Противоположности

Обещанный кофе не заставил себя ждать – правда, получив от Крискаса приглашение, Ванесса уж точно не ожидала, что местом встречи окажется дорогой ресторан. Атмосфера за столиком царила напряжённая – хотя Крискас активно заполнял молчание шутками и историями, было видно, что и он ощущает неловкость. Ванесса долго молчала и, чем дольше длилось это молчание, тем тише и неуверенней становилась болтовня Крискаса. Наконец, он не выдержал — Милая, я думал, у нас свидание, а ты выглядишь, будто на похоронах. Или как раз мои планируешь организовать? — Не придуривайся. Ты прекрасно знаешь, в чём дело. — отрезала Ванесса. — Если ты так обижена, зачем пришла? — Крискас уже готов был сорваться и слова прозвучали даже резче, чем ему хотелось. — Решила нормально поговорить. Ванесса ждала, словно ожидая грубости или насмешки, но Крискас сидел тихо, внимательно глядя на неё. — Ты прекрасно понимаешь, что я, в отличие от тебя, не могу относиться к произошедшему так равнодушно. – продолжала Ванесса – Знаешь, меня даже больше задело твоё поведение не в тот вечер... а после. Почему ты так упорно делаешь вид, что всё это ерунда, о которой и думать не стоит? Тебе не приходило в голову, что я воспринимаю это иначе? Да, я не стала продолжать конфликт и согласилась на примирение, но меня по-прежнему поражает твоё безразличие. Крискас замер. Ему было попросту нечего сказать. Точнее сказать было что, только вот совсем не хотелось. Совесть и здравый смысл советовали (точнее, требовали) извиниться, но гордыня тоже не собиралась так легко сдавать позиции, так что от внутренней борьбы Крискас отвлёкся лишь осознав, что вот уже чёрт знает сколько времени сидит, с наиглупейшим видом глядя в одну точку и теребя край скатерти. Ванесса же терпеливо ждала его ответа. Наконец, Крискас неуверенно пробормотал — Не подумал... извини... И снова ушёл в себя, доказывать совести, требующей более развёрнутого извинения, что он сделал всё что мог и на большее не способен. Однако, под давлением выжидающего взгляда больших оливковых глаз напротив, выяснилось, что кое-какие резервы красноречия у него остались. — Прости... я не хотел тебя задеть... не знаю, что на меня нашло. Признаю, я был слишком эгоистичен... Ну, понимаешь, разошёлся, переборщил с вином, меня и понесло... но клянусь, я сделал выводы! — Крискас умоляюще взглянул на Ванессу, словно побитый пёс на хозяина — Мне правда жаль. Он сам не ожидал от себя такого – услышать от Крискаса подобное извинение было чем-то из ряда вон выходящим и удостаивались такой чести лишь немногие действительно дорогие ему люди. Однако, к собственному удивлению, он решился продолжить – теперь Крискас говорил негромко и торопливо, словно боясь, что его перебьют. — Ванесса... я знаю, что накосячил. Сильно. Но может... дашь мне шанс? Обещаю, я...- Тут он запнулся и смущённо умолк, отведя взгляд – больше всего на свете хотелось провалиться сквозь землю. Сердце стучало как бешенное, гулко отдавая в висках, словно он только что пробежал марофон, дыхание участилось, а кончик хвоста нервно дёргался под столом. Кажется, правильно Прискас говорил про диагноз: ощущалось всё это словно жуткая, прогрессирующая болезнь, заставляющая делать и говорить то, чего раньше он бы точно не сказал и не сделал. Может, к чёрту всё? Просто расстаться? Вот только от одной такой мысли стало ещё страшнее и Крискас поспешно отогнал её – нет, это не обсуждается. От чувства собственного бессилия хотелось плакать – не верилось, что какая-то смазливая девчёнка могла получить над ним такую власть... —...Крискас? Крискас, ты меня слушаешь вообще?.. Он потряс головой и удивлённо уставился на Ванессу, возвращаясь в реальность. — Кхм... задумался... ты что-то говорила? — Ты не поверишь, да. Вообще не слушал? Крискас слабо кивнул и Ванесса закатила глаза — Ох... Если вкрадце, извинения приняты, что же касается второго шанса... Девушка словно нарочно сделала паузу, заставляя Крискаса напрячься до предела, хотя, казалось бы, куда уж больше. — ...Я согласна. Но учти – моё терпение не безгранично и лишний раз его лучше не испытывать. — Ванесса вздохнула и негромко пробормотала — по-хорошему, гнать бы тебя куда подальше, да жалко... С души словно камень упал. Неужто получилось? Она простила его! Но Крискас не мог избавиться от мысли о том, что, знай Ванесса о его изначальных мотивах, на прощение можно было бы не расчитывать... Постепенно напряжение от разговора спало и остаток встречи прошёл за веселой болтовнёй – наконец-то исчезла стена из невысказанных обид, разделявшая их. Вернувшись поздно вечером домой, Крискас не раздеваясь упал на кровать – впервые за последние несколько дней он расслабился и теперь с детским восторгом прокручивал в памяти моменты их свидания. Однако постепенно эйфория спадала, а разум прояснялся, а вместе с ним и старые тревоги. Крискас не узнавал самого себя – пугало то, насколько он зависим от Ванессы: от одной мысли о том, что она могла не простить его, бросало в дрожь. И что самое неприятное, он даже не знал, дорожит ли она им так же сильно – вдруг просто поиграет и бросит, как Крискас сам неоднократно делал?.. Впрочем, порядком помучившись над этим вопросом, он пришёл к выводу, что всё как-нибудь образуется само и чем трепать себе нервы зря, лучше заняться более продуктивной и полезной деятельностью. Например, пойти спать. На том он и остановился...

***

И вновь они сблизились, на сей раз, безо всяких замыслов. Обиды забылись, затерявшись в череде счастливых встреч. Работа над проектом пошла споро, так что вскоре Крискас был возвращён в Теле-S, ведь его помощь уже не требовалась. Это огорчило обоих, впрочем, не мешая встречам после работы – иногда Крискас специально освобождался пораньше, чтобы проводить Ванессу до дома. Он наконец практически примирился со своими чувствами. Правда, порой накатывали невесёлые размышления о том, что ведёт он себя глупо, как влюблённый по уши подросток и ничем хорошим это не кончится, но такие мысли Крискас старался давить в зародыше. Сама же Ванесса уже давно убедилась, что просто не может долго злиться на него. Казалось бы, послать куда подальше, как она делала уже неоднократно, но нет – Ванесса словно готова была простить Крискасу всё, что угодно, хоть и понимала абсурдность такого поведения.

***

Город начинал медленно погружаться в летние вечерние сумерки, когда Крискас подъехал на машине к дому Ванессы и объявил, что хочет кое-куда её отвезти. Что подразумевается под данным весьма расплывчатым обозначением он объяснять категорически отказался, так что Ванессе пришлось довольствоваться обещанием того, что ей понравится. Вскоре они ехали по полупустой дороге куда-то за город – небо уже полностью окрасилось в закатные цвета, а в опущенные окна задувал прохладный ветерок. Когда машина остановилась, они находились на краю громадного луга – трава слабо колыхалась бесконечными зелёными волнами, справа виднелась череда невысоких деревьев, а вокруг царила тишина, нарушаемая лишь стрекотанием сверчков и тихим шелестом листвы и трав. Крискас выскользнул из машины и открыл дверцу Ванессе — Дамы, прошу на выход! Стоило девушке ступить на землю, как он тут же открыл багажник и, быстро порывшись в нём (судя по звукам, разворотив всё, что там находилось), выудил плед и корзинку с пикником (а заодно несколько выпавших на траву пакетов с неизвестным содержимым, которые поспешно сунул обратно). — Не думаешь, что стоит всё же навести порядок в машине? — заметила Ванесса. Однако, поймав недовольный взгляд Крискаса, добавила — Но вообще, пикник – это потрясающая идея, тем более, в таком месте! — Насчёт потрясающей идеи согласен, что же касается беспорядка, ты зато точно знаешь, что похитить тебя и спрятать в багажнике я при всём желании не смогу – места не хватит! — Сможешь, достаточно только выбросить весь этот хлам — закатила глаза Ванесса — Хлам?! — Крискас буквально подскочил на месте — Это хлам?! Да что ты понимаешь, женщина, это же предметы первой необходимости! Ну... второй необходимости!.. Уж когда-нибудь точно пригодятся! Ванесса хотела что-то сказать, но Крискас прервал её — Учти, ещё раз обзовёшь мои запасы хламом, я тебя даже похищать не буду, прямо тут прикопаю! Ванесса покачала головой — Ты меня на пикник привёз или для ссоры? — На пикник, на пикник... — проворчал Крискас, с трудом пряча улыбку. Он расстелил на траве плед и начал раскладывать еду из корзинки — бутерброды, рулетики, сыр, фрукты и прочее. Ванесса разулась и подошла к нему, держа сандалии в руке — Эх, я ведь уже сто лет не была на природе... да, кстати, очень советую последовать моему примеру – без обуви по траве ходить куда приятнее! Крискас так и сделал, Ванесса же уселась рядом с ним и, сорвав травинку, пощекотала ему нос. Крискас чихнул и поспешно отодвинулся на безопасное расстояние — Эй! Я тут, между прочим, стараюсь, так сказать, на стол накрываю, а меня ещё и щекочут! — А ты, значит, щекотки боишься? — хитро улыбнулась Ванесса. Крискас ещё отодвинулся — Не смотри на меня так, мне страшно! Отойди! Убери от меня эту штуку! Но мольбы Крискаса услышаны не были и девушка ловко повалила его на траву, щекоча, правда, теперь уже просто руками – для эффективности. Крискас хихикал и извивался, пытаясь вырваться, и в очередной раз убедился, что Ванесса неожиданно сильная для своей миловидной внешности. Наконец, Крискасу удалось высвободиться из её хватки и он, с видом оскорблённого достоинства отполз в сторону, всё ещё слабо хихикая. — Боже, да за что мне всё это?! Это насилие! Почти харассмент! И что самое страшное, я с тобой ещё и наедине, так что никто не услышит мои крики... — Крискас драматично закрыл лицо рукой и, откинувшись назад, потерял равновесие и шлёпнулся на траву. — Видишь, до чего ты довела?! Меня аж ноги не держат! — с трудом проговорил он сквозь смех, приподнимаясь. — Вот и хорошо, теперь никуда не денешься — заметила Ванесса, беря бутерброд — Есть то будешь, или тебе слишком плохо? Крискас тут же подсел к ней и взял один из рулетиков — Конечно, ты ещё спрашиваешь! И не смейся! Я, может, стресс заедаю! — проговорил он с набитым ртом. Какое-то время ели молча. Наконец, Ванесса нарушила тишину — Раз уж я тебя так травмировала... что насчёт небольшой компенсации? Крискас хотел что-то ответить, но не успел – Ванесса прижалась к нему и накрыла его губы своими. На секунду Крискас оторопело замер, а после ответил на поцелуй. Ни один не хотел отстраняться первым – но пришлось, когда кончился воздух. Они сидели, пытаясь отдышаться и глядя друг-другу в глаза — Знаешь... ради такой компенсации я готов позволить щекотать себя хоть каждый день... — Крискас сильнее притянул девушку к себе, руки скользнули на её талию, нежно поглаживая, а хвост уже собственнически обвился вокруг бедра... но Ванесса остановила Крискаса, накрыв его руки своими и слегка отстранившись. — Не надо. Не сейчас... — пробормотала она, отведя взгляд. Крискас замер, а затем всё же неохотно убрал руки. — Ла-адно, усёк... посидеть-то хоть рядом можем? – проворчал он. — Конечно можем — улыбнулась Ванесса. — Ну, это тоже неплохо! — Крискас лёг прямо на траву, глядя в вечернее небо, на котором уже проглядывали первые звёзды. Ванесса легла рядом и неуверенно коснулась его руки кончиками пальцев. Крискас тут же взял её руку в свою и легонько сжал, после чего принялся ласково поглаживать её ладонь. — Спасибо за этот пикник... тут так красиво.— прошептала Ванесса. Она протянула руку и осторожно коснулась лепестков растущего рядом синего цветка — Люблю васильки... простые, но на удивление изящные. А какие у тебя любимые цветы? — Угадай сама: сейчас рядом со мной, почти того же цвета, что и васильки, но светлее, также на букву "в" и тоже на удивление изящный. Есть предположения, цветочек? — Ой, ну я понятия не имею, о чём ты говоришь... — усмехнулась Ванесса. Вдруг Крискас повернулся и, обняв девушку, притянул к себе. — Расслабься, кроха. Ничего такого, о чём ты могла подумать, просто обнимашки. Впрочем, Ванесса, кажется, и не собиралась спорить. Она лежала, закрыв глаза, в объятиях Крискаса, чувствуя тепло его тела через тонкую ткань одежды... Пару часов спустя, когда Крискас остановил машину возле дома Ванессы и повернулся к девушке, то обнаружил, что она спит, откинувшись на сидение. Он потянулся было разбудить её, но остановился... Своих ключей от её дома у Крискаса, конечно, не было, так что он ловко нашарил их в сумочке Ванессы, стоявшей на сидении рядом с ней. И не надо говорить, что нехорошо рыться в чужих сумках – в конце-концов, будить такую милашку и вовсе бесчеловечно! Выудив ключи, он выскользнул из машины и открыл входную дверь, после чего вернулся и, отстегнув ремень безопасности, поднял Ванессу на руки. Она поморщилась и приоткрыла глаза — Что ты творишь? — сонно пробормотала девушка. — Спи давай, не порти романтическую атмосферу! — шикнул на неё Крискас, уже вошедший в дом. Однако от этих слов Ванесса лишь окончательно проснулась. — Крискас? Ты ничего не хочешь объяснить?! — возмутилась она, впрочем, не спеша вырываться. — Я просто не хотел тебя будить! Решил, что будет прикольно отнести тебя прямо в твою спальню... — Придурок... — проворчала Ванесса — Ладно уж, неси, куда нёс. Лишь когда Крискас донёс Ванессу до спальни и собирался прощаться, та задалась резонным вопросом — Подожди... а ты как вообще в мой дом вошёл? — Фокусники не раскрывают свои секреты, дорогуша! — Крискас театральным жестом выудил из кармана её ключи и бросил на кровать рядом с Ванессой. — Ладно, кроха, я пойду, спокойной ночи! — он не стал дожидаться комментариев и выскользнул за дверь.

***

Последующие дни словно слились воедино – они были вместе, остальное казалось неважным... Вот они сидят в кино и, поедая попкорн из одной коробки, обсуждают фильм, не обращая внимания на других зрителей... Переписываются по вечерам, закидывая друг-друга мемами и стикерами, юмор коротых понятен только им двоим. Или гуляют в парке – Ванесса в платье, которое ей подарил Крискас: алое, с пышным подолом и обтягивающим верхом. На улице тепло, почти жарко – оба едят мороженное, купленное в магазинчике неподалёку и Крискас шутит, что Ванесса в своём платье перещеголяет в яркости окраса любую местную белку, за что рискует получить (и получает) безболезненный, но всё же ощутимый подзатыльник (сугубо в воспитательных целях), после чего жалуется на несправедливость этого мира и Ванессы особенно...