Тепло из окна напротив

— Да, почему опять-то? Высокий блондинистый парень стоял в непонимании — неужели он снова опоздал на трамвай? Почему именно тогда, когда он вышел пораньше. Тогда, когда у него первый день в IMBIE*? *здесь и далее, Ice Sheet Mass Balance Intercomparison Exercise — Глобальный проект по таянию полярных льдов. Но выбора не было, Армин поправил лямку рюкзака, свисавшего на одном плече и взглянул на наручные часы. Вроде ещё успевает. Тревога начала подниматься вверх по телу откуда-то из пяток и наполнять молодого парня до макушки. Он вспомнил, как в детстве боялся опаздывать, и до горьких слёз и боли в ногах бежал изо всех сил в школу, чтобы успеть к первому уроку. Дедушка не любил, когда Армин опаздывал на уроки. Армин не любил расстраивать дедушку. И опаздывать тоже. Нужный номер показался в районе рельс, Армин подождал, когда откроются двери и выйдут пассажиры, затем мягко шагнул в полупустой вагончик. Армин любил трамваи, из них можно было как-то спокойно наблюдать за жизнью в городе через большое панорамное окно. Обычно трамваи не обклеивали рекламой, поэтому стёкла были прозрачные, через них в транспорт проникал тёплый свет солнца и отражался от поручней и телефонов пассажиров, рассекаясь на десятки солнечных зайчиков. Армин любил ездить на одиноком сидении рядом большим окном и смотреть, как в городе кипит жизнь. И город он любил тоже. Вырос он в небольшой деревне с дедушкой. В деревне была всего одна школа, до которой приходилось очень долго добираться, но путь до учебного заведения Армин хорошо помнил и даже сейчас бы с закрытыми глазами прошёлся еще раз по этому маршруту. В любое время года, Арлерт с необыкновенным рвением стремился в школу, так как там было много всего неизведанного. Там рассказывали про разные страны, про профессии, про науку. Неизведанное пленило мальчишку так сильно, что он забывал обо всём. Когда ему исполнилось 15, его одноклассники, конечно же, вовсе перестали разделять хоть каплю интереса Армина к учёбе. У всех парней вокруг уже ходили разговоры о девчонках, а кто-то даже делился подробностями первого раза… Армин очень смущался, когда заставал такие разговоры. Конечно, внутренне он хотел узнать и такие подробности, но в итоге перебарывал себя и стремился сразу уйти от источника грязной информации потому что… потому что ему казалось это нечестным.  В голове мальчишки сложилось, что близость, прикосновения, а тем более, поцелуи — это что-то очень личное, интимное и… трогательное? Он не раз ставил себя на место девушек, про которых парни рассказывали, и осознавал, что ему было бы очень больно и неприятно узнать, что его откровенностью воспользовались ради очередной галочки «было». За это и не только, Арлерта часто обзывали в школе девчонкой. Да, что с него взять… Он хрупкий и щуплый мальчик для битья, а вокруг одни ловеласы. Армин даже не пытался бороться с обзывательствами. Он просто грезил мечтой, что однажды выпустится и уедет жить и учиться в Трост. Трост. Дома, автомобили, магазины — всё это сейчас проносилось перед глазами Армина, и он с удовольствием наблюдал за тем, как раннее мартовское солнце наполняет этот город. Когда ему исполнилось 17, он уехал в Трост учиться в университет на факультет экологии. В общежитии было не так уютно, как в доме дедушки, но Арлерт был очень рад выбраться из глуши. Он обожал учиться, он верил, что это его призвание. На втором курсе Армина похвалила учебная комиссия за исследовательскую работу про изменение климата, которая была донельзя хорошо сделана для второкурсника. Проректор Эрвин Смит посоветовал Арлерту дальше продолжить углубление в тему изменения климата, сославшись на то, что после окончания магистратуры парень может присоединиться к части исследовательской группы IMBIE, находящейся в университете Троста. IMBIE — это международная коллаборация учёных, которая объединяет данные со всех спутников и методов, чтобы получить максимально точную оценку потери льда. Арлерт мог только мечтать о такой важной и ценной работе, ведь обычно, зарплаты исследовательских работников были не велики, но не для членов IMBIE. Их щедро финансировали крупные корпорации из бигтеха и не только. Это позволяло компаниям заявлять о том, как они гордо пекутся об экологии, а им — простым исследователям — продолжать заниматься любимым делом — исследовать. Конечно, больше достатка Армина привлекала перспектива сделать неоценимый вклад в развитие исследования экологии такого большого шара под названием Земля. Большого и невероятно хрупкого. Когда ему исполнилось 23 года, Арлерт остался в университете, подав прошение о вступлении исследовательский отдел IMBIE. Послужной список научных работ не оставлял комиссии других выборов — Армин Арлерт был отличным кандидатом. Проректор Смит гордился, что высмотрел такой алмаз ещё на втором курсе баклавриата, и знал, что будущее за такими юношами, как Арлерт. Юношами, которых ничто не остановит перед тягой к неизведанному. Сегодня для Армина был первый день работы в новом отделе и новом корпусе. Он был в этой части университета несколько раз, но сегодня впервые отметил, как ему нравится дорога до корпуса. Выходя из трамвая, парень вытащил наушники из ушей и направился к переулку, где стояло здание университета. Арлерт огляделся вокруг — через узкую однополосную дорогу напротив корпуса университета был небольшой сквер, а рядом — восьмиэтажка. На первом этаже было небольшое кафе, и пока парень направлялся ко входу в университет, он сделал отметку на полях своего мозга — «Надо будет попробовать там кофе с круассанами». Минуя турникеты, парень направился к лифтам. Поднявшись на последний шестой этаж, Армин глазами искал номер его нового кабинета — 615. Когда он нашёл нужную дверь, то с трепетом схватился за ручку и вошёл внутрь. — Добрый день, меня зовут Ханджи Зоэ, — протягивая руку сказала ему девушка чуть ниже него. Армин быстро пожал руку в ответ: — Здравствуйте, я Армин Арлерт. Затем был час инструктажа. Какие бумажки заполнять, если нужно прошение об исследовании того и того. Какие бумажки заполнять для отчёта. Какие, если хочешь поехать в экспедицию. — Ну, разберёшься. Насколько знаю, тебя лично порекомендовал к нам Эрвин Смит? — Да, — сухо ответил Арлерт. — Пока мне заданий не давали, но с новым оборудованием, я бы хотел обратить внимание на Ледник Туэйтса. Не много исследований видел касательно него, а ведь это один из крупнейших ледников Западной Антарктиды, впадающий в море Амундсена, — Армин почесал затылок, задумался на пару секунд и продолжил, — к апрельской конференции IMBIE я бы хотел найти что-то новое, касательно Туэйтса. Последние исследования этого ледника аж десятилетней давности, а поменялось в климате многое… Ханджи тепло усмехнулась: — Ну, даёшь! Сколько стремлений! Это радует. Что ж, надеюсь, у тебя всё получится, — девушка подобрала папки со стола Арлерта и направилась к выходу. В дверях она обернулась, — Если что, я в соседнем 614-м кабинете. Это напротив тебя, обращайся. Когда захлопнулась дверь, Армин ещё раз оглядел свой небольшой кабинет. Первый свой кабинет! Пока он казался пустым, но у Арлерта уже были идеи, как сделать это помещение более живым. Парень подошёл к окну, его привлекла полоса чистого голубого неба, расстилающаяся над восьмиэтажкой через дорогу от университета. Как же давно он не видел чистого неба, целую зиму.  Его взгляд спустился на дом напротив, прямо перед его глазами он видел окно в кухню, которую заливало солнечным светом. Разглядеть что-то в тончайших деталях было невозможно, между его окном и кухней было метров десять. Но Арлерт отчётливо видел раковину, полную грязной посуды, красивый деревянный столик и пустую вазу для цветов на нём.  К раковине подошла девушка. Её светлые волосы обрамляли лицо, вырисовывая небольшой хрупкий силуэт. Разглядеть детали было невозможно, но в движениях ощущалась усталость. Армин позволил себе понаблюдать за ней, мысленно забывая про первый день в IMBIE и грядущую работу. Девушка резко сняла футболку, бросила её на спинку стула за обеденным столом и принялась за мытьё посуды. Даже издалека, увидев, то, что Армин однозначно не должен был увидеть, он почувствовал большое смущение и румянец на щеках. Он поймал себя на мысли, что это как-то непристойно — наблюдать за личной жизнью девушки. Но взгляд не отвёл. Арлерт попытался разглядеть её подробнее, её тонкие руки, маленькую талию. Интересно, они маленькие, потому что так далеко, или она действительно такая нежная и хрупкая? Девушка резко остановилась, выключила воду и начала обеспокоенно оглядываться по сторонам. Арлерт сильно смутился и поскорее отвернулся, осознавая, что, кажется, его сейчас поймают с поличным. Щёки багровели, внутри тягуче разгоралось желание провалиться под землю. Отбросив все мысли о девушке, он достал из своего рюкзака книги и тетради, и сел за новый письменный стол, от которого ещё немного пахло мебельным магазином. Армин погрузился в изучение ледника Туэйтса, давая мыслям о таинственной маленькой и хрупкой девушке раствориться в суете дня.