Композиция чувств

Выходные пролетели быстрее, чем Аделия ожидала. Суббота прошла почти полностью в компании Изабо — они смотрели фильмы, спорили о каких-то глупых деталях в сюжете, смеялись больше, чем Аделия позволяла себе за последнее время, а под вечер выбрались в кино, где она впервые за долгое время смогла отвлечься и не думать о школе, людях и обо всём, что на неё навалилось. Воскресенье оказалось совсем другим — тихим, медленным и ленивым. Аделия провела его дома, разбирая тетради, делая домашнее задание и время от времени просто зависая над страницами, потому что мысли уносили её куда-то далеко от текста. Утром в понедельник она открыла глаза и первой мыслью было остаться дома. Эта мысль была такой простой и заманчивой, что на секунду показалась единственно правильной, но Аделия сразу же её отогнала. Она не могла позволить себе снова сбежать. Поэтому уже через час она стояла перед школой, глядя на здание с тем же ощущением, что и в первый день. Она глубоко вдохнула, пытаясь собрать себя, когда рядом хлопнула дверца машины. — Ну что, пойдём? — Изабо подошла к ней, поправляя сумку на плече и бросая на неё короткий, но внимательный взгляд. Аделия выдохнула, задержав взгляд на входе, а потом кивнула. Они вошли внутрь вместе, и шум сразу накрыл их с головой — разговоры, шаги, смех, хлопающие шкафчики, всё перемешивалось в один непрерывный поток, от которого хотелось либо спрятаться, либо просто перестать обращать внимание. Они забрали учебники, перекинулись парой фраз с кем-то из знакомых Изабо и направились на первый урок. В классе было привычно тесно и шумно до звонка, но как только учитель вошёл, всё быстро стихло. Аделия села на своё место, положила перед собой тетрадь и ручку, стараясь сосредоточиться на чём-то конкретном, чтобы не распыляться, но это не помогло. Она чувствовала взгляд, как будто кто-то всё это время смотрел, не отводя глаз. Аделия не поднимала голову, делая вид, что полностью занята записями, но напряжение нарастало, пока игнорировать его стало невозможно. Она всё-таки подняла взгляд и, конечно, встретилась с ней. Эмбер смотрела прямо, спокойно, внимательно, без насмешки, без привычной лёгкости — просто смотрела, будто пыталась что-то понять. В этом взгляде был какой-то вопрос. Аделия нахмурилась, не выдержав, и первой отвела глаза, снова уткнувшись в тетрадь, но внутри уже поднималось привычное раздражение. Она не собиралась в это втягиваться. Ей не нужна была эта компания, эти игры, эти странные перепады от отстранённостт к вниманию. Она хотела одного — спокойно закончить год и уехать отсюда, оставив всё это позади. И если для этого нужно было игнорировать Эмбер — она будет игнорировать. До конца урока она больше не поднимала взгляд, хотя чувствовала его ещё очень долго. Звонок прозвучал неожиданно громко, разрывая тишину, и класс сразу ожил, наполняясь голосами и движением. — Ты какая-то напряжённая, — тихо сказала Изабо, когда они вышли в коридор. — Всё нормально? — Да. Просто утро понедельника. — Аделия пожала плечами, не глядя на неё. Это было не совсем правдой, но вдаваться в объяснения она не хотела. — Ладно, — протянула Изабо, не настаивая. — Пошли, у нас психология. Аделия кивнула, хотя уже чувствовала, что этот день не будет таким спокойным, как она планировала. Они зашли в кабинет психологии одними из последних. Внутри уже было шумно — кто-то переговаривался, кто-то листал тетради, кто-то просто сидел, уткнувшись в телефон. Атмосфера была менее напряжённой, чем на предыдущем уроке, но это не делало её спокойнее для Аделии. Она села рядом с Изабо, машинально достала тетрадь и провела пальцами по краю страницы, пытаясь настроиться. Сегодня ей хотелось просто пережить день без лишнего внимания, без конфликтов, без всего этого напряжения, которое, казалось, само её находило. Учитель начал урок без долгих вступлений, сразу задавая тему — что-то про восприятие людей и то, как мы формируем мнение о других. Аделия сначала слушала вполуха, но в какой-то момент разговор стал чётче и он зацепил. — Мы часто судим людей по первому впечатлению, — сказал учитель, проходя вдоль рядов. — И очень редко даём себе шанс это впечатление пересмотреть. Как вы думаете, можно ли действительно узнать человека, не изменив своё первое мнение о нём? — он остановился, обводя класс взглядом. Несколько человек что-то ответили, кто-то бросил короткую реплику, кто-то попытался сформулировать мысль, но быстро сбился, и в классе повисло ощущение недосказанности. Учитель не перебивал, только смотрел выжидающе, давая понять, что этого недостаточно, что он ждёт чего-то более точного, более уверенного. Лёгкий шум разговоров постепенно стихал, уступая место напряжённой тишине. — Нет, — спокойно прозвучал голос. Он прозвучал чётко, без колебаний, и сразу притянул внимание. Аделия подняла взгляд, уже заранее зная, кого увидит. Эмбер сидела чуть в стороне, опершись локтем на парту, и выглядела собранной, уверенной, как будто этот вопрос был для неё давно решён. В её голосе не было ни спешки, ни сомнения, и это раздражало сильнее, чем если бы она колебалась. — Первое впечатление — это реакция, а не анализ, — продолжила она, спокойно ведя мысль. — Оно строится на эмоциях, на внешнем виде, на ситуации. Это слишком поверхностно, чтобы на этом можно было строить реальное мнение о человеке. Она говорила ровно, будто раскладывала всё по полочкам, и несколько человек в классе даже кивнули, соглашаясь. Учитель чуть подался вперёд, заинтересованно наблюдая за её рассуждением. — То есть ты считаешь, что оно не имеет значения? — уточнил он, не отрывая от неё взгляда. — Имеет, — кивнула Эмбер, не меняя тона. — Но только как отправная точка. Если за него цепляться, можно сильно ошибиться. Аделия тихо выдохнула, опуская взгляд в тетрадь, но слова уже задели. Они легли куда-то глубже, зацепили то, что она так старательно пыталась не трогать последние дни. Ручка в её пальцах сжалась сильнее, линия на бумаге получилась резче, чем нужно, и прежде чем она успела остановить себя, голос сорвался сам. — Или наоборот, — её голос прозвучал чуть громче, чем она планировала. — Можно не ошибиться вообще. Класс сразу оживился, несколько человек обернулись, кто-то тихо переглянулся. Эмбер тоже повернула голову, её взгляд стал внимательнее, сосредоточеннее, и это внимание ощущалось почти физически. — Почему? — спокойно спросила она, чуть наклонив голову, будто действительно хотела услышать ответ. Аделия выпрямилась, чувствуя, как внутри всё напрягается. Она уже пожалела, что заговорила, но отступать было поздно, и теперь слова сами выстраивались в жёсткую линию защиты. — Потому что первое впечатление часто самое честное, — ответила она, не отводя взгляда. — Ты ещё не пытаешься никого оправдать, не ищешь причины, не додумываешь. Ты просто видишь человека таким, какой он есть. Слова прозвучали твёрдо, но внутри что-то болезненно отозвалось на них же. Она сама слышала, как это звучит, и от этого становилось только хуже. — Ты правда думаешь, что человек — это то, что видно за первые несколько минут? — Эмбер едва заметно приподняла бровь, и в её голосе не было насмешки, только спокойный интерес. — А ты правда думаешь, что потом он резко меняется? — парировала Аделия, чуть наклоняясь вперёд. В классе кто-то тихо хмыкнул, но никто не вмешивался. Атмосфера стала плотнее, разговор перестал быть просто обсуждением — он становился чем-то личным, и это чувствовали все. — Не меняется, — ответила Эмбер, выдержав короткую паузу. — Но раскрывается. — Удобная формулировка, — Аделия чуть усмехнулась, но в этой усмешке не было лёгкости. — Всегда можно сказать, что «ты просто не знаешь человека». Эмбер на секунду замолчала, глядя на неё чуть внимательнее, и в этом взгляде было больше, чем в словах. Она будто пыталась понять, где сейчас говорит Аделия — из злости, из обиды или из страха. — А ты предпочитаешь решить всё сразу? — спросила она, и её голос стал тише, но от этого только напряжённее. — Быстро и окончательно? Аделия уже стояла. Она даже не заметила, в какой момент поднялась, но теперь это казалось единственно возможным — сидеть было невозможно, слова требовали движения, выхода. — Да, — ответила она, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Потому что обычно этого достаточно. Она сама слышала, как резко это звучит, но не остановилась. Это было проще — держаться за эту жёсткость, чем признать всё остальное. Эмбер тоже поднялась, опираясь руками о парту, и теперь они стояли напротив друг друга, разделённые несколькими рядами, но это расстояние не спасало. Напряжение тянулось между ними, как натянутая нить. — Или потому что так проще? — тихо сказала она, и в её голосе прозвучало что-то живое. — Не разбираться, не давать шанс, не рисковать ошибиться. Аделия сжала челюсть, чувствуя, как слова попадают точно туда, куда она не хотела подпускать никого. — Или потому что не все заслуживают второго шанса, — ответила она, почти не разжимая губ. Повисла пауза, короткая, но тяжёлая. В ней было слишком много всего — недосказанного, скрытого, настоящего. Даже те, кто обычно не обращал внимания на подобные обсуждения, сейчас молчали. И именно в этот момент раздался голос учителя, возвращая всех в реальность. — Браво. Это, пожалуй, самая живая дискуссия за последнее время, — добавил он с лёгкой улыбкой. — Садитесь. Слова прозвучали буднично, но они резко оборвали то, что могло зайти дальше. Аделия моргнула, словно только сейчас вернулась обратно, и поняла, что действительно стоит. Руки чуть дрогнули, когда она потянулась к стулу. Изабо тут же наклонилась к ней, потянула за рукав, возвращая на место. — Сядь, — прошептала она, сдерживая одновременно и удивление, и лёгкую улыбку. Аделия опустилась на место, всё ещё чувствуя, как внутри всё кипит. Она не планировала этого, но что-то в словах Эмбер задело сильнее, чем должно было. До конца урока она старалась больше не смотреть в её сторону, но несколько раз всё равно ловила на себе её взгляд и это раздражало больше всего. Звонок прозвучал как спасение. Они быстро вышли в коридор, и шум снова накрыл с головой, стирая остатки напряжения или, по крайней мере, делая его менее заметным. — Это что сейчас было? — Изабо остановилась, поворачиваясь к ней. — Просто не сошлись во мнениях, — Аделия пожала плечами, стараясь выглядеть спокойнее, чем чувствовала себя на самом деле, но внутри всё ещё было слишком громко. Они двинулись дальше по коридору, и шум постепенно возвращал всё в привычный ритм, но внутри у Аделии ничего не улеглось. Она шла рядом с Изабо, не особо вслушиваясь в разговоры вокруг, прокручивая в голове каждую фразу, которую сказала на уроке, и каждую — которую услышала в ответ. — Ты выглядела так, будто готова была подраться, — снова сказала Изабо, бросив на неё быстрый взгляд. — Я тебя, если что, поддержала бы, но всё равно было немного страшно. Аделия коротко усмехнулась, хотя в этом не было особого веселья. — Я не собиралась ни с кем драться, — ответила она, поправляя ремень сумки на плече. — Просто… раздражает. — Она? — сразу уточнила Изабо, не скрывая интереса. Аделия не ответила сразу, только выдохнула, глядя вперёд. — Да, — сказала она чуть тише. — Она ведёт себя так, будто знает всё лучше всех. — Может, она просто уверена в себе, — произнесла она осторожно. — Это не всегда плохо. Аделия перевела на неё взгляд, в котором мелькнуло недовольство, но спорить дальше не стала. Сейчас ей не хотелось снова возвращаться к этому разговору, тем более вслух. Они взяли обед молча, двигаясь в потоке учеников, и только когда вышли из очереди с подносами, Аделия остановилась так резко, что Изабо едва не врезалась в неё сзади. Она чуть сдвинула поднос в руках, удерживая равновесие, и непонимающе посмотрела на подругу. Аделия стояла, не двигаясь, и её взгляд уже был направлен вперёд, туда, где за одним из столов сидела та самая компания. — Стой, — сказала она, чуть нахмурившись. — Подожди секунду. В её голосе не было раздражения, скорее настороженность. Она уже видела их всех, слышала смех Ильи даже отсюда, и от этого внутри появилось странное чувство — смесь волнения и лёгкого сопротивления. — Что? — Изабо остановилась рядом, не сразу понимая, в чём дело. — Ты чего? Она проследила за её взглядом и тут же всё поняла. Уголки её губ чуть дернулись, но она быстро взяла себя в руки, делая вид, что ничего особенного не происходит. — Мы же не собираемся сидеть с ними, — Аделия кивнула в сторону столов. Она сказала это тише, но достаточно, чтобы Изабо услышала. В её голосе проскользнула попытка сделать это шуткой, но внутри она уже напряглась, сама не до конца понимая почему. Её взгляд задержался на Эмбер дольше, чем на остальных. Та сидела чуть в стороне, но всё равно притягивала внимание. Спокойная, собранная, с лёгкой полуулыбкой, она слушала Алису и время от времени что-то отвечала. — Ну… — Изабо на секунду прикусила губу, отвела взгляд и переступила с ноги на ногу. — Илья попросил сесть с ними. Она сказала это так, как будто это было самым обычным делом, но в голосе проскользнула неуверенность. Она явно понимала, что это не совсем то, чего ожидала Аделия. — Конечно, попросил, — пробормотала Аделия, закатив глаза. Она отвела взгляд, будто хотела отстраниться от ситуации, но это не помогло. Мысли начали путаться — она не была против, но и готова к этому тоже не была. Слишком резко, слишком неожиданно. Изабо шагнула ближе, почти касаясь её плеча. Она чуть наклонилась к ней, снижая голос, чтобы их не услышали. — Пожалуйста, — сказала она уже мягче. — Просто один раз. Обещаю, ничего страшного не случится. В её тоне было что-то искреннее, просящее. Она смотрела прямо на Аделию, и в этот момент было понятно, что для неё это важно. Аделия задержала на ней взгляд на несколько секунд. Внутри всё ещё было лёгкое сопротивление, но оно уже не было таким сильным. Она выдохнула, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. — Ладно, — выдохнула она, закатив глаза. — Но только во имя любви. Она попыталась сказать это с лёгкой иронией, но уголок губ всё равно дёрнулся. Это решение далось ей легче, чем она ожидала. Изабо расплылась в улыбке так резко, что едва не уронила поднос. Она быстро перехватила его удобнее, но радость всё равно осталась на лице. — Ты лучшая, — сказала она, искренне, чуть наклоняясь к ней. — Я тебе потом это припомню. — Не привыкай, — бросила Аделия, но уже без прежней напряжённости. Они подошли к столу, и разговоры на секунду стихли. Несколько взглядов сразу поднялись на них, и Аделия почувствовала это внимание слишком явно, но уже не отступила. — О, вы к нам, — протянула Алиса с лёгкой улыбкой, откинувшись на спинку стула. — Это неожиданно приятно. Так вышло, что она оказалась прямо напротив Эмбер. Она опустила взгляд в тарелку, стараясь не обращать внимания, но ощущение чужого присутствия напротив было слишком явным. — Как урок прошёл? — поинтересовался Илья, глядя на них по очереди, — Слышал, там было довольно жарко, — он подмигнул и в этот момент Изабо толкнула его в плечо. — Продуктивно, — ответила Аделия, беря вилку. — Мы с Эмбер чуть не устроили дебаты. — Чуть? — усмехнулась Алиса. — По слухам, вы там почти стенка на стенку пошли. — Жаль, я это пропустил, — Илья тихо рассмеялся. — Ничего особенного, — спокойно сказала Эмбер, и Аделия всё-таки подняла взгляд. Та смотрела прямо на неё, и в её глазах не было ни насмешки, ни раздражения — только тот же интерес, что и на уроке. — Просто разные взгляды, — добавила она, чуть наклоняя голову. — Да, — ответила она, не отводя взгляда. — Удивительно, что ты это признаёшь. На секунду повисло напряжение, но Алиса сразу вмешалась. — Так, стоп, — она подняла руки, смеясь. — Вы ещё тарелки не доели, а уже начинаете. Давайте хотя бы дадим еде шанс. Изабо тихо фыркнула, и напряжение немного спало. Разговор постепенно перешёл на что-то другое — кто-то обсуждал матч, кто-то жаловался на домашку, Илья шутил, заставляя Изабо смеяться, и Аделия поймала себя на том, что это не так плохо, как она ожидала. Но стоило ей на секунду расслабиться и отвлечься на разговоры вокруг, как внимание снова зацепилось за голос Эмбер. Он прозвучал ровно, без резкости, но слишком точно возвращал к тому, что уже вроде бы отпустили. — Ты правда считаешь, что первое впечатление — это окончательный вердикт? — вдруг снова заговорила Эмбер, возвращаясь к теме. Она сидела чуть откинувшись назад, пальцы лениво крутили стакан, но взгляд был направлен прямо на Аделию. В нём не было вызова, только интерес и какая-то странная настойчивость. Аделия медленно отложила вилку, давая себе пару секунд. Она провела пальцами по краю тарелки, собираясь с мыслями, и только потом подняла на неё взгляд. — Я считаю, что оно редко бывает ошибочным, — ответила она, не повышая голос. Слова прозвучали спокойно, но в них чувствовалась уверенность. Она не пыталась спорить ради спора, просто говорила то, что действительно думала. — Удобная позиция, — заметила Эмбер, чуть наклонив голову. — Тогда не нужно давать людям шанс. Она сказала это мягче, чем можно было ожидать, но в голосе всё равно читался смысл, который было сложно игнорировать. — А зачем его давать тем, кто его не заслуживает? — спокойно парировала Аделия. Она чуть подалась вперёд, опираясь локтями о стол. Взгляд стал более сосредоточенным, и разговор уже давно перестал быть просто формальностью. — Ты решаешь это за пять минут? — Эмбер приподняла бровь, не отводя глаз. Вопрос прозвучал без давления, но слишком прямо. Она явно не собиралась отступать. — Иногда и меньше хватает, — ответила Аделия. Она пожала плечами, как будто это было чем-то очевидным. Илья тихо присвистнул, переводя взгляд с одной на другую. Он откинулся на спинку стула, явно наслаждаясь происходящим. — Ладно, я начинаю переживать, — вставил он с улыбкой. — Вы сейчас договоритесь до чего-нибудь серьёзного. Он попытался разрядить обстановку, но в голосе проскользнуло искреннее удивление. Напряжение между ними было заметно даже ему. — Всё, хватит! — сказала Алиса, резко выпрямляясь. — Я отказываюсь слушать это на голодный желудок. Она подняла руки, будто физически останавливая разговор, и посмотрела на них обеих с лёгким упрёком. Но в её взгляде мелькнула улыбка, которая сразу смягчила тон. Изабо благодарно посмотрела на неё, и разговор снова ушёл в сторону. Аделия выдохнула, отводя взгляд в сторону. Напряжение не исчезло полностью, но стало легче дышать. Она снова взяла вилку, но уже не чувствовала прежнего спокойствия. Когда они закончили есть и начали подниматься, Аделия уже мысленно была где-то далеко от этого стола. Она взяла поднос, собираясь уйти вместе с Изабо, но в этот момент почувствовала, как её аккуратно берут за запястье. Остальные уже отошли на пару шагов, не оборачиваясь. — Что такое? — спросила Эмбер тихо, но прямо, не отпуская её взгляд. Аделия сразу убрала руку, словно это было что-то лишнее. — Всё нормально, — ответила она коротко. — Не выглядит так, — заметила Эмбер, чуть нахмурившись. Аделия на секунду задержала на ней взгляд, в котором было слишком много всего, чтобы это объяснять. — Тебе показалось, — сказала она и шагнула назад. Она не стала ждать ответа, развернулась и пошла вперёд, догоняя Изабо, оставляя Эмбер стоять на месте с этим же непониманием во взгляде и это почему-то задело сильнее, чем должно было. Следующий урок был литературой, и уже на подходе к кабинету Аделия почувствовала, как внутри снова появляется напряжение. Не такое резкое, как раньше, но устойчивое, тянущееся где-то под рёбрами, будто день не собирался заканчиваться спокойно, как она себе обещала утром. В этот раз Изабо с ней не было, и это ощущалось сильнее, чем она ожидала. Без неё всё снова казалось менее устойчивым, менее понятным, как в самый первый день. Аделия заняла свободное место ближе к середине класса, оглянулась по сторонам, отмечая, кто с кем уже сидит, и невольно задержала взгляд на Эмбер, которая устроилась у окна и листала что-то в тетради. Урок начался почти сразу, учитель не стал тратить время на долгие вступления, закрыл дверь и прошёл к столу, привлекая внимание класса. — Сегодня мы начинаем долгосрочный проект, — сказал он, опираясь ладонями о край стола и оглядывая учеников, которые громко простонали. — Он будет идти у вас до декабря и станет одной из ключевых работ за этот семестр. Суть задания следующая, — продолжил он, делая паузу, чтобы убедиться, что его слушают. — Вы объединяетесь в пары. Каждая пара выбирает литературное произведение. Это может быть книга из предложенного списка или что-то, что вы подберёте самостоятельно, но обязательно согласуете со мной. Он сделал шаг в сторону доски и начал записывать основные пункты. — Первое — вы анализируете отношения между персонажами. Не поверхностно, а с попыткой понять мотивы, динамику, развитие. Мел скрипнул по доске, и он продолжил. — Второе — вы проводите так называемое «параллельное исследование». Это значит, что вы берёте интервью друг у друга, обсуждаете взгляды, реакции, сравниваете себя с выбранными героями. Кто-то в классе тихо хмыкнул, но учитель только мельком посмотрел в ту сторону и продолжил. — Третье — на основе этого вы создаёте проект. Это будет презентационный плакат, где вы визуально и текстово оформляете свои выводы. Он отложил мел и снова повернулся к классу. — У вас есть полтора месяца, — сказал он уже спокойнее. — Начиная с первого урока в декабре, мы будем слушать по две пары за занятие, чтобы у каждого была возможность выступить и получить обратную связь. Это значит, что тянуть до последнего не получится. Работать придётся постепенно. В классе зашевелились, кто-то уже начал переговариваться, обсуждая, с кем объединиться. Несколько человек сразу пересели ближе к друзьям, кто-то оборачивался через ряды, договариваясь на ходу. Аделия осталась на месте, она не спешила, наоборот, в какой-то момент просто опустила взгляд в тетрадь, делая вид, что записывает, хотя на самом деле только оттягивала момент, когда придётся решать, с кем работать. — Поскольку вы слишком быстро превращаете это в хаос, — снова заговорил учитель, перекрывая гул. — В этот раз пары составлю я. Разговоры стихли не сразу, но постепенно класс снова сосредоточился. Учитель начал зачитывать имена. Она слушала вполуха, пока это не касалось её. Одни имена сменяли другие, кто-то радовался, кто-то наоборот тихо возмущался, но всё это проходило мимо. — Петросян… — прозвучало вдруг. — Ты будешь с Гленн, — спокойно продолжил он. — У вас обеих хорошие оценки по предмету, и, если судить по твоим прошлым результатам, вы справитесь с задачей на высоком уровне. Аделия замерла, не сразу осознавая, что это прозвучало вслух. Она медленно повернула голову, Эмбер уже смотрела на неё и в её взгляде было то же самое — удивление, смешанное с чем-то ещё, что Аделия не успела разобрать. Она резко опустила взгляд обратно в тетрадь. Только не это. Оставшаяся часть урока прошла мимо. Аделия что-то записывала, иногда поднимала взгляд на доску, кивала, когда учитель обращался ко всему классу, но по-настоящему не была здесь. Мысли застряли на одной фразе, которая продолжала крутиться в голове, не давая сосредоточиться ни на чём другом. Петросян и Гленн. Она даже не злилась — это было что-то другое. Раздражение, смешанное с усталостью, с ощущением, что как бы она ни пыталась держаться в стороне, всё равно оказывается втянутой туда, куда не хотела. Когда прозвенел звонок, она собралась быстрее обычного, будто если уйдёт первой, это каким-то образом избавит её от необходимости разговаривать, не получилось. — Нам нужно обсудить проект, — прозвучал голос рядом, когда она уже собиралась выйти из класса. Аделия остановилась, но не сразу обернулась. Потом всё же повернула голову. Эмбер стояла чуть в стороне, не слишком близко, но достаточно. Аделия выпрямилась, скрестив руки на груди. — Логично, — ответила она спокойно, хотя внутри уже собиралось раздражение. На секунду повисла пауза, как будто обе ждали, кто сделает следующий шаг. — Когда тебе удобно? — спросила Эмбер, глядя прямо, не отводя взгляда. — Завтра, — сказала она. — После занятий, можно позаниматься у меня дома. — Хорошо, — Эмбер кивнула, принимая это без лишних вопросов. Они ещё секунду смотрели друг на друга, и в этом взгляде не было ни открытого конфликта, ни дружелюбия — только напряжение, которое не исчезало, даже когда слова заканчивались. — Тогда до завтра, — добавила Эмбер, отступая на шаг. — До завтра, — отозвалась Аделия. Она первой развернулась и вышла из класса, не оглядываясь. Коридор снова встретил шумом, но он уже не раздражал так сильно, как утром. Всё казалось немного приглушённым, как будто основной удар дня уже произошёл, и теперь оставалось только дожить до вечера. Она нашла Изабо у шкафчиков, та сразу повернулась к ней с интересом во взгляде. — Ну? — спросила она, не скрывая любопытства. — С кем ты в паре? Аделия удивилась, хотя, чему удивляться, в школе слухи быстро распространяются. Она бросила рюкзак в шкафчик и захлопнула дверцу чуть громче, чем нужно. — С Эмбер, — ответила она. — Серьёзно? — Изабо замерла на секунду, а потом её глаза расширились. — К сожалению, — Аделия скрестила руки, прислонившись к шкафчику. Изабо прикусила губу, явно сдерживая реакцию, но это получалось плохо. — Это… интересно, — всё-таки сказала она. — Это катастрофа, — поправила она и закатила глаза. — Да ладно тебе, — Изабо шагнула ближе. — Вы же нормально общались… ну, иногда. — Это не «нормально», — ответила она. — Это странно и она раздражает. Изабо смотрела на неё внимательно, будто хотела что-то спросить, но в итоге только пожала плечами. — Может, не всё так плохо, как тебе кажется, — сказала она мягче. Аделия не ответила, она уже всё для себя решила. Они сделают этот проект, быстро, чётко, без лишних разговоров и на этом всё закончится. Никаких пересечений, никаких попыток разобраться, никаких новых проблем. Она захлопнула шкафчик и закинула рюкзак на плечо. И, разворачиваясь, поймала себя на мысли, что это «всё будет хорошо» звучит слишком уверенно для того, во что она сама не до конца верит. Оставшийся учебный день прошёл спокойно, непривычно спокойно после всего, что уже успело произойти. Уроки сменяли друг друга, учителя говорили, ученики отвечали, кто-то смеялся, кто-то спорил, и в этом общем ритме Аделия постепенно перестала цепляться за каждую мысль. Она отвечала, записывала, даже пару раз поймала себя на том, что действительно слушает, а не просто делает вид. Это было странное ощущение — как будто день решил дать ей передышку, прежде чем снова напомнить о себе. С Эмбер они больше не пересекались. Ни в коридоре, ни на уроках, ни случайным взглядом и это было даже к лучшему. По крайней мере, так Аделия убеждала себя. После школы они с Изабо вышли вместе, и на улице было неожиданно тепло для этого времени года. Воздух был свежим, лёгкий ветер разгонял остатки дневной духоты, и на секунду всё казалось проще, чем есть на самом деле. — Ты сегодня какая-то задумчивая, — заметила она, открывая машину и отступая в сторону, чтобы пропустить её. — Хотя, после такого дня это неудивительно. Аделия усмехнулась, но в этой усмешке не было лёгкости. Она опустилась на сиденье, чувствуя, как усталость снова накатывает, не физическая, а та, что тянет изнутри, не даёт расслабиться даже в тишине. — Это ещё мягко сказано, — ответила она, пристёгивая ремень и отводя взгляд в сторону, будто даже сейчас не хотела задерживаться ни на чём конкретном. Изабо завела машину, двигатель тихо заурчал, и они выехали с парковки, вливаясь в поток машин. Несколько минут прошли в молчании, но это было не то молчание, которое давит, а скорее привычное, в котором каждая могла остаться со своими мыслями, не объясняя их вслух. Изабо бросила на неё короткий взгляд, оценивая её состояние, и чуть сильнее сжала руль, прежде чем снова заговорить. — Ты правда думаешь, что всё будет так плохо? — спросила она через пару минут, не отрывая взгляда от дороги. — Ну, с проектом. Аделия повернула голову к окну, следя за тем, как фонари и витрины магазинов сменяют друг друга, растягиваясь в линии света. Она не ответила сразу, прокручивая в голове не столько сам проект, сколько всё, что за ним стояло. — Я думаю, что это будет… сложно, — сказала она после паузы, медленно подбирая слова. — Мы слишком разные. Она не уточнила, о чём именно говорит, но это и не требовалось. В её голосе было больше, чем просто сомнение в совместной работе. — Это не всегда плохо, — осторожно заметила Изабо, не настаивая, но и не отпуская тему полностью. Аделия тихо фыркнула, едва заметно качнув головой, и на секунду закрыла глаза, словно от этого можно было избавиться от всех лишних мыслей. — В нашем случае — скорее всего, да, — ответила она, и в этой фразе прозвучала не столько уверенность, сколько попытка убедить саму себя. Изабо не стала спорить, она лишь кивнула, принимая её слова, но по её взгляду было понятно — она не верит в это до конца. Машина замедлилась у знакомого дома, и двигатель стих, оставляя после себя тихое, почти оглушающее спокойствие. Аделия не спешила выходить. Она осталась сидеть, глядя перед собой, пальцы сжались на ремне безопасности, но она не отстёгивала его, будто давала себе ещё немного времени не возвращаться в реальность окончательно. Мысли всё ещё путались, но уже не так хаотично. В них появлялась усталость и что-то похожее на смирение, от которого становилось только тяжелее. — Ты справишься, — сказала Изабо мягче, поворачиваясь к ней и чуть наклоняясь, чтобы поймать её взгляд. — Если что, я на связи. Аделия перевела на неё взгляд, задержалась на секунду, и уголок её губ едва заметно поднялся. Это было не про уверенность, а скорее про благодарность за то, что кто-то остаётся рядом, даже когда она сама всё усложняет. — Я справлюсь, — ответила она, тихо, но уже без той резкости, что была раньше. — У меня нет выбора. Она вышла из машины, помахала на прощание и направилась к дому. Внутри было тихо. Родители ещё не вернулись, и это было даже к лучшему — ей не хотелось сейчас ни с кем разговаривать, объяснять, отвечать на вопросы. Она поднялась в свою комнату, бросила рюкзак на стул и устало провела рукой по лицу. Она тяжело выдохнула, опускаясь на кровать, но лежать долго не получилось. В голове было слишком много всего, чтобы просто отключиться. Телефон завибрировал рядом, отрывая её от собственных мыслей. Звук показался слишком громким в тишине комнаты, и Аделия на секунду просто смотрела на экран, не двигаясь. Она всё-таки потянулась к телефону и нажала «принять». Экран загорелся, и через секунду появилось лицо Сони. Она выглядела так же, как всегда — живая, внимательная, с этим привычным взглядом. — Ну наконец-то, — сразу начала Соня, улыбаясь. — Я уже думала, ты меня игнорируешь. Аделия тихо усмехнулась, переворачиваясь на бок и поджимая под себя одеяло. Голос Сони звучал легко, и это сразу сбивало внутреннее напряжение, которое копилось весь день. — У меня просто был насыщенный день, — ответила она, чуть прикрывая глаза. — Очень насыщенный. Она сказала это с лёгким акцентом, будто сама до конца не верила, насколько всё действительно было насыщенно. Мысли ещё не улеглись, и от этого слова звучали немного рассеянно. — По тебе видно, — Соня прищурилась, внимательно разглядывая её через экран. — Что случилось? Ты выглядишь так, будто сейчас начнёшь рассказывать что-то очень интересное. В её голосе появилась привычная заинтересованность. Она чуть наклонилась ближе к камере, и Аделия сразу поняла — уйти от темы не получится. Аделия замолчала на секунду, собираясь с мыслями. Она провела рукой по волосам, отводя взгляд в сторону, как будто это могло помочь сформулировать всё проще. — Есть один человек, — начала она, медленно. — Который меня бесит. Она сказала это ровно, но внутри уже чувствовала, как это звучит не так, как хотелось. Слишком мягко для «бесит». — О, это уже звучит многообещающе, — сказала Соня с улыбкой, устраиваясь удобнее. — Продолжай. Она явно не собиралась перебивать. Наоборот, ей было интересно, и это только подталкивало говорить дальше. Аделия закатила глаза, но уголок губ всё равно дрогнул. Она знала этот тон, знала, что Соня уже что-то надумала. — Она ведёт себя странно, — сказала она, чуть быстрее. — То нормальная, даже… адекватная, то снова включает эту свою… королеву. Будто ей всё можно. Она нахмурилась, вспоминая. Картины из сегодняшнего дня всплывали слишком чётко, и вместе с ними возвращалось это раздражение, перемешанное с чем-то ещё. — Уже становится интереснее, — протянула Соня, не скрывая улыбки. — Дальше. Аделия вздохнула, переворачиваясь на спину и глядя в потолок. Ей стало чуть неловко от того, как это всё звучит вслух. — А теперь мы ещё в паре по проекту, — добавила она. — Просто идеально. Она произнесла это с явной иронией, но внутри снова что-то кольнуло. Слишком много «совпадений» за один день. Соня несколько секунд молчала, глядя на неё. Её взгляд стал внимательнее, будто она собирала все кусочки вместе. А потом она тихо рассмеялась. — Что? — Аделия нахмурилась, поворачивая голову к экрану. — Ничего, — Соня покачала головой, всё ещё улыбаясь. — Просто по тому, как ты это рассказываешь… — она сделала паузу. — Я бы подумала, что вы встречаетесь и поссорились. Аделия замерла на секунду, а потом резко усмехнулась. Это прозвучало слишком неожиданно, чтобы воспринимать всерьёз. — Ты серьёзно сейчас? — спросила она, приподнимаясь на локте. Внутри что-то неприятно дёрнулось, и она сразу попыталась это скрыть за привычной реакцией. — Абсолютно, — кивнула Соня, не меняя выражения лица. — Ты говоришь о ней слишком эмоционально. Аделия покачала головой, чувствуя, как внутри поднимается смесь раздражения и неловкости. Ей не нравилось, что Соня попала так близко к чему-то, что она сама не хотела разбирать. — Ты несёшь бред, — сказала она, но без настоящей злости. Слова прозвучали скорее автоматически, чем убеждённо. Она отвела взгляд, избегая прямого контакта даже через экран. — Возможно, — Соня пожала плечами. — Но звучит именно так. Она не спорила, не настаивала. Просто оставила это в воздухе, и от этого стало ещё сложнее игнорировать. Аделия отвернулась, глядя в потолок. Она сжала телефон чуть сильнее, чем нужно, и на секунду закрыла глаза. — Она меня бесит, — повторила она тише. — И всё. Теперь это звучало менее уверенно. Скорее как попытка убедить саму себя. — Конечно, — легко ответила Соня. — Я верю. В её голосе сквозила улыбка, и это было слышно даже без взгляда. Она не давила, но и не отпускала полностью. Они поговорили ещё немного — о школе, о мелочах, о каких-то новостях у Сони. Разговор постепенно выровнялся, стал привычным, и это помогло Аделии немного выдохнуть. — Ладно, я пойду спать, — сказала Соня, зевая. — А ты не бесись слишком сильно. — Постараюсь, — усмехнулась Аделия. Она ещё пару секунд смотрела на экран, прежде чем сбросить звонок. Когда связь оборвалась, тишина вернулась сразу. Комната снова погрузилась в спокойствие, но теперь оно ощущалось иначе. Не пусто, а просто тихо. Аделия отложила телефон рядом и закрыла глаза. Она глубоко вдохнула, пытаясь отпустить всё, что накопилось за день. — Влюблены, — пробормотала она себе под нос, усмехаясь. — Что за бред. Она перевернулась на бок, натягивая одеяло выше. Аделия ещё какое-то время лежала, глядя в потолок, но сон не приходил. Мысли крутились по кругу, возвращаясь к одному и тому же, и в какой-то момент это начало раздражать сильнее, чем сам день. Она резко потянулась к телефону, разблокировала его и открыла первое, что попалось — просто чтобы занять голову чем-то другим. Лента обновилась, мелькнули знакомые лица, чужие города, какие-то подписи, на которые она даже не обратила внимания. Палец двигался сам по себе, пока взгляд не зацепился за что-то знакомое, аккуратн Ильи. Её движение замедлилось, она открыла профиль, больше из любопытства, чем из настоящего интереса, и почти сразу наткнулась на фотографии с той самой вечеринки. Свет, толпа, размытые огни, лица, которые она уже начинала узнавать. И вдруг — Изабо. Аделия остановилась, на фото они стояли рядом, кто-то, видимо, поймал момент, когда Илья наклонился ближе и подмигнул в камеру, а Изабо смотрела чуть в сторону, улыбаясь, с тем самым лёгким смущением, которое невозможно было сыграть. Изабо выглядела счастливой. Аделия невольно улыбнулась, рассматривая снимок чуть дольше, чем собиралась. — Когда вы вообще успели… — тихо пробормотала она себе под нос. Она пролистнула ещё пару фото, потом закрыла профиль, но палец снова остановился. Имя Эмбер мелькнуло в рекомендациях, и Аделия на секунду зависла, глядя на экран. Это было глупо, она понимала это, но любопытство оказалось сильнее. Она открыла профиль, фотографий было много. Не постановочных, не одинаковых, а живых — с друзьями, с командой, с какими-то поездками, семейные снимки, где она стояла рядом с родителями, улыбаясь так же легко, как и в школе, но без той жёсткости, к которой Аделия уже успела привыкнуть. Она пролистывала медленно, сама не до конца понимая, что ищет и остановилась. Фото было старым, по дате почти два года назад. Снег, белый, яркий, отражающий свет, Эмбер стояла в светлой куртке, волосы растрёпаны ветром, щеки чуть розовые от холода. Она смеялась — не сдержанно, не напоказ, а по-настоящему, открыто. Рядом с ней была собака, которая в этот момент лизала её в щёку, и от этого кадр выглядел ещё более живым. Аделия задержалась на этом фото дольше, чем планировала. Палец дрогнул, она поставила лайк и она замерла мгновенно. — Нет… — выдохнула она, резко садясь. Сердце неприятно ускорилось. — Ты издеваешься… — пробормотала она, уставившись на экран. Мысль убрать лайк мелькнула сразу, но она остановилась, не двигаясь, это выглядело бы ещё глупее. Она медленно выдохнула, отложила телефон рядом и уткнулась лицом в подушку. — Господи, — глухо простонала она. Несколько минут она просто лежала, не двигаясь, надеясь, что эта ситуация разрешится сама собой, как будто если она не будет на это смотреть, то ничего и не произошло. Телефон завибрировал. Она замерла, потом медленно повернула голову и потянулась к нему, уже заранее чувствуя, что ей это не понравится. Уведомление, Эмбер лайкнула её фото, которое было выложено почти четыри года назад. На нём Аделия праздновала своё четырнадцатилетие, она держала в руках торт со свечками, а всё её лицо было вымазано в креме, глаза были закрыты, потому что она не ожидала вспышки, но от этого улыбка была ещё шире. Аделия несколько секунд просто смотрела на экран, а потом резко выдохнула и уткнулась лбом в подушку, не сдерживая тихого смеха. — Что я вообще делаю, — пробормотала она, качая головой. Смех вышел нервным, но в нём уже не было той тяжести, которая давила на неё весь день. Она ещё раз взглянула на экран, потом перевернула телефон и убрала его подальше. Она легла обратно, закрывая глаза, было всего пять часов вечера, но на этот раз усталость всё-таки взяла своё и она провалилась в сон.