15 Years.

Вернувшись обратно в Хогвартс и приступив к обучению, печальный Чон Юнхо, взяв всю свою волю в кулак, решил полностью погрузиться в зубрежку. Не скучать по Минги не получалось, и, чтобы слишком сильно себя не терзать, он изо всей силы сдерживал свои порывы плюнуть на все предосторожности и просто посмотреть на него. Сложнее всего приходилось в Большом зале, где Юнхо специально усаживался спиной к слизеринскому столу, и, разумеется, во время чертовых занятий, на которых он теперь занимал самую первую парту рядом с одной приятной гриффиндоркой, и она, благо, совсем не возражала. И, господи, как же сильно Юнхо скучал по Минги, хотя прошло не так много времени. Всего лишь, сука, три недели. — На вас обоих больно смотреть, — однажды произнес Хонджун, когда они всемером собрались на кухне. Без Минги, — два ходячих страдальца. Но если ты у нас просто грустный и тихий, то Минги похож на холодную и надменную статую. Почти постоянно торчит в гостиной, обложившись учебниками. Хотя, кому я об этом рассказываю? Юнхо невесело усмехнулся, потому что привычка его парня скрывать эмоции от окружающих и держать лицо в любых обстоятельствах была впитана им с молоком матери. Так что сейчас Чону не было удивительно, почему Минги первые пять курсов часто мог застыть с равнодушным и надменным выражением на лице. И эта привычка теряла силу, когда они были вместе. — Ты сам у нас аристократ, — фыркнул Юнхо, — должен знать, откуда растут ноги у подобной манеры. — Ох, да. В благороднейших и древнейших семействах наподобие Сонов нормы поведения вколачиваются буквально с младенчества. Но в моей семье все сейчас попроще, — с облегчением вздохнул Хонджун, — правда, пару поколений назад нас вполне можно было сравнить с Сонами по нетерпимости и презрению к маглам и маглорожденным. Папа с дядями то у меня адекватные и херней не страдают. Дядю Сокджина я вообще люблю и обожаю. Он крутой и веселый. Дядя Тэхен тоже крут. — Так хочется забрать его подальше от светских правил, аристократических приемов и тотального материнского контроля, — продолжил бездумно ныть Юнхо, — забрать и положить к себе в кармашек. — Уж мать у него странная, — подтвердил Хонджун, — Сонхва подтвердит. Он гостил у меня на этих каникулах и видел ее мельком, когда она пришла за Минги. — Странная? Ты хотел сказать вспыльчивая, раздражительная и жестокая? — поправил друга Сонхва, — потому что впечатление у меня сложилось именно такое. Кто пощечины ни с того ни с сего раздает? — Пощечины?! — всполошился Юнхо, приподнимаясь с поверхности стола, — о таком мне Минги не рассказывал. Если честно, он вообще старается слишком сильно не делиться подробностями о том, что у него происходит дома. Нет, я уже не могу. Одни лишь переписки сводят с ума. Я так хочу его увидеть. Хочу его потрогать… — Почему бы и не встретиться ночью? — не понимал Ёсан. — Но я хочу, чтобы он высыпался, — простонал Чон. — А сам то хорошо спишь? — фыркнул Чонхо, — вечно выхожу из комнаты в туалет, если просыпаюсь, а ты сидишь в гостиной и читаешь… читаешь… читаешь… Юнхо кинул на него раздраженный взгляд. — Или с чего ты решил, что он хорошо спит? — вновь втесался в разговор Хонджун, — напомню, что мы с ним живем в одной комнате. Просыпаться посреди ночи и видеть, как он сидит на подоконнике, для меня обыденная рутина. Сан и Уен молча смотрели на всех и обнимались, и вид этой слипшейся парочки начинал выводить Юнхо из себя. — Завтра пятница, — цыкнул языком Ким, продолжая свои нравоучения, — встретьтесь ночью и проведите время вместе. Если хочешь, я даже выпью оборотное зелье и буду послезавтра притворяться Минги, чтобы никто ничего не заподозрил. Мою то пропажу они смогут, если что, проигнорировать. Разумеется! Разумеется, не за бесплатно! Пить это отвратительное пойло… фу… Что же, никто не ожидал иного от хитрого и скользкого Ким Хонджуна. — И что ты хочешь? — не удержался от смешка Чон, — твоя просьба точно не по поводу учебы. Ты же не на повышенном курсе учишься. — Ничего особенного. Просто ты мне должен будешь в будущем услугу, — Хонджун пожал плечами, — ничего супер серьезного. Всякое в жизни происходит. Перебарщивать я не собираюсь, разумеется. — Черт, скоро матч против Гриффиндора, — Юнхо его словно не слышал и просто посмотрел на Сана, который все еще жамкался с Уеном, — я очень злой и подавленный, так что планирую вас разбить, львы. Сан, у вас хорошая команда? — Вполне, — тот пожал плечами, — я как-то не сильно парюсь из-за результата и просто выложусь на полную. Он был искусным вратарем команды своего факультета. Юнхо послушал Хонджуна и вечером написал Минги, предложив ему встретиться на следующий день вечером в Выручай-комнате, на что тот с радостью согласился. Чон ждал этого момента с невиданным нетерпением, так что всю пятницу был безумно активным и веселым, и его энергия выливалась на уроках. И внезапно произошло кое-что неожиданное. На урок ЗОТИ пришел настоящий аврор, и не просто аврор, а своеобразная легенда среди авроров, который был известным героем войны. Глава аврората Ли Сунбок. — Хм, — тот был высоким и крепким мужчиной слегка за пятьдесят, и ничто не выдавало в нем пережившего магическую войну волшебника, кроме хищного и постоянно бегающего взгляда, — выглядите вы все, конечно, задохликами. Юнхо, стоявший в ряду шестикурсников, не смог удержаться от легкой улыбки, не испытывая никакой обиды на подобный комментарий, в конце концов, он действительно им являлся. Чон многое слышал об этом мужчине, который был невероятно квалифицированным аврором, выдающимся дуэлянтом и обладателем завидных способностей в области невербальной магии, так что сейчас, встретив его воочию, Юнхо очень захотелось увидеть, на что тот был способен. — Среди вас есть те, кто собирается идти в аврорат? — продолжил Ли Сунбок, и Юнхо вместе с другими пятью шестикурсниками поднял руку вверх, — хм. И начал всех внимательно осматривать. — Ты, смазливая шпала, иди сюда. Юнхо непроизвольно оглянулся. — Да, ты, зачем осматриваешься? Иди сюда, смазливая шпала, — Чон непроизвольно прыснул, — весело, да? Как тебя зовут? Юнхо вышел вперед класса и встал напротив Ли Сунбока, которому, видимо, перед поучительной лекцией захотелось устроить собственную проверку. — Не то, чтобы мне очень весело, — улыбнулся он, спокойно находясь в центре внимания, — но настроение у меня сегодня действительно замечательное. — Не боишься стоять передо мной? — хмыкнул Ли Сунбок, — это хорошо. Страх ослепляет, мешает думать и мгновенно действовать, и ограничивает человеческие возможности. Если бояться в бою… чревато последствиями. Смерть! Конец! Если вы, — мужчина осмотрел на всех студентов, показывая на них палочкой, из-за чего некоторые поежились, — не будете бдительны, во мгновение ока расстанетесь со своей жизнью. Так… я же хотел устроить проверку. Как, говоришь, тебя зовут? Ты так и не представился. — Чон Юнхо, — он лукаво улыбнулся и склонил голову в бок. — Фамилия незнакомая. Маглорожденный? Полукровка? — Первый вариант, — ответил менее благодушно Юнхо. — Не боись. Я не страдаю дурацкими предрассудками, — Ли Сунбок прокашлялся, — не желаешь испытать себя против меня, Юнхо? — Давайте попробуем, — на этот раз Юнхо склонил голову в другой бок и вытащил из кармана мантии свою длинную черную палочку, — на что мне вообще следует рассчитывать? — Я пришел сюда не избивать бедных шестикурсников, так что просто обороняйся от Экспеллиармуса, — откровенно заржал Ли Сунбок, — так, ладно. Я начинаю. Чон владел невербальным отработанным Протего гораздо лучше, чем умел бесшумно чихать, так что, когда в его сторону посыпались точно такие же невербальные заклинания, рейвенкловец, радовавшийся своему непоколебимому спокойствию, был абсолютно готов. — А ты хорош, — усмехнулся Ли Сунбок и остановил череду своих атак, — движения очень отточенные. Тренировался, небось? И снова резко взмахнул палочкой, вот только бдительный Юнхо мгновенно отреагировал и наложил щит. И потом еще один и еще. — Думаю, уже достаточно, — через пару минут аврор окончательно отложил свою палочку, — здесь все понятно. Молодец, а теперь давай, атакуй меня. — Атаковать? — Юнхо комично поджал губы, — а есть разница чем? — Да хоть чем. Разумеется, в рамках легального и без непростительных заклинаний. — Об этом вы могли и не говорить, — оскалил зубы Юнхо, но улыбка тут же пропала с его лица, сменившись крайне серьезным выражением, — раз у меня сейчас есть легальная возможность атаковать сильного волшебника, я ей воспользуюсь. И поднял волшебную палочку. Чон не стал ограничивать себя невербальным Экспеллиармусом, после которого в ход пошли и другие заклинания. Слагулус эрукто, Дантисимус, Риктумсепра, Эверте статум, Таранталлегра, Инкарцеро, Остолбеней, Петрификус тоталус… Юнхо действительно не ограничивал себя ни в чем, применяя буквально каждое и только входя в азарт, стоило опытному волшебнику перед ним отразить очередной удар. В один момент шестикурсник приостановил свою атаку, чтобы вспомнить еще одно заклинание, и едва успел дернуться и наложить Протего, потому что Ли Сунбоку снова приспичило проверить его бдительность. — Неплохо, — гаркнул тот, — устал? — Если только морально, — выдохнул Чон, — и от бессилия, потому что вы просто машина, мистер Ли. — Силы остались? — получив кивок, аврор одобрительно захмыкал, — хороший магический резерв. Точно на шестом курсе учишься? Ты бы наверняка выжил, попади в потасовку, парень. Внимание всем, студенты! Самым главным фактором выживания бойца считается постоянная бдительность и скорость. Иначе даже пискнуть не успеете, как вас… кхм-кхм, можешь уйти обратно, Юнхо. Я тебя запомнил. Если что, поборемся на седьмом курсе, когда я снова приду в Хогвартс. Буду рад видеть в аврорате, нам такие кадры очень нужны. Если тоже хотите испытать против меня свои силы, поднимайте руки. Что, никто не хочет? Ну, ладно. Я не буду вас заставлять. Так, что бы мне вам всем рассказать, чтобы вы сто раз подумали о том, хочется ли вам лезть во все это… Когда Юнхо вернулся обратно в ряд студентов, он почувствовал, как его руки кто-то коснулся, и, машинально повернувшись, увидел рядом с собой Минги. И взгляд у того был не слишком радужный. «Видимо, он никогда не перестанет переживать об этом…» Юнхо агрессивно ждал вечера и первым явился в Выручай-комнату, которая превратилась в столь знакомую спальню. Он решил провести время ожидания за книгой, вот только Минги явился буквально через двадцать минут вслед за ним, и, увидев его, Чон непроизвольно вскочил на ноги и застыл на месте. — Минги, — протянул он с сумасшедшей улыбкой на лице. — Юю, — Сон, тяжело дыша, сделал несколько неуверенных шагов вперед, и на него напрыгнули со стальными объятиями, — Юю, как же я по тебе скучал. Минги переложил руки на чужие бедра, обвившие его талию, и закружился вокруг себя, тяжело дыша в родную грудь, прежде чем опустить Юнхо обратно на пол. — Я тоже, сокровище мое. Я тоже… Оторваться от чужих губ было равносильно несбыточной цели, на которую Юнхо, подталкивая Минги к кровати, совершенно забил. Он повалил его на мягкую поверхность и ловко уселся верхом, откровенно истязая чужой рот и постоянно сплетаясь с теплым, юрким языком. Рейвенкловец вслепую нашел его руки и немедленно положил их на свою задницу, проталкивая их прямиком под свободные штаны. — Я тебя сейчас сожру, — с трудом прохрипел Чон, напоследок прикусив соблазнительную нижнюю губу, — с потрохами и без остатка. — Только не говори, что уже подготовился к моему приходу? — удивленно выдохнул Минги, получая кивок, и довольно оскалился, — развратник. — Если ты не хочешь… Но прервавший его Минги легко поменялся с ним местами, подминая Юнхо под себя, и потянулся к чужой футболке, чтобы попытаться стащить ее с любимого тела. — Чтобы я, да добровольно отказался от тебя? Юю, видимо, ты не слишком хорошо меня знаешь. Неужели я всегда так плохо доказываю, что очень хочу тебя? Иди ко мне. Несмотря на то, что им обоим не терпелось поговорить, они оба оставили беседу до подходящего момента, потому что оторваться друг от друга, бешено швыряя на пол столь лишнюю одежду, было неосуществимо. Юнхо не стеснялся развратно выгибаться под своим парнем, подстегивая его к более напористым действиям, и не сдерживал непрекращающихся стонов, когда от обуреваемого удовольствия перед глазами взрывались настоящие искры. — Да-да, мой хороший, прямо туда. Ох, я не могу. Я сейчас… Черт… — Ты все можешь, — Минги, крепко держа его под бедра, ритмично и усиленно вторгался в него под нужным углом. — У-у-у-у-у-у. — Черт, Юю… — Продолжай. Я сам сейчас… Вот-вот. Через пару минут Юнхо не удержался от громкого и неуемного всхлипа, чувствуя, как его чуть не протащило по кровати, когда Сон сделал самые последние точные толчки и завалился на него, не переставая целовать куда-то в шею и тяжело дышать. Он продолжил мелко двигаться сквозь оргазм, бессознательно прижимаясь к Юнхо, который прерывисто дрожал, не переставая крепко сжимать чужие плечи. — Как же я изнывал без тебя, Минги, — произнес Чон охрипшим ртом, — Мерлин, это было потрясающе. Ты такой потрясающий. Минги, замерев в чужих объятиях, ничего не ответил. — Почему ты такой восхитительный? — продолжал лопотать Юнхо, по-прежнему отходя от оргазма своей задней точки, — почему ты такой? «Почему ты такой?» Услышав этот знаменательный вопрос, который он некогда произносил сам, Минги промолчал. Ойкнув, он только поспешил плавно выскользнуть из чужого ануса, который тут же начал призывно пульсировать, притягивая к себе внимание, и Сон бережно коснулся влажных от смазки розовых складок. — Юю, прости меня, — с сожалением пробормотал слизеринец. — М? — Я снова забылся и кончил в тебя. Не смог остановиться. Это слишком… — Лучше забей на такую мелочь и обними меня, — Юнхо проглотил накопившуюся слюну и закатил глаза, — потом просрусь, если что. Все, теперь я точно устал. Берем перерыв на пару часов, хорошо? Я хочу немного отдохнуть и пообниматься с тобой. Юнхо положил голову на чужую грудь, закидывая свою ногу на ногу Минги, и блаженно прикрыл глаза, пока его спину ненавязчиво гладила нежная рука. — Юю? — М? — Я чуть не сошел с ума без тебя, Юю, — Минги прижался губами к его макушке и зарылся в нее носом, — и, кажется, я больше не могу держаться вдали от тебя. — Меня мучает такое же чувство, — серьезно согласился Чон, открывая глаза и удобнее укладывая свою голову, — но выбора у нас пока что нет. — Я не могу сейчас представить, как вообще жил без всего этого до шестого курса, — продолжал бормотать себе под нос Минги, — если бы ты сам не подошел ко мне тогда в Астрономической башне и не поцеловал, я бы до сих пор боялся и просто тайно мечтал о тебе. Юю, спасибо. — Это тебе спасибо, Минги, — промурлыкал Юнхо, — надеюсь, твое ночное отсутствие никто не заметит. Хонджун, конечно, обещал, что примет твой вид на завтраке, но и это не гарантия того, что… Господи, как же меня бесит вся эта клоунада. — Меня тоже, Юю, меня тоже. Когда я разорву все связи с семьей, ты пустишь меня пожить к себе на некоторое время? — Почему только на некоторое? — не понял Юнхо, на что Сон пожал плечами, — ты переедешь жить ко мне, и это не обсуждается. А потом, когда мы с тобой спокойно отучимся седьмой курс, я хочу воспользоваться своим счетом и построить нам дом, только не в самом Лондоне, а в его пригороде. Наложить на него кучу защитных заклинаний и превратить в наше личное любовное убежище. Как тебе звучит? — Как настоящая мечта. — Там будет очень удобная зона для гостей и собственный бар, чтобы нам было, где принимать друзей, да! Еще я хочу бассейн, и, боги, благодаря магии даже не придется мучиться с его чисткой. Идеально. Домашний кинотеатр. Так много фильмов, которых ты не видел. Черт, да ты вообще ни одного не видел. Столько классики и интересных мультиков. Я обязан показать тебе Титаник. И музыка… Какой же непочатый край работы перед нами предстоит. Магловская культура очень славится своей музыкой. И магловская еда необыкновенно вкусная. Также вредная, конечно, но, думаю, мы себе можем это позволить. И книги… Столько информации. — Я успел увидеть совсем небольшую часть твоего мира, но мне он уже очень нравится и безумно интересен. Столько всего того, что неизвестно магам, но открыто маглами. Я хочу все это знать. Юю, я тоже хочу стать частью твоего мира. Чон приподнялся на локте и посмотрел в глаза серьезного Минги. — Ты сейчас не шутишь? — Ни за что на свете. И, Юю, по поводу сегодняшнего урока… — Минги прикусил нижнюю губу, а его лицо болезненно скривилось, — ты… — Я не пойду в аврорат, — прямо оборвал его Юнхо и поймал на себе обескураженный взгляд, — я передумал. — Что?.. — Черпать адреналин я могу и иными способами, — он осторожно уселся на попе, которая все еще немного побаливала, — но я также не хочу заставлять тебя трястись за мою жизнь. — Нет, Юю, — Минги уселся вслед за ним, — это совсем не то, что я хотел… Ты не обязан из-за меня отказываться от… — Но это то, что я хотел сказать, Минги, — Юнхо придвинулся к нему поближе, хватая за руки и не испытывая никакой неловкости от их привычной общей наготы, — аврорат никогда не был моей прямой целью. И я действительно не могу гарантировать, что моя удача всегда будет со мной рядом. И, учитывая их опасный бешеный темп работы… Ты… Я должен быть с тобой! Я очень сильно люблю тебя для того, чтобы оставлять одного, Минги, даже если вероятность этого слишком мала. Юнхо не сдержал всхлипа и непроизвольно потянулся к влажным глазам, в то время как Сон, сидевший совсем рядом, коснулся пухлыми губами его щеки, там, где была готова потечь слеза. — Юнхо. Услышав свое имя, Чон растерянно сморгнул новые слезы и попытался улыбнуться. — С меня хватит, — процедил Минги, которого Юнхо еще никогда не видел настолько серьезным, — я не собираюсь больше продолжать этот цирк и держать с тобой дистанцию. — Ась? — Если будет надо, Чимина на дуэли размажу, чтобы он и его сестра больше не имели ко мне никакого отношения. Но врать и притворяться я больше не намерен. Если кто-то будет лезть, кто бы то ни было, я защищу тебя, Юю. И я больше не собираюсь ни от кого скрывать свою любовь к тебе. С какой стати я вообще обязан держаться от тебя подальше, если это приносит мне страдания? Ты мой драгоценный возлюбленный, без которого мне очень плохо, и лучше всего мне только рядом с тобой, потому что я не могу без тебя. — Ох, Минги, — Юнхо крайне нежно, без лишней страсти прижался к его губам, смотря глаза в глаза, и обхватил бархатистые щеки ладошками, — почему ты такой? — Какой, такой? — весело усмехнулся Минги. — Идеальный? — хихикнул Юнхо, едва ли сдерживая слезы, — как вообще в меня влюбился такой удивительный человек, как ты? Такой умный, добрый и безумно красивый. У меня постоянно такое чувство, будто я тебя совсем не заслуживаю. — Стоит ли мне спрашивать в ответ, что я такого сделал в прошлой жизни, раз в этой я смог влюбиться в тебя и получить в ответ желанную взаимность? — ответил вопросом на вопрос Минги, нежно улыбаясь, — и я уже говорил об этом. Тебя просто невозможно не любить. — Что-то я не вижу, чтобы в меня все влюблены, — закатил глаза Чон. — Ты этого просто не замечаешь, — слизеринец стер с его щеки еще одну слезу, — тебя безумно любят друзья, даже если постоянно подшучивают над тобой. От тебя без ума практически все преподаватели, которые часто потакают твоим капризам. Студенты твоего факультета очень… — Меня не любят слизеринцы, — нашелся с аргументом Юнхо. — Я бы предпочел остаться единственным влюбленным в тебя слизеринцем, — поджал губы Сон, — иначе мне бы пришлось сильно ревновать. Хонджун не в счет. — Не нужно ревновать меня, Минги, — Юнхо закатил глаза, — как будто бы мне кто-либо нужен, кроме тебя. Я здесь с тобой. Просто бери — не хочу. Бери и все. — Правда? Я бы очень хотел тебя взять, — внезапно признался Сон, медленно кладя ладони на чужие ягодицы. А потом с удовольствием сжал их. — Ах, вы такой страстный, господин Сон, — Юнхо изобразил фальшивое удивление, — уже готовы к новым подвигам? Не хотите на этот раз взять меня со спины? Ради такого мужчины, как вы, я готов сколько угодно стоять на коленках и вертеть своей голой задницей. — Неужели? — Конечно, — Чон подсел еще ближе, — вы единственный, у кого есть доступ к этой Vip-услуге, правда, вы и сами должны усердно потрудиться, потому что я крайне требовательный. Для меня необходимо, чтобы вы умели кропотливо пользоваться своим… — Извращенец. — Я то?! Ну, если только на словах, — Юнхо медленно облизнул свою нижнюю губу, — то ли дело то, что происходит на практике, фетишист. Минги смущенно отвел взгляд. — Изначально я хотел немного отдохнуть, — продолжил говорить Юнхо, — но, смотря на такого и соблазнительного молодого мужчину перед собой, вместо этого мне хочется тебя… объездить. Чон толкнул опешившего и покорного Минги на кровать и уселся на нем, в то время как его рука рефлекторно потянулась к лежавшей справа смазке. — Вам, господин Сон, запрещено двигаться вместе со мной или двигаться вообще, — начал обозначать свои правила Юнхо, выдавливая из тюбика вязкое вещество, — вы можете только лежать и получать удовольствие. Ах, да, и трогать меня тоже нельзя. Все понятно? На лице Минги промелькнуло непонятное выражение. — Когда ты хочешь развлечься, превращаешься в такого садиста, Юю. Но, ладно, валяй. Развлекайся. Сам же знаешь, что я никогда с подобным не справляюсь. «Конечно, знаю. И поэтому это так весело». Как и было задумано изначально, парни остались ночевать в Выручай-комнате, бодрствуя до самого утра. Полностью опустошенные, они, укрывшись одеялом и крепко обнявшись, некоторое время просто лежали, грязные и потные, потому что подниматься и идти мыться ни у кого не осталось сил. Юнхо не мог справиться с чувством безграничного счастья, которое бурлило в его груди, вызывая приятные мурашки, пока его спину поглаживали нежные ладони, а в шею тихо сопели. — Я люблю тебя. Хонджун выглядел так, будто сожрал целый лимон, когда Юнхо и Минги приземлились напротив него в Большом зале во время обеда. Лица других были менее экспрессивны, не считая Ёсана и Чонхо, которые переглянулись и довольно потерли ладони друг об друга. — Готовьте деньги, ребят. Мы же говорили, что так и будет. Но Хонджуну было абсолютно плевать на проигрыш. Он смотрел на довольную парочку круглыми глазами, и Чон не смог не рассмеяться. — Я иногда вас не понимаю… Черт, и не хочу. Зачем я только из-за этого давился оборотным?! Юнхо, ты мне должен вдвое больше. — Я не против, — фыркнул тот, принимаясь за еду, — я сегодня очень добрый. Проси, что хочешь. Да, мой милый? — Конечно, Юю, — нежно проворковал Минги в ответ. Хонджун уткнулся лбом об стол и тихо застонал. После обеда Юнхо и Минги, которые всего лишь во второй раз сидели вместе за одним столом в Большом зале, под ручку вышли из него и направились к выходу из Хогвартса. Прямо в Хогсмид. Они гуляли там до самого упора, обходя каждый уголок, а потом вернулись на территорию Хогвартса, но не стали поспешно заходить в замок и вместо этого, держась за руки, уселись прямо на земле. — Как же хорошо, — прошептал Юнхо, кладя голову на чужое плечо, в то время как Сон внимательно смотрел куда-то налево. Но через пару секунд и сам Юнхо услышал какой-то хруст, дергаясь в его сторону, но ничего не обнаружил. — А, — вдруг догадался Чон, — фестрал? — Да, — кивнул Минги. — Ты их видишь? — продолжил допытываться Юнхо. — Бабушка, — только и ответил тот, и его сразу же поняли. Фестралов, громадных вороных крылатых коней, больше похожих на скелет, обтянутый гладкой шелковистой кожей, были способны замечать лишь люди, видевшие и осознавшие смерть. — Никуда бы не уходил отсюда, — пробормотал Минги, прижимаясь носом к чужому виску и туда же целуя, — здесь очень тепло и безветренно. И ты тоже такой те-е-еплый. — Потом разойдемся по гостиным? — Да, — коротко ответил Сон, — я найду Чимина и расскажу ему все. Разорву все связи. Разумеется, он сообщит родителям, а они моим, так что, уверен, мать обязательно нагрянет в Хогвартс. Я бы, конечно, хотел, чтобы ты в этот момент отсутствовал и не попадал под раздачу… — Нет, Минги. — Поверь, Юнхо, тебе лучше всего этого не слышать. — Мы с тобой сейчас из-за этого спорим, вот только на практике все определенно выйдет иначе. — И то верно. Но после разговора с Чимином я пойду в Выручай-комнату. Ребята не слишком бесятся, что мы ее постоянно используем? — Не-а, — хихикнул Чон, — во-первых, у них не так часто возникает необходимость туда попадать, и мне об этом заблаговременно говорят. Во-вторых, на втором курсе ее нашел именно я, когда, как сумасшедший, ходил взад и вперед мимо стены. Я очень упорно на тот момент думал об анимагии, так что передо мной резко возникла дверь, которая вела в незнакомую библиотеку с кучей книг про анимагию прямо на столе. А потом уже домовики подсказали, что это за место вообще такое и как им пользоваться. — А кухню ты как нашел? — В конце первого курса. Я тогда вернулся в комнату во время короткого перерыва и накинулся на домовика, который рылся в моих вещах. Домовики же занимаются чистотой постельного белья. Это, кстати, была Тинки. Она такая очаровашка. Я ее, разумеется, сразу не отпустил и завалил вопросами, хотя она вполне могла от меня убежать. Они же могут аппарировать в стенах замка. Потом Тинки, разумеется, призналась, что я ей понравился, хех. И про кухню она мне рассказала, но я сам потом догадался, где она находилась. — Тогда к комендантскому часу я буду в Выручай-комнате. Пошли в замок? — Давай посидим еще немного, пожалуйста. Здесь очень хорошо. Когда Минги в районе десяти вечера вошел в Выручай-комнату, Юнхо, все это время читавший книгу, быстро встал на ноги и подбежал к нему. — Ну, что? Как прошло?! — Юнхо обеспокоенно осмотрел на него, — ты сейчас почему такой хмурый? Что-то случилось? — Он слишком спокойно отреагировал, — пробормотал Сон, поджав губы, — что-то здесь не то. Просто сказал, что это все было очевидно. Как будто ему было плевать. Даже грязнокровкой тебя не назвал, хотя это слово часто встречается в его обиходе. — Это точно не паранойя с твоей стороны?.. Тогда нужно быть осторожнее. — Я от тебя вообще сейчас не буду отходить, Юю, так что не удивляйся. Здесь точно что-то не так. — В туалет тоже будешь ходить со мной? — Туда в первую очередь. Это идеальное место преступления. — Боже, ладно. Я совсем не против. Черт, у меня еще и матч против Гриффиндора очень скоро. Тупые тренировки. — Я буду ждать тебя на трибунах. Ничего страшного. Последующую неделю они действительно почти постоянно были вместе. Минги уже не возвращался в свою гостиную и забирал оттуда некоторые вещи лишь через Тинки, которая охотно помогала ему в этом. Также после пар они несколько часов старательно учились, не вылезая из библиотеки, пока из ушей не начинал идти пар, и уже потом, самостоятельно перекусив на кухне рядом с домовиками, возвращались в Выручай-комнату и оставались наконец-то вдвоем. — Минги? — М? — У тебя такая удобная задница. Гораздо лучше всякой подушки, — Чон со вкусом сжал левую свободную ягодицу, удобнее устраивая голову на правой, — так и манит себя щупать. — Щупай, сколько хочешь. Я не против. — Такая сочная и упругая. — Юю, прекрати. Чего ты хочешь? Откуда в тебе столько энергии? — Я что, не могу просто полапать тебя и сказать, что у тебя самая лучшая задница на свете? Мне кажется, я наконец-то готов к тому, чтобы ее попробовать. — Юю… — А? — Иди сюда ко мне. Я хочу тебя обнять.

***

Матч против Гриффиндора Юнхо ждал с болезненным нетерпением. Противники были сильными игроками, что внушало азарт, так что, взмыв в воздух вместе с командой под ликующее улюлюкание толпы, шестикурсник решил не терять времени и начал искать глазами снитч. Однако он не смог не почувствовать, что движения его метлы иногда были… слегка хаотичными. Через пару минут полетов все стабилизировалось, однако Юнхо никак не отпускало чувство, что что-то было не так, ведь метла под ним неприятно пульсировала. В один момент, меняя позицию на поле и удаляясь подальше от доставучих бладжеров, Чон окинул внимательным взглядом трибуны со зрителями. И Минги нигде не было. Шестое чувство буквально заверещало, гася любой азарт, и Юнхо попытался спуститься вниз, вот только его метла не непослушно замерла на месте. — Черт побери, — прошипел он, испуганно озираясь и понимая, что, очевидно, его летательный аппарат был… заколдован. — Возможно, у популярного ловца Рейвенкло Чон Юнхо есть необычный план, который и побуждает его столько времени оставаться на месте! «Боюсь, очень скоро эта метла скинет меня на этой огромной высоте», — только и подумал Юнхо, нервно фыркая с комментатора квиддича. Он, крепко держась за рукоять, откровенно готовый к тому, чтобы в один момент полететь вниз, посмотрел на преподавательскую зону, ища глазами Хван Барыма, который внимательно смотрел на него через стекла своих прямоугольных очков. Юнхо позволил всем эмоциям отразиться на своем лице, не разрывая зрительного контакта со своим любимым преподавателем, который чему-то кивнул и нахмурился. «Черт побери, я не хочу снова валяться в больничном крыле после матча или, тоже хуже, умереть». Внезапно его метла полностью зажила своей жизнью, и Чон едва успел покрепче схватиться в нее. — О, наконец-то ловец Рейвенкло вступил в дело! Вся трибуна разревелась криками, в то время как Юнхо крайне резко пикировал вниз, так, словно его метла потеряла возможность летать и решила свалиться на землю. — Аресто моментум! Готовый разбиться, Юнхо внезапно почувствовал, как его падение замедлилось, и в ужасе открыл глаза. Он медленно и плавно опускался вместе с метлой, которая дрожала в его руках, стремясь вырваться на свободу. Юнхо, недолго думая, расслабил ладони, и метла поспешно полетела вниз без своего всадника. Чон посмотрел наверх, на трибуну учителей, и заметил Хван Барыма, который как раз направлял на него волшебную палочку. Юнхо благодарно улыбнулся в ответ, прекрасно видя, что за ним наблюдали, и опустился ногами на землю. Его спасли. Игра была остановлена. — Слава богу, благодаря нашему уважаемому профессору Хвану Чон Юнхо не пострадал. Но что произошло с его метлой? Она была заколдована?! — Юнхо-о-о! Ошарашенно смотря на свою метлу, которая самостоятельно творила пируэты в воздухе, Юнхо обернулся на крик. По полю в его сторону быстро мчался Уен, а вслед за ним торопились и остальные. — С тобой все в порядке?! — начал верещать Уен, прыгая вокруг него, — что случилось?! — Метла заколдована, — тихо пробормотал Юнхо, внезапно хмурясь и рассматривая шестерых парней, — почему Минги не пришел? Никто не смог дать ему вразумительного ответа. Никто его не видел. Чон не стал дожидаться итога того, когда преподаватели наконец-то спустятся, чтобы разобраться в произошедшем, и просто убежал, игнорируя крики в свою сторону. Он бежал в раздевалку, где оставил свои вещи: будничную одежду и сумку вместе с волшебной картой, вот только имя Минги на ней отображалось в самом неожиданном месте. В кабинете директора вместе с его парнем на данный момент времени находилась другая значимая персона, которая наконец-то решила вмешаться. Сон Минчэ. До директорской башни, вход в которую сторожила огромная каменная горгулья, Юнхо добрался со скоростью света и начал ждать. Время медленно тянулось, и он периодически проверял состояние карты, удостоверяясь, что Минги и его мать были по-прежнему на месте и не покинули замок через камин. И Юнхо почему-то был уверен, что эта ледяная женщина была способна увести своего сына из Хогвартса, чтобы оградить его от влияния грязнокровки, даже если тот из-за этого не сможет закончить шестой курс. Через полчаса горгулья отодвинулась с пути, выпуская из башни высокую суровую женщину в роскошных одеждах, которая раздраженно держала своего сына под руку. Юнхо немедленно встал на ноги, смотря на этих двоих широко раскрытыми глазами, и при виде него Минги запнулся на месте и замер с отчаянным выражением лица. — С тобой все в порядке?! Услышав от него этот вопрос, Чон моментально сделал верный вывод о том, чьих именно рук все это было дело. — Не переживай, — серьезно ответил он, сглатывая, — я сразу почуял неладное и дал знак профессору Хвану, что нахожусь в опасности. Он меня спас. Сон Минчэ, важно поджав губы, посмотрела на Юнхо и оглядела его с ног до головы цепким взглядом. Она не спешила ничего говорить, но все ее лицо выражало глумление с примесью снисхождения, как будто она оценивала грязь под своими ногтями. Юнхо, гордившийся своей выдержкой и умением фильтровать эмоции, вдруг почувствовал себя настолько беспомощным, что с трудом контролировал свое тяжелое дыхание. Все также усугублял вид Минги, безысходно смотревшего на Юнхо и абсолютно игнорировавшего тот свирепый взгляд, с которым мать одарила его. Несмотря на то, что прошло всего лишь пять секунд, Чон легко бы сопоставил их с пятью минутами. — Это из-за этого уродливого и грязного мальчишки ты отказался от своей семьи? — Сон Минчэ наконец-то нарушила тишину и лениво вернула внимание Минги, который ее, казалось, даже не видел и не слышал, — мой настоящий сын никогда не променял бы свою честь на грязнокровного отброса, которому я могу только пожелать сдохнуть самой жалкой и мучительной смертью, потому что это ничтожество не достойно того, чтобы что-то связывало его с семьей Сон. На меня смотри!!! Сон Минчэ грубо схватила сына за подбородок и повернула его лицом к себе. — О чем ты только думаешь? Что с тобой стало за этот год? Ты ведь был нормальным, — Сон Минчэ хищно перевела взгляд на Юнхо, который застыл, не зная, что ему следовало делать, — что ты сделал с моим сыном?! Какой бы жуткой не казалась эта аристократка, Юнхо пугала совсем не она, а Минги, который рядом с ней сжимался и вызывал желание спасти себя. — Мы уходим, — только и произнесла в итоге Сон Минчэ, которая, не находись они в Хогвартсе, точно убила бы отвратительного грязнокровку, испортившего ее ранее послушного отпрыска. Женщина агрессивно потащила сына за собой в сторону выхода, и Юнхо почти сделал шаг за ними, вот только Минги, прекрасно его зная, покачал головой. «Не надо. Не иди за мной». На Чона впервые накатило такое отчаяние, при котором хотелось усесться на полу, обнять себя руками и истерически зареветь. Минги уходил, и Юнхо со-вер-шен-но ничего не мог с этим поделать. Он мог легко сравнить свое состояние с тем, будто невидимый дементор решил высосать всю его радость из жизни. Так что, когда огромная каменная горгулья снова отодвинулась и из-за нее вышел высокий стройный старик с длинной белой бородой и в черной пышной мантии, Юнхо, сидевший на полу, положив лицо на колени, даже не сразу его заметил. — Мистер Чон? — протянул тот, выглядя совершенно не удивленным, но на него даже не обратили внимания, — мистер Чон. — А, простите, профессор Ким, — опомнился Юнхо, вставая на дрожащие ноги, — я немного забылся, и уже ухожу. — О, не торопитесь. Если хотите, я могу угостить вас успокаивающим чаем, — директор Ким покачал головой, — в конце концов, у вас очень непростая ситуация, а я совершенно ничего не смог поделать, чтобы помочь мистеру Сону. И воспрепятствовать мадам Сон я тоже не имел никакого права. — Она забрала его насовсем? — уточнил Юнхо. — Как я понял с ее слов, мистер Сон не собирается дальше посещать занятия в этом году. Разумеется, она обсуждала со мной варианты, при которых мистер Сон просто смог бы сдать переходные экзамены на дому, и этот вариант вполне осуществим, однако я не знаю, как все будет обстоять на седьмом курсе. Тогда мистер Сон уже будет совершеннолетним. Но чужая семья — потемки, мистер Чон. Я не имею права в нее вмешиваться. Юнхо в ответ благодарно кивнул и устало потер двумя пальцами переносицу. Ему нужно было подумать.