HANGE ONESHOTS

Ханджи сегодня ничего не ела. И позавчера тоже. А теперь, когда я об этом думаю, мне кажется, что я даже не видела, чтобы она заходила в столовую. На неё внезапно свалились обязанности Командующей Разведкорпуса, и я знаю, что она не была готова ко всей этой работе. Я ни разу не видела, чтобы она выходила из кабинета, а мешки под её глазами, казалось, только увеличились и потемнели. Она действительно не следила за собой. Обычно мне не приходилось слишком беспокоиться по этому поводу, Моблит часто заставлял её заботиться о себе. Но теперь это глупо, ведь его больше нет. Я объяснила поварам, зачем мне нужно взять дополнительный поднос с едой, и они в конце концов разрешили. Теперь я иду в кабинет Ханджи с подносом, полным еды, и чашкой чая. Я не пыталась поговорить с Ханджи уже около недели. Каждый раз, когда я видела её, она выглядела очень напряжённой, словно вот-вот сорвётся. Я подняла руку и тихонько постучала в дверь. — Кто там? — слабо отозвались с другой стороны. — Т/И. — Войди. Я открыла дверь и закрыла её за собой, не сводя глаз с Командующей, сидевшей за столом, опустив взгляд на документ перед собой. — Я принесла тебе поесть, Ханджи, — тихо сказала я, подходя к столу и ставя поднос на него. Ханджи кивнула, избегая встречаться со мной взглядом. — Когда ты последний раз ела? — спросила я. — Я даже не видела тебя в столовой последние пару дней. — Не помню, — ответила Ханджи. — Я потеряла счёт времени. Наверное, прошло уже пару дней. На её столе лежали огромные стопки бумаг. Не может быть, чтобы у неё до сих пор оставалось столько работы. Она уже целых три дня безвылазно просидела здесь. — Это всё? — спросила Ханджи, наконец встретившись со мной взглядом. Тёмные круги под глазами стали только чётче. — Я хочу помочь тебе. Ханджи приподняла бровь, жестом предлагая мне взять стопку бумаги. — Давай. Я кивнула, поджала губы и взяла ближайшую к себе стопку. — Хм, что мне с этим сделать… — Всё довольно просто, — вздохнула Ханджи, в её голосе слышалось раздражение. — Просто… разложи всё по порядку. — Л-ладно? — пробормотала я. — Хм, по порядку. Ты хочешь, чтобы они были разделены по теме исследований, или… — В алфавитном порядке, — усмехнулась Ханджи. — Что? Ты правда думала, что я захочу, чтобы ты раскладывала всё в каком-то случайном порядке? Твою мать, Т/И. — Извини, — я покачала головой, пролистывая стопку документов. Еда осталась нетронутой, как и чай. Когда она в последний раз ела? Когда она вообще в последний раз мылась или отдыхала? — Ханджи, — начала я. — Ты целую вечность не ела. Почему бы тебе просто не поесть... — Боже, хватит уже этой еды! — рассмеялась Ханджи, закрывая лицо руками. — Господи, Т/И, ты меня нервируешь. Ты говоришь как... — она замолчала, убирая руки на стол и барабаня пальцами по столешнице. — Я поняла, что ты делаешь. Ты пытаешься заменить Моблита. — Ханджи, нет, я не... — Ты не можешь его заменить, — усмехнулась Ханджи. — Ты никогда не станешь им. Его больше нет, Т/И. Даже не пытайся приходить сюда и заботиться обо мне, как он. Его больше нет! Он не вернётся. Никогда. Просто прекрати. Если будешь продолжать в том же духе, я лично уберу тебя из Разведкорпуса и переведу в Гарнизон. — Ханджи, — прошептала я. — Ты никогда не будешь им, — вздыхает Ханджи. — Если ты… Боже, если ты будешь продолжать так себя вести, то лучше тебе просто уйти. Я теребила рукава своей формы, пытаясь понять, как это можно решить. — Ладно, — наконец сказала я. — Я не буду о тебе заботиться. — Хорошо, — кивнула Ханджи. — Но у меня есть правила, если ты захочешь остаться и помочь с работой. Во-первых, никаких разговоров о еде, воде и тому подобном. Тебе больше нельзя приносить мне это, — сказала они, указывая на поднос. — Во-вторых, ты не можешь говорить со мной о каких-либо других формах ухода за собой. Я знаю, ты думаешь о том, когда я последний раз принимала ванну или спала в последний раз. Я запрещаю тебе спрашивать меня об этом и о чём-нибудь другом. Если ты нарушишь эти правила, я без колебаний вышвырну тебя за дверь. Понятно? Я поджала губы. Это была совсем не та Ханджи, которую я помнила. Я медленно кивнула, и она вернулась к своей работе. Что же мне делать? Мысль о том, что я пытаюсь заменить Моблита, даже не приходила мне в голову. Я просто хотела позаботиться о ней, потому что она моя девушка, и она так много для меня значит. Неужели это было так неправильно с моей стороны — прийти сюда и проявить заботу? Одна часть меня хотела просто бросить эту стопку и уйти из кабинета. Другая же уговаривала меня остаться. Это слишком много для неё, ей нужен кто-то, кто придёт и позаботится о ней. Но что мне делать, если она отказывается от моей заботы? Я прикусила губу, когда начала разбирать огромную стопку документов у себя на коленях. Ханджи не отрывала взгляда от бумаг перед собой. Может быть, она устанет и в конце концов уснёт. Может быть, стоит воспользоваться этим, искупать её и приготовить еду к пробуждению? Но я знала Ханджи. Ей нужно было сделать гораздо больше, чем просто заснуть. Я обнаружила, что работаю довольно быстро. Ханджи всё ещё застряла на своей задаче. — Ханджи? — позвала я. Её голова медленно поднялась, она встретилась со мной взглядом. — Я закончила с этой стопой. — Хорошо, — кивнула она. — Тебе не обязательно продолжать. Можешь идти спать. Я очень ценю твою помощь. Я нахмурилась. — Ханджи, ты разве закончила? — Я ещё работаю над этим, — сказала она, пытаясь меня успокоить. — Как долго ты занимаешься этой стопкой? — Неважно. — Ханджи, — вздохнула я. Сколько она уже не спала? Это было на неё не похоже. Обычно она могла быстро справиться с работой. Но, похоже, она смотрела на один и тот же документ минут двадцать. — Ханджи, — начала я. — Извини, мне нужно нарушить твои правила. — Тогда уходи, — пробормотала она. — Нет, я не могу. — Не нарушай мой приказ! — огрызнулась она. — Я Командующая. Ты должна слушаться меня. И если я говорю, что тебе пора уходить, ты так и поступаешь. — Ханджи, я твоя девушка! — попыталась настоять на своём я. — Я не могу так тебя бросить, — она замолчала, вцепившись в перо. — Ханджи, — вздохнула я. — Моя задача — убедиться, что с тобой всё в порядке. В этом весь смысл отношений. И я вижу, что ты не заботишься о себе. — Пожалуйста, я… — вздохнула Ханджи. — Я не хочу об этом говорить. — Как я могу помочь тебе? Это ведь неправильно, Ханджи! Ты не можешь так себя перегружать. — Я просто… так устаю, постоянно, — она вздохнула, отдожила перо и подпёрла голову руками. — Я не могу этого сделать, понятно? Эрвин ошибся. Мне здесь не место! Я не могу… ничего из этого! И мне совершенно никто не поможет, все просто мертвы! Все! И я не могу… я больше не могу думать. Я не знаю, что ещё могу сделать! — Ханджи, — я покачала головой, касаясь её щеки. — Ханджи, у тебя есть я. У тебя есть Леви, Армин, Микаса. Мы здесь, Ханджи. Тише, всё хорошо. Ты не одна. — Знаю, — пробормотала она. — Я не спала нормально три дня. И не ела почти… четыре? — О, Ханджи, — я приблизилась к ней, подвинула поднос и обняла её за талию. — Что мы будем делать, если Командующая не сможет работать? Ханджи, ты нужна нам. И нам нужно, чтобы ты была здесь, с нами. Это значит, что ты должна заботиться о себе. — Ага, — тихо согласилась она. — Поешь ради меня. Ради нас, ладно? В конце концов Ханджи начала есть еду, принесённую для неё. Я достала из-под подноса документ, закончила заполнять его и убрала в стопку. Ханджи доела, и я перехватила перо, к которому потянулась её рука. — Тебе больше не придётся работать сегодня вечером, — сказала я, пристально глядя ей в глаза. — Посмотри на себя, — усмехнулась Ханджи. — Командуешь Командующей. — Хм, — я улыбнулась. — А ты слепо выполняешь мои приказы. Ханджи тихо усмехнулась, позволяя мне вытащить её из кресла и отвести к кровати. — Можешь просто… обнять меня? Хоть ненадолго? — попросила Ханджи, падая на кровать и продолжая держать мои руки в своих. — Конечно, — я улыбнулась, устраиваясь рядом с ней. Наши ноги переплелись, а руки обняли друг друга. Как давно я не была так близко к ней. — Прости, — прошептала Ханджи, уткнувшись носом мне в шею. — За что? — За всё, что я тебе сказала раньше, — пробормотала она. — Наверное, сложно меня любить. Я имею в виду, что я говорю всё, что придёт в голову, и… наверное, мне стоит попытаться держать себя в руках. — Я люблю тебя, даже когда ты сонная и раздражённая, — заверила я, целуя её в макушку. — Это моя обязанность как твоей девушки — заботиться о тебе. Даже в самых тяжёлых ситуациях.