Лед и Пламя

Пляж Копакабана днем напоминал раскаленный муравейник, живущий по законам ритма и солнца. Тэхён, облаченный в легкую белую накидку и широкополую шляпу, чувствовал себя здесь как засланный агент с другой планеты. Он старательно мазал нос солнцезащитным кремом, пока Чимин, уже успевший купить себе ярко-желтые шорты, пытался договориться с торговцем кокосами. — Тэ, он хочет за этот кокос столько, будто внутри не вода, а жидкое золото! — возмущался Чимин, размахивая руками. — Monsieur, c'est trop cher!  — перешел он на французский от избытка чувств. Торговец только весело хохотал, похлопывая Чимина по плечу и называя его «amigo». — Чимин, он тебя не понимает, — вздохнул Тэхён, поправляя очки. — Просто отдай ему эти реалы, и пойдем в тень. У меня уже такое чувство, что я начинаю поджариваться. — Вы, корейцы, слишком серьезно относитесь к защите от солнца, — раздался за спиной до боли знакомый низкий голос с ленивой хрипотцой. Тэхён замер. Он медленно обернулся и чуть не выронил тюбик с кремом.  Прямо за ними стоял Чонгук. И если в клубе он выглядел опасным, то здесь, на пляже, он был просто катастрофой. На нем были только низко сидящие плавки-шорты, открывающие вид на идеально проработанный пресс и зататуированную руку, узоры на которой теперь можно было рассмотреть в деталях — от кисти до самого плеча. Мокрые волосы были зачесаны назад, а капли воды стекали по его смуглой коже, задерживаясь на пирсинге в пупке, который Тэхён заметил только сейчас. Рядом стоял Юнги, выглядящий на удивление органично в простых черных шортах и солнцезащитных очках. Он держал в руках два холодных кокоса, которые только что купил у того самого торговца — причем явно по нормальной цене. — Olha só para você, todo branquinho... dá até vontade de passar a mão para ver se é de verdade, — промурлыкал Чонгук на португальском, не сводя глаз с ключиц Тэхёна, видневшихся в вырезе накидки. Тэхён почувствовал, как щеки вспыхнули сильнее, чем от солнца. — Я же просил не ходить за нами, — Тэхён попытался придать голосу твердость, но вышло как-то неуверенно. — Я не хожу за тобой, снежинка, — Чонгук сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Тэхёна. От него пахло солью, океаном и чем-то мускусным. — Я здесь живу. Это мой пляж. Мой океан. И, кажется, — он наклонился к самому лицу Тэхёна, обдавая его жаром своего тела, — мое новое любимое развлечение. Чонгук бесцеремонно выхватил из рук Тэхёна тюбик с кремом. — Deixa que eu te ajudo. Você esqueceu de passar nas costas, beijinho de neve. Não queremos que você queime... pelo menos não pelo sol, — он подмигнул, и в этом жесте было столько неприкрытого, пошловатого подтекста, что Тэхён на мгновение забыл, как дышать. — Верните! — Тэхён потянулся за кремом, но Чонгук, будучи намного выше и крепче, просто поднял руку вверх, заставляя Тэхёна чуть ли не прижаться к своему голому торсу в попытке забрать вещь. Тем временем Юнги протянул один из кокосов Чимину. — Пей, Щербет. А то у тебя лицо уже такого же цвета, как твои волосы. Перегреешься — начнешь бредить еще и на испанском. Чимин выхватил кокос, сверкнув глазами. — Я не перегреюсь! И я не Щербет! Почему вы такие... такие беспардонные? Вы всегда так пристаете к туристам? Юнги приподнял бровь, глядя на Чимина поверх очков. — Нет. Только к тем, кто слишком громко возмущается на французском в Бразилии. Это интригует.  — Интригует? — Чимин фыркнул, отпивая из трубочки. — Да вы просто... просто невыносимы. — Зато я знаю, где здесь готовят лучший асай, — спокойно парировал Юнги. — И там есть кондиционер. Чимин на секунду замялся. Идея с кондиционером в сорокаградусную жару звучала как божественное откровение. А в это время Чонгук уже вовсю хозяйничал. Он обошел Тэхёна со спины, и прежде чем тот успел среагировать, выдавил порцию крема на ладонь и коснулся лопаток парня. Его пальцы были горячими, а прикосновения — наглыми и собственническими. — Sua pele é tão macia... parece seda, — выдохнул Чонгук на португальском прямо в затылок Тэхёну. — Ты весь дрожишь. Тебе холодно под этим солнцем? Или это я так на тебя действую? Тэхён резко развернулся, вырываясь из-под его рук. Его глаза в лучах солнца казались неестественно яркими, а пепельные волосы растрепал морской бриз. — Хватит. Я не знаю, что вы себе вообразили, мистер Чон, но я не один из ваших местных фанатов. Я здесь на каникулах с другом, и ваше внимание мне неприятно. Чонгук замер, его рука с кремом застыла в воздухе. Он медленно облизнул губу, задев кольцо, и его взгляд из игривого на секунду стал пугающе темным. Хищник почуял сопротивление, и это явно подстегнуло его интерес. — Неприятно? — Чонгук перешел на английский, сделав голос обманчиво мягким. — Тогда почему твоё сердце стучит так громко, что я слышу его даже сквозь шум прибоя? Тэхён прижал руку к груди, будто пытаясь скрыть этот предательский звук. — Это от жары. Чимин, мы уходим! — Опять бежишь? — Чонгук усмехнулся, бросая тюбик с кремом прямо в сумку Тэхёна, которая висела у того на плече. — Corre, anjinho. Mas lembre-se: eu conheço cada grão de areia desse Rio. Você não tem para onde ir.  Тэхён схватил Чимина за локоть и буквально потащил в сторону отеля.  Юнги посмотрел им вслед, затем перевел взгляд на Чонгука, который стоял с абсолютно довольным видом, вытирая остатки крема со своих пальцев. — Ты его напугал, идиот, — констатировал Юнги. — Напугал? Нет, Юн, — Чонгук улыбнулся, и эта улыбка была предвестником настоящей бури. — Я его раздразнил. Ты видел его глаза? Он хочет ударить меня и поцеловать одновременно. Это будет лучшая охота в моей жизни. — Надеюсь, ты не забыл, что у нас через час встреча с таможней, — напомнил Юнги, разворачиваясь. — Забудешь тут... — проворчал Чонгук, но тут же добавил на португальском: — Mas aquele loirinho... ele vai ser meu. Custe o que custar. *** Вернувшись в номер, Тэхён сразу залез в душ, пытаясь смыть с себя ощущение горячих пальцев Чонгука на своей коже. Он стоял под струями воды и думал о том, что этот город действительно оправдывает свое название. Рио был жарким. Но Чон Чонгук был обжигающим. — Тэ! — крикнул Чимин из комнаты. — Я тут посмотрел в интернете... Оказывается, Чонгук и Юнги — не просто бизнесмены. Они владеют сетью клубов и какими-то охранными фирмами. В Рио их называют «Хозяевами Ночи». Тэхён закрыл глаза. «Хозяева Ночи».  — Мне плевать, Чимин. Пусть они владеют хоть всей планетой. Мы просто доживем эти две недели и улетим. Но где-то глубоко внутри Тэхён уже понимал: просто «дожить» у него не получится. Рио уже запустил в него свои когти. *** После инцидента на пляже Тэхён и Чимин старались держаться подальше от «опасных» районов и уж тем более избегали любых клубов. Дни проходили в более спокойном режиме: музеи, прогулки по ботаническому саду, поездки на остров Пакета, где не было машин, а только повозки и покой. Тэхён пытался убедить себя, что избегая Чонгука, он сможет забыть о его наглой улыбке и горячих пальцах. Но образ бразильца, его темные глаза и этот дьявольский смех, упорно всплывали в самые неожиданные моменты. Чимин, хоть и жаловался на «скуку», тоже стал осторожнее. Однако его веселое любопытство никуда не делось. Однажды, когда они сидели в маленьком придорожном кафе, в соседнем столике он заметил Юнги. Тот сидел один, сосредоточенно глядя в ноутбук, и потягивал кофе. — Тэ, смотри, — шепнул Чимин, толкая друга локтем. — Наш ледяной принц. Он, кажется, не в настроении «добиваться». Тэхён поднял глаза и вздрогнул. Действительно, Юнги. Он выглядел как вырезанный из камня — никакого лишнего движения, только сосредоточенность. Чимин, не удержавшись, махнул ему рукой. Юнги поднял взгляд, и его карие глаза равнодушно скользнули по ним, прежде чем он снова вернулся к экрану. — Он нас игнорирует? — возмутился Чимин. — Ну и отлично! Так и должно быть. *** Вечер выдался прохладным, с накрапывающим дождем, редким для Рио. Они гуляли по узким улочкам Лапы, где старые дома с балконами, увитыми цветами, создавали особую, почти интимную атмосферу. Из какого-то открытого бара доносились звуки зажигательного танго. — Тэ, давай зайдем! — Чимин, несмотря на усталость, был полон энтузиазма. — Там так весело! Тэхён заколебался. Он не хотел снова нарваться на Чонгука. Но что-то в этой музыке, в запахе влажного асфальта и кофе, манила его. Они зашли. Бар был небольшой, но переполненный. Пары танцевали танго — страстное, чувственное, полное невысказанных эмоций. Тэхён стоял у стены, зачарованный. Он чувствовал, как его сердце снова начинает отбивать совершенно иной ритм. В этот момент его взгляд встретился с темными глазами. Чон Чонгук. Он сидел в углу, в тени, с бокалом в руке. Его татуированная рука покоилась на столе, а пирсинг в губе чуть поблескивал. Рядом с ним был Юнги, который что-то спокойно ему объяснял. Чонгук улыбнулся. Это была медленная, хищная улыбка, которая говорила: «Я тебя нашёл». Он поднял бокал, словно предлагая тост. Тэхён почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он резко отвернулся, пытаясь затеряться в толпе. — Ah, meu boneco de porcelana... não se esconda, — прошептал Чонгук на португальском, его голос был достаточно громким, чтобы Тэхён, даже не понимая слов, почувствовал, что они адресованы ему. — O show ainda não acabou.  В баре вдруг заиграла более медленная, более чувственная мелодия. Одна из танцующих пар буквально растворилась в музыке, их тела двигались в абсолютной гармонии. Чонгук встал и медленно направился к Тэхёну. Его движения были грациозными, но в них чувствовалась огромная, скрытая сила. Он подошел совсем близко, так что Тэхён ощутил жар его тела. — Dançamos?— спросил Чонгук, протягивая руку. Его глаза сверкали вызовом. Тэхён покачал головой. — Я не танцую.  Чонгук усмехнулся, облизнув губу. — Isso não é um problema. Eu te ensino.  — Он взял Тэхёна за запястье, его пальцы были горячими и крепкими. — Em Rio, todo mundo dança. E com um parceiro como eu, você vai sentir o ritmo até na alma. Тэхён попытался вырвать руку, но Чонгук держал крепко. Он буквально потащил Тэхёна в центр зала, игнорируя его сопротивление. — Отпустите меня! — Тэхён пытался говорить по-английски, но Чонгук лишь покачал головой, улыбаясь. — Não, meu doce. Hoje, você é meu. Чонгук поставил его в танцевальную позицию. Его татуированная рука легла на спину Тэхёна, а другая сжала его ладонь. Тэхён чувствовал его мышцы, его дыхание, его запах. Он был так близко, что Тэхён видел отражение своих голубых глаз в темных зрачках Чонгука. — Relaxe, — прошептал Чонгук ему на ухо, и Тэхён почувствовал, как мурашки побежали по коже. — Deixe a música te levar. Он начал вести. Тэхён был совершенно неуклюж, спотыкался, но Чонгук держал его крепко, направляя каждое движение. Это было не просто танго — это была борьба, флирт, вызов. Чонгук прижимал его так близко, что Тэхён чувствовал каждый изгиб его тела. Чимин, стоявший у бара, наблюдал за этой сценой с открытым ртом. — Он что, издевается над моим другом? — возмущенно пробормотал он. Юнги, который уже подошел к бару и заказал себе еще один виски, невозмутимо ответил: — Он его учит. В Рио танго — это не просто танец. Это разговор. — Мне не нравится этот разговор, — фыркнул Чимин. — Потому что ты не понимаешь португальский, — Юнги отпил виски. — И, кажется, не понимаешь Чонгука. В этот момент Чонгук сделал резкий поворот, и Тэхён споткнулся, чуть не упав. Чонгук подхватил его, прижав к себе еще крепче. — Você é teimoso, não é? — прошептал Чонгук, и в его голосе прозвучало восхищение. — Mas eu adoro que me desafiem. Тэхён уперся ладонями в его грудь. — Отпустите меня. Я не хочу танцевать. — Eu não te perguntei o que você quer, eu te disse o que vamos fazer, — Чонгук улыбнулся. Он наклонился еще ближе, так что их носы почти соприкоснулись. — Seus lábios parecem um morango maduro... Тэхён резко оттолкнул его, изо всех сил, на которые был способен. Чонгук не ожидал такой силы и отступил на шаг. — Я сказал: нет! — Тэхён тяжело дышал. — И я не твоя игрушка! — Calma, bichinho.  — Чонгук снова улыбнулся, но уже с легкой угрозой в глазах. — Você não pode fugir de mim para sempre.  Тэхён, пошатываясь, быстро подошел к Чимину. — Уходим! Сейчас же! На улице, под моросящим дождем, Тэхён чувствовал себя опустошенным. Он был зол на Чонгука, зол на себя, зол на этот город, который оказался таким... всепоглощающим. — Он ненормальный! — воскликнул Чимин. — Он не понимает слова «нет»! — Он прекрасно всё понимает, — прошептал Тэхён. — Он просто не принимает. Юнги, стоявший у входа в бар, наблюдал за тем, как парни уходят. Он повернулся к Чонгуку, который стоял с легкой улыбкой на лице. — Ты его доведешь до сердечного приступа, Чон. — Não. Eu vou fazê-lo se apaixonar, — Чонгук поправил пирсинг. — Ele só precisa de um pouco mais de sol.  Он сделал глоток из своего бокала, и его взгляд был полон предвкушения. Игра только начиналась. И Чонгук был намерен получить свой приз.