Lookism with a twist

Несмотря на стену ледяного дождя, фигура в дождевике решительно подошла к убежищу собаки. Эну мгновенно вскочила, шерсть на загривке встала дыбом. Она залаяла, отчаянно предупреждая чужака: «Уходи!» Но человек не испугался. Когда он протянул руку, Эну, повинуясь инстинкту, мертвой хваткой вцепилась в его ладонь. Острые зубы прокусили пухлую кожу, и по запястью потекла кровь, смешиваясь с каплями дождя. Но вместо крика или злости раздался тихий, добрый смех. — Ха-ха, ты просто понемногу ешь меня, да? Прямо как Кристал вчера, — усмехнулся Дэниел. — Это всё из-за того, что я забрал твой шарф? Он не ушел. Промокший до нитки, Дэниел несколько часов сооружал для Эну надежный дом из плотного картона и досок, чтобы её не заливало водой. — Вот и всё, твое временное жилище готово, — улыбнулся он, закрепляя последний край. Эну замерла, с недоумением наблюдая за его суетой. Затем Дэниел неловко полез в задний карман и вытащил... тот самый шарф. Но теперь он был неузнаваем: чистый, мягкий, а все дыры были аккуратно залатаны нитками точно в тон. — Прости, что унес его, — признался он, бережно укладывая шарф в сухое укрытие. — Но он был таким грязным и рваным... Я побоялся, что твои щенки могут подхватить заразу, поэтому решил его подлечить. Эну долго смотрела на подарок, а потом, едва заметно вильнув хвостом, перевернулась на мягкую ткань. Лед в её сердце начал таять. Прошло несколько дней. Настала важная ночь — у Эну начались роды. Дэниел, понимая, как ей сейчас тяжело и страшно, не подходил близко. Он просто стоял в тени деревьев, мысленно желая ей удачи. Когда всё закончилось, Эну стала мамой четырех крошечных, пищащих комочков. Дэниел тут же сбегал в круглосуточный и принес горячий суп из морских водорослей — лучшее средство для восстановления сил. — Наверное, ты меня сейчас и близко не подпустишь, — пробормотал он, подходя к картонному домику. Эну, верная своим материнским инстинктам, зарычала. — Ладно-ладно, ухожу! — вздохнул Дэниел. Он поставил миску у входа и отступил под навес соседнего здания. Эну ненавидела людей. Прошлое научило её ждать от них только боли. Но глядя на этого неуклюжего парня, она чувствовала странную жалость. Её взгляд упал на его руки — они были почти полностью покрыты пластырями от её собственных укусов. Поколебавшись, она медленно подошла к миске и начала лакать суп. Дэниел, наблюдавший за этим издалека, буквально взорвался от восторга: — Эну! Ты ешь! Ты правда ешь то, что я принес! Он отбросил зонт и начал прыгать по лужам, исполняя свой нелепый «победный танец». Кристал, которая как раз проходила мимо, чтобы тоже оставить еду, увидела эту картину. Она лишь тепло улыбнулась, решив не мешать их моменту, и тихо ушла. На следующий день Кристал ждала встреча с Китаэ, братом Джея. Он вызвал её в офис под предлогом «важных дел», но Кристал видела его насквозь. Китаэ просто искал повод побыть рядом, надеясь на свидание. Кристал привыкла к этому. Все парни видели в ней только красивую картинку, их не интересовала её душа. Но они не знали главного: мужчины её вообще не интересовали. Весь вечер она отвечала односложно, выдавливая из себя лишь вежливые полуулыбки. От её холодности Китаэ только больше краснел и суетился. Наконец он набрался смелости: — Кристал... в прошлый раз я не успел взять твой номер. Может, дашь его сейчас? Раздражение Кристал росло, но мысли внезапно унесли её в другой вечер. Она вспомнила Зои. Тот мимолетный взгляд у магазина заставил Кристал покраснеть до кончиков ушей. То, как Зои забавно надула губки, когда Дэниел заговорил с ней... это было чертовски мило. Но вместе с нежностью пришло и беспокойство. «Зои носит такую короткую одежду по вечерам... Неужели никто не понимает, как она уязвима для чужих взглядов?» — думала Кристал. Она поймала себя на мечте: стать той самой опорой для Зои, оберегать её от всего мира и баловать так, как она того заслуживает. «Зои — именно та, кто мне нужен», — окончательно решила Кристал. Но чтобы подобраться к ней, ей нужен был союзник. И лучшим кандидатом был Дэниел. Он добр ко всем, он популярен и явно много знает о Зои. Кристал даже тайком пересматривала видео Зои под песню «Паприка» — эти очаровательные танцы сводили её с ума. С трудом вырвавшись из здания офиса, Кристал вернулась домой поздно. Но её ждал неприятный сюрприз — звонок от директора. Одна из учительниц доложила о её частых пропусках и потребовала объяснений. Директор, едва взглянув на Кристал, расплылся в улыбке. Он был из той категории мужчин, которые теряли волю перед красивыми девушками, и Кристал это прекрасно знала. — Я болела, — спокойно объяснила она. — Мне нужно было время, чтобы привести организм в порядок. — Конечно-конечно, — закивал директор, даже не спросив справку. — Просто береги себя. Возвращайся к занятиям, как только почувствуешь, что готова. В этом и заключалась магия её второго тела: привлекательность открывала любые двери и списывала любые грехи. Но Кристал знала и обратную сторону — за этой маской никто не видел её настоящую. Повесив трубку, она выдохнула. Завтра она вернется в школу. Хватит тратить время на Китаэ и его глупые подкаты, когда в школе её ждет та, к кому она действительно стремится — её возлюбленная Зои. На следующее утро Кристал привычно вошла в здание под аккомпанемент шепотков: «Она вернулась!» «Богиня...» Но сегодня внимание толпы разделилось. Со стороны входа шел Вин Джин, а рядом с ним — яркая и дерзкая Мэри. — Эй, смотрите! Это же та девчонка из вокально-танцевального! — закричали парни. — Она нереальная! — Говорят, она та еще хулиганка... Мэри лишь усмехнулась. Ей было плевать на мнение массовки. «Фу, заткнитесь, надоедливые стервы, — думала она. — Мне нравится, только когда Мира делает мне комплименты». Единственной причиной, по которой она терпела этот шум, было желание позлить Вин Джина. Ей нравилось напоминать ему, что она — звезда, а он — просто её тень в очках. Вин Джин был в ярости, но старался игнорировать Мэри... пока его взгляд не упал на Кристал. «Опять эта "будущая K-pop звезда" вернулась. Отлично», — презрительно фыркнул он про себя. Они оба быстро потеряли к ней интерес и прошли мимо. Кристал же направилась в кабинет, ловя на себе жадные взгляды парней. Те кричали ей вслед комплименты, от чего Мэри недовольно надула губы: — Серьезно? Почему мне они так не кричат? Мира, которая всегда была рядом, нежно приобняла её: — Не слушай их, Мэри. Для меня ты самая крутая. Твой стиль... ты как настоящий рэпер, ты особенная. Для Миры Кристал была просто красивой знакомой, но Мэри была её миром. Тем временем в классе обстановка накалялась. Юи, глядя на триумфальное возвращение Кристал, не выдержала: — Фу, какая выпендрёжница. Ужас просто, — пробормотала она достаточно громко, чтобы все услышали. Но времена изменились. Раньше бы все поддакнули Юи, но теперь несколько парней тут же встали на защиту Кристал: — Не смей издеваться над ней! — Она, небось, школу из-за твоих нападок прогуливала! Юи уже открыла рот, чтобы огрызнуться, но её прервал твердый, властный голос. Это был Зак. — Вам не следовало так поступать, — отрезал он. — Нельзя так обращаться с новенькой, Юи. Юи замерла в шоке. «Что с ним случилось? С каких пор Зак стал рыцарем?» Зак втайне ликовал: «Вот так! Я проявляю заботу и доброту. Теперь Дэниел точно оценит, какой я хороший человек!». Но его вмешательство задело сторонников Юи. — Юи ничего такого не сказала! — Зак, в чем твоя проблема? Почему ты против неё? Миролюбие Зака улетучилось в ту же секунду. Его взгляд потемнел, а голос стал опасно низким: — Ты что, издеваешься? Не смей подлизываться к ней при мне. Еще одно слово — и я заставлю тебя есть через соломинку. Понял? В классе воцарилась гробовая тишина. Четверо парней в ужасе вжали головы в плечи. И в этот момент дверь класса распахнулась. Вошел Дэниел. Как всегда, Дэниел вошел в класс с лучезарной улыбкой. Одно это сделало атмосферу в кабинете легче — его присутствие магическим образом превращало мрачную обстановку во что-то теплое и живое. Даже учителя с первого дня прониклись к нему особой симпатией. Но Дэниел успел подслушать последние слова Зака. Подойдя ближе, он прищурился: — Зак, ты что, опять начинаешь драку? Зак мгновенно «переключился» в режим невиновности: — Что? Когда ты пришел? — спросил он, стараясь выглядеть максимально кротко. Дэниел посмотрел на него с подозрением: — Ты только что им угрожал... — Нет! — Зак быстро покачал головой. — Понятия не имею, о чем ты. Он даже попытался состроить милую мордашку, сложив перед собой руки в гипсе. Дэниел лишь тяжело вздохнул: — Ладно, забудь. Он сел на свое обычное место рядом с боксером. Вскоре вошла Кристал. Как только она переступила порог, то сразу почувствовала на себе чей-то взгляд. Это была Зои. Её глаза смотрели мягко, почти... с жалостью? Кристал нахмурилась. «Почему она так на меня смотрит?». Это нервировало, и она поспешила сесть на место. Но мысли Зои были совсем о другом: «Это она... Она вернулась. Но почему она была с Дэниелом прошлой ночью? Неужели они встречаются? Она такая красивая, а я... я ведь ей не ровня». Зои не могла оторвать взгляд от Кристал, пока не начался урок. Вин Джин, раздраженный до предела, откашлялся, стараясь не смотреть Дэниелу прямо в глаза. Наконец он выпалил: — Не мог бы ты... дать мне свой номер? «Черт возьми! — кричало всё внутри Вина. — Никто не устоит передо мной, я ведь чертовски крут!». (Спойлер: ты не прав, Вин. Вообще ни разу.) Дэниел же замер в полном замешательстве. «Разве этот парень не хотел набить мне морду, когда я спасал Дюка? Что с ним случилось? Почему все в последнее время такие странные?». — Ни за что, — отрезал Дэниел. — Мне не нравятся люди, которые издеваются над другими или придираются к тем, кто слабее. Вин Джин почувствовал, будто невидимая стрела пронзила его сердце. Всё тело напряглось.

ОТКЛОНЕН.

Мэри, которая и подбила Вина на этот вопрос, едва сдерживала смех, прикрыв рот ладонью. Результат превзошел все её ожидания! К счастью для гордости Вина, свидетелей его позора, кроме Мэри, не было. Дэниел, не придав этому значения, быстро ушел — он спешил к Эну. А Вин Джин так и остался стоять как вкопанный. Как только Дэниел скрылся из виду, он сорвался: — Да мне никогда и не нужен был твой номер! — крикнул он в пустоту, чертыхаясь. Мэри закатила глаза: — Да уж, идиот. Пошли отсюда, я устала с тобой возиться. Тем временем Дэниел снова принял свой пухлый облик и пришел к убежищу Эну. Увидев собаку, он невольно улыбнулся. Эну выглядела намного лучше: шерсть снова стала пушистой, а бока округлились. Он поставил миску, и крошечные щенки с аппетитом принялись за еду. Эну, по привычке, залаяла на него. — Хорошо, хорошо, молчу, — усмехнулся Дэниел. Но в глубине души он был обеспокоен. «Я бы с радостью забрал их всех себе, но она ни за что их не отдаст. А если я их оставлю здесь, может прийти кто-то плохой...». К тому же он понимал, что денег на содержание целой собачьей семьи у него катастрофически не хватает. Он вздохнул и решился погладить Эну по голове. — Мне пора на работу, — тихо сказал он. — Вернусь, когда будет выходной. Он помахал им на прощание и побрел прочь. Но как только он отошел, Эну издала короткий, тоскливый лай. Она смотрела ему вслед. Она скучала по своей прежней хозяйке, по человеку, который её любил... Но того человека больше не было. Пока Эну сидела, погруженная в свои мысли, произошло нечто неожиданное. Её щенки — все четверо — вдруг со всех ног бросились вдогонку за Дэниелом! Мать рявкнула на них, требуя вернуться, но малыши проигнорировали её. Дэниел обернулся, услышав топот крохотных лапок, и увидел, как к нему бегут четыре пушистых комочка. Он опустился на колени и нежно обнял их всех сразу. — Глупыши... вам нужно вернуться к маме, — прошептал он, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Но затем произошло то, чего Эну не делала никогда прежде. Она аккуратно взяла в зубы тот самый красный шарф и медленно, почти торжественно, подошла к Дэниелу. Глаза Дэниела расширились от изумления. Она... принимала его? Запах прежней хозяйки давно выветрился, её самой уже не было в живых. И теперь Эну выбрала своим защитником Дэниела. Его сердце переполнилось чистым, детским счастьем. С этого мгновения Эну и её четверо щенков стали его семьей и его ответственностью. Когда он привез их в свою небольшую квартиру, началось безумие. Щенки носились как заведенные, играли, прыгали и исследовали каждый угол. Дом был тесноват, но, кажется, пушистой банде он очень пришелся по душе. Однако вскоре возникла серьезная проблема: Дэниелу нужно было ходить в школу и на работу, а по возвращении его ждал полнейший хаос и бардак. На следующий день в классе Дэниел сидел рядом с Заком, глубоко погруженный в свои мысли. В какой-то момент он не выдержал и пробормотал: — У меня заканчиваются деньги... Я не смогу потянуть пять собак в одиночку. Зак, не раздумывая, выдал свое «практичное» решение: — Да просто отдай их в приют на усыновление. Им уже три месяца, быстро разберут. Лицо Дэниела мгновенно помрачнело. — Если не собираешься помогать, лучше просто молчи, — резко отрезал он. — Мне жаль Эну, она слишком много натерпелась. Зака это ничуть не задело. — Это всё равно лучше, чем позволить им умереть с голоду в твоей каморке, — фыркнул он. Они и не подозревали, что их разговор внимательно подслушивает кое-кто третий. Кроме них троих в классе никого не было — шла перемена. Джей замер, ловя каждое слово. Дэниел тяжело вздохнул: — Мне нужно пристроить их к кому-то надежному... К тому, кто позволит мне их часто навещать. Он повернулся к Заку с поистине умоляющим взглядом. Это было чистое отчаяние: огромные круглые глаза, чуть надутые губы — идеальный «щенячий взгляд». Против такого не устоял бы и камень. Зак уже открыл рот, чтобы окончательно отказать, но... — Я это сделаю. Голос Джея прозвучал тихо, но твердо. Дэниел резко обернулся, его глаза буквально загорелись надеждой: — Правда, Джей?! Тот лишь молча кивнул. Зак в этот момент едва не взорвался от злости. «Что за чертовщина?! С каких это пор Дэниел так сблизился с этим молчаливым блондином?!» Его идеальный шанс окончательно завоевать расположение Дэниела и стать для него «героем» был безжалостно упущен. В итоге щенки переехали в роскошный дом Джея. Когда они прибыли, дворецкий Джея ошарашенно переводил взгляд с хозяина на собак. — Сэр... зачем вы привезли их сюда? Вы же до смерти боитесь собак! Джей ничего не ответил. Он действительно был напуган — при виде щенков его пробирала дрожь. Но в памяти всплыла улыбка Дэниела. Такая теплая, искренняя и полная радости. Он хотел увидеть её снова. Ради этого он был готов терпеть щенков в своем доме. Ради этого он был готов бороться со своим самым большим страхом.