Ложь Первого Короля

Урожай зерна оказался ниже ожидаемого, и Король Уэнделл ввел нормы на выдачу хлеба. В замке пиры гремели один за другим, но в нижнем городе, у подножия холма, люди затягивали пояса. Драко патрулировал окраины. Король приказал усилить охрану рынков — голод рождал воровство, а воровство требовало наказания. Драко ехал шагом вдоль каменной стены, отделяющей богатый квартал от бедного. Его плащ был застегнут на все пуговицы, ворот поднят. Руны на спине ныли от сырого ветра. Он чувствовал настроение города. Оно было тяжелым, серым, как небо. У узкого переулка рядом с пекарней собралась кучка людей. Дети. Драко натянул поводья. Лошадь фыркнула. — Разойтись, —приказал он. Голос был тихим, но привычка повиноваться ему была вшита в этих детей с рождения. Толпа дрогнула, но не рассыпалась. Драко спрыгнул с седла. Протолкнулся сквозь строй ребят постарше. В центре круга стоял мальчик. Лет десяти. Худой, в слишком большой для него куртке. Он прижимал к груди маленький мешочек. Перед ним возвышались двое. Крэбб и Гойл. Сыновья местных торговцев мясом. Они были крупными, сытыми, с красными лицами. — Отдай монеты, Долгопупс, — рычал Крэбб, тыкая пальцем в грудь мальчику. — Нам нужно на булки. — Это для бабушки, — тихо сказал мальчик. Голос дрожал. — Ей нужно лекарство. — Лекарство подождет, — усмехнулся Гойл и замахнулся. Драко шагнул вперед. Тень от его фигуры накрыла троих. — Я сказал разойтись, — повторил он. Крэбб обернулся. Узнал герб на плаще. — Лорд Малфой, — он побледнел, но жадность была сильнее страха. — Это не ваше дело. Мы просто... играем. — Это называется грабеж, — сказал Драко. — На территории Короля. — Здесь нет закона, — огрызнулся Гойл. — Хлеба нет. Деньги есть только у них. — Он кивнул на мальчика. — Честный обмен. Драко посмотрел на мальчика. Невилл Долгопупс. Он знал эту фамилию. Родители погибли при облаве на разбойников пять лет назад. Бабушка выращивала травы на окраине. Они были бедны, но честны. Драко посмотрел на Крэбба и Гойла. Они были сыты. Их отцы торговали мясом, которое предназначалось для замка, но somehow оказывалось на их столах. — Уйдите, — сказал Драко. В его голосе не было угрозы. Было обещание. — Или что? — Крэбб сжал кулаки. — Вы ударите нас? За то, что мы хотим есть? Драко медленно снял перчатку. — Я не буду бить детей, — сказал он. — Но я могу отнести ваших отцов в темницу за спекуляцию. Хотите проверить, как они будут кормить вас оттуда? Лица близнецов вытянулись. Угроза была реальной. — Мы просто... — начал Гойл. — Вон, — отрезал Драко. Крэбб и Гойл переглянулись. Плюнули на землю и растворились в толпе. Драко повернулся к Невиллу. Мальчик дрожал, прижимая мешочек. — Ты в порядке? — спросил Драко. Голос был мягче, чем обычно. Невилл кивнул, не поднимая глаз. — Спасибо, сэр. — Не бойся меня, — Драко протянул руку, чтобы поправить воротник куртки мальчика. — И держись ближе к стенам. Здесь безопаснее. — Они сказали, что Воины злые, — прошептал Невилл. — Что вы убиваете тех, кто смотрит на Принцессу. Драко замер. Его рука повисла в воздухе. — Воины защищают тех, кто не может защитить себя, — сказал он тихо. — Запомни это. Он достал из седельной сумки яблоко. Единственное, что у него было с собой. Протянул Невиллу. — Для бабушки. Мальчик взял яблоко как драгоценность. — Спасибо, сэр. Драко кивнул и повернулся к лошади. Он чувствовал взгляды. Люди из окон, из дверей смотрели на него. Не со страхом. С надеждой. Это было опаснее страха. Надежда могла привести к бунту. Драко вел лошадь пешком, выбираясь из узкого переулка на главную улицу. Солнце садилось, окрашивая камни в багровый цвет. У поворота стоял человек в темном плаще. Теодор Нотт. Он не смотрел на Драко. Смотрел на вывеску пекарни, словно изучая цены. Драко напрягся. Рука легла на рукоять меча. — Нотт, — кивнул он холодно. Тео не обернулся сразу. Поправил очки. — Интересный день, — сказал он спокойно. — Для патрулирования. — Это моя работа. — Я видел, — Тео наконец повернулся. Его лицо было серьезным. — Дети. Драко молчал. Он не знал, чего ждать. — Ты мог пройти мимо, — сказал Тео. — Это не было угрозой Принцессе. Это не было приказом Короля. — Это было неправильно, — ответил Драко. Тео усмехнулся. Улыбка была грустной. — В историях, которые пишут при дворе, Воины Малфои — это машины. Без сердца. Без жалости. Кровь и сталь. Он сделал шаг к Драко. Остановился на расстоянии вытянутой руки. — Но сегодня я видел человека, — сказал Тео тихо. — Воины не такие бессердечные, какими их описывает история. Драко сжал челюсти. — Не привыкай, Нотт. Я все еще на службе Короля. — Я знаю, — Тео поправил шляпу. — Но служба Королю не означает службу тирании. Он кивнул. Коротко, уважительно. — Подумай об этом, Малфой. Когда придет время выбирать. Тео развернулся и ушел, растворившись в толпе покупателей. Драко остался один в переулке. Рядом ржали лошади, пахло хлебом и навозом. Он посмотрел на свою руку. В перчатке. Человек. Слово жгло. Он сел в седло. Повернул коня к замку. На холме возвышались башни. Там была Гермиона. Там была его клетка. Но внизу, в городе, только что кто-то назвал его человеком. И это меняло всё. Драко тронул поводья. Ветер сорвал шляпу с головы прохожего, но никто не побежал за ней. Все смотрели на спину Воина, уезжающего в замок. Тень удлинялась. Но она больше не была просто пятном на земле. Она становилась щитом.