Защитник Сладкой улицы

— Это будет грандиозно, КэтНап! — Лили стояла на стремянке, обматывая весь фасад дома гирляндами в виде сахарных сердечек.

— Наш домик увидят даже с окраин города!

Я сидел внизу, придерживая лапой край лестницы (хотя Лили думала, что я просто играю с её кроссовками).

Проблема была в том, что Сладкая улица питалась от старых подстанций Poppy Playtime, которые едва дышали. Как только Лили воткнула вилку в розетку, по дому прошел зловещий гул.

— Ой! — Лили расстроилась, когда гирлянды вспыхнули на секунду и погасли.

— Наверное, пробки выбило. Как же так? Праздник начнется через час!

Она побежала в подвал искать щиток, а я остался в гостиной.

Я чувствовал запах паленой изоляции.

Моя внутренняя сущность эксперимента имела одну особенность: во мне было достаточно биоэлектричества, чтобы поддерживать работу целого цеха.

Но как передать ток в сеть, не превратившись в уголек и не раскрыв себя?

Когда Лили скрылась в подвале, я принял свою среднюю форму — уже не котенок, но еще не гигант.

Я вытянул хвост и аккуратно вставил кончик в щель розетки.

З-з-з-зт!

Моя фиолетовая шерсть встала дыбом, а глаза на мгновение вспыхнули ярко-голубым.

Я сцепил зубы, направляя энергию своего реактора в сеть дома.

Снаружи раздался восторженный крик Лили из подвального окошка:

— Заработало! О боже, они горят! Само починилось!

Весь Кукольный Домик засиял так, что его, наверное, было видно из космоса.

Гирлянды пульсировали в такт моему сердцебиению.

Но была одна проблема: пока шел фестиваль, я не мог пошевелиться.

Я сидел, приклеенный хвостом к розетке, с выпученными глазами и искрящимися усами.

В этот момент в окно заглянул ДогДэй, который проходил мимо.

Он увидел меня — светящегося, дергающегося и подключенного к сети.

— КэтНап? — прошептал он через стекло.

— Ты теперь... лампа? Ты подрабатываешь торшером?

— У-у-у-уходи... — прошипел я сквозь зубы, пока через меня проходило триста вольт.

— Я... я... создаю атмосферу!Лили вбежала в комнату, сияя от счастья:

— Смотри, КэтНап! Всё сияет! И ты... ой, ты какой-то наэлектризованный! Наверное, это от радости!

Она схватила расческу и провела по моей спине. 

БА-БАХ! 

Между нами проскочила такая искра, что у Лили на голове волосы встали пушистым нимбом, а у меня на секунду включился встроенный в грудь динамик, проиграв начало колыбельной.

— Какое чудо! — восхитилась она.

— Ты даже музыку умеешь играть!

Эту ночь я запомню надолго.

Я был самым ярким котом на Сладкой улице, в прямом смысле этого слова.

А когда фестиваль закончился и я наконец вытащил хвост из розетки, моя шерсть еще два часа светилась в темноте, и я не мог подойти к металлическим предметам, чтобы меня не примагнитило.