Я думала, это будет обычный исекай

— Мне становится плохо от одной мысли о ней. Поверить не могу, что этот ребёнок притворяется милой, невинной и очаровывает герцога и герцогиню Людвиг... Это так подло. — Проблема в том, что эта хитрая девчонка околдовала также Клиффа и Киллиана. Учитывая, что Киллиан женился на Эдит, она, кажется, сдалась наполовину, но благодаря этому у Лизи больше шансов выйти замуж за Клиффа. — Ты с ума сошёл? Лейла разозлилась так, будто изо рта у неё сейчас вырвется огонь. — Это не решится, если ты будешь так злиться. — Ты хочешь сказать, что если я выйду за Киллиана, мне придётся относиться к ней как к начальнице! Я это ненавижу! — Вот почему я говорю, что Лизи — большая проблема, чем Эдит. К тому же, если Лизи станет женой Клиффа, нашей семье будет труднее стать близкими помощниками герцогской семьи. Возможно, это самое большое препятствие для тебя, чтобы выйти замуж за Киллиана. Глаза Лейлы на мгновение, казалось, остекленели. — Эта сука — грех уже тем, что родилась. И ты говоришь мне, что она станет следующей герцогиней Людвиг? Это смешно. — Так что, прежде чем ты займёшь место рядом с Киллианом, мы должны придумать, что делать с этой сукой. Брат и сестра Синклер на мгновение замолчали. Им нужно немедленно избавиться от Лизи, но они не собираются накладывать на неё руки, поскольку Лизи защищена Клиффом и герцогом Людвигом. Лейла, которая нервно постукивала рукой по подлокотнику дивана, внезапно остановилась и осторожно сказала: — Как насчёт использовать Эдит Ригельхофф? — Что ты имеешь в виду? Антон нахмурился и переспросил, но выражение лица Лейлы смягчилось лёгкой улыбкой. — Эдит, должно быть, тоже влюблена в Киллиана, потому что она так хвасталась им до их свадьбы. Если так, разве это не значит, что она тоже ненавидит Лизи? На это Дамиан тоже медленно кивнул головой. — Ну, нет женщины, которая не влюбилась бы в Киллиана. — Так что мы просто подтолкнём Эдит. Сделаем так, чтобы она возненавидела Лизи ещё больше. Если мы расставим ловушку, она позаботится об остальном. — Хм... Иногда у тебя тоже бывают хорошие идеи. — Я знаю. Если это связано с Киллианом, моя сестра тоже напрягает мозги! — Ты уже закончила говорить? Трое братьев и сестёр, похожих друг на друга, весело рассмеялись, прищурив похожие друг на друга глаза. Однако в этом смехе было коварное внутреннее чувство, и у ожидавших горничных, казалось, пробежал холодок по спине.

Это был день, который следовало бы назвать «испытательным сроком», но для меня он был как «каникулы». Я привыкла наряжать своих кукол, так что проводила свободное время, практикуясь в вышивке. — Эдит! — Мама. Какой сюрприз! Я уколола кончик пальца иглой, и выступила кровь, благодаря внезапному появлению Киллиана. — Киллиан! Ты забыл этикет — стучаться в дверь...! — Нашли документ, написанный твоим почерком! Ты хочешь сказать, что это я виноват? Он схватил меня за оба предплечья болезненной хваткой и встряхнул. — Ай! Больно, отпусти! — Мой отец вызовет тебя с минуты на минуту. Что ты собираешься ему объяснять? Он выглядел нетерпеливым и нервным. Не знаю, почему он поднимает шум, когда нашли доказательства, что я виновница. — Я собираюсь сказать: «Вы пытались подставить меня за то, чего я не делала. Зачем?» — Ты... с ума сошла? Или пытаешься насмехаться над герцогом Людвигом? Он смотрел на меня так, будто собирался съесть живьём, но, честно говоря, я знаю, что герцог не выгонит и не убьёт меня из-за этого инцидента. У меня ещё много времени, чтобы исчезнуть в этом мире. В оригинале всё это было делом Эдит, и доказательства были найдены, как и сейчас, но в конце концов герцог Людвиг это похоронит... Конечно, этим он сделал графу Ригельхоффу колкое предупреждение. — Прошу прощения, что прерываю. Но герцог зовёт мисс Эдит. Как будто оригинальной истории нужно было двигаться вперёд, Анна и рыцарь, которого я видела раньше, подошли ко мне. — Да. Пойдём. Я отбросила пяльцы в сторону и легко встала, но Киллиан всё ещё выглядел пугающе. — Выпрями лицо, Киллиан. Разве тебе не было бы приятно, если бы доказательства нашлись? Перед уходом я шутливо предложила сменить настроение, но Киллиан застыл и ушёл. Он немного разозлился. Я последовала за Анной и рыцарем в резиденцию герцога, где настроение было легче, чем в прошлый раз. Только Киллиан казался серьёзным. — Садись, Эдит. — Да, герцог. Когда я села, он положил передо мной «доказательство», о котором Киллиан говорил ранее. — Это список запросов на сделки, который торговец оружием получил от графа Ригельхоффа. Написан твоим почерком. Я вижу, как оригинал выставляет меня преступницей. Я взяла бумагу и посмотрела на неё. И с первого взгляда заметила, что кто-то подделал мой почерк. Таблицы тоже были нарисованы не так, как я их рисую. «Герцогиня или Лизи. Или кто-то, кто научился рисовать таблицы у герцогини, подделал мой почерк». Это было странно. Зачем этому человеку нужно было имитировать мой почерк, как будто он знал, что это будет обнаружено, и ему нужно было подставить меня как виновницу... В любом случае, вину должна была взять не я. — Кто-то скопировал мой почерк. Герцог и Клифф одновременно фыркнули. — Кто? — Это герцогу и остальным предстоит выяснить, кто это. — Эдит. Герцог произнёс моё имя голосом, в котором почти слышался смех. — Напротив, семья Ригельхофф понесла убытки на крупные суммы денег, так что, честно говоря, я не буду тебя наказывать. Я никогда так не скучала по криминалистике. В современности это даже не было бы проблемой в первую очередь... — Ваша Светлость. Это не вопрос наказания. Это касается моей чести. Не могли бы вы принести мне документы, которые я тогда организовала? Герцог, хотя и выглядел недовольным, передал документы того времени. Я развернула часть, где сама нарисовала таблицу, и сравнила её с «доказательством», представленным герцогом. — Для меня «таблица» — это концепция, позволяющая регулировать высоту или ширину квадрата в зависимости от объёма информации. Но когда я впервые объясняла это другим, все говорили, что это таблица с ячейками одинакового размера, как сетка. Тогда герцог тоже обнаружил, что нарисованная мной таблица немного отличается от таблицы в «доказательстве». — Я не рисую так грубо. Это означает, что это не что иное, как копирование меня кем-то, кто ещё не усвоил концепцию «таблицы». — ...Или, может, ты нарисовала это так нарочно. — Зачем? Я бы вообще не стала писать это своим почерком, если бы готовилась к тому, что меня поймают. Вы смотрели на меня как на дуру с прошлого раза, не так ли? Я громко рассмеялась, потому что это было так абсурдно. — И если присмотреться, можно заметить, что почерк немного отличается. Я, наверное, не использовала заглавную Q во всём этом документе. «Заглавная Q, написанная в „Доказательстве“, была написана аристократкой одной плавной линией, какую могла бы использовать леди». Но я не пишу Q так. — Я попрошу Анну принести мой дневник. В моём дневнике, вероятно, есть Q. Герцог дал мне разрешение, и Анна принесла мой дневник. Это не была великая история, иногда я много писала, потому что была эмоционально нездорова, так что я прятала его от герцога и остальных, пока искала Q. — О, вот она. Я пишу Q вот так. Глаза всех расширились при виде совершенно другого почерка, не похожего на Q, использованную в «Доказательстве», где кружок был нарисован первым, а палочка — второй. Киллиан, в частности, казалось, был удивлён настолько, что взял мой дневник и посмотрел внимательнее. — Видите? Это документ, который кто-то подделал, чтобы подставить меня. Герцог должен поймать эту крысу. — Хммм...! На первый взгляд, герцог, казалось, соглашался со мной. В то же время кто-то постучал в дверь герцога. — Герцог, это я, Лизи. Казалось, Лизи не знала, что здесь проходит «суд». Я ожидала, что герцог скажет ей уйти или прийти позже. — Ты здесь. Входи. — Прошу прощения. Ах! Я вам случайно не помешала? Увидев серьёзную атмосферу, Лизи широко раскрыла глаза, будто удивилась, но, интересно, удивилась ли она больше меня? «Что за чёрт, почему вы впускаете Лизи в комнату?» Тогда я осознала очевидный факт, который полностью забыла. «Ах, точно. Лизи раскрывает преступление Эдит, кстати!» Видимо, пришло время главной героине вмешаться. — Нет. Я позвал тебя, потому что хотел кое-что спросить. — Да, герцог. Лизи посмотрела на герцога нервным и широко раскрытым взглядом. — Лизи. Прошло уже четыре года, как ты помогаешь Джослин с её работой, верно? — Да. Уже так много времени. — Понятно. В прошлый раз Эдит рассказала тебе, как организовывать содержимое в таблице, верно? — Да! Это очень эффективный способ, герцогиня была довольна. — Кто знает, как это делать? Лизи, казалось, задумалась на мгновение, а потом ответила ясным голосом: — Эдит объяснила это герцогине и мне, но я не очень поняла. Герцогиня, кажется, поняла, но она пока не очень хорошо это пишет, потому что это отличается от формата, который она использовала до сих пор. Так что мы пока не очень хорошо это используем. — Кроме этого? — Мне нужно спросить, учила ли герцогиня своего помощника. Клифф, Киллиан, вы, вероятно, слышали об этом от герцогини. Я не очень понимаю концепцию, поэтому никогда не пыталась объяснять это кому-то. Холодный взгляд герцога снова обратился ко мне.