Услышь меня

Жизнь Гермионы Грейнджер всегда была правильной и понятной. Правильной, потому что она научилась создавать и следовать правилам. Понятной, потому что не была подвержена спонтанным и импульсивным поступкам. Так уж воспитали изначально родители, всегда и при любых обстоятельствах рациональные Грейнджеры. С возрастом качества перешли на другой уровень - честолюбивая девушка хотела быть не только правильной, но и лучшей. Лучшей во всем, что касалось ее. Учеба? Только первая на всех экзаменах. Друзья? Жертвовать собой до последнего, лишь бы с ними все было в порядке. Враги? Ненавидеть до зубовного скрежета. Лишь раз постоянно повторяемая мантра дала сбой - когда сова принесла письмо из Хогвартса одиннадцатилетней девочке. Тогда весьма шокированная Гермиона долго не могла поверить, что "фокусы", которые она показывала родителям чуть ли не с младенчества, имеют под собой основание - ее волшебную силу. Но, конечно же, затем уверовала в то, что является особенной в самом невероятном смысле.  Попасть на Гриффиндор тоже было правильно, ей нравились сокурсники, веселые и шебутные, нравилась красно-золотая гостиная, нравились Гарри и Рон, особенно после того, как им наконец-то удалось подружиться. Даже когда они говорили, что дружба со слизеринцами НЕПРАВИЛЬНА. - Они змеи, Герм! - возмущался Уизли, когда впервые увидел подругу спокойно делающую домашние задания вместе с Эдрианом Пьюси в библиотеке. - Он наверняка на тебе заклятия испытывал! - Не неси бред, Рон, что за глупости. Эдриан никогда бы так не поступил, - ответила она, не особо вслушиваясь в обвинения, все внимание было сосредоточено на эссе по зельям. Снейп на прошлом занятии так бесновался тупости учеников, что на следующее задал написать три фута о свойствах лунной зубатки. - Не все гриффиндорцы смелые, не все когтевранцы умные, не все пуффендуйцы добрые и дружелюбные. Так вот, Рональд, не все слизеринцы зло во плоти. - Он дружит с Малфоем! - парень заявил это таким тоном, словно сказал очевидное. - Малфой не его отец, - отрезала Грейнджер. И эти разговоры возникали снова и снова, как будто девушка оказалась в заколдованном круге. Четыре года подряд. Каждый раз, когда ее видели в компании Эдриана, все заканчивалось выносом мозга на предмет скользких змей и ублюдочных чистокровных.  Гермионе сложившаяся ситуация отчаянно не нравилась. Потому что ОНА считала Пьюси и правильным, и понятным. Прекрасным собеседником, добрым товарищем, другом. Тем, с кем можно обсудить новые расчеты в нумерологии или статью о восстании кентавров в Испании, и при этом никто бы не назвал ее заучкой. С Эдрианом было приятно и просто молчать, сидя на берегу Большого Озера и смотря, как его гладь рассекает гигантский кальмар. В компании Рона и Гарри это было невозможно. Наверно, именно поэтому она тянулась к парню, не слушая чужих "советов". - Его семья - самые преданные Пожиратели Смерти! - вновь завел шарманку рыжий приятель, когда Гермиона отказалась от посещения Хогсмида в пользу библиотеки на пару со слизеринцем. Выбор был прост, ведь совы принесли новые расчеты по гоблинским делам, которые Грейнджер ждала несколько месяцев. - Ричард Пьюси мозги выжигал мракоборцам одной только силой мысли! - Рон, что-то я не заметила учеников-овощей в Больничном крыле, - устало привалившись к спинке кресла, девушка вытянула ноги к камину, чтобы хоть немного согреться. Прикрыв глаза, пыталась абстрагироваться от шума в гостиной, но один только Рон чего стоил...- Ну имеет человек силу, он же в этом не виноват. Он таким родился. Ты же не обижаешься на родителей за рыжие волосы? Так вот магия Эдриана тоже с ним с момента появления на свет. Терпеть нравоучения гриффиндорке давно надоело. Правильно - решать самой, с кем общаться. Мерлин, она же не осуждала друга за якшание с Захарией Смитом, той еще задницей на самом деле. Лицемерие, как считала Гермиона, не лучшая черта. Гарри предпочитал не участвовать в этих препираниях, кривился каждый раз, когда его друзья ссорились, но и ничего не делал. Удивительно, но ни единого слова не сказал ни в поддержку Рона, ни в защиту Гермиона. Ей иногда казалось, что он не то что в нейтралитете, а вообще летает в своем не самом розовом мирке. Мысли девушки снова перепрыгнули с одного на другое, фокус сместился с Пьюси на Поттера. Друг в последнее время вел себя очень странно. Конечно, Турнир Трех Волшебников и Скитер трепали ему нервы, но еще больше парень мучился от кошмаров. Просыпался каждую ночь с криками и в холодном поту, если верить Рону, и снился ему не кто-нибудь, а Волан-де-Морт, какой-то светловолосый молодой мужчина и Хвост. Чаще всего в этих снах кого-то, неизвестного старика, убивали. Гарри стал меньше есть, все время оглядывался по сторонам, когда они шли по школе, а один раз едва не проклял Невилла, когда тот банально положил ему руку на плечо, чтобы привлечь внимание. Именно этот случай окончательно убедил Гермиону, что пора что-то делать, пока не случилось несчастья. - Не пойду я к Помфри! - натурально так упирался ногами в каменный пол Поттер, когда Грейнджер, схватив его за руку, тащила к колдомедику. - Все со мной нормально. Герм, пусти, Мерлин тебя задери.  Она решила не ждать и прямо с утра взялась за воплощение простого плана: Макгонагалл, Больничное Крыло, Помфри, диагностика, лечение. Ей изначально было очевидно, что парень так просто не дастся, но не ожидала, что он применит силу. С каждым шагом тянуть становилось все труднее, и Гермиона все больше уверялась, что будет проблематично. Но спасение пришло, откуда она не ждала - Эдриан встретил покрасневшую от злости парочку в коридоре недалеко от аудитории трансфигурации. Глянул удивленно, словно и для него эта встреча тот еще сюрприз. Скорее неприятный, потому что предпочитал общаться с Гермионой без ее дружков. - Вы чего? - спросил, стараясь скрыть удивление. - Пьюси, срочно зови Рона, мне нужна помощь от этой сумасшедшей, - Поттер чуть ли не кричал, видимо, надеясь на благоразумие слизеринца.  Вот только он не учел, что в любой ситуации Эдриан давным-давно поклялся всегда быть на стороне своей подруги, а не шрамоголового влипателя в неприятности. Поэтому, не слушая очередной виток праведных возмущений Гарри, просто схватил его за шкирку и потащил дальше. Это было не сложно: в отличие от гриффиндорца, телосложение у него было крепким, да и ростом Пьюси был на две головы выше. Сопротивляться ему скорее похоже на сопротивление книззла дракону, и не важно, что разница в возрасте между ними всего один год.  - Поттер, еще раз так ее назовешь и, я обещаю, нынешняя жизнь покажется раем по сравнением с тем, в какой ад попадешь, - прошипел рассерженной гадюкой пятикурсник. - Цени заботу и топай сам, если не хочешь висеть у меня на руках. Гермионе было приятно, что хоть кто-то поддержал в этом вопросе. Рон не обратил на ее волнения внимания, Макгонагалл сказала не выдумывать проблемы на ровном месте. Только Эдриан хоть что-то сделал. Мягкое тепло легло на сердце девушки. Она не могла не ощутить слепой благодарности. "Уверена, если бы мы учились на одном факультете, то именно Эдриан стал бы моим лучшим другом. Хотя...теперь я не уверена, что он именно так ко мне относится. Чего только стоят его кольцо и брошка. Подарки не только приятные для любой девушке, но и со смыслом. Нет, тут речь не столько о приятельстве, сколько о...", - домыслить не успела, потому что Гарри в очередной раз, резко дернувшись, попытался вырваться из хватки рук Пьюси.  За что поплатился мощной затрещиной от провожатого. - Гермиона, он меня бьет! - чуть ли не захныкал. Но ей было не до жалости, так что смело отрубила, будто топором: - Заслужил, - зашла в лазарет первой и указала старшему другу на койку, - клади его сюда, - и стоило Поттеру оказаться на мягком матрасе, как ткнула в его сторону палочкой, - инкарцеро. Веревки надежно связали все еще дергающегося Избранного, не позволяя ему не то что шагу ступить, но даже с кровати свалиться. Повернулась к помощнику, затем, чуть подумав, подошла ближе и крепко его обняла. - Спасибо, Эдри. Я очень тебе благодарна за помощь, - и почувствовала, как ей на спину легли чужие ладони.  - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. В любом случае, я всегда буду готов тебе помочь, - выдохнул он тихо, даже как-то обреченно, словно знал нечто, неизвестное девушке. - И, прошу, не снимай украшения, которые тебе подарил. Будь осторожна. Эдриан ушел, а Грейнджер только и оставалось, что смотреть ему вслед и размышлять о том, что же значили его предупреждения. *** - Мистер Поттер, прекратите уже ругаться, иначе к веревкам добавится еще и кляп во рту, - всплеснула руками мадам Помфри, когда негаданный пациент дернул ногой, и с нее соскочил ботинок. - Мисс Грейнджер, - указала женщина пальцем, - совершенно права, что привела вас сюда. Видеть кошмары каждую ночь ненормально. Неправильно! Особенно в вашем юном возрасте.  Гермионе понравилось, как прозвучало последнее слово тирады колдоведьмы.  - И мне непонятно, отчего вы сами не побеспокоились о своих проблемах. Как глупо и самонадеянно, - продолжила Помфри восхищать девушку выбором слов. - Лежите смирно, пока я произвожу диагностику, несносный мальчишка. Рентгио! - ярко-красный луч вырвался с конца ее палочки, но не поразил Поттера, а словно окутал все его тело плотной дымкой. - Так-так, что я вижу, мистер Поттер, - цокнула языком, явно пораженная увиденным, - в башню вы сегодня не вернетесь, и завтра, скорее всего, тоже. Вам необходим не просто отдых, а лечебный, причем под присмотром мага разума. Видимо, придется вызвать Тикки из Мунго...- размышляла вслух, потом повернулась к ученице, - вы молодец, что привели его сюда. Еще бы немного, и кое-кто мог и правда умом тронуться, с таким-то нервным срывом. И не надо зыркать, мистер Поттер!  Чуть позже, идя из Больничного Крыла, Гермиона ощущала не столько радость от своей правоты, сколько еще более сильное переживание за друга. Никогда он себя с ней так не вел: не грубил, не упирался, не пытался толкнуть. Что-то с ним было не так, и гриффиндорка не была уверена в том, что это только из-за плохих снов и недоедания.  Гарри Поттер был личностью загадочной, даже не смотря на то, что простой, словно сапог. И Гермиона не была уверена, что хотела бы разгадывать именно его. Ей казалось, что ответ, который получит, может не понравиться.  Эти чувства были НЕПРАВИЛЬНЫ и НЕПОНЯТНЫ.