Биение наших сердец

Прошла неделя. Рик наконец смягчился и разрешил нам выходить, но с условием: мы спим отдельно, едим отдельно и не приближаемся к детям. Хершел, старик с добрыми глазами и деревянной ногой, осмотрел Сашу и сказал, что она полностью здорова, просто истощена. Меня он спросил про медицинское образование и долго кивал, услышав про фельдшерскую практику. — Нам нужны руки, умеющие лечить, — сказал он тогда. — Особенно сейчас. Так я стала частью их импровизированного лазарета. Перебирала бинты, считала антибиотики, училась накладывать шины под присмотром Хершела. Это отвлекало от мыслей о прошлом. Дэрил старательно делал вид, что меня не существует. Проходил мимо, даже не поворачивая головы, бросал короткие фразы только Тайризу, если нужно было что-то перенести. Но я чувствовала его взгляд затылком. Он наблюдал. Всегда наблюдал, как хищник из засады. Все изменилось серым дождливым утром. Я стояла у ворот внутреннего двора, вдыхая запах мокрой земли. Вдруг с вышки раздался крик Магги: — Ходячие у восточной стены! Много! Прорывают сетку! Начался хаос. Рик схватил винтовку, Гленн побежал за боеприпасами. Тайриз, забыв о нашем «условном» статусе, рванул помогать заколачивать брешь. Я осталась на месте, понимая, что без оружия я только помеха. Но когда я увидела, как из леса выходит еще одна группа мертвецов, огибающая основную массу и направляющаяся к пролому в западной стене - туда, где никого не было - я сорвалась с места. Я бежала, не чувствуя ног, прямо к арсеналу, где дежурил Дэрил. Он уже натягивал тетиву арбалета, собираясь к основным воротам. — Стой! — закричала я, хватая его за рукав. Он дернулся, как от удара током. — Убери руки! — рявкнул он, но я не отпустила. — Западная стена! Они идут с запада, там никого нет. Если они прорвутся внутрь периметра, мы окажемся в ловушке между двух стай. Дэрил замер. Он бросил быстрый взгляд на восток, где гремели выстрелы, понос на запад - туда, где тишина казалась зловещей. — Откуда знаешь? — Видела из окна лазарета. Десятка два, может больше. Они медленнее, но идут прямиком к дыре в ограждении, которую мы не заделали. Он выругался сквозь зубы - длинно, грязно, с чувством. Потом сорвал с гвоздя на стене охотничий нож и буквально швырнул его мне в руки. Я едва поймала, рукоять больно ударила в ладонь. — Пошли. И не отставай. Сдохнешь - я тебя сам потом закопаю и даже крест не поставлю. Мы побежали через пустые коридоры, через кухню, через ржавую дверь, ведущую на западный плац. Дождь хлестал по лицу, делая землю скользкой и предательски мягкой. Их было больше, чем двадцать. Гораздо больше. — Черт, — выдохнул Дэрил, вскидывая арбалет. Первый болт вошел точно в глазницу ближайшему ходячему, тот рухнул, не издав ни звука, — У нас минут пять, пока Рик и остальные отобьются и поймут, что к чему. Выстоим - хорошо. Нет - извиняться перед твоим трупом не буду. — Не надо извинений, просто не дай мне сдохнуть, — огрызнулась я, перехватывая нож поудобнее. Руки не дрожали. Спасибо отцу и его уроки охоты на кабана - я знала, куда бить, чтобы убить мозг. Первый мертвец подошел слишком близко. Я ударила снизу вверх, под челюсть. Лезвие вошло с мерзким хрустом, теплая, вязкая кровь брызнула на рукав. Меня чуть не стошнило, но времени на рефлексию не было - следующий уже тянул ко мне гнилые пальцы. Мы работали молча. Свист болтов, мой тяжелый выдох при каждом ударе, хрипы умирающих окончательно монстров. В какой-то момент Дэрил остался без стрел и перешел на нож. Мы встали спина к спине, прямо как в дешевых боевиках, которые я смотрела в детстве. Только здесь было не до романтики. Здесь пахло смертью. — Слева! — крикнула я, уворачиваясь от цепкой руки. Дэрил молча пырнул ходячего в висок, даже не обернувшись. Он двигался как машина - быстро, жестоко, без лишних движений. Когда последний мертвец упал к нашим ногам, мы оба тяжело дышали, опираясь на колени. Я была вся в грязи, крови и дождевой воде. Волосы прилипли к лицу, руки саднило от напряжения. Дэрил выпрямился первым. Он посмотрел на меня другим, изучающим взглядом. На этот раз в нем не было злобы. Было что-то другое. Узнавание. — Твой папаша хорошо учил, — хрипло сказал он, вытирая лезвие о штанину. — Только нож держишь, как кухарка. Надо выше брать, запястье фиксировать. — Спасибо за критику, инструктор, — я криво усмехнулась, чувствуя, как адреналин отпускает и на его место приходит дикая усталость. С восточной стороны стихали выстрелы. Послышались крики - нас искали. Дэрил вдруг шагнул ближе. Близко. Так, что я почувствовала жар его тела, несмотря на холодных дождь. Он протянул руку и грубо, почти по-хозяйски, смахнул прилипшую к моей щеке прядь волос, заляпанную чужой кровью. — Не вздумай сдохнуть, фельдшер, — сказал он тихо, почти шепотом, глядя мне прямо в глаза. — Мне лень искать другого человека, который не визжит при виде кишок. Он резко развернулся и пошел к воротам, оставляя меня стоять под дождем. С мокрыми ресницами, дрожащими руками и странным, почти забытым теплом в груди. Сзади бежал Рик с винтовкой наперевес, за ним Тайриз с молотком, заляпанным черной жижей. — Какого черта?! — заорал Рик, глядя на гору трупов вокруг меня. — Вы что, вдвоем?! Дэрил даже не обернулся. Он бросил через плечо, не сбавляя шага: — Она справилась. Может, и пригодится. И ушел в серую пелену дождя. Тайриз подбежал ко мне, осматривая на предмет ран. Я стояла, как вкопанная, все еще чувствуя на щеке фантомное прикосновение грубых, мозолистых пальцев. Мир действительно стал дерьмовым. Но, кажется, в этом дерьме иногда прорастало что-то, отдаленно напоминающее надежду. Или что-то другое. Что-то, о чем я запретила себе думать еще в тот день, когда сбежала из машины скорой помощи, оставив прошлую жизнь за спиной.