Патриоты

«Большое вам спасибо, Тав». Темноволосый мужчина средних лет полез в карман своей поясной сумки. «Вот вторая часть», — сказал он и положил мешочек в руки рыжеволосой девушки. «Не знаю, нашли бы мы Джилли без вашей помощи!» Глаза мужчины наполнились влагой, выдавая, как сильно он переживал за свою единственную дочь. В груди что-то болезненно сжалось. «Надеюсь, больше никаких сюрпризов». Она выдавила улыбку, стараясь не выставлять напоказ свои собственные чувства. «О, будь уверена, мы теперь следим за ней день и ночь. Больше никто не заберёт нашу малышку». Голос мужчины дрогнул всего на мгновение, но он справился с собой и учтиво, как делают только аристократы, кивнул Тав. Она задержала дыхание и лишь вежливо кивнула в ответ. Мужчина удовлетворённо развернулся и ушёл. Тав постояла ещё минуту, подбрасывая в воздух небольшой мешочек с золотом, наслаждаясь тем, как монеты перекатываются под её пальцами. Она позволила себе эту слабость лишь на секунду, потому что её накрыло воспоминание о чердаке, где она нашла маленькую испуганную девочку в разорванном летнем платьице и с такой болью в глазах, что у сыщика стыла кровь. Полуэльф никогда бы не рассказала таких вещей родителям ребёнка, впервые столкнувшимся с подобным. Некоторая недосказанность лучше прямолинейности, но сейчас эта недосказанность тянула её обратно на тот чердак, заставляя видеть эту ужасную картину снова и снова. Тав потребовалось немало усилий, чтобы выкинуть это из своей головы. Она сунула мешочек с золотом в карман и огляделась. В Верхнем городе стоял прекрасный летний день, район утопал в зелени и цветущих растениях всех форм и оттенков. Женщины и мужчины, разодетые напоказ, занимали каждый уголок, каждую скамью, каждый парапет. Мимо Тав прошла большая группа девушек, одетых в лёгкие летние платья с воланами и невесомыми кружевами, украшающими подолы юбки. Вслед за ними следовали мужчины в расслабленных летних костюмах и расстёгнутых на три пуговицы рубашках. Проходя мимо фонтана, три миниатюрные женщины громко рассмеялись, забавляясь чайками, купающимися в нём. Один из мужчин — крепкий и красивый, в вышитом шёлковом жилете поверх белой льняной рубахи — поймал взгляд девушки. Мужчина тут же разорвал зрительный контакт, из-за чего Тав стало неловко, и она опустила глаза, но, подняв их снова, она вновь встретилась с его взглядом. Мужчина что-то прошептал своему другу и, игриво улыбаясь, направился к Тав, всё ещё стоявшей в одиночестве посреди сквера. «Девушка, не сочтите за грубость», — сказал он вежливо, по-джентльменски сохраняя дистанцию. «Я просто хотел сказать, что вы очень красивы». Эти слова застали её врасплох. Тав не ответила, но смущённо улыбнулась, надеясь, что он не станет пытаться с ней познакомиться. «Мы с компанией приятелей собираемся вечером смотреть фейерверки. Если бы вы захотели… к нам присоединиться, мы были бы польщены».   Мужчина старался подобрать правильные слова, чтобы не показаться грубым; его тёмные глаза сверкали от волнения, и Тав замялась. «Спасибо за приглашение, но…» — она запнулась. «Я жду своего жениха», — выпалила она. Ложь прозвучала слишком легко, и ей захотелось отвернуться. Мужчина, казалось, нисколько не расстроился. «Лучшие женщины всегда заняты, не так ли», — усмехнулся он с самой обольстительной улыбкой. «Мы будем в парке Верхнего города, если вы всё же захотите присоединиться». Полуэльф смотрела, как он удаляется, бросив на девушку один последний взгляд. Друид не могла точно сказать, сколько дней лета уже прошло. Она была благодарна за то, что была постоянно занята расследованиями и зарабатывала неплохие деньги, ведь праздная голова — рассадник бесов. Тав посмотрела на проходящего мимо почтальона и вспомнила, что так и не забрала письмо от своей двоюродной сестры, единственного живого родственника, и поспешила обратно в Нижний город, надеясь успеть в почтовое отделение до закрытия. Подбегая к двери, она увидела старого халфлинга, выходящего из офиса и готовящегося запереть дверь. «На сегодня всё», — сказал он скрипучим голосом. «Приходи завтра». Тав ничего не ответила и ухватилась за ремешок сумки, понимая, что по-правде она все ещё не была готова прочесть письмо от сестры. Её двоюродная сестра тоже была друидом и жила в одной из рощ к юго-востоку от Врат. У Саммер была та жизнью, которую должна была иметь Тав, если бы её мать не погибла в стычке с гоблинами много лет назад. Что теперь? Ответ родился не в голове, а в ощущении тяжести у бедра. Золото оттягивало карман Тав, так что решение его потратить казалось единственно правильным. Первой остановкой стала пекарня Саймона за углом. «Привет, дорогая!» — сказал он, услышав звон колокольчика над дверью. «Клянусь, каждый раз, когда я тебя вижу, ты выглядишь всё худее и худее». Мужчина хлопнул в ладоши. «Ты, должно быть, много работаешь и ничего не ешь!» Старик воскликнул и тепло рассмеялся, увидев постоянную клиентку. Саймон держал эту лавку столько, сколько Тав себя помнила. Он был невысоким, но крепким стариком с седо-чёрной бородой и выразительными чертами лица. «Ах, дорогая, у меня ещё есть твои любимые булочки с вишней», — поспешил добавить он. «Две, пожалуйста». Его хорошее настроение передалось и ей. «Хочется ещё чего-то… особенного», — не сдержалась она, продолжая разглядывать витрину. «Ну конечно, я дам тебе земляничную корзинку. Бесплатно. Мой новый рецепт!» — похвастался мужчина. «Потом расскажешь, если было вкусно». Его голос был таким успокаивающим для ушей Тав. Тав рассказала Саймону о последнем кейсе, над которым работала, и получила одобрительную речь от мужчины, который любил слушать её истории, всегда в конце отмечая, что добро побеждает зло. Она шла медленно, наслаждаясь ещё тёплой выпечкой, и впервые за день позволила себе выдохнуть. Это длилось недолго. Спокойствие растворилось так же тихо, как и появилось. По дороге домой Тав снова увидела скульптора за памятником победы над Абсолют. На фоне разрушенных домов эта работа казалась нелепой. Статуя изображала мужчину и женщину с поднятым в триумфе предметом — то ли Корона Карсуса, то ли оружие. Пока не было понятно. Проект выглядел хаотичным, и это расстраивало и Тав, но ещё больше – Шэдоухарт. Её злило, что их не позвали позировать для монумента. Вишенкой на торте стало то, что одна из фигур напоминала… Гейла. Неизменно, проходя мимо статуи, Тав ощущала, что сходство становится всё более очевидным. Её бывший возлюбленный овладел Короной Карсуса и вознёсся к божеству, оставив её, не удосужившись даже проститься. Она стояла посреди площади не могла отвести взгляд: память о Гейле нахлынула с новой силой, оставляя ощущение пустоты и предательства. «Смотри-ка, кто опять пялится на придурка Декариоса». Тав вырвал из мыслей знакомый голос — она обернулась и увидела Шэдоухарт, притворяющуюся сердитой. «Как ты? Что с делом о пропавшей девочке?» она тут же смягчилась и по-хозяйски положила руку на плечо подруги. Тав отвела взгляд «Обычная история» – тихо проговорила она, не желая грузить подругу своими мыслями по этому поводу. «Обычная лучше, чем… быть проглоченной каргой, например». Шэдоухарт развела руками и посмотрела Тав в глаза, отметив, что та не смеётся над шуткой. Её молчание было красноречивее любого ответного подкола «Ты права», — сказала Тав и после паузы, всё ещё заворожённая воспоминаниями о Гейле, выпалила: «Хочешь вина?» «Никогда не откажусь». Шэдоухарт одобрительно похлопала Тав по плечу, и они направились к дому друида. «Нам точно не грозит выпить всё вино, которое мы нашли в дороге». *** Солнце почти полностью село за дома, и сверчки пели свою прекрасную ночную песню. Две подруги сидели на балконе в тишине, наслаждаясь легким бризом с моря. Вдалеке было слышно шипение волн, ударяющихся о камни. Жилье Тав было далеко не роскошным: стены тонкие, соседи шумные, но это был ее дом и ее убежище от пыли и хаоса Врат, которое досталось Тав от родителей и чудом уцелело после волны. Каждый угол маленькой квартирки был уставлен горшками с растениями, некоторые из которых были очень редкими и использовались для всяческих зелий. Гостиная друида была заставлена всевозможными котелками и подставками под флаконы. Кухня, соединенная с гостиной, была заполнена не едой и посудой, а как раз ингредиентами для всевозможных эликсиров и ножами для их нарезки. Тав и Шэдоухарт были погружены в свои мысли, наблюдая, как дети возбужденно ждут фейерверков в парке через дорогу, когда солнце окончательно скрылось за крыши домов. Вдыхая ароматы своей небольшой коллекции кустарников и цветов, Тав тихо прочитала молитву. Она надеялась, что ее преданность Сильванусу наконец поможет вернуть чувство равновесия, которого она искала с тех пор, как была заражена личинкой иллитида, с тех пор как вела войну против Абсолюта и избранников Мертвой Троицы, с тех пор как ее возлюбленный покинул ее. «Я так и не спросила тебя про того парня, с которым ты какое-то время встречалась… Серли, да?» спросила Тав, нарушая долгую тишину. «Не сложилось», сказала Шэдоухарт прямо перед тем, как допить остатки в бокале. «Мне жаль», разочарованно сказала Тав. «Не стоит. Он оказался фанатиком. И, чтобы было веселее, поклонником Шар». В её голосе мелькнуло раздражение. «Тав, нам нужно чаще выходить и знакомиться с людьми, особенно тебе». В том, как она это сказала, было что-то, от чего Тав вздрогнула. К счастью, обеих отвлек звук взрыва фейерверков неподалеку, и девушки подбежали к балконной раме и, преклоняясь за парапет, восторженно наблюдали как небо попеременно окрашивается в красный и золотой, то и дело охая и возбужденно перешептываясь. Когда последние огни погасли, они ещё долго стояли молча, позволяя ночи опуститься на город. Шум улицы затихал и дети из парка напротив стали потихоньку расходиться по домам. Обе подруги были изрядно навеселе и обсуждали какого-то очередного ухажера Шэдоухарт, когда Тав обратила внимание на птицу, летящую по направлению к ее дому. Приближающееся существо было почти невидимым из-за почти полного отсутствия лунного света. Несмотря на темноту, птица точно знала куда направляется. «Шэдоухарт!» резко сказала Тав, указывая пальцем в небо. Шэдоухарт рефлекторно вскочила и приняла боевую стойку, чуть не сбив бокал с вином вместе со столиком. «Нет, нет» рассмеялась Тав над пьяной подругой «Это только птица. Прости», сказала она подняв руки над головой. Годы шаранского обучения не забываются просто так, рефлексы у жрицы были все еще на высоте. «Да ладно!» Шэдоухарт снова села и тут же расслабилась. Тем временем птица продолжала приближаться, медленно, но уверенно. Теперь было очевидно, что она направляется именно к Тав. Друид наконец поняла, что это не просто птица, а птица-посланник, и, наложила на себя заклинание «Разговор с животными», нетерпеливо ожидая, пока птица подлетит ближе. Как только ворон приземлился на стол, обе женщины замешкались, не решаясь заговорить. «Кто тебя прислал, дорогой?» неуверенно спросила Тав, замечая клочок бумаги, привязанный к лапе птицы. «Мастер Халсин», каркнул ворон. Она давно не слышала ничего о друиде и только сейчас заметила, что улыбается «От Халсина», сказала Тав, повернувшись к подруге, и та ответила ей таким же удивленным выражением лица. «Что случилось?» Тав снова обратилась к ворону, аккуратно вытаскивая и разворачивая записку. «Проклятие, тень над нашим гнездом», – сказал ворон, прежде чем снова исчезнуть в ночи. Тав посерьёзнела, развернула сложенную вчетверо бумагу и стала читать вслух: «Привет, Тав, надеюсь, у тебя все хорошо. Мне стыдно просить, но людям Рейтвина снова нужна твоя помощь. Нам необходим хороший воин, чтобы помочь решить проблему, угрожающую безопасности региона. Я открыл круг телепортации, если ты захочешь присоединиться, он будет открыт до заката завтрашнего дня. Надеюсь, могу рассчитывать на твою поддержку. - Халсин». Тав закончила читать и посмотрела на подругу. Шэдоухарт, казалось, смотрела сквозь неё. «Я не знала, что в Рейтвине есть проблемы», она нахмурилась. «Надеюсь, не Проклятие Тени во второй раз», сказала она. «Ну, зная Халсина, он бы не стал нас втягивать, если бы дело не было действительно серьезным», сказала Тав. «Жаль, что он не написал, в чем именно проблема». «Ты правда думаешь туда пойти?» Шэдоухарт приподняла бровь, уставившись на подругу. «Ну а почему бы и нет?» пожала плечами друид. Ей хотелось увидеть что стало с Рейтвином после войны, побыть на природе и встретиться со старым другом. Врата были для друида домом, но душе все же хотелось скакать верхом и встречать рассвет на вершине холма, наблюдая как солнце встаёт, как в старые добрые времена. Шэдоухарт не ответила, лишь подняла брови, будто читая мысли подруги, но абсолютно не разделяя её вдохновения. «Ты не хочешь поехать со мной?» спросила Тав почти извиняющимся тоном. «Халсин и я в одном помещении? Не думаю», сказала она прямо. «Я приду спасать твою задницу, если станет совсем плохо». «Ну, если я не вернусь через неделю, польешь мои растения?» подруги рассмеялись, разряжая атмосферу, не думая о завтрашнем дне, наслаждаясь вечером, вином и запахом соли, которые ветер нес с моря.