Тот, кого я построил сам

      В ушах громкий звон, а вокруг пустота. Малфой стискивал рубашку в районе сердца, пусто смотря перед собой. Взгляд пытался сфокусироваться на письмах, но Драко был не в силах даже на это, горбясь, будто на плечи резко легло несколько тонн. Возможно это была ответственность.       Сознание начало подкидывать самые разные образы Люциуса. Вот они с отцом стоят в саду их родового поместья. Драко держит в руках свою заветную палочку, пока старший объясняет базовые заклинания и как правильно держать её в руках. Мальчик всегда держал палочку не так, как хотелось отцу.       В Хогвартсе Драко учился отлично. Он всегда приносил достойные оценки. Перед глазами всплыло лицо отца, смотрящее на него с капелькой гордости, отмечая, что тот “Достойный”. Малфой младший помнил, как сильно радовался этому. Но потом понял: отец никогда не спрашивал как у него дела, что интересно ему учить. Иногда Драко думал, что он для него не сын, а лишь наследник, который должен соответствовать определенным стандартам. Он им никогда не соответствовал.       Но отец умело откупался от любви деньгами. Раньше Драко не видел разницы между покупкой каждому в команде по новой метле и “я тебя люблю”. Нарцисса объясняла, что Люциус так проявляет свою отеческую любовь. И Малфой младший не знал кому верить и во что. Он надеялся, что матушка не врала. Очень надеялся. Потому что несмотря ни на что отца он любил. А раньше ещё и уважал. Война не прошла незаметно. С каждым днём, приближающий их к возвращению Тёмного Лорда, Люциус тускнел. Драко был глупцом, идя на поводу его желаний, принимая метку. Но он и его семья наврятли бы остались в живых, откажись он. Выбора не было. Драко не хотел быть таким же. Тогда возникла мысль, едва заметная, что он хочет сделать себя сам, лишь бы не повторять эту судьбу. Драко облокотился головой на кровать. В руке оказалось письмо от матери. Он очень боялся его открывать, но игнорировать нельзя. Тонкие и белые руки принялись открывать конверт, вынимая из него небольшой пергамент. Почерк был немного скачущим, по сравнению с письмами без плохих вестей. “Дорогой Драко, Люциус мёртв…       Малфой младший сглотнул. Он ожидал, что матушка более изящно сообщит ему об этом, а не в лоб. Видимо, она сама не могла совладать со своими мыслями. Драко не удивится, если Нарцисса по несколько раз переписывала это письмо. То слезинка упадет, то слова не те. Он её не обвинял. Прости, мой милый, что так прямо. Мне жаль, что мы не смогли оказать ему поддержку и остались теперь одни. Пока ты учишься, я возьму на себя управлением поместьем. Если после выпуска захочешь продолжить его дело, то я оформлю всё на тебя. Если нет, то не волнуйся, я справлюсь сама.       Драко с печальной улыбкой читал эти строки. Матушка всегда была очень ответственна. Мальчик мой, очень прошу тебя приехать на каникулах. Мне тебя сильно не хватает.       На последних словах почерк был неровным. Сразу становилось ясно, что здесь женская рука дрожала сильнее всего. С любовью, твоя mama.”       Драко сложил пергамент обратно в конверт и убрал его в ящик тумбы. Он не хотел сейчас думать о просьбе матери вернуться в Мэнор на Рождество, но что он мог сделать. Отказать было бы слишком эгоистично. Он не хотел покидать её, как покинул их отец. Он всегда выбирал уходить, ещё до того, как умер.       Малфой лёг на кровать, уставившись в потолок. Сон не шёл. Мысли о Мэноре, об отце, о матери - всё смешалось в липкую, тягучую массу, обволакивающее тело. Он закрыл глаза, но перед ним всё равно был отец. Живой. Требовательный. Мёртвый. Драко утёр появляющиеся слезы. Малфои не плачут.       Вновь утро. Тело было тяжелым и не поддавалось усилиям, дабы подняться с кровати. Количество сил на этот день равнялось нулю. Драко надеялся, что никто, кроме его семьи не знает о произошедшем, хотя здраво понимал, что это не так.       К сожалению, надежды Малфоя не сбылись, понял он, стоило взглянуть на Панси, которая всем своим видом выражала соболезнования. Мда, Хогвартс рассадник сплетен. Узнает один от знакомых знакомого - узнает каждая крыса в подворотне. Парень понял лишь одно - нельзя опускать голову и расслаблять спину. Пусть каждый говорит о нем что хочет, Драко выше их всех вместе взятых. Взяв Панси под руку, они направились на занятие по трансфигурации, не обращая внимания на чужие взгляды.       - Драко… - Стоило им сесть за парту в самом дальнем углу, как Паркинсон положила свою голову тому на плечо. - Надо было вместе с тобой вскрывать письма. Ты как?       - Дорогая, опять ты делаешь из меня жертву! - Малфой встрепенулся, ухмыляясь. Он не даст трещину. - Я в порядке. Спасибо за соболезнования, но давай не будем об этом, еще успеем наслушаться. - Мимо проходящая Макгонагалл с особой горечью провела взглядом по парочке.       Занятие подошло к концу. Панси похлопала парня по плечу и умчала в подземелья, ссылаясь на личные дела. Драко кивнул, направившись в библиотеку. Его остановила Минерва, попросив поговорить с ней. По спине пробежал холодок.       - Что-то произошло, профессор Макгонагалл? - Спросил парень, стоило всем выйти из кабинета.       - Драко.. - Она вновь окинула его скорбящим взглядом, - Я хотела выразить свои соболезнования насчёт Вашего отца.. - Мальчишка сжал руки в кулаки, потупив взгляд. Все её речи прошли мимо, кажется, он не услышал ни единого слова. - Я могу Вас освободить от сегодняшнего задания, чтобы у Вас было время прийти в себя.       - Спасибо Вам большое, но не стоит, я в порядке. - Ровно произнёс Драко, смотря куда-угодно, но не на учителя. - Мне надо идти в библиотеку. Спасибо. До свидания.       Последние слова дались тяжело. Голос едва не дал слабину, нельзя было выглядеть разбитым. Он не терпел жалости. Не слыша слова Минервы, Драко вылетел с кабинета, быстрым шагом следуя в место назначения, надеясь, что его любимый стол был свободен.       Поднявшись на нужный этаж, Малфой прошёл в помещение, вдыхая приятный запах старины, пыли, бумаги. Расслабляюще. Только он хотел расслабиться, как его выталкивают из прохода в библиотеку, прижимая к стенке коридора. Палочку он не успел достать.       - Ну что, сыночка остался без папочки, жаловаться больше не на кого? - Мерзкие голоса хором загоготали. Драко не понимал сколько перед ним человек, перед глазами туман, а в голове лишь отзвук сильно бьющегося сердца.       - Надеюсь твой папочка жив, а то боюсь с такой гадкой рожей, как у тебя, не светит тебе личная жизнь, придется сидеть на родительской шее. - Драко сильнее прижали к стенке, но он не опускал голову. - Особенно, раз ты решил самоутвердиться за чужой счет. Думаешь, так заработаешь уважение среди таких же охламонов? - Смешок превратился в кашель из-за не то чтобы сильного, но неожиданного удара в живот. Язвительные голоса что-то начали говорить ему, но сил выслушивать оскорбления уже не было, Малфой и так знал, что ему говорят. ПОЖИРАТЕЛЬ       - Разошлись! - Ослепительная вспышка и перед ним стоит Гермиона. - Вы что тут учудили?! - Она недовольно смотрела на группу обидчиков. Драко только сейчас заметил, что на них была символика дома Гриффиндор. Их негласный главарь хотел огрызнуться, но под натиском старшей сдался. - Малфой, ты как?       - Мне не нужна твоя помощь, гр.. Грейнджер. - с языка чуть не сорвалось обзывательство. Драко был далеко в мыслях ей благодарен, но говорить прямо - значит обозначить свою жалкость, поэтому просто без привычных к языку обзывательств. Он направился обратно в библиотеку под внимательный взгляд Гермионы.       Усевшись за излюбленный стол, Малфой разложил пергамент и перо с чернилами в нужном порядке, после направившись к книжным полкам за нужной информацией. Искомый том нашёлся довольно быстро. Взяв пару книг, Драко вернулся к столу. Там уже расположилась Гермиона.       - Мест свободных нет? - Недовольно произнес парень, садясь.       - Мне нравится этот стол, он подальше от остальных, поэтому здесь тише. - Легко и просто. Будто она не сидит рядом с Пожирателем, будто он никогда не обзывал её отвратительными словами, будто она никогда не била его в лицо со всей силы, будто ничего не было. Драко не понимал. Но он молча кивнул, начиная заниматься своими делами. Это молчание не было неловким.       С того момента в библиотеке прошёл минимум месяц. Малфой уже смирился, что рядом с ним за столом сидит Грейнджер и занимается своими делами. Главное, что она делает это молча. Всё таки не стоит забывать, что она тоже гриффиндорец, а у них желание помочь всем и каждому, даже когда не просят, в приоритете. Каждый раз, когда Гермиона приходит позже Драко, тот ерничает, но далее молча впускает в свое пространство. Он не признается даже себе, что был рад этому молчаливому присутствию. Было легче и безопаснее. Парень был бы больше рад, сиди на месте одной трети золотого трио Панси. Но та очень уж не любила библиотеку и в принципе учёбу, вечно упрашивая Драко дать списать. Драко никогда не сопротивлялся ей.       Нападки становились настырнее, больнее, опаснее. Он успел во второй раз загреметь в больничное крыло от очередного проклятия, которое не успел отразить. Его реакция стала в этом году значительно медленнее. Сопротивляться против ежедневного потока обзывательств и обвинений становилось тяжелее. Сны становились жесточей.       С каждым днём Драко становилось всё труднее подниматься с кровати. Также тяжело, как на утро после получения тех писем. Еда перестала иметь вкус. Панси перестала шутить - она просто сидела рядом, иногда сжимая его руку под столом. Он не убирал ладонь. Парень перестал замечать где заканчивается его тело и начинается чужая забота.       Малфой не так давно отправил письмо матери с намёком уехать на Рождество не в мэнор, а к Паркинсон. “Я буду ждать тебя, Драко”. Путей для отступления не было. Он перечитывал эту фразу снова и снова. В ней не было давление, лишь надежда. А это было хуже любого приказа. Малфой, наследник великого рода, любимый и единственный сын. Он не мог подвести свою мать. Не после того, как отец подвёл их обоих.       Он вновь направлялся в библиотеку. Спину тяжело было держать прямой, тревожные мысли слишком давили на такие уставшие и хрупкие плечи, которым не на кого было опереться. Драко должен вынести всё это, должен справиться и стать самому опорой для матери, для Панси. Для последних дорогих ему людей.       Обложившись учебниками за излюбленным столом, взгляд невольно метнулся на место, где всегда сидела Гермиона. Они редко разговаривали, могли лишь сидя в библиотеке перекинуться парой слов по учебе - не более. Кивали друг другу в знак приветствия в школьных коридорах, Уизли и Поттер непонимающе переглядывались первое время. Драко был благодарен ей за то, что она не лезла в душу. Он бы не вынес этого, лишаясь единственного островка спокойствия.       Раньше его единственным местом, где он чувствовал себя в безопасности и спокойно, был Малфой-Мэнор. Теперь это место, где разило смертью и кровью, где Тёмный Лорд заставлял причинять боль невинным людям. Драко помнил те крики. Помнил, как Лорд заставлял его наводить палочку на бедолагу маггла, не понимающего что тут происходит. Помнил, как заставлял себя не заплакать и не закричать. Помнил, что когда у него не получалось круцио - круцио испытывал он уже на себе.       Мысли заставляли его задыхаться, глаза широко распахнулись в страхе, а ладони до боли впились в стол, не в силах отпустить мебель. Перед глазами всё расплывалось сильнее чем обычно. Казалось, что ему на плечи свои руки положил Тёмный Лорд и сейчас придется опять либо заставлять страдать других, либо страдать самому. Драко не хотел. Он не хотел. Не хотел всё это повторять. Он не хотел вспоминать об этом. Он запретил себе думать о войне. Он запретил себе всё это вспоминать. Лёгкие болели. Вдохнуть не получалось.       - Слышишь меня?       Драко не слышал. Он старался смотреть в одну точку, лишь бы перед глазами всё перестало плыть. Чьи-то руки коснулись его плеча, это было уже по настоящему, но он не смог заставить себя пошевелиться.       - Дыши. - теплый бархатный голос. - Повторяй за мной. Делай вдох. - Драко не мог вдохнуть. - Выдох. - Это уже получилось. - Слушай меня, давай еще раз вдох. - с трудом, но в легкие попал воздух. - Мы сейчас в библиотеке, тут безопасно. Выдыхай. - Малфой поддался голосу, опуская плечи. Он чувствовал себя маленьким и никчемным. - Давай еще раз вдох.       Парень не знал как долго они так сидели, но через несколько повторений вдох-выдох он смог успокоиться. Драко поднял загнанный взгляд на своего спасителя. Нет. Только не он. Перед ним в чужих глазах раскинулось летнее зелёное поле, где хотелось без тяжести на сердце бегать и смеяться.       - Малфой, ты как?       - Решил вновь геройствовать, Поттер? - Малфой хотел убежать. Он был жалок. Его голос звучал хило, никакой язвительности. Поттер хотел явно ответить что-то колкое - над зеленым лугом потемнело небо. - Мне не нужна жалость, тем более твоя.       - Рад был помочь. - Драко не понимал такого отношения к себе. - Я и не жалею тебя. - Гарри хотел добавить что-то ещё, но лишь прикусил щёку изнутри. Хоть герой и был вспыльчив, но сейчас понимал, что не стоит, что лишнее слово обернется хуже им обоим. Поэтому просто ушёл. - До встречи, Малфой.       - Надеюсь не до скорой. - Бросил ему в спину Драко, на что Поттер лишь хмыкнул.       Малфой свернул пергамент. Сегодня сил на учёбу не осталось. В комнату.