Операционная

Мощные когти Анкалагона плавно коснулась камней Хитлума. Марина легко перемахнула через высокий борт мифриловой кабины и спрыгнула на землю, подол её платья взметнулся, полыхнув золотом и алым. Майрон уже ждал её. Он стоял на самом краю обрыва, высокий, ослепительно прекрасный в своем земном облике, и ветер трепал его золотые волосы. В его взгляде читалась привычная смесь восхищения и затаенной печали — печали бессмертного существа, знающего, что его избранница сгорит в огне времени слишком быстро. — Ты вернулась, — прошептал Саурон, и его голос дрогнул. — Я боялся, что ты останешься там... или что этот берег покажется тебе слишком серым после Амана. Марина улыбнулась и протянула ему руку. — Валар дали мне подарок, Майрон, — тихо произнесла она, глядя, как на его лице отражается осознание. — Теперь я вольна посещать их земли. И моя жизнь... больше не взмах крыла мотылька. Майрон бережно взял её ладонь... и замер. Как Майа, как существо, сотканное из энергии и знаний о самой сути материи, он мгновенно ощутил перемену в её природе. Время больше не имело над ней власти; её жизнь теперь была не искрой, а ровным, вечным светом. — Вечность... — выдохнул он, и в его голосе смешались шок и ослепляющий восторг. — Хорошая шутка Валар. Наш союз не станет мимолетным, Марина, нам придется делить не дни, а эоны. * * * Спустя несколько дней Марина застала его в операционной. Саурон сосредоточенно изучал набор массивных инструментов. Его пальцы бережно поглаживали стальные щипцы, предназначенные для удаления зубов. — У тебя дар, Майрон, — Марина подошла ближе, наблюдая за его хищным интересом. — В моем мире ты стал бы эталонным стоматологом. Используя свой гений кузнеца, ты и тут вполне можешь построить бормашину. Настрой мифриловый привод и резонанс кристаллов так, чтобы тончайшая игла вращалась со скоростью ветра... Саурон замер, и в его взгляде вспыхнуло истинное вдохновение творца. Он тут же схватил перо, набрасывая на полях атласа чертеж высокоскоростного наконечника. — Скорость... точность... контроль, — прошептал он, — я буду вырывать боль из самых корней! Марина посмотрела на его фанатичный блеск в глазах, на то, с какой страстью он готов был вгрызаться в зубы всей Арды, и невольно вздрогнула. — Хорошо, Майрон. Строй бормашину, стоматолог — вздохнула она, отворачиваясь к полке с медикаментами. — Хорошо хоть не гинеколог. С твоим-то рвением... Саурон замер с пером в руке. Он медленно повернул к ней голову, и на его лице отразилось искреннее, глубокое недоумение. — А это... кто? — спросил он, и в его голосе Марина услышала опасное любопытство исследователя, нашедшего новую, еще не изученную область мироздания. Марина заглянула в его золотистые, жаждущие знаний глаза, и поняла, что открыла дверь, которую стоило оставить запертой на все засовы Ангбанда.