В тени

Визитка, оставленная Ветровым, была лаконичной: "Артём Гринев. Специалист по спецгриму. Частная компания "Прометей-Концепт"." Телефон, адрес — окраина Москвы, промзона, где офисные здания перемежались складами и недостроями. Поздний вечер укутал город густым туманом. Фонари светили тускло, размазывая свои круги по мокрому асфальту. Майорова припарковала машину в тени рядом с высоким забором. Металлические ворота компании "Прометей-Концепт" выглядели закрытыми, но за ними ещё горел свет. Она нажала на кнопку домофона. Хриплый голос отозвался: — Кто? — Майорова. МВД. Вопросы по спецзаказу. Пауза. Щелчок замка. Ворота открылись на несколько сантиметров. Внутри было чище, чем ожидалось: аккуратный двор, бетонная дорожка, низкое офисное здание без вывесок. В холле пахло клеем, силиконом и свежей краской. Артём Гринев встретил её у входа. Мужчина лет сорока, с узким лицом и цепким взглядом. Одет в простую тёмную водолазку и джинсы. Ничего лишнего. — Вы к делу? — спросил он без лишних предисловий. — Да. Майорова протянула ему фотографию, сделанную с камеры наблюдения: момент, где "Фролова" поправляла ремешок сумки, и край парика чуть приоткрывался. Гринев внимательно всмотрелся. — М-м... Работает аккуратно. Очень аккуратно. Кто делал, знает своё дело. Он перевёл взгляд на Майорову: — Вы хотите знать, кто это изготовил? — И кто мог заказать такую маскировку, — добавила она. Гринев задумчиво потер подбородок. — Это не массовая работа. Не для киношников. И не для дешёвых агентств. Такой грим делают либо для спецслужб, либо для очень закрытых клиентов. — Тип грима? — Профессиональная латексная платформа с силиконовыми элементами. Накладки на скулы, изменённый овал лица, парик премиум-сегмента на базе HD-сетки. Грим для временной смены личности. Держится сутки-двое при правильном уходе. Он замолчал на секунду, затем, понизив голос, добавил: — Недавно через одного моего знакомого проходил странный заказ. Женщина. Среднего роста, худощавая. Заказывали комплект полного грима: накладки на скулы, губы, нос, изменение глаз. Но делали всё в частном порядке. Деньги шли через третьи руки. Майорова напряглась. — Есть адрес? Гринев покачал головой. — Нет. Всё через посредников. Только кодовое слово оставили. — Какое? Он усмехнулся: — "Протокол ПП-12". Удар. Майорова почувствовала, как холодок пробежал по спине. "ПП-12"... То же самое название, что было в тайнике убитого врача. А значит, нити сходились. Она спрятала фотографию обратно в папку. — Благодарю. Вы нам очень помогли. Гринев слегка улыбнулся. — Надеюсь, вы знаете, с кем связываетесь. На выходе она ещё раз оглянулась на пустой двор и здание, поглощённое туманом. Игра становилась всё опаснее. Но Майорова знала одно: назад пути уже нет. Серебристая Mazda 626 стояла в тени фонаря, приглушённый свет отражался в каплях дождя на капоте. Турбин ждал её, слегка постукивая пальцами по рулю. Когда Майорова вышла из здания, он сразу заметил напряжённость в её движениях. — Всё настолько серьёзно? — спросил он, как только она села в машину и захлопнула дверь. — Хуже, — коротко ответила Евгения, пристёгивая ремень. — Заводи. Турбин молча вывел машину на дорогу. В салоне было тихо, только приглушённо урчал двигатель. За окнами размывались огни вечерней Москвы, холодный туман стелился по асфальту. — Ты узнала что-то конкретное? — нарушил молчание Артём. — Да. — Майорова бросила ему флешку. — Здесь запись с камер. — И? — Ветров сдал мне имя. Артём Гринев, специалист по спецгриму. Именно он мог работать над изменением внешности Дроздовой. Турбин покосился на неё, чуть сбавляя скорость. — Думаешь, её заставили? — Думаю, она знала, во что влезает. И у неё был очень веский повод скрыться. Артём сжал руль крепче. — И что это за повод? Майорова пристально посмотрела на него. — "Протокол ПП-12". Турбин моргнул, переваривая сказанное. — Подожди. Ты о том самом, что был в тайнике у врача? — Он самый. — Евгения потерла висок, накатывала усталость. — Гринев слышал этот термин от неизвестного клиента. Через третьи руки шли деньги, заказывались специальные накладки, парики. Это не случайность. Турбин выругался себе под нос. — Это уже не просто бегство врача. Это операция. Майорова кивнула. — Мы не знаем, кто её организовал. Но точно знаем, что она ещё не окончена. Турбин резко свернул во двор отдела, поставил машину на стоянку и заглушил двигатель. В салоне на мгновение воцарилась тишина. Он развернулся к ней. — Ты понимаешь, что теперь мы вплотную к чему-то крупному? Евгения хмыкнула. — Не впервые. Они обменялись взглядами. Где-то глубоко внутри оба понимали: после сегодняшнего назад пути уже не будет. Отделение встретило их тишиной: коридоры пусты, в дежурной только лампа тускло освещала кипу бумаг на столе. Часы показывали почти полночь. Турбин кивнул Майоровой, и они поднялись на второй этаж, в аналитический кабинет. В комнате уже ждали Сомов и Головин. Оба выглядели настороженно — дежурный протокол давно сменился тяжёлым ожиданием чего-то большего. — Что есть? — спросил Сомов, как только они вошли. Майорова молча положила флешку на стол, рядом — листок с выписанными именами. — Запись с камер. Подтверждение смены внешности. Работа профессионального гримёра. И... — она сделала короткую паузу, — упоминание "Протокола ПП-12". Головин нахмурился. — Протокол? Ты уверена? — Абсолютно. Этот код всплыл и у Гринева. Заказ шел через закрытые каналы. Изменение внешности для конкретного человека. Женщина среднего роста, худощавая, с изменением черт лица. Сомов взял флешку, вставил её в ноутбук. На экране замелькали кадры записи — женщина в медицинском халате, с русыми локонами, проходящая по коридору. — Чёрт, — выдохнул Головин. — Если бы не знали, что искать — ни за что бы не догадались. Турбин скрестил руки на груди. — Кто-то готовил её исчезновение заранее. Под другим именем, с новой внешностью. Это не импровизация. — И не на коленке, — добавила Майорова. — За этим стоит структура. Деньги. Люди, умеющие прятать следы. Сомов выключил видео, повернувшись к ним: — "ПП-12" — это явно не просто протокол свидетелей. Это что-то большее. Может быть, разработка, которую кто-то пытается скрыть. Или операция прикрытия. — Есть предположения, кто стоит за этим? — спросил Турбин. Майорова задумалась. — Пока нет. Но ясно одно: нас ведут по следу. И не факт, что хотят, чтобы мы дошли до конца. Головин фыркнул. — Заманивают? — Или проверяют, — тихо ответила Евгения. — Кто дойдёт, кто свернёт. Кто останется в живых. В комнате повисла тяжёлая тишина. За окном медленно падал мокрый снег, словно затирая следы на асфальте. — Ладно, — наконец сказал Сомов, — завтра допросим охрану, проверим новые контакты Гринева и попытаемся пробить "Прометей-Концепт" по внутренним каналам. Майорова встала, натягивая капюшон куртки. — И ещё... — добавила она. — Пора готовиться к тому, что следующей целью могу быть я. Турбин молча кивнул. Его глаза потемнели. Он уже знал, что это не пустые слова.