Спасибо…Наверное

В лицо тычется что-то очень пушистое, очень настырное и очень громкое. Именно столько «очень». Потому иначе не передать эту наглость. Мяу. Эррор открывает глаза. Перед ним — силуэт трёхцветной кошки. Она тычется лапами ему в грудь, упорно стараясь разбудить. Ещё немного — и она помрёт с голоду. Или сделает вид, что умирает. Протирает сонные глаза, подхватывает кошку на руки и садится. Глаза привыкают к свету, и он тянется за очками, лежащими на тумбе. Красная оправа садится на переносицу, и Эррор полноценно видит свою комнату. Комнату заливает вечернее солнце, создавая на чёрном золотое тепло. Осмотревшись ещё раз, подмечает: пора бы убраться. — Муррр. — Да, да, встаю. Проведя пару раз по шёлковистой шёрстке любимца, Эррор отпускает её на пол, надевает тапочки и направляется на кухню. Подхватывает телефон с тумбочки — пора проверить, что там за сутки случилось в мире. Его квартира не была большой. Комфортная и уютная студия. И точно такая же кухня. Хотя Риперу она не нравилась, и он не упускал возможности поворчать на скромность друга, на что получал грубое: «Мне нравится». Всё необходимое для выживания у него было. А особенно кофемашина, стол и пара стульев. Именно пара. Больше ему и не нужно. В его квартире бывает только он и Рипер. Насыпав корма, сладостей и воды, Эррор с чувством выполненного долга — хотя Мурка уже давно заклеймила своего хозяина «безответственный» — сел за стол в ожидании кофе, проверяя телефон. В соцсетях одна хуйня: новости, погромы, драки, треш, политика, милые котики и какая-то хрень. Ничего нового, но бывает забавно. Сообщение от заказчика: всё работает отлично. Это уже другой. Эррор работает. Много работает. Почему-то эта мысль вызвала только усталость. Кажется, слишком много работает. Продолжая смотреть, он решается на самое страшное — открыть личку с другом. И там понеслось. Чат с Рипером был похож на склад из всякого дерьма. Поток сообщений, фоток и странных стикеров. Он буквально мог описать и рассказать, как сходил в туалет. Но это всё же вызывало тепло в груди. Было в этом что-то родное. Рипер — единственный друг, брат, близкий человек. Поэтому, несмотря на все выходки Рипера, Эррор старался быть если уж не хорошим, то нормальным другом. Конечно, это не уберегало его от активности и слишком длинного носа Рипа, но тот прекрасно знал границы и умел остановиться, дать время и пространство. Исчезая из жизни Эррора, оставался лишь напоминанием в чате: «Я тут, чувак, и я жду тебя. Мы всё так же друзья, и меня заваливают работой по твоей области. Возможно, я умру». Но, несмотря на такое ребяческое поведение, Рипер был серьёзным и деловым человеком. Именно он помог Эррору добиться того, что он сейчас имеет. Его девиз: «Человек может быть полезен, он просто ещё не знает в чём». И он был в этом чертовски прав. По крайней мере те, с кем он работал, были именно такими людьми. Эта черта и умение найти подход помогли ему стать тем, кто он есть. И Эррор действительно считал, что ему повезло встретить Рипера. Когда он был ещё совсем мальчишкой — с такими-то навыками, что мог послать только нахуй — был обречён на голодную смерть. Но судьба — странная женщина и свела их вместе. Так, несмотря на всё раздражение, которое вызывал Рипер, звоня в чёртову рань, заваливаясь к нему домой, Эррор был ему благодарен. И, возможно, даже дорожил и ценил его. Но Риперу никогда в этом не признается. То, что он это принял, уже чудо. Ему слишком неловко, стыдно, да и нахер нужно. Он просто слишком сентиментальный с утра, и плевать, что уже вечер. Он устал с ночи, и ему нужно отойти от этого дерьма, а он не может. Вот и разнылся тут о братских чувствах. «живой_-_» Коротко отвечает на все сообщения, с минуту думая, и добавляет второе. «похож на придурка» Да, он читал всё, что Рип пишет. Да, он не говорил этого, но ему было приятно, что о нём не забывают. Но это всё мелочи. Выключая телефон и смотря на довольную кошку, Эррор осознаёт, что сам ел где-то вчера и даже не помнит что. А кофе не заполнит дыру надолго. А ещё он понимает, что у него нет сигарет и что последнюю он вчера взял и можно сказать выкинул. И стоило этому мальчишке заикнуться о запахе. Подумаешь, резкий. Да вот Эррор почему-то решил выкинуть. Нахуя? Не понятно. Как бы ни было, в магазин идти надо. Его запах не смущал, а дозу никотина получить нужно. --- Эррору нравилось на улице. Да, нравилось, но с некоторыми «но»: когда это был вечер или ночь и когда людей на один квадратный километр — один, максимум два. И может, это дело выходного дня, когда все гуляют и поют, а не шляются, но это был именно тот день, когда его «но» были учтены в идеальной форме. Правда, был ли это выходной, он не знал. Возможно, за то время, что он спал, на земле произошла катастрофа и всё человечество вымерло — или его большая часть, а он остался в живых. Опять, по велению его подруги Вселенной, чтобы помучился подольше. Окидывая взглядом улицу, невольно останавливает глаза на дорожке, ведущей в парк. Пару непонятных мыслей врываются в голову: «Может, он там? Пойти проверить?» — но быстро гасятся хозяином. Что угодно, но сегодня он хотел бы провести вечер в тишине и покое, желательно сытым и без лишних нервов. И курс был изменён обратно на магазин. Магазин у дома, в который он ходил в самом разном состоянии: и при параде, и заёбанный, и с Рипером. Но чаще, конечно, заёбанный. Пару раз он думал о том, что им пора бы стать круглосуточным, но, похоже, из всех, кто живёт в этом районе, манией к ночным прогулкам обладал только он. Точнее, он и Клякса — не с особым удовольствием, но поправил он сам себя. Так что приходится мириться с тем, что его любимый магазинчик у дома работает до десяти. Помещение встречает его лёгкой прохладой, что хорошо контрастирует с жарким воздухом улицы. Пробегая взглядом и довольно замечая, что и здесь пусто, Эррор продвигается вглубь, особо не думая, куда идёт — слишком хорошо знает. Ему нужны кола, лук, божественный шоколад и сигареты. Так, отдел за отделом, он собирает всё необходимое, вспоминая, надо ли ему ещё что-то, и идёт к кассе. Его встречает продавец. С румянцем на щеках и детской припухлостью, крашенные в голубоватый цвет волосы — под стать глазам, немного небрежно и велико сидящая униформа, под которой скрыта обычная одежда. Улыбается всё так же ярко, радостно приветствует, начинает пробивать покупки и параллельно предлагает Эррору попробовать новый вид шоколада, который им завезли недавно, слыша в ответ короткое «давай». Этот мальчонка был приветливым и дружелюбным. Любил поговорить и подарить свою улыбку каждому. Настолько, что не был замечен ни в одном скандале или ссоре. Эррор не особо верил в «хорошесть» других людей. И всегда относился к продавцу с неким подозрением и даже раздражением. Когда очередной пьяный мудак решал поскандалить, а этот спокойно с ним разговаривал, Эррор не верил, что это возможно. Он бы въебал. И сразу. И всё же даже Эррор стал отвечать. Да, Эррор не такой мудак, чтобы игнорировать или грубить другим без причины… наверное. Нет, ладно, он был мудаком, но воспитанным. А ещё ему казалось, что он выглядит как «депрессивный бой», и парень решил поддерживать Эррора. Даже вон — про шоколад запомнил. И от этого почему-то становилось мерзко. Блять. Что ещё люди нахуй о нём думают? Ещё он осознал, что сегодня слишком много думает о других. И это ему не нравится. Точнее, ему не нравится причина этого. Забрав свои покупки и ответив сухим «до свидания» на радостное «Приходите к нам ещё, хорошего вам дня!» — и Эррор готов поклясться — продавец за его спиной подскочил и помахал рукой, когда он уходил. На выходе Эррор закуривает сигарету — долгожданную и такую нужную — вмиг расслабляясь и наконец отпуская мысль о несносном белобрысом парнишке. Но лишь на пару минут. Отчего нервно и раздражённо делает шаг вперёд, собираясь пойти домой. Но ноги предательски делают разворот. Эррору остаётся лишь обречённо выдохнуть и сжать челюсть сильнее, надеясь, что его сила воли позволит ему не нагрубить первому попавшемуся человеку. Да, он не отпустил это желание. Да, он не смог его подавить. И да, он уже сидел прямо на той самой скамье, смотря прямо на то небо, которое ночью смотрело на двоих, а сейчас будто смеётся над одиночеством парня. В руках оказывается ещё одна сигарета. Здесь уже людей побольше. Похоже, эта часть населения пытается вести здоровый образ жизни. Эррор, кстати, тоже его ведёт. Вот. Сидит же в парке, дышит свежим воздухом. Раздражение вываливается новой силой. Что он вообще, блять, делает и на что рассчитывал? Что Клякса будет здесь? А если бы был, он что, снова бы сказал что-то максимально тупое? Рука устало проходит по волосам, зачёсывая их назад, открывая взгляду полное небо. Он делает ещё одну затяжку. И голова подозрительно становится пустой. — Действительно красиво, — говорит тихо, непонятно даже кому и зачем. Но он знает одно. Этот парнишка-художник его заинтересовал. Он знал и видел много людей. Сумел изучить натуру каждого из них: доброго, злого, лицемерного и преданного. Героя, скрывающегося за маской злодея, или, наоборот, тварь, скрытую за личиной ангела. Наивных или жестоких, жадных, щедрых. Все разные, но все до жути понятные. У каждого есть мотив, и он почти всегда один и тот же. Ты поговори с ними раз-другой — и станет понятно. Он поэтому и стал отвечать продавцу. Он мог не доверять, но слишком знал этот невинный щенячий взгляд, который дерьма не ел и других не кормил. Но Клякса не подходил ни к одному из известных ему критериев. Он был исключением. А это крайне раздражало. Он ненавидит, когда всё работает не так, как он привык. И если код можно переписать, то с людьми сложнее. И сложнее из-за чёртова интереса. Мальчик был по всем меркам странный. Увидеть Эррора в ярости в той ситуации кажется менее жутким, чем абсолютно кукольное лицо, ничего не выражающее и смотрящее на разбитую голову как на что-то незначительное. Только и Эррор был не совсем адекватный. Раз вместо того чтобы перестать искать встречи с потенциальным мальчиком-психопатом, он заинтересовался. Но для него взгляд этих глаз отдавал другим. Он видел в них маленького человека в огромном мире, а в его руках — ведро с дырявым дном. Лей хоть всю жизнь — вода будет лишь оставлять мокрый след на стенках. И только эти мокрые крохи делали его живым. Да живым настолько, что любой другой с адекватным ведомом не сравнится. В этом он был уверен. Поэтому мысль о том, что Клякса — ходячий труп, тоже была обречена на провал. Хотя был бы неплохой сюжет для ужастика. Может, он болеет чем? Эррор не врач и не особо знает, возможно ли такое, так что думать тут особо нечего. Единственное — он ставит себе галочку, что может поискать что-то в интернете. И надеяться, что, найдя ответ, тот наконец покинет его голову раз и навсегда. Иначе в карточке психотерапевта будет стоять новый диагноз. Выдыхая очередную порцию дыма, он посидел ещё минуту. Докурил и встал. А скамейка опустела. Оставшись одинокой в этом вечернем парке. Эррор сунул руки в карманы и пошёл домой. Не оборачиваясь. Надеясь больше никогда сюда не возвращаться.