Потерянная кровь, потерянная любовь

      Рейнис с огромной радостью возвращалась в Королевскую Гавань, ведь она скоро будет со своими единственными внучками, милыми малышками её дорогой Лейны. Прошло совсем мало времени с того дня, как её дочь сожгла себя в пламени Вхагар, и Рейнис никогда не сможет забыть тот день. Но опуститься в пучину горя ей не даёт семья, ведь в отличие от Корлиса, она помнит, что у неё остались сын, внучки и зять. Да, Рейнис наконец открыла глаза и посмотрела на Деймона не как обиженная за свою дочь женщина, а как человек. Деймон старался быть хорошим семьянином и для Лейны, и для своих детей, она поняла, что в этом претензии к нему выглядели глупо, и если её кузен и стал грубить жене и её семье, то это только их вина. Рейнис только потом, после похорон дочери, сидя в тёмной комнате в замке в Высоком Приливе обдумала всё и поняла, как они были не правы всё это время. Рейнис вспомнила горе и отчаяние Деймона, когда он узнал о смерти Алисенты Хайтауэр, как он кричал на своего брата, разнес свои покои казалось в щепки, и только слёзы Рейниры удержали его от убийств других и, а возможно и себя самого. Ей как старшей из всех внуков Джейхериса Таргариена следовало поддержать Деймона в эту трудную минуту, а она только молчала, когда Корлис давил на опустошенного принца. В дальнейшем ей нужно было молчать об их отношениях с Лейной, а она что-то требовала от зятя, постоянно напоминая ему о леди Алисенте, тем более не в самой учтивой форме. Это то и заставило Деймона практически ненавидеть и жену, и её мать. Вот Лейнор поступил мудро, он ни во что не вмешивался, а даже наоборот просил дядю говорить с ним о его единственной возлюбленной — леди Алисенте.       Кстати о Лейноре, с её сыном тоже, что-то происходит в последнее время, он замкнулся в себе, почти не разговаривает, а с отцом вообще перестал контактировать, избегая его или просто грубя. Даже сейчас он попросту сбежал из дома вслед за ней, только бы не оставаться с отцом. — Лейнор, что ты планируешь делать в столице? Ты так внезапно сорвался со мной в Королевскую Гавань, у тебя там есть дела? — спросила Рейнис своего молчаливого сына. — Я найду чем заняться мама, главное подальше от всего, что происходит в Высоком Приливе, — ответил молодой Веларион. — Лейнор, что произошло в Дрифтмарке, когда там гостил Боррос? — прямо спросила Рейнис. — Не понимаю о чём ты, — отвернулся от матери Лейнор. — Сынок, вы поговорили и ты изменился, — настаивала принцесса Таргариен. — Я не изменился, просто не желаю участвовать в этом фарсе в виде страданий по Лейне. И отца видеть тоже не хочу, — ответил Рейнис её сын и снова замолчал.       После того разговора с Борросом Баратеоном Лейнор действительно замкнулся в себе, и все эти пять дней до поездки в столицу практически не с кем не разговаривал, никто не мог понять почему. После того, что он узнал, Лейнору было тошно находиться со своим отцом не только в одной комнате, но и в одном замке. Великий и благородный Корлис Веларион оказался просто жестоким убийцей, он без чувства сожаления убил невинную девушку, сжёг её заживо из-за того, что никак не мог забыть о Железном троне, на который у него не было никаких прав. Веларион помнил леди Алисенту и не мог понять, за что его отец так с ней поступил, ведь не только из-за капризов Лейны и желания трона Таргариенов, Алисента Хайтауэр ведь на эту железку никак не претендовала, да и не могла этого сделать и в будущем. Лейнор решил, что всё узнает в столице, ведь лорд Баратеон сказал, что ему правду о смерти леди Хайтауэр поведал лорд Ларис Стронг, а значит все вопросы он задаст прежде всего именно ему, он всё узнает, и если его отец окажется ещё худшим мерзавцем, то Лейнор его не пожалеет, всё узнают правду о смерти Алисенты Хайтауэр.       Мать и сын прибыли в Красный замок к обеду, и Рейнис сразу отправилась к внучкам по которым очень соскучилась. Лейнор же решил найти младшего сира Стронга и поговорить с ним, не откладывая всё это. Но поиски Велариона прервал король, встретивший племянника в одном из коридоров замка: — Лейнор, рад что и ты приехал с моей дорогой кузиной, проходи в мои покои, поговорим. — Мы с мамой приехали только что, но нам сказали о вашем отсутствии, поэтому мама ушла к своим внучкам, — сказал молодой Веларион, когда они сели на один из диванов в покоях короля за сервированый стол, как ни странно чаем и пирожными. — Ничего, я не обижаюсь, моим племянница нужна женская забота, хотя Рейнира и проводит с ними много времени — улыбнулся Визерис Таргариен. — Просто сейчас она в отъезде с Деймоном. Они полетили в Старомест по делам. — В Старомест? — сразу же насторожился Лейнор, — зачем им туда? — Рейнира никогда там не была, хотела побывать в месте, где выросла её дорогая подруга, — неуверенно ответил король понимая, что проговорился. — Спустя столько времени? Могла бы и пораньше туда слетать, — сделал вид, что его эта тема не интересует отметил сын принцессы Рейнис, но приготовился внимательно слушать своего короля. — Одну я бы её не отпустил, лорд Хайтауэр очень зол на нас, а Деймон смог полететь только сейчас, — как-будто оправдывался король. — Злится? Из-за леди Алисенты? — спросил беловолосый юноша, и вздохнул, от огорчения, каждый раз, когда он вспоминает эту девушку, то чувствует себя виноватым в случившемся. — Да, но не только, из-за моей первой жены тоже, из-за леди Лиссары Хайтауэр, — ответил Визерис. — Я слышал вашу историю, вы бросили свою первую жену, изменив ей с Эйммой Аррен, — просто отметил Лейнор. — Лейнор! — воскликнул король, поражаясь тому, как открыто племянник говорит о таких вещах своему правителю. — Но ты прав, я совершил ошибку тогда. Только Рейнира радовала меня во втором браке, её рождение было так желанно для меня. — Это из-за детей вы развелись с первой женой? — спросил Лейнор, желая как можно больше узнать о семье Хайтауэр, желая понять по какой причине его отец пошёл на подобное преступление. — Да, моя Лиссара обладала всеми лучшими качествами, которыми только может обладать человек, но увы, она не могла родить мне ребёнка, — вздохнул Визерис Таргариен. — А мы так хотели ребёнка, да и ещё Совет постоянно говорил о том, что королевской семье нужен наследник. От этих слов я отмахивался, у нашей семьи был Деймон, Железный трон не остался бы пустым. — Тогда почему? — спросил молодой Веларион. — Только Деймон и твоя мать знают об этом, — сказал король. — В общем, я был пьян тогда, поругался с Лиссарой в тот день из-за какого-то её проекта в городе и в порыве злости обвнил её в бесплодии, а после того, как выпил три бутылки вина уже ничего особо не соображал. Помню, что в какой-то момент ко мне подсела Эймма, а потом ничего не помню. Наутро проснулся в постели с Эйммой, а рядом стояла Лиссара. — И что потом? — Она ничего не сказала, а просто ушла из комнаты и вскоре из моей жизни, — ответил король. — Я молил её о прощении, а тут ещё Эймма объявила, что беременна. Лиссара уехала в Старомест, и больше я её не видел до самой её смерти. — А она действительно не могла иметь детей? — спросил Лейнор. — Мейстер так сказал, и не один, хотя Лиссара лечилась разными методами, но мы так и не успели зачать дитя, — ответил Визерис. — Но она так мечтала о ребёнке, мы оба мечтали. Знаешь, Алисента похожа на мою Лиссару даже больше чем на родную мать, прямо её копия. Я даже думал, что Алисента наша с Лиссарой дочь. — Почему? Из-за сходства с тётей? — вздрогнув, спросил Лейнор. — Нет, просто драконы как-то странно реагировали на Алисенту, — сказал король, — словно она Таргариен, да и валирийский язык ей дался очень уж легко, когда как посторонние практически вообще не в состоянии его изучить. — А леди Хайтауэр говорила на нём свободно? — спросил Веларион, немного побледнев, он стал подозревать просто немыслимое. — Да, даже лучше тебя, ты уж извини, — улыбнулся Визерис Таргариен. — Скажите, а леди Лиссара правда не давала вам развод, и вы поженились с Эйммой Аррен только после смерти вашей первой жены? То есть, правда что Рейнира незаконнорожденная? — самое важное спросил Лейнор. — Да, всё правда, ты же знаешь, что согласно традициям нашей семьи тот, кто изменил супругу не может требовать развод, — ответил дядя племяннику. — Спасибо за разговор Ваше Величество, я пойду, хочу кое с кем встретиться, — сказал Лейнор Веларион, желая поскорее отыскать сира Стронга и поговорить с ним.       Лариса Стронга племянник короля нашёл не в замке, а в городе, а точнее сказать на Шелковой улице в компании его старшего брата, но не отказался от своего решения поговорить с младшим Стронгом, а может быть и с обоими. — Мой брат в курсе ситуации с леди Алисентой Хайтауэр, сказал младший сын десницы, когда они уединились в дальнем углу зала, где их не могли подслушать, — можете спокойно говорить при нём. — Откуда у вас информация о том, что это мой отец совершил это преступление? — спросил беловолосый юноша. — И не смотрите на меня так, я не такой тугодум как Боррос Баратеон, вы явно от кого-то это узнали. А что ещё интересней, зачем в это ввязались, что вам за дело до леди Алисенты Хайтауэр. — Встречный вопрос сир Лейнор, вам то что за дело до всего этого? Хотите защитить своего отца от заслуженного наказания? — поинтересовался Ларис. — Нет, я готов отдать своего отца под суд, — честно ответил молодой Веларион. — Правда? — изумился сир Харвин. — Хорошо, видимо чтобы вы двое мне доверились то я должен вам объяснения, — понял сын принцессы Рейнис. — Годами мне все говорили, что мой отец эталон благородство, доброты и понимания, что я должен гордиться тем, что являюсь его сыном, и я так раньше думал, но всё изменилось в тот вечер, когда я узнал правду о нём. — И почему, из-за того, что он убил практически незнакомую вам девушку? — спросил младший Стронг. — Что вам до её смерти? — Вы правы, я плохо знал леди Алисенту Хайтауэр и не думал о её смерти, пока не узнал, что убийца это мой отец, — согласно кивнул наездник Морского дыма. — Тот, который унижая меня из-за моего пристрастия в постели, говоря, что я позорю род Веларион, сам убил невинную девушку. Он всегда считал, что каждый должен отвечать за свои поступки, так пусть теперь ответит сам, и притом глядя в глаза тому, кого долгие годы называл своим другом. — Не боитесь, что принц Деймон убьёт вашего отца? — спросил старший сир Стронг. — Нет мне всё равно, пусть он получит по заслуга, — твёрдо ответил Лейнор.       Братья Стронги переглянулись, как-бы спрашивая друг у друга о мере доверия к Лейнору Велариону. Для обоих на кону стояла жизнь молодой, прекрасной девушки, которая помогла их семье, и они не допустят никакую угрозы для неё. Но по виду молодого человека было видно, что он серьёзен в своих намерениях. — Сир Веларион, мы вам всё расскажем, но сначала расскажите, что вы сами думаете об этой ситуации? — предложил сир Ларис. — Как думаете почему ваш отец так поступил? — Мой отец всегда желал Железный трон, хотя и не имел на него вообще никаких прав, — стал говорить о своих подозрения Веларион. — Когда у короля с первой женой не получилось завести ребёнка наследником был назначен Деймон Таргариен, но тогда у отца не было подходящего возраста детей, потом родилась Рейнира, и мой отец притих ненадолго, видимо хотел поженить нас с ней, даже уверен, что он не стал бы спрашивать нашего мнения. Но вот открывается правда о незаконнорожденности единственного ребёнка короля, пусть и только среди членов Совета, и его друг Деймон Таргариен снова становится наследником. Вы ведь знаете, что Бейлон Таргариен будучи наследником престола протолкнул в Совете закон о престолонаследии. Понимаете меня? — В общем-то да, согласен, по этому закону только законнорождённые дети королевской семьи могут наследовать престол, — ответил сир Харвин Стронг. — Ты забыл, что согласно этому закону, дети правителя стоят в переди других Таргариенов в очереди на Железный трон, независимо от пола наследника — отметил задумчиво младшийиз братьев. — Верно, и тогда планы отца завладеть троном через Лейну разрушились бы, ведь дядя Деймон трон не смог наследовать, — подхватил мысль и Лейнор Веларион. — И ему устранить препятствие в виде законного наследника было бы просто жизненно необходимо, — вздохнул сир Ларис. — Значит леди Алисента дочь короля? — воскликнул Харвин Стронг. — Невозможно, она ведь дочь десницы Хайтауэра и его жены. — А первая жена короля является родной сестрой этого самого десницы, — ответил Лейнор. — И потом, сегодня король Визерис сказал, что он даже представлял, что леди Алисента его дочь от принцессы Хайтауэр: она очень похожа на Лиссару Хайтауэр, она имеет привычки как у него самого и принцессы Рейниры, она быстро привязывается к драконам и они к ней, а также в быстрые сроки изучила валирийский язык. Ведь такое не каждому человеку под силу. — Это не доказательство, — покачал головой Ларис Стронг. — Но может сама леди Алисента что-то знает. — Кто? — округлив глаза спросил Лейнор, переводя взгляд с одного брата на другого. — Она что, не погибла тогда? — Да, леди Алисента смогла спастись из того пожара, — сказал Ларис. — Хотя и получила травмы в ту ночь. Но самое главное она жива. — И возможно наша будущая королева, — сказал радостно старший Стронг. — Не будем спешить брат, — остановил старшего брата сир Ларис. — И потом, всё это очень опасно, а я не позволю снова ставить жизнь моей спасительницы в опасность, особенно от того, кто её уже один раз пытался её убить. — Спасительницы? — переспросил Лейнор, всё ещё не пришедший себя от новости о спасении невесты своего дяди. — Она это леди Сиера… Она та, кто помогла мне после ранения? — И мне помогла, — сказал сир Харвин. — А Ларису вылечила ногу, поэтому мы до конца своих дней будем верны леди Алисенте, а уж если она наша принцесса и в будущем королева… — Именно когда она вас и лечила сир Лейнор, она и узнала в вашем отце своего несостоявшегося убийцу, точнее его голос, — сказал младший Стронг. — Я могу встретиться с ней и поговорить? — поинтересовался Веларион. — Думаю да, тем более на вашем драконе мы доберёмся гораздо быстрее, а дело срочное, — отметил младший сын десницы короля. — Что ещё случилось? — спросил Харвин порядком устав от плохих вестей. — Мне написал сир Гвейн Хайтауэр, он сообщил, что два дня назад вместе с принцем Деймоном и принцессой Рейнирой они посетили Цитадель, где живёт старая няня принцессы Лиссары Хайтауэр, — ответил на переживания брата умнейший из семьи Стронг. — И что им там понадобилось? — спросил Лейнор Веларион. — Они хотели узнать всё о смерти леди Лиссары, она как оказалось умерла не в Староместе, а в Цитадели, куда уехала вместе со своей невестой Алерией Хайтауэр. Кстати последняя в то время была беременна леди Алисентой, — ответил лорд Ларис. — А уехали они туда из-за того, что Отто Хайтауэр в порыве злости избил свою жену, что чуть не привело леди Алерию к выкидышу. — А может и привело, но беременная принцесса Лиссара не хотела говорить изменнику мужу о том, что скоро родит ребёнка, и выдала свою дочь за племянницу, — сразу ухватился за мысль Лейнор. — И никто ничего не узнал. — А что стало известно принцу Деймону? — спросил сир Харвин. — Ничего, эта женщина отказалась что-то рассказывать, повторяя, что правду откроет только своей Алисенте, — хмыкнул младший Стронг. — Так может и приведём к ней леди Алисенту и всё на месте и узнаем, — предложил Веларион. — Думаю да, только сделаем это не так скоро после вашего приезда сюда, — отметил Ларис. — Придумайте причину отъезда. — Так и сделаю, думаю, что нужно будет дождаться возвращения дяди и кузины, а после отправиться в Волантис. Дядя слишком подозрительный в последнее время, — вздохнул сын принцессы Рейнис. — Естественно, он расследует не только смерть возлюбленной, но и отравление своего брата, — хмыкнул лорд Ларис. — И кстати, леди Карн его вылечила от яда на перстне, а яд подкладывал королю слуга от лорда Баратеона. Именно я всё рассказал лорду Борросу о поступке его человека и после направил его к вам в Дрифтмарк. — Это тоже мой отец сделал? — сжав кулаки спросил Лейнор. — Да, через десницу, — кивнул Харвин Стронг, он давно всё узнал от своего любимого брата. — Я ещё больше уверился в том, что мой отец неблагодарный мерзавец, — зло сказал сир Лейнор. — Жду от вас вестей о дне и времени полёта в Волантис.       Лейнор вернулся в замок ожидая, что мать обязательно спросит где он пропадал так долго, ведь и время ужина прошло уже давно. — Лейнор! — воскликнула Рейнис, увидев сына, — ты где пропадал так долго, думала ужинать будем вместе. — Мама, ты решила опекать меня как в детстве, когда отец постоянно унижал меня? — спросил прямо при короле Лейнор. — Сынок! Твой отец просто… — Нет, не просто, не нужно при короле скрывать, что твой муж жестокий даже к собственной семье человек, а что говорить о его отношении к другим, к тем например, кто ему мешает, — не сдержался юноша устав от того, что его отца всё считают добрым и мудрым человеком во всем Вестеросе. — Хм, знаешь Рейнис, я ведь тоже заметил, что Корлис не такой уж и замечательный человек каким хочет казаться при других, — вмешался в разговор матери и сына Визерис Таргариен. — Смотрит на всех как на врагов и должников, я его в Совет не позвал именно из-за его желания всё заграбастать себе: власть, положение, деньги, и сказать честно не жалею об этом. Знай, пока я король, твой муж не станет членом Малого Совета. — Визерис! — воскликнула пораженно Рейнис, — мой муж всегда тебя поддерживал, во всём. — Себя он поддерживал, себя и свои амбиции, — не согласился Визерис. — И с Деймоном он подружился не просто так, он давно, с момента рождения у вас дочери решил использовать моего брата как инструмент, чтобы и самому править в Вестеросе, пусть Деймон и не тот, кому можно указывать, но отец жены и давний друг всё равно лез с советами под предлогом заботы и помощи. И все шло хорошо, пока мой брат не влюбился, я же помню, как злился Корлис, когда Деймон объявил о своём желании жениться на леди Алисенте. Тогда сыграть свадьбу я помешал из-за возраста девушки, а Корлис быстренько придумал идею войны с Триархией, тем самым отдалив Деймона от невесты, она осталась одна на растерзание своего жестокого отца и не менее жестокой и мстительной Эйммы. Я вот думаю, что именно Корлису была выгодна смерть леди Алисенты. — Визерис, не говори подобного даже в шутку, мой муж не посмел бы поднять руку на невинную девушку, — ужаснулись словам кузена принцесса Таргариен. — Эти разговоры просто голословные обвинения! — О, кто-то уже говорил тебе о подобном? И кто-же это был? — спросил король. — Мой родственник Боррос Баратеон, — ответила Рейнис. — Ясно, — ответил король на откровение сестры. — Тебе это не нравится кузина, но если когда-нибудь выяснится, что Корлис виновен в том пожаре, что это всё эти разговоры правда, как ты поступишь? — Не знаю, — честно без ролики своей вечной гордыни ответила внучка короля Джйхериса.       Лейнору в этот момент было жаль свою мать, но он также и понимал, что его отец виновен, а значит матери придётся столкнуться с правдой. Он мог только поддержать её после того, как всем станет известно об ужасном преступлении Корлиса Веларион, а пока он поможет этой правде выйти наружу. — Ты задержишься здесь кузина? — спросил король меняя эту неприятную тему. — Хочу подольше побыть с внучками, им нужно женское воспитание, да и Рейниру не стоит заставлять постоянно быть с девочками, она должна жить и для себя, — поняла намёк брата принцесса и поддержала её. — Ты явно изменила взгляды на некоторые вещи, — отметил беззлобно Визерис Таргариен. — Не ругаешься с Деймоном, поддерживаешь Рейниру. С чего бы такие изменения? — Смерть дочери заставила меня посмотреть на многие вещи намного иначе, мой король, — сказала женщина. — А особенно на моё поведение с членами собственной семьи.       Король хотел что-то сказат, но его прервал звук открывающейся двери, и те кто вошёл в комнату. — Брат, дочка, вы вовремя, у нас как раз гости, — встал с кресла Визерис, желая поприветствовать вошедших. — Рейнис и Лейнор здесь. Есть вести? — Есть, но не здесь, — тихо ответил обнимая брата принц Деймон, но взгляд его был наполнен болью. — Ты ведёшь своё расследование дядя, а мы с братьями Стронг своё, но я обещаю, что вы с ней будите вместе, — целуя руку кузине, думал Лейнор. — Но тебя ждёт ещё одно разочароние в жизни — потеря друга.