Спасти мир трижды

Открыв глаза, голубоглазка увидела кухню. Сестра сидела рядом, и они обе будто бы ожидали сюрприза. Мама стояла возле плиты и чем-то шуршала, пока тихо, практически незаметно, гудела духовка. И в этот момент Фурина будто бы вспомнила, чего они с сестрёнкой так ждали. Как только их мама открыла духовку, наклонившись, она тут же достала противень с разбухшими булочками с корицей, которые внешне похожи на бутоны роз. У Фурины аж слюнки по текли, ведь это было её самое любимое блюдо из всех. Взяв в руку одну розочку, девушка аккуратно надкусила. Вкус практически не ощущался, но она знала, что он был сладким и нежным, ведь у их мамы по-другому получиться и не могло.

***

На этот раз она уже была готова к тому, что всё это было лишь обычным сном. Всё те же размытые образы её семьи, где вместо лиц были лишь очертания. Всё тот же яркий свет, что слепил глаза, делая всё чересчур насыщенным. Всё те же расплывчатые ощущения и эмоции, которые Фурина испытывала; становившиеся более чёткими лишь тогда, когда она уже просыпается, причём снова в неизвестном месте, похожем на номер в гостинице. Не то, чтобы ей доводилось часто бывать в подобных местах в своём мире, и всё же представления какие-то имелись. Интерьер достаточно скромный, но очень даже стильный, а напоминал он тот, что девушка видела в кафе. Светловолосая пораскинула своими мозгами, пока поднимались с тёпленькой кровати. «Может быть я в гостиничном номере у Тиори? Уж больно ковры и шторы похожи на те, что я видела в её кафе…» Поднявшись, она засунула свои ножки в кожаные ботиночки, к которым, если честно, уже так привыкла за эти несколько дней. Подойдя к окну, Фурина взялась за бордовые шторы с красивыми золотыми узорами и раскрыла их, позволяя тусклому свету проникнуть в её временные покои, а глазам – увидеть городской вечерний пейзаж. Хотя, в этом мире всякий пейзаж будет вечерним. Прислонившись вплотную щекой к стеклу, ей удалось на полшишечки увидеть здание библиотеки и, так как топографическим кретином она не была, понять, что она действительно находится в гостинице Тиори. «Но я совсем ничего не могу вспомнить… Как я сюда попала? У меня снова какие-то провалы в памяти?» – начала беспокоиться та, начёсывая волосы, стараясь успокоить себя тем, что эти проблемы пропадут сразу же, когда она окажется в своём мире. На мгновение её голову посетила ещё одна тревожная мысль, заставляющая каждый раз сердечко сжаться, но тут же исчезла: круглый осколочек лежал, как всегда, рядом с кроватью на тумбочке рядом с сумкой и излучал мягкое голубое свечение. Если честно, Фурина даже не знала, за кого или что волнуется больше: за своё здоровье или за целостность этого осколка. И будто бы второй вариант выигрывает. На её плечи ещё никогда такой ответственности не сваливалось. Найдя верхнюю одежду, девушка оделась, надела сумку и взяла осколок, смотря при этом в зеркало на дверце шкафа, что было в полный рост. И вновь пришло осознание того, что всё это время голубоглазка ощущала на себе чей-то взгляд. Даже сейчас – в этой пустой комнате, где не было никого, кроме неё. Только если кто-то из окна, но это было бы совсем что-то из разряда фантастики, ведь находился её номер далеко не на первом этаже. «Надеюсь, что и это ощущение покинет меня, когда я попаду обратно к сестре и родителям…» Фурина вышла из номера, предварительно проверив, не забыла ли та чего, и пошла спускаться вниз по лестнице, освещённой сиянием солнечных сапфиров. Спустившись до самого первого этажа, она действительно подтвердила свою теорию о своём местонахождении: перед ней было то самое кафе. Всё ещё полупустое. Тиори стояла за барной стойкой и разговаривала с каким-то мужчиной, державшимся на костылях. Нога его была в гипсе. Когда голубоглазка попалась владелице на глаза, последняя подозвала её. – О, проснулась. Не бойся, никто здесь не кусается, – сказала шатенка спокойно, и Спасительница послушалась, подходя и усаживаясь на высокий стул без спинки. – Голодна? – Я бы поела чего-нибудь, да… – неуверенно кивнула девушка. Шатенка отошла, оставив ту наедине с незнакомцем. – Здравствуйте, Спасительница, – улыбнулся тот. Только сейчас Фурина заметила, что у него были заострённые уши. – Здравствуйте… Вас эвакуировали из Перламутровых лугов, да? – поинтересовалась та, чтобы в молчании не ждать возвращения владелицы. – А что? Заметили, что я эльф? Наблюдательность – это хорошо. Да, всё верно. Вы были там? – Да. Это было буквально первым местом, куда я попала, когда очутилась в Королевстве Вечного Сумрака! – Наверняка видели мою дочь. Как она там? – сначала голубоглазка не совсем поняла, о ком идёт речь, и только потом её осенило. – Вы – отец Шеврёз? – решила убедиться та, а эльф улыбнулся ещё шире, будучи удовлетворённым, по всей видимости, догадливостью Спасительницы, и кивнул. – Она поживает хорошо! Мы с ней, конечно, не общались долго, но настрой у неё позитивный. А ещё она подарила мне свою сумку! – Очень на неё похоже! Рад, что с ней всё в порядке. – Более чем! Она такая… ну… боевая, что ли? И смелая! Наверное, вся в Вас. – Вы слишком щедры на комплименты, Спасительница, – отмахнулся тот, посмеиваясь так добро. Фурине нравилось, когда взрослые не ведут себя, как всезнающие напыщенные индюки, а как нормальные люди: смущаются, смеются, шутят и прочее. Как её отец! Их разговор бы так же и продолжался, вот только девушка почуяла аромат чего-то сладкого и вкусного. «Ммм… Пахнет выпечкой… с корицей…» – замечталась та, вспоминая тут же постряпушки своей мамы, которые ещё как подразнили её во сне. Но, к её большому удивлению, от мыслей девушку отвлекает Тиори, что поставила перед ней тарелочку с… – Это что?! Розочки с корицей?! – на лице Спасительницы был виден восторг. – И с сахаром. Да, всё верно. Почему-то мне захотелось испечь именно их сегодня. – Это же мои любимые! – казалось, что у неё сейчас из открытого рта потечёт слюнка. Фурина посмотрела умоляющим взглядом на шатенку. – Можно я попробую одну, пожалуйста? – А я для чего их готовила? Чтобы на них просто пялились? Конечно можно. Ешь столько, сколько хочешь, – как-то безразлично ответила та, взмахнув полотенцем для рук. И только голубоглазка хотела поднять вопрос цены, как всё поднялось само собой. – По поводу денег не переживай. Считай, что это за счёт заведения. – Спасибо огромное, госпожа Тиори! Девушка тут же, положив осколок на гладкую барную стойку, начала уплетать эти наивкуснейшие розочки из слоёного теста, которые были такими вкусными, нежными, сладенькими, что аж глаза её светились от восторга, а щёчки мигом набивались лакомством. Владелица безучастно смотрела на эту трапезу, хотя уголки губ все равно немного поднялись. Смотря на то, с каким удовольствием Фурина лакомилась булочками, эльф аж сам проголодался. – А можно мне тоже попробовать?.. – Да, можно. И да, тоже бесплатно. Сегодня у меня… Хорошее настроение, – хмыкнула девушка, теперь уже смотря на то, как и Спасительница, и отец Капитана Лугового Патруля лакомятся розочками с корицей. Когда тарелка уже была наполовину пустой, в кафе кто-то зашёл, зазвенев колокольчиками. Долго, собственно, Фурина не гадала, ведь этот «кто-то» совсем скоро дал о себе знать. Точнее дала. – Госпожа Фурина, здравствуйте! – послышался задорный молоденький голосок репортёрши. Пока голубоглазка прожёвывала кусочек булочки, розоволосая успела поздороваться с остальными. – Привет, Шарлотта. – Как спалось у госпожи Тиори? Хорошо? Выспались? – Фурина кивнула. – Ну и славненько! Это хорошо, что мы сразу же пошли к ней. – И ты задаёшь эти вопросы прямо перед моим носом? – с иронией предъявила шатенка, протирая стакан. Репортёрша лишь посмеялась слегка. Возможно, смешок был нервным. – И всё же, пришла сюда я не для этого. Вас хочет видеть Великий Герцог, госпожа Фурина. – Великий Герцог?.. – вскинула свои брови та, не веря свои ушам. Неужели с ней хочет встретиться глава всего Королевства? – А зачем?.. В плане, он не говорил тебе? И разве я не должна направиться в Храм Равновесия? Как там госпожа Эмилия? – Ой, если я буду на всё это отвечать здесь, то госпожа Тиори нас обеих вышвырнет отсюда со словами «это не эльфийский базар, хватит гундеть на всё кафе», – спародировала репортёрша голос владелицы, на что последняя фыркнула. – Так что пошлите. Я по пути всё расскажу. – Ну хорошо… – Фурина спрыгнула со стула, не забывая осколок, и попрощалась с Тиори и отцом Шеврёз, чьё имя так и не узнала. На улице было всё так же свежо, как и вчера. И погода ничуть не изменилась, и свет оставался таким же тусклым. Шли девушки не так уж и быстро, но и ситуация этого не требовала, так что Фурина могла спокойно задать свои вопросы, а Шарлотта – ответить на них. – Так, давай по порядку, – начала репортёрша. – Великий Герцог мне ничего не говорил по поводу того, почему он хочет Вас видеть. В подробности я никогда не вдаюсь – просто выполняю свою работу. – Но ты ведь вроде работаешь репортёром… – И что? Я, между прочим, ещё и периодически летаю на воздушном шаре в Долину ночного взора и Перламутровые луга, чтобы измерить, насколько уровень воды поднялся за определённый промежуток времени. Это я к тому, что у меня может быть далеко не одна обязанность! – Допустим. А что насчёт госпожи Эмилии? – Ей и команде учёных совсем недавно удалось всё-таки отворить эти толстые двери. Она сразу же пошла искать Вас, но я ей рассказала про вашу с Великим Герцогом встречу, и она согласилась подождать Вас у входа. Так что после того, как вы закончите, обязательно идите ко входу в лабораторию. Помните дорогу? – Да. Думаю, что не потеряюсь… – Вот и славно! Спустя несколько минут они дошли до входа в величественный и громадный «Кафедральный Собор», который находился в центре Солатерры и был будто бы главной её достопримечательностью. Наверху находились огромные часы со стрелками, которые Фурина заметила ещё тогда, когда только прибывала в этот изумительный город. А вот перед входом в собор была какая-то небольшая площадь с чем-то, что напоминало ей картинку из учебника. – Солнечные часы?.. – решила та сразу же спросить у Шарлотты. – Но зачем вам нужны солнечные часы, если солнце буквально не двигается и тень всегда находится в одном положении? Репортёрша засомневалась, как ей ответить на этот вопрос, и она неловко улыбнулась, начёсывая репу. – «Солнечные часы…» Я знаю только, что Великий Герцог называет эту штуковину таким образом, и всегда думаю об одном: «Каким образом это вообще похоже на что-то, что мы обычно называем часами?» Даже госпожа Эмилия задаётся этим вопросом! Но Великий Герцог называет это именно так… Когда-то я возьму у него интервью на эту тему! А пока это просто необычная инсталляция. – Поняла… Ну, я пошла? – Да, конечно! Хорошо вам поболтать! – Эээ… Спасибо?.. Странное такое слышать было от Шарлотты, ведь будто бы сейчас ей нужно на встречу не с Великим Герцогом идти, а с сестрёнкой чаи распивать. Но Фурина бы, если честно, предпочла именно чаепитие, а не встречу с очень важной личностью. У неё совсем не было опыта в общении с подобными – ей даже ни разу не доводилось с директором её школы пообщаться, а тут надо будет встретиться лицом к лицу с человеком, который является правителем целого королевства! Уму не постижимо. Стражи помогали ей открывать шибко тяжёлые двери, ибо сделать это одной рукой не получалось, и указывали путь к кабинету Его Величества – в этих больших роскошных залах с высокими цветными окнами и длинных коридорах можно было запросто потеряться. Её сердце стучалось в напряжении, а в голове был такой бардак из мыслей, что она и не заметила, как оказалась перед дверью в кабинет. Сделав вдох и выдох, Фурина неуверенно постучала кулачком по ней. С той стороны послышалось спокойное мужское «входите», что, собственно, голубоглазка и сделала. Войдя в помещение, она увидела относительно огромный бирюзовый кабинет, в конце которого были окна, открывающие вид на сиреневый закат, и двери, по всей видимости, на балкон. Перед этим окном находился длинный рабочий стол со стопками бумаг и книг, а вот уже за ним сидел длинноволосый мужчина в костюме, от которого так и веяло высоким статусом и величием. Увидев гостью, он тут же встал со стула. На его лице не было ни удивления, ни восторга, ни радости – одно спокойствие. «Наверное, правителям положено иметь такое выражение лица…» – Здравствуйте, госпожа Фурина, – начал тот, выходя из-за рабочего места. – Здравствуйте… – замялась та. – А как мне к Вам обращаться?.. – Можно просто Нёвиллет. Формальности – это важно, но не в нашем случае. И всё же, мне приятно с Вами познакомиться. – И м-мне… Наступило молчание. Голубоглазка не знала, куда себя деть. Хотелось просто провалиться сквозь землю. Ей хватило встречи с Вождём, если честно… – В любом случае, позвал я Вас не для милой беседы, – констатировал тот, достав карманные часы и открыв их, хмыкнув. Подойдя ближе, он достал из кармана какой-то странный монокль, и тут же вручил его девушке, смотря ей в глаза, пугая своей серьёзностью. – Держите это. Прижмите это близко к своей груди, когда будете вставлять осколок в зеркало в Храме Равновесия. – Но... – Единственное, о чём я Вас хочу лично попросить, госпожа Фурина: прошу, вернитесь в наш мир ещё раз. Вечный Потоп – это не единственное, что угрожает этому миру. И Вы – наш ключ к спасению. Девушка была настолько шокирована этими словами, что даже, ничего не спросив, молча кивнула, укладывая монокль в свою сумку. Всё это выглядело так, будто бы ей открыли какую-то тайну, но смысл слов Нёвиллета она улавливала плохо. – А теперь можете идти. Осталось мало времени. Поторопитесь. – Х-хорошо… До свидания… В эту же минуту Фурина покинула кабинет Великого Герцога и направилась в сторону лаборатории. В её голове роились самые разные мысли, которые не давали ей покоя. «О чём он говорил? Вернуться?.. Но зачем, если Великому Потопу придёт конец? О какой угрозе тогда идёт речь? Как бы это эгоистично не звучало, но возвращаться я не планировала… Даже если я захочу вернуться, то как я это сделаю, если сама не знаю, как здесь очутилась в принципе?.. Он как-то слишком странно себя вёл… Хоть и казался спокойным, но я будто бы ощущала сильную тревогу. Странно всё это…» Пока девушка пыталась в своей голове найти ответы на эти вопросы, она вновь не заметила, как быстро пролетело время, ибо перед ней уже находилась та самая лестница в лабораторию. Аккуратно спустившись, подозрительным взглядом смотря на двери, Фурина встретила Эмилию, что стояла неподалёку от прохода. Увидев Спасительницу, блондинка поправила свои очки и улыбнулась. – Госпожа Фурина, наконец-то Вы пришли, – мягкий тон голоса даже как-то помог выкинуть все эти сложные мысли из головы. – Ну что? Пойдёмте в Храм? – Да, пошлите. Пройдя немного по длинным коридорам прохладной лаборатории, где было достаточно много людей в белых халатах, девушки дошли до очередного злосчастного лифта и зашли в него. Он тут же отправился вниз и начал очень долго ехать. И Эмилия, и Фурина молчали, и единственное, что те слышали – это гудение лифта. В этот самый момент голубоглазка задумалась над своим приключением. Ей не верилось, что она уже практически добралась до туда, до куда всё это время шла. Повстречала стольких приятных людей и не менее приятных не-совсем-людей. Вспоминала о том, как она впервые очутилась в холодной хижине, нашла сияющий осколок, который сопровождает её всё приключение и о котором она всё время беспокоилась; как познакомилась с ответственной Шеврёз и великодушным Ризли, впервые встретила Тень и устроила драму на рынке; как познакомилась с Клориндой, защитившей её в Сумеречной чаще, а после – с тройняшками, затем с Навией и Сиджвин; как впервые побывала так высоко над землёй и в таком роскошном и большом городе, встретив Шарлотту, Тиори, Эмилию и даже самого Великого Герцога… Она вряд ли когда-то их всех забудет. Никто тишину так и не нарушил. Лифт остановился. Его двери отворились, и Фурине открылся вид на огромное полое ромбовидное помещение, стены которого были устланы какими-то светящимися магическими символами, а в центре находилось большое блестящее зеркало, к которому вёл длинный плоский стеклянный мост. – Вот мы и прибыли, госпожа Фурина, – голубоглазка посмотрела на Эмилию как-то неуверенно. – Я была рада с Вами познакомиться. – И я… Я тоже, госпожа Эмилия!.. Я рада была познакомиться с вами всеми… – выступили у той слёзы, которые она тут же быстро вытерла кулачком. На её головушку уложили мягкую ладонь и погладили, словно успокаивая. – Не расстраивайтесь, госпожа Фурина… Вы совсем скоро попадёте домой. – Хорошо… Голубоглазка выдохнула, прикрыв глаза и собравшись с мыслями. В конце концов, она ведь ради этого и шла в этот Храм, а сейчас бояться сделать последние шаги – самое неблагодарное решение. Выйдя из лифта, Фурина прошла немного вперёд и обернулась, начав махать рукой девушке-учёному, а после двери лифта закрылись. Она завороженно смотрела на зеркало, чья могучесть чувствовалась даже на таком расстоянии, и начала медленно приближаться до тех пор, пока то не оказалось перед её лицом, видя в нём только часть своего отражения. И всё потому, что в центре не хватало лишь одного единственного круглого осколка. Неуверенно взглянув на артефакт, что был в её руках, она решила собраться с мыслями, поджав губу, наполнила грудь решимостью и протянула его к ядру Храма Равновесия, предварительно приложив монокль к своему сердцу. Когда же паззл был наконец-то собран, зеркало засияло ярче прежнего. Его свечение было чистым и бесподобным; заполняло всё полое пространство Храма до тех пор, пока не стало таким ярким, что девушке пришлось закрыть глаза…