подниматься.       Теперь же он переключится на другой диапазон, и из его горла вырвались странные звуки, похожие на раскаты грома. Так казалось лишь на первый взгляд. Стёкла в соседних домах нервно задрожали и тут же разбились на бесчисленное множество осколков.       «Чондэ, не надо! — Чонин телепортировал лидера и вместе они вцепились в Динозаврика. — Твоё горло не выдержит». В небе уже стали собираться мрачные тучки и одна из молний всё же ударила в то самое место, где мгновение назад стоял Чанмин. «Чен! — Кай потряс друга за плечо. Раскаты становились всё более громкими. — Ким Чондэ! — и снова встряхнул парня, чьи глаза были затуманенными непроглядной тьмой. — Пожалуйста, не надо!» Чунмёну удалось собрать из воздуха достаточно влаги, чтобы укрыть младшего брата тончайшим слоем воды. Тогда звуковые волны прекратились.       Звук способен проходить сквозь воду, его частота снижается при этом. Сухо же удалось поглотить его полностью, на что было потрачено колоссальное количество сил. Но оно того стоило. Если бы песня Чондэ не прекратилась, мир бы исказился до неузнаваемости, а всё живое, включая их самих, погибло.       Откуда же Чунмён знал, как следует поступить? Ответ — не знал. Просто где-то в глубине души, в момент наибольшей опасности что-то стало подсказывать правильную последовательность действий. И лидеру казалось, что когда-то он уже делал это.             В здании SM уже давно погас свет. Но герои обратили на это внимание только сейчас, когда то тут, то там на этажах стали появляться вспышки. «Бэк»! — Сухо дёрнулся, чтобы рвануть к нему, но Чонин уже переместился. Его сияние трудно было спутать с чем-либо ещё. В мрачном, укрытом тучами небе, не могло появиться ярчайшее солнце.       «Хён! — раздалось откуда-то сверху, Мён задрал голову. Планируя словно птица, с высоты спускался макнэ, поддерживаемый потоками воздуха. — Прикрой меня, я вытащу Кёнсу». Взмахнув дважды руками, лидер собрал вокруг младшего всю оставшуюся жидкость. В сумерках не было видно, что на лбу его выступила испарина и тут же исчезла. Вода образовала вокруг Сехуна решётку, а потом сжалась, образуя кольчугу.        Стена второго этажа внезапно треснула, на асфальт посыпались обломки гладкой облицовки. Трещина становилась всё больше. А в это время из вращающихся дверей выбежали Бэкхён и Чонин. «Берегитесь»! — макнэ буквально сдул их, чтобы ни одна из бетонных глыб не свалилась на голову. Парней спасло только то, что они вовремя обернулись волками и вцепились когтями в асфальт, чтобы затормозить. Одно из самых крупных зданий в центре Сеула начало рушиться.       «Там же ещё остались люди», — промелькнула в голове лидера мысль. Вот только сдвинуться с места ему не дали собственные лапы. Никогда ещё он не ощущал изменение каждой клеточки своего тела. И через минуту он смотрел на мир уже другими, волчьими глазами.       Очередной удар раскрошил, наконец, внешнюю стену. Кёнсу вырвался на свободу, как и преследующий его чёрный поток. Вдохнув глубже, ДиО прыгнул вниз. И тут же был подхвачен ветром, созданным Сехуном. Макнэ осторожно обхватил товарища и опустил на землю. Запах свежей крови тут же ударил в ноздри. Хун порезался формирующимися клыками. Это был не день полнолуния, ни до, ни после него. Но все в стае в один миг ощутили острую потребность в перевоплощении, словно кто-то другой заставлял их это делать. И сопротивляться было бесполезно. Оставалось только выть, протяжно и громко. Этот вой заполнил улицы вокруг.       — Не думал, что это настолько эпично, — заметил Хиро, разглядывая потенциальные коврики для гостиной. — А они могут в таком виде разговаривать? — его любопытство было сравни детскому восторгу. Он разглядывал скалящихся хищников, собирающихся вокруг своего альфы.       — Полагаю, что нет, — спокойно ответил материализовавшийся Джунсу. — Это было предупреждение! —крикнул он, огрызающимся волкам. — В следующий раз вы не сможете уйти.