Будущее, которого никогда не было

Когда Все за Одного услышал об устранении «Ши Хассайкай», был вынужден признать, что это его немного заинтересовало. На самом деле, он был более чем заинтересован. Не каждый день кто-то расправляется с крупной преступной группировкой Якудзы и исчезает бесследно. Но Все за Одного — занятой человек. Занятой человек, пытающийся вырастить из своего преемника новый символ Зла. У него нет времени разбираться с каждым новым Злодеем, и ему, конечно, всё равно, что они вытворяют. Пока его бизнес продолжает работать, ему наплевать на то, что происходит в остальном мире. Поэтому он снова сосредотачивается на своей организации и творениях Доктора. Ному нужна его помощь, когда дело доходит до накопления их причуд, и он более чем счастлив посидеть и обсудить теорию причуд с Доктором. Они оба думают, как сделать Ному сильнее, быстрее и эффективнее. Это поистине удивительные существа, и он не может дождаться, когда сможет использовать их в полной мере. С ними у него могла бы быть целая армия. Он уже видит это: кровь, крики и тотальная разруха. Здания, рассыпающиеся в прах. Горы трупов профессиональных Героев, которых он презирает, и голова Всемогущего на палке в центре, доказывающая, что он — ничто. Он почти чувствует, как причуда его брата течёт по его венам, почти чувствует, как дух брата наблюдает за ним, никогда не покидая его. Но менее чем через месяц Старателя арестовывают. Это привлекает общественное внимание. Особенно когда упоминается похожее имя. Морос. Олицетворение надвигающейся гибели и неизбежной судьбы. Древнегреческий по своей сути. Не совсем Бог, но и не совсем простой смертный. Он узнаёт, что форум этого линчевателя называется Элизиум — часть загробного мира для богов и тех, кого они благословляют? Этого хватает, чтобы его любопытство достигло предела. Ему всегда нравилась мифология, он помнит, как читал сыну сказки на ночь о Героях и чудовищах. Больше всего его сыну нравился Тесей: как он смог пройти лабиринт, как выжил, несмотря на смертельную ситуацию, в которой оказался. Все за Одного не мог не упомянуть о другом знаменитом мифе — Корабле Тесея — и был в восторге, когда его сын продолжал задавать вопросы о нём. Он уже достаточно прожил, чтобы понимать: корабль — это всё тот же корабль, только с другими деталями. Он больше не тот человек, которым был, и никогда им не станет. Слишком много времени прошло, слишком многое произошло, чтобы он остался тем кораблем без трещин, поломок и осколков. Но он не совсем другой корабль. Он уже не тот, кем был, но тот человек был Все за Одного ещё до того, как у него появилось это имя. И этому человеку любопытно узнать о Моросе, поэтому, конечно, он начинает расследование, рассылает шпионов, и он удивлён тем, сколько людей отказались говорить. Даже для такого, как он, человека, о котором каждый слышал хотя бы раз. У них хватило наглости посмотреть на него и покачать головами. Морос заставляет Подполье его слушаться, бояться и уважать. Это завораживает. Он посылает новых шпионов, запрашивая любую информацию, которая у них есть, требуя, чтобы кто-нибудь что-нибудь ему передал. Он удивляется, когда один из его шпионов возвращается и говорит: — Мороса видели в окрестностях… того жилого дома, босс. — Ох, — говорит Все за Одного. Он знает этого человека. Хорошо знает. — Ты имеешь в виду то, о чём я догадываюсь? Мужчина, стоящий перед ним, кивает. — Да, босс. Все за Одного машет рукой. Мужчина уходит, оставляя его наедине со своими мыслями. Он сомневается в достоверности этих слов, но знает, что его шпионы никогда бы не солгали ему, опасаясь последствий. Он нажимает кнопку на своём стуле и ждёт, когда Доктор появится через один из порталов Курогири. — Да? — спрашивает Доктор, теребя очки. — Пришли сюда этого французского мальчика, — говорит Все за Одного. — Мне нужно, чтобы у него появился друг.

***

Хитоши просыпается в понедельник утром. Лицо болит от удара, а запястье — от того, что приёмный отец сжал его так сильно, что пошла кровь. Он встаёт, переступая через троих других детей, которых запихнули в эту комнату, собирается и отправляется в школу. В ту ночь на его лицо надевают намордник, который врезается в кожу на скулах и оттягивает челюсть. Он не может поесть ни в тот вечер, ни на следующее утро, а пить практически невозможно. В среду, после очередного синяка, Хитоши выбрасывается из открытого окна на первом этаже и убегает. Только он — синяками и чертовым намордником на лице. К четвергу на нём всё ещё надет намордник, у него начинается сильное обезвоживание, и он понимает, что выбор у него невелик. Первое: позвонить своему опекуну и попросить вернуть его домой. Второе: вернуться домой и молиться, чтобы его наказание не было слишком суровым. Третье: сесть в переулке и ждать смерти. Он сомневается, что смерть будет быстрой. Уже поздняя ночь, солнце село час назад. Воздух прохладный, а на улицах давно стало тихо и пугающе неподвижно. У Хитоши официально не осталось выбора. Он не может оставаться на этих улицах. Он умрёт, а он не хочет умирать. Ещё нет. Он не хочет представлять, как отреагировали бы его родители, узнав эту новость. Они пожертвовали собой ради него, и он не может рисковать их здоровьем. Он только начал возвращаться к дому, как перед ним возникла фигура. Хитоши отшатнулся, чувствуя, как живот скручивает от паники и страха. В наморднике он не может использовать свою причуду для самозащиты. У него кружится голова, перед глазами всё плывёт, руки трясутся. Он не хочет умирать. Он не.. — Тебя трудно найти, — фигура говорит, и в ней есть что-то мальчишеское, а тон лёгкий и непринуждённый, совсем не угрожающий. Он маленький, массивный, одет во всё чёрное, нижняя половина его лица закрыта маской, а глаза скрыты защитными очками. Кем бы он ни был, он определённо не Герой. Герои не выпрыгивают из ниоткуда во всём чёрном. Ладно. Он знает, что так делают Подпольные Герои, но Хитоши слишком много знает о них. Они его любимые Герои, и он надеется, что сможет стать одним из них. Несмотря на то, кто его родители, оба поддерживают его героические мечты. Он хочет, чтобы они гордились им, хочет стать примером для подражания для других детей со «Злодейскими» причудами. Но это не Подпольник, он знает. А это значит, что он либо Злодей, либо Линчеватель. Он надеется, что он его не убьёт. — Спокойно, — говорит человек. — Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред. Я здесь для того, чтобы снять с тебя намордник. Если ты мне позволишь. Совершенно нормально, если ты этого не сделаешь! Но разговор из-за этого будет неловким. Человек бормочет всё быстрее и быстрее, и Хитоши наклоняется так, что свет уличного фонаря падает на его руки. Он поднимает их и начинает жестикулировать. Он сомневается, что собеседник поймёт, но если он сможет.. Человек сразу же сосредотачивается на его руках и кивает. Хитоши понял, что тот знает язык жестов, поэтому спрашивает, почему этот незнакомец так беспокоится о нём. — Ты важен, — прямо говорит человек. — И я хочу тебе помочь. Хитоши… Хитоши потерян. По настоящему потерян. Он продолжает повторять «Почему?» снова и снова, потому что не понимает. В нём нет ничего особенного. На самом деле, его часто считают Злодеем из-за его причуды, из-за его родителей. Наличие приёмной семьи уже делает его счастливчиком. С чего бы случайному незнакомцу помогать ему? Зачем ему говорить Хитоши, что он важен, если это не так? — У меня синдром спасателя, — говорит человек. — Поверь хотя бы в это, если не веришь в мои истинные мотивы, которые заключаются в следующем: тебе нужна помощь, и я хочу тебе помочь. — Человек достаёт из-за пояса набор маленьких инструментов для взлома замков. — Можно я? — спрашивает он, указывая на намордник. Хитоши понятия не имеет, что делать, поэтому просто кивает. Человек медленно подходит к Хитоши сзади, и он чувствует давление, когда тот начинает работать над тем, чтобы открыть замок. Он начинает говорить: — Кстати, меня зовут Морос. Он/его. Да, очки — это вдохновение Сотриголовой. Он довольно крутой. Ты слышал о нём? Хитоши кивает. Сотриголова — его любимый Герой. — Он очень сварливый, и я слышал, что у него пристрастие к кофе, но у кого его нет? — Морос продолжает говорить, и напряжённая линия плеч Хитоши начинает расслабляться. — Ходят слухи, что он кормит бродячих кошек, что, честно говоря, слишком мило для такого строгого мужчины. Хитоши делает мысленную пометку об этом. О большинстве Подпольников и так не много информации, и Ластик, похоже, ненавидит внимание больше других. В этом есть смысл. В отличие от Дневных Героев, Подпольникам внимание только вредит. Они лучше всего работают в тени. Любовь к кофе — это плюс. Хитоши любит кофе, но из-за своей причуды страдает бессонницей. Кошки — это ещё один плюс. Если бы Хитоши загадал три желания, одно из них состояло бы в том, чтобы погладить всех кошек в мире. Тогда он мог бы умереть счастливым. В одном из хороших домов — без суровых наказаний, с приёмными родителями, которые проявляли интерес к его обучению в школе, в его собственной комнате — у него был кот. Крупный мейн-кун по кличке Фиш, который сворачивался калачиком на груди Хитоши, когда тот пытался заснуть. Но его приёмная мать забеременела, а у них была только одна комната. Не то чтобы он ненавидел их за это. Они относились добрее всех к нему. Они заслужили счастья. Он чувствует, как замок на наморднике с щелчком открывается. Он ловит его, когда тот падает с его лица, оставляя на щеках следы крови. — Спасибо, — хрипит он, и Морос отскакивает вперёд, становясь перед ним. — Извини, у меня нет с собой воды, но! Если ты не против, я передам тебя в хорошую семью. Мы можем сделать это сейчас. Или я могу проводить тебя до полицейского участка. — Почему не домой? — спрашивает Хитоши и морщится. Морос не знает о его причуде, но он и не спрашивал. — С тобой жестоко обращаются, — беззаботно говорит Морос. — Мне не хочется возвращать тебя людям, которые причинили тебе боль. — Полиция не поможет, — выдыхает он, глядя куда угодно, только не в эти очки. — Тогда давайте обратимся к Герою, который поможет, — уверенно говорит Морос. — Обещаю. Хитоши пристально смотрит на Мороса. Морос смотрит на него в ответ. Что ж, хуже намордника ничего быть не может. — Если мне это не понравится, я убегу, — говорит он, и Морос кивает. — Это справедливо! — он достаёт телефон, что-то набирает, а затем поворачивает голову. Рядом с ним, в луже, поднимается вода, пока не принимает очертания человека, поднимаясь и переливаясь, как река, текущая вертикально. Как только фигура застывает, вода с плеском стекает обратно в лужу, оставляя на земле мужчину с ярко-оранжевыми волосами и змеиными глазами. — Готов? — спрашивает он тихим голосом, похожим на плеск волн о скалу, и Морос кивает. — Ещё раз спасибо. Это было немного срочно. Взгляд мужчины смягчается. — Благодари лучше дождь, чем меня. Он протягивает руку, и Морос с радостью пожимает её, прежде чем они оба поворачиваются к Хитоши. — В первый раз это кажется странным, но причуда Танаки-сана такая классная! — говорит Морос восторженным голосом, а мужчина — Танака — закатывает глаза, но, несмотря на устрашающую внешность, Морос, похоже, ему нравится. Хитоши, понимая, что ему нечего терять, хватает Танаку за другую руку. Морос прав. Это действительно странное чувство, когда воздух покидает его лёгкие, а тело становится невесомым. Затем происходит рывок, как будто его толкают вниз головой, а потом снова поднимают. Когда он открывает глаза, вода разбрызгивается, и они оказываются на крыше. Как ни странно, его одежда и волосы сухие, на них нет и намёка на воду. — Они установили камеры, — бормочет Морос, глядя на выход крыши, где камера направлена на дверь. Затем он смотрит на Танаку. — Спасибо! — В любое время, босс, — Танака говорит и исчезает обратно в воде. Морос оглядывается на Хитоши и указывает на дверь. — Вероятно, с тех пор, как я пробрался сюда в последний раз, они установили сигнализацию, так что я дам тебе необходимую информацию, прежде чем за мной погонятся. Хитоши моргает. — За тобой гонятся? Морос отмахивается от его вопроса. — Сейчас ты познакомишься с Айзавой и Ямадой. Они оба Герои. Они действительно милые, и у них есть новая приёмная дочь по имени Эри, которая просто прелесть. Она тебе понравится. — Затем Морос машет рукой и говорит: — Расскажи им обо всём. Пока! Он бросает намордник Хитоши и спрыгивает с крыши. Хитоши ахает, широко раскрыв глаза, и, спотыкаясь, подходит к краю и видит, как Морос бежит по соседней крыше, прежде чем скрыться в темноте. Хитоши оцепенело смотрит в сторону и вздрагивает, когда минуту спустя дверь, ведущая на крышу, распахивается и появляются двое мужчин. Хитоши поворачивается к ним лицом и замирает. Один из них — высокий блондин, с очками на носу и усами. На нём кожаная куртка и пижамные штаны. Он выглядит так, будто только что проснулся: взгляд рассеянный, руки сжаты в кулаки. Рядом с ним стоит более долговязый мужчина, мускулистый, с тёмными волосами, ниспадающими на плечи, и кроваво-красными глазами, пристально смотрящими на Хитоши. Он одет в тёмную рубашку и джинсы, но на голове у него свернулся белый шарф. Хитоши вмиг перестаёт чувствовать боль в горле. Боль, которая мучает его с четырёхлетнего возраста. Боль, которую он разделяет со своей мамой. А это значит, что его причуда исчезла. Или, по крайней мере, приостановилась. Это Сотриголова. И если слухи, распространяемые на некоторых форумах, верны, то рядом с ним находится Сущий Мик. — Привет, — хрипит он, теребя намордник. — Морос сказал, что вы сможете помочь.

***

Шота сидит в полицейском участке и смотрит на мусорное ведро, переполненное его пятью пустыми чашками с дерьмовым кофе, и задаётся вопросом, что он такого сделал, чтобы заслужить это. У его ног Эри раскрашивает книгу, которую ей подарила Немури, и спрашивает Шинсо Хитоши, какими цветными карандашами ей следует пользоваться. Мальчик с фиолетовыми волосами послушно отвечает, и она кивает, как будто это чрезвычайно важное решение, и начинает раскрашивать. Хизаши стоит за стойкой регистрации, подписывая их имена, чтобы разрешение на экстренное усыновление вступило в силу, в то время как Шота сидит здесь и наблюдает, как лицо Цукаучи становится всё злее и злее, пока он просматривает досье Шинсо. Шота хочет посмотреть, но не доверяет себе. Он знает, что если такой спокойный человек, как Цукаучи, выглядит так, то его бы это сделало убийцей. А он не может быть убийцей. Ему нужно думать об Эри. Опять же, Хизаши — хороший отец. Ему можно доверить присмотр за Эри, пока Шота уходит на патруль. Намордник был взят в качестве вещественного доказательства, а парамедик продезинфицировал порезы на лице Шинсо и вручил ему несколько бутылок с водой. Шота чуть не рассмеялся, когда мальчик с жадностью уставился на кофе в его руках. Он очень хорошо понимает это чувство. Но у него обезвоживание и почти полное истощение, поэтому никакого кофе. — Это Ямасаки надели на тебя намордник? — спрашивает Цукаучи. — Да, — отвечает Шинсо между глотками. После того как Шота нашёл его на крыше и Шинсо упомянул Мороса, полицейский участок был лучшим выбором. И, учитывая то, как Шинсо отреагировал на это, причуда Цукаучи была находкой. Итак, оставим первоначальные представления и объяснения: Шинсо Хитоши. Мне четырнадцать. Моя причуда... это промывание мозгов. Да, мои приёмные родители — нехорошие люди. Да, мои настоящие родители — Злодеи. Да, Морос нашёл меня. Я не знаю почему, но он сказал, что эти Герои помогут мне. Можно мне выпить кофе? — Шота знает, что не отпустит этого ребёнка. Теперь он его. Эри недолго вызывала беспокойство. Она недавно появилась в их доме, была совсем крошкой и справлялась с травмой. Она бросила один взгляд на Шинсо, на открытые раны на его щеках и просто спросила: — Морос помог тебе? Шинсо кивнул, а Эри улыбнулась, назвала своё имя, а затем спросила, какую плюшевую игрушку он предпочитает. Шинсо сказал, что единорога, которого купил ей Хизаши. Плюшевый единорог теперь сидит с ним. — Верно, — говорит Цукаучи и вздыхает. Он поднимает взгляд, и Шота морщится, увидев синяки у него под глазами. Они почти такие же большие, как у него самого. Морос действительно заставляет их всех работать сверхурочно. — Шинсо, ты хочешь жить с Айзавой и Ямадой? — И со мной! — щебечет Эри. Паника на лице Шинсо сменяется мягкостью за миллисекунды. — Да, — говорит он. — Я хочу. Цукаучи кивает. — Это хорошо. Ямада в данный момент заполняет документы. Ты не против присмотреть за Эри, пока я кое о чём поговорю с Айзавой? Шинсо встречается с ним взглядом. Фиолетовый — цвет тёмного аметиста — встречается с чёрным. Шота видит отца Шинсо в этих гипнотических глазах, в его острых скулах и усталом виде. Однако его причуда почти идентична причуде его матери. — О Моросе, верно? Губы Цукаучи изгибаются в улыбке. — Да. Шинсо ещё мгновение смотрит на него, а затем кивает, снова сосредотачиваясь на рисунке Эри. Шота выходит вслед за Цукаучи, смотрит, как закрывается дверь, и переходит к делу. — Что тебя беспокоит? — Вся эта ситуация тебя не беспокоит? — Цукаучи отвечает вопросом на вопрос. — Морос, известный убийца-линчеватель, продолжает подбрасывать детей к твоей квартире. Шота пожимает плечами, засунув руки в карманы и прислонившись спиной к стене. — Несмотря на свои убийства, он никогда не проявлял внешней враждебности по отношению к кому-либо ещё. Ладно. Старатель. Но и это заставляет меня испытывать к нему некоторое уважение. — Ластик, — Цукаучи стонет. — Они издеваются над детьми, — Шота отвечает, и Цукаучи снова стонет. — Он всё равно убийца, — говорит Цукаучи. — Послушай. Меня смущает его позиция. Он убивает Якудза, и это выглядит как обычная борьба банд, но затем он спасает Эри. Хорошо, я предполагаю, что она была целью всё это время. Хотя никто другой даже не подозревал о её существовании. Он берётся за дело Старателя, потому что знает о насилии в его семье, и его сажают в тюрьму. А потом он, что? Случайно находит ребёнка, над которым издеваются, у которого родители — Злодеи, и подбрасывает его к твоему порогу? Это не имеет смысла. Ничего из этого не сходится. — Может, у него свой моральный кодекс, — говорит Шота. — Мы оба видели это раньше. — Его принцип — наказывать насильников детей, — комментирует Цукаучи и проводит рукой по лицу. — Я полагаю, могло быть и хуже. Но мне всё равно это не нравится. Подходит Хизаши, не переставая улыбаться, и сжимает в руках документы. — Всё в порядке? — спрашивает он, и Шота переводит взгляд на Цукаучи. — Да, — говорит он, отмахиваясь. — Поспи немного. Я позвоню тебе, если что-нибудь выясню. — Я позвоню, если он подкинет ещё одного ребёнка. Цукаучи закатывает глаза и уходит.

***

К Элизиуму присоединяется ещё один человек. В разделе «Я Собираюсь Жениться На Моросе» появляется новое сообщение.

От: СпящийКот

Нет. Теперь он мой.

***

— Мам, — говорит Изуку, тихо, неслышно появляясь у неё за спиной, пока она готовит ужин. Она чуть не подпрыгивает, но, уже привыкнув к его бесшумным шагам, только слегка дёргается. — Да, Изу? — Я… я плохой человек? — спрашивает он едва слышным голосом. Это заставляет её замереть. Она сбавляет градус на плите и поворачивается к нему лицом. Его голова опущена, глаза отведены в сторону, руки сжаты перед собой так сильно, что кожа на костяшках пальцев побелела. — Почему ты спрашиваешь? — она задаёт лёгкий вопрос. Он пожимает плечами, по-прежнему избегая встречаться с ней взглядом. — Я сделал… Я совершал плохие поступки. Я не хочу быть плохим человеком, но я думаю… я думаю, что являюсь им. Его голос дрожит, он всхлипывает, и Инко хочется броситься к нему и обнять, но это не её Изуку. Он не расслабился бы в её объятиях, доверяя ей собрать его осколки воедино. Этот Изуку замкнётся в себе, использует свои осколки как оружие. Она знает это, потому что с каждым днём он становится всё больше похожим на своего отца. Раньше Хисаши злился. Но не на неё. По телефону, с людьми, которых она иногда видела мельком. Всегда краем глаза. И всегда на расстоянии. Его гнев никогда не пугал её, но она знала, что он может быть страшным, знала, что он может причинить боль людям, если захочет. У Изуку его глаза, его внезапно обретённая уверенность в себе и даже его телосложение, когда он начал наращивать мышцы. Единственное, чего ему не хватает, — это роста, седых волос и морали. — Тебе это нравится? — спрашивает она в повисшей тишине. — То, что ты делаешь, то, что заставляет тебя думать, что ты плохой человек: тебе это нравится? Она не спрашивает. Она знает, что лучше этого не делать. Хисаши — бизнесмен. Изуку — её четырнадцатилетний беспричудный сын. Ни больше, ни меньше. Мидория известны своим геном «громко плакать». Изуку качает головой, и его зелёные кудри качаются. — Нет. Я.. Нет. — Тогда ты не плохой человек, — говорит Инко своему сыну и вслушивается в его судорожные рыдания, когда он падает в её объятия. У Изуку глаза Хисаши, его телосложение, его уверенность в себе, но у него всё ещё нет его роста, волос и морали. Инко испытывает огромное облегчение. — Всё в порядке, малыш, — она выдыхает ему в волосы. — Всё в порядке. Ты можешь выплеснуть это. Я поддержу тебя. Ты никогда не был плохим человеком, Изу. В твоём теле нет ни одной плохой косточки. Изуку давится рыданиями. — Даже… — он всхлипывает. — Даже мой лишний сустав на ноге? Инко смеётся в волосы сына. С ним всё будет в порядке. Она обещает себе. — Да, малыш. Даже твой лишний сустав на ноге.

***

Старателя арестовывают в прямом эфире через несколько дней после того, как Шото встретил Мороса. СМИ не прекращают пополняться догадками, почему, и если Нацуо может спрятаться от большинства из них, находясь в своём общежитии на территории кампуса, то Шото и Фуюми прикованы к дому, поскольку репортёры толпятся у их дома, как разъярённые осы. Жалюзи закрыты, а дверь заперта на засов. Через два дня после ареста Старателя полиция делает заявление, в котором говорится о причастности Мороса к раскрытию некоторых обвинений. Они объявляют об аресте из-за насилия над детьми, а также участии в смерти Тойи. На середине описания той ночи, полной пепла, костей и пламени, Фуюми выключает телевизор и исчезает в своей комнате, захлёбываясь в рыданиях. Шото не совсем понимает, что с этим делать. Что вообще делать дальше. Морос сдержал обещание. Отца арестовали, и он останется гнить в тюрьме. А потом, к концу недели, Комиссия по делам Героев объявляет о лишении его лицензии Героя. Больше не будет Второго номера в рейтинге. Больше не будет Старателя. Шото смотрит, смотрит и смотрит. Нацуо звонит и сообщает, что возвращается домой. Фуюми занимается оформлением документов, касающихся матери. Шото думает о своём будущем в храме Тойи, размышляя, что ему делать. Хочет ли он стать Героем? Он понимает, что да, когда они стоят у входа в больницу, когда маму выписывают, Нацуо дома, а Фуюми плачет, обнимая седовласую женщину. Он хочет стать Героем, чтобы когда-нибудь помочь кому-нибудь так, как Морос помог ему. Он хочет быть лучшим Героем, чем Старатель. — Привет, мама, — здоровается он с ней, когда она поворачивается к нему, растерянная от незнания, где они находятся. — Шото, — шепчет она, а затем её руки раскрываются, и Шото бросается к ней в объятия. Она холодная, и всё же это были самые тёплые объятия, которые он когда-либо получал. Она свободна. Наконец-то она может вернуться домой. Когда они возвращаются в дом, она выглядит так, словно ей некомфортно, но на её губах играет улыбка. Она суетится вокруг и в тот вечер готовит им ужин. Она даже помнит, что Шото любит холодную собу. Фуюми всё ещё плачет, а Нацуо слишком много болтает, и Шото чувствует себя полным. Он тоскует по тому месту, которое осталось от Тойи, но они настолько сплочены сейчас, насколько это возможно после смерти брата и заключении отца. В ту ночь Шото проводит время на форуме Мороса, Элизиуме. Он видит, как люди просят о помощи, он видит, как другие предлагают её. Здесь рассказывается о причудах и Героях. Есть ссылки на другие сайты, предлагающие помощь. Морос изменил его жизнь к лучшему. Шото сделает всё возможное, чтобы помочь и ему.

***

У Изуку есть список. Ему нужно помочь не только своим одноклассникам, но и Злодеям. Шинсо живёт в хорошем доме, у Мономы есть его номер телефона, если ему понадобится помощь, а Старатель больше не сможет навредить его семье. У Даби есть его номер, так что, надеюсь, скоро он встретится с Тогой и попытается определить, где находится Стайн. Он нашёл Магне и Спиннера: Спиннер в настоящее время находится в приюте для бездомных мутантов, а Магне работает вышибалой в подпольном клубе. Последние несколько месяцев у него ушло на то, чтобы найти Компресса, который, как оказалось, связан с несколькими кражами предметов искусства. Ну, не с ним. Просто у него такая же причуда. Проблема в Мускуле. Как и в Мунфиш. Изуку понятия не имеет, где они могут быть. Леди Наган всё ещё находится в Тартаре. Иприта, как и Шинсо, трудно найти, но ещё хуже, потому что Изуку даже не знает имени мальчика. Он не может добраться ни до Все за Одного, ни до Доктора, ни до Шигараки и Курогири. Последнему он хотел бы помочь, насколько это в его силах. Первому… в меньшей степени. Он был удивлён, когда в его классе появился Аояма Юга. Изуку по-прежнему игнорирует Кацуки и остальных учеников в классе, и хотя все остальные решили, что он безнадёжен, особенно учитывая скорое окончание учёбы, Кацуки изменился. Теперь он наблюдает за Изуку почти как ястреб. Он продолжает пытаться загнать его в угол, но Изуку быстрее. В отличие от Кацуки, он не хочет разговаривать. Он не может. Не тогда, когда всё, что он видит, — это его окровавленное лицо на земле, пронзённое сердце и пустые глаза. Бест Джинс отчаянно пытается зашить его, в то время как Айзава кричит от потери своего первого ученика. Изуку опоздал. Изуку всегда опаздывает. Итак, он игнорирует Кацуки, а Кацуки продолжает пялиться, и в этот момент Аояма входит в двери с таким видом, будто он здесь хозяин. Светловолосый и лучезарно улыбающийся, он плавно входит и принимает позу. — Все, — говорит учитель. — Это Аояма Юга. Ведите себя хорошо. Он возвращается к чтению своей книги, в то время как все начинают выкрикивать вопросы. Изуку просто наблюдает, как Аояма отклоняет их все, пробирается к стулу, расположенному рядом с его креслом, и садится. — Привет, мой друг, — приветствует он. Изуку, зная то, что он знает, видит, насколько печальны его глаза. Насколько проницательны. — Просто великолепно познакомиться с тобой! Изуку задаётся вопросом, значит ли это, что Все за Одного слышал о Моросе. И он задаётся вопросом, откуда он узнал, что это Изуку. — Привет, — говорит он в ответ. И прямо добавляет: — Я беспричудный. Что-то мелькает в глазах Аоямы, прежде чем он пожимает плечами. Конечно, он бы так и сделал. В первой временной шкале они были слишком похожи своими причудами и секретами, которые их тяготили. — Это не имеет значения, друг мой. Есть причуда или нет её. Изуку отчаянно хочется закатить глаза, но вместо этого он улыбается. Он тоже беспричудный, Изуку. — Мидория Изуку, — говорит он и протягивает руку. Аояма пожимает её. В тот день он разговаривает с Аоямой и обнаруживает, что большая часть того, о чём тот говорит, — правда. Его любовь к сыру. Тот факт, что он скучает по дому. Материться на французском и видеть, как Кацуки дёргается, потому что он понимает. Но, в конце концов, Изуку не может допустить, чтобы он следовал за ним. Если Все за Одного знает, кто он такой, то сокрытие его жизни ничего не изменит, но, честно говоря, ему не понравилось, как всё обернулось с Аоямой. После ареста его обычно яркая одежда сменилась на тюремную форму. Он хочет помочь этому мальчику, а не посадить его в камеру. В тот день он быстро уходит и спешит разузнать побольше об Иприте. Он всё ещё ждёт, когда Даби напишет ему о Тоге, потому что не хочет давить. Они должны прийти к нему сами, так Изуку сможет выстроить доверительные отношения между ними. Итак, он ищет Пятно, Мускула и Мунфиш во время ежедневного патрулирования. Чаще всего люди из Элизиума просят о помощи. Изуку любит такие ночи. Ему нравится чувствовать себя важным, нужным, быть на виду. Это люди, которых он никогда раньше не знал. Люди, которые нуждались в помощи, но никогда раньше её не получали, поэтому Морос не задаёт вопросов. Он приходит и делает всё, что в его силах, и иногда это всего лишь спасение кошки, упавшей с дерева, а иногда это помощь запуганному ребёнку, как называют социальные службы. Ему нравится встречаться с людьми, узнавать о них, слушать их истории, потому что многие из этих людей напуганы, злы и одиноки. У них есть причуды мутантов и Злодейские наклонности, но Моросу всё равно. Он остаётся и помогает, ничего не прося взамен. Он уходит максимум на час или два, а потом возвращается. Мусутафу не падёт, если его там не будет. Но иногда ночи кажутся ему длиннее. Иногда он сидит на крышах высоких зданий и думает о том, возненавидела бы его мама, если бы узнала, что он убивал людей. Иногда по ночам он просыпается от воспоминаний о том, как умирали его друзья — всегда умирали, истекая кровью и крича — и ложится на крышу под дождём, просто чтобы почувствовать себя живым, просто чтобы услышать шум машин и увидеть небо, полное не пепла, а звёзд. Иногда по ночам Изуку чувствует, как знания из первой временной шкалы давят ему на плечи, давят на грудь, и он едва может дышать, чувствуя, как скрипят кости и протестуют лёгкие. Это одна из тех ночей, когда он осматривает окрестности. В основном из-за Аоямы. Предатель, который сделал то, что должен был. Предатель, который привёл Злодеев в тренировочный лагерь, который способствовал похищению Кацуки, виноватый в том, что Всемогущий использовал остатки Один за Всех. Предатель, который был не предателем, а другом. Изуку не испытывает к нему ненависти и не чувствует себя особенно мстительным. Изуку видит себя в Аояме. Этот постоянный страх, ложь, украденная причуда, желание быть сильным, зная, что мир видит в них только беспричудных. Слабых. Бесполезных. Жалких. Он понимает этого мальчика, знает, почему тот это делает и кто заставляет его это делать. Но Изуку помнит, как ломались его кости, когда он сражался с Мускулом, чтобы спасти Коту. Он помнит собственный страх и гнев Злодеев, пытавшихся схватить Кацуки. Он помнит, как потерял его, помнит ужас и смирение в этих красных глазах, когда чёрный портал Курогири окутал его. Изуку знает, что может случиться. Он знает, что Даби может сжечь дом Тодороки вместе со своими братьями и сестрой, просто чтобы отомстить. Он знает, что насилие перерастёт в ограбление банка, знает, что Магне убьёт кого-то в целях самообороны и его отвергнет общество, знает, что Твайс где-то на свободе и его разрывает на части, знает, что Спиннер и Тога будут изгнаны из общества. Он хочет им помочь. Он хочет дать им шанс на искупление. Но видеть их физически больно, так же, как видеть Кацуки, так же, как видеть Тодороки. Потому что каждый раз, когда Изуку сидит в классе и слушает хлопки взрывов, видит торчащие светлые волосы и кроваво-красные глаза, он видит мёртвое тело Кацуки. Своего первого друга, друга детства, хулигана, соперника, лучшего друга. Холодного и неподвижного. Грудь больше не вздымается, вокруг него медленно растекается кровь. Он видит четырнадцатилетнего Кацуки и не может не видеть труп шестнадцатилетнего Кацуки. Изуку знает, что нуждается в помощи. Он знает, что если кто-то ещё узнает, это может быть полезно. Он доверяет Айзаве свою жизнь и знает, что причуда детектива Цукаучи означает, что его безумная история жизни будет звучать правдиво. Но он не хочет рисковать. Не сейчас, когда он и так спасает людей без посторонней помощи. Однажды он сольёт информацию о Комиссии Героев Незу и обзаведётся союзником, но речь о том, что он уже пережил… Этот звук?.. Порыв ветра. Изуку спрыгивает со стены здания на пожарную лестницу и изгибается всем телом, замечая красное перо в нескольких дюймах от своего лица. Он замирает. Нет смысла убегать от самого быстрого человека на свете. Ястреб. Что ж, возможно, это будет проблемой. — Прежде чем ты убьёшь меня, — тихо говорит он, зная, что Ястреб может улавливать вибрации его перьев. — Могу я открыть тебе секрет? Изуку находится в очень невыгодном положении. У него нет его причуды, и Ястреб всегда будет быстрее него. Если бы он владел огнём, он мог бы сжечь перья, как это сделал Даби, но он не может. Он не может сражаться с Ястребом, как раньше, и победить. Всё, что он может делать, это ждать. Либо его проткнут пером и его тело никогда не найдут, либо Ястреб услышит его. В темноте его тепловизионные очки способны различить фигуру, падающую с неба. — Секрет? — Ястреб произносит это приводящим в бешенство, весёлым напускным тоном. Даже с такого расстояния Изуку видит, как напряжены плечи Ястреба, как он сжимает когти. Он помнит Кейго из «После». Его крылья заживали, а глаза были тусклыми, и он не был похож на Ястреба. Он и не должен был быть таким. Комиссия получила по заслугам, и Кейго, впервые в своей жизни с тех пор, как его продали, стал свободен. Они были в самом разгаре войны, и Кейго был счастлив, как никогда. Как птица, выпущенная из клетки. Клетка, о которой он никогда не говорил, даже тогда, когда стал одним из последних выживших Героев. — Ага! — отвечает Изуку со свойственной ему весёлой интонацией. — Действительно важный секрет. — Конечно, — говорит Ястреб, широко распахивая крылья. — Давай. У Изуку есть только один шанс. Ястреб не убийца, даже если он убивал раньше. Он вспоминает дни во время войны, как Ястреб давил, давил и давил на себя, пока, в конце концов, не терял сознание, просто чтобы спрятаться от ночных кошмаров. Ястреб, возможно, и не хочет убивать, но если это приказ, он выполнит его. Изуку делает глубокий вдох и чётко произносит: — У Таками Харуто и Таками Томиэ был сын, Таками Кейго. Ястреб замирает, его перья встают дыбом. Изуку продолжает. — После нескольких лет насилия Харуто был арестован Старателем, а Томиэ взяла своего сына и сбежала. Комиссия Героев заключила сделку, и мальчик был куплен. Всё это время его обучала Цуцуми Каина, но позже перестала справляться с кровью на своих руках и убила президента. Она была отправлена в тюрьму, и после того, как ситуация просочилась в СМИ, мальчик стал оружием Комиссии. Изуку закрывает рот, выдыхает и ждёт. Ястреб пристально смотрит на него. Изуку смотрит в ответ. — Откуда ты это знаешь? — спрашивает он наконец, без притворства в голосе. — Я много чего знаю, — отвечает Изуку. — И мне очень не нравятся те, кто издеваются над детьми. Ястреб продолжает пристально смотреть на него. Изуку отказывается дёргаться, наблюдая за хищным зверем. — Я давно не слышал этого имени, — говорит он наконец, и Изуку медленно пожимает плечами. — Я могу называть тебя так, если хочешь. — Ты слишком расслаблен для человека, который вот-вот исчезнет. Изуку смеётся над этим. — Давай просто скажем, что я уже попадал в подобные ситуации раньше. Если Комиссия захочет моей смерти, я не смогу их остановить, не так ли? Даже если я смогу освободить тебя и вызволить Леди Наган из Тартара, кто поручится, что они не пришлют кого-нибудь другого? По крайней мере, Изуку знает Ястреба. Ястреб подёргивает крыльями. — Освободить меня? Изуку наклоняет голову. — Как ты думаешь, откуда я всё это о тебе знаю? Комиссия следит за тобой, и их досье очень… информативны. — Утечка информации их не остановит, — тихо говорит Ястреб, и Изуку улыбается за своей маской. — Я не могу остановить их, потому что это приведёт к распаду общества, — отвечает он. — Но я не позволю им этого сделать. Ястреб смотрит на него. Его плечи не расслабляются, напряжение не спадает. Он не верит ему, и это нормально. Изуку и сам бы себе не поверил, если бы уже многого не добился. — Я остановил Якудзу из-за насилия над маленькой девочкой. Я остановил Старателя, — тихо говорит он, отказываясь отводить взгляд от этих острых, опасных глаз. — Я остановлю их, Таками. Может быть, это из-за убеждённости в его голосе. Может быть, из-за того, что он назвал Ястреба по имени. Может быть, это просто чистая удача. В любом случае, перо, парящее над его яремной веной, возвращается к Ястребу и прячется в крыльях. Ястреб отступает на шаг, проводит рукой по волосам. — В моей квартире прослушка, — говорит он. — Я полагаю, это Мирко позволяет мне валяться на диване. Изуку медленно подходит ближе, хватает одну из своих визиток и протягивает ему. — У меня есть другой вариант, только если ты готов слепо довериться мне.

***

Когда раздаётся сигнал тревоги, Шота, спотыкаясь, встаёт с кровати, хватает своё оружие захвата и выбегает из квартиры. Хизаши отстаёт на несколько шагов, они взбегают по лестнице и распахивают дверь на крышу. Только для того, чтобы обнаружить Героя Номер Три, стоящего там с широко раскрытыми глазами. — Э-э, привет! — говорит он слишком бодро, но голос дрожит. — Морос прислал меня? — Ты, блядь, шутишь, — выдыхает Шота, а Ястреб улыбается, его светлые волосы растрёпаны, а красные крылья плотно прижаты к спине. — Нет! О, и Морос сказал, что Незу получит от него подарок. — Мы все умрём, — шепчет Хизаши, и Шота настолько вымотан, что фыркает и задаётся вопросом, хватит ли молитвы, чтобы спасти их.

***

Незу с восхищением смотрит на электронное письмо. Оно не только красиво написано, но и вложения к нему радуют глаз. Множество страниц документов HPSC, в которых рассказывается о незаконных арестах и сокрытии программ по взращиванию детей-солдат. Там есть досье Ястреба, а также жалобы Тодороки Тойи и Рей на Старателя, а также страница с примечаниями о некой леди Наган, которая в настоящее время находится в Тартаре. Ночной телефонный звонок от Ямады по поводу предоставления жилья Герою Номер Три теперь имеет больше смысла. Незу отпивает чай и улыбается, обнажая острые зубы и глядя на экран ноутбука перед собой. — О, Морос, — говорит он сам себе. — Это замечательный подарок.