Идеальная Уязвимость

Лифт опускался плавно, без малейшего ощущения потери веса, лишь мягко светящиеся цифры уровней на матовой панели отсчитывали стремительное падение сквозь слои парящего города. Дара, привыкшая к грубой механике или грубой магии, не могла не оценить элегантность технологии. Ни шума тросов, ни вибрации. Чистое преодоление гравитации. Айрис стояла рядом, переминаясь с ноги на ногу и тихонько напевая что-то переливчатое. Её серебряная коса лежала на полу лифта тяжелым, сияющим змеем. Элари находилась в состоянии абсолютного исследовательского экстаза: она наконец-то выводила свой «уникальный структурный парадокс» в полевые условия. Дара окинула взглядом свою провожатую. Бесформенная домашняя туника из умной ткани, не справляясь с анатомией Айрис, окончательно сдалась, обнажив не только плечо с россыпью янтарных родинок, но и изрядную часть ключицы. А внизу… Принцесса Хаоса медленно перевела взгляд на пол. Из-под подола туники выглядывали изящные, фарфоровые ступни. Босые. — Ты собираешься исследовать нижние ярусы города вот так? — ровным, лишенным интонаций голосом поинтересовалась Дара, указывая взглядом вниз. Айрис оборвала песню на полуноте. Она моргнула, проследила за взглядом Дары и уставилась на собственные босые ноги так, словно видела их впервые в жизни. Затем её фиалковые глаза расширились, а по молочно-белым щекам пополз едва заметный персиковый румянец — редкое явление для её фенотипа. Эфир в лифте мгновенно наполнился острой, почти звенящей неловкостью, смешанной с досадой на саму себя. — О, Симметрия… — простонала Айрис, прижимая ладони к пылающим щекам. — Предел текучести моего внимания окончательно пройден! Я так увлеклась переменными твоего прибытия, что полностью проигнорировала базовые протоколы социальной адаптации. Она виновато посмотрела на Дару. — Я… я забыла одеться. То есть, я одета, но это домашний контур. И обувь. Я без обуви. Дара не удержалась от короткого, сухого смешка. В Амбере или Дворах Хаоса выход в таком виде на улицу расценили бы как изощренное оскорбление, политическое заявление или признак безумия. Здесь же это была просто рассеянность учёного, забывшего про физическую оболочку. — В моем мире это назвали бы экстравагантностью, — заметила Дара. — Или признаком крайней уверенности в своей безопасности. Учитывая то, что ты рассказывала о Сиариссе, полагаю, второе ближе к истине? Айрис смущенно поправила тунику, которая, разумеется, тут же сползла обратно под тяжестью её бюста. — В плане безопасности — абсолютно, — подтвердила она, нервно перекидывая косу. — Поверхности на нижних ярусах синтезированы из самоочищающихся полимеров, так что я не порежусь и не подхвачу инфекцию. И никто не сделает мне замечание — у нас не принято нарушать личные границы без запроса. Элари просто… обратят внимание. Сильнее, чем обычно. Она прикусила губу, быстро просчитывая варианты. Лифт тем временем продолжал бесшумно скользить вниз, приближаясь к цели. — У нас есть три вектора решения, — Айрис подняла руку, возвращаясь к своему излюбленному методу структурирования хаоса. — Первый: мы прерываем спуск, возвращаемся на мой ярус, я надеваю адаптивный смарт-костюм или уличный бомбер с ботинками, и мы начинаем заново. Потеря времени — три минуты, потеря спонтанности — значительная. Дара отрицательно качнула головой. Прерывать движение назад было дурной приметой, даже в мире без магии. — Второй вектор: мы игнорируем мою оплошность, — Айрис пожала плечами. — Я иду босиком и в домашней тунике. Это увеличит коэффициент внимания к нашей паре, но, как ты справедливо заметила, мы в безопасности. — А третий? — прищурилась Дара, чувствуя, что именно этот вариант Айрис нравится больше всего. Фиалковые глаза элари хитро блеснули. Смущение мгновенно улетучилось, уступив место новой идее. — Третий вектор: полная ассимиляция, — торжественно заявила Айрис. — На нижних ярусах, прямо возле транспортного узла, есть салоны кинетического моделирования одежды. Мы заходим туда. Я синтезирую себе уличный комплект, а заодно… — она окинула Дару оценивающим, профессиональным взглядом материаловеда, — …мы можем подобрать что-нибудь для тебя. Дара инстинктивно напряглась. Её одежда — темные, практичные брюки, плотная рубашка, кожаная куртка тонкой выделки с невидимыми карманами для лезвий — была идеальной броней, проверенной в десятках Теней. — Моя одежда меня устраивает, — холодно отрезала принцесса. — Не сомневаюсь! — ничуть не смутилась Айрис. — С точки зрения утилитарности она выглядит как отличный композит для агрессивных сред. Но ты сама сказала: ты хочешь изучить доску. Если ты выйдешь в этом, — она обвела Дару рукой, — с твоим ростом, твоим отсутствием «Звёздной вуали» и твоим тяжелым эмпатическим фоном… ты будешь сиять для каждого элари как сверхновая в темной комнате. Айрис подалась вперед, её голос стал тише, доверительнее: — Если мы подберем тебе что-то из местных материалов — струящийся органический шелк, многослойные термо-ткани… это не скроет твою уникальность, но сместит акцент. Ты перестанешь выглядеть как угроза из пустоты и станешь эксцентричной, экзотической гостьей. Это снизит эмпатическое напряжение вокруг нас. И позволит тебе наблюдать за городом, не собирая на себя каждый взгляд. Лифт мягко замедлил ход. Индикатор над дверями мигнул синим. Дара обдумала слова элари. В них была железная логика шпионажа: мимикрия — лучшее оружие в незнакомой толпе. Сменить броню на местный шелк было риском, но оставаться очевидной мишенью для любопытства расы эмпатов — риском не меньшим. Двери кабины бесшумно разъехались, впуская внутрь густой, теплый воздух, напоенный запахами специй, озона и цветущей флоры. Багровый свет Бархатного Часа хлынул в лифт, окрашивая лица женщин в оттенки старой меди. — Веди в свой салон, маленькая элари, — произнесла Дара, шагая из лифта на идеально гладкий, светящийся мягким светом тротуар. — Но если ты попытаешься нарядить меня в нечто розовое и пушистое, я проверю предел текучести твоей шеи. Айрис радостно рассмеялась, выпархивая следом босыми ногами. — Принято! Никакого розового. Обещаю, мы найдем для тебя самый прочный и аэродинамичный шелк на Сиариссе!