Там, в будущем: я буду с тобой, Джон.

​«Неужели всё закончится… так? Точно так, как всё начиналось: когда мы с тобой познакомились, приятель… Неужели меня и вправду не будет в будущем? Линч… Меня не будет рядом с тобой? Я стану тварью, подобной тем, с которыми мы В̪мͅес͒те… Вместе сражались бок о бок?» — Мысли не давали писателю покоя, убивали его, надоедливо кружась в голове, не останавливались, пока на фоне Егор, словно белый шум, пытался его поддержать. Хотя по большей части ругал за то, что Джон ничего не рассказал своему лучшему другу о том, что в будущем его, возможно, н͝ ̼е͝ ст͊анет. Защитный механизм. — Ну почему ты молчал? Молчал два, мать его, года! Мы бы что-нибудь придумали! И сейчас придумаем! Просто убьем нулевого вампира, а потом… Всё будет нормально, я не допущу т͋воей ги͝б͜е̔лͅи̶ ͍. ​На плечах и спине Джона почувствовалось лёгкое тепло рук Линча. Часть звуков и мыслей пропадала в пустоте, как нежеланный глюк системы. Джон был уверен, что его не спасти, но Егор должен жить: парень оттолкнул его на пол, а затем почесал место на шее, на котором алыми синяками пробивался укус вампира. Жжëтся. — Вот поэтому я ничего тебе не сказал! — уже безразличным, но громким голосом взвыл Джон. — Ты как услышал — сразу начал паниковать. Не давал бы мне покоя, лез с заботой, хотя она самому тебе нужна. Ты не ел и не спал сутками, неделями. Фиолетовая земля, Лэмбтон… Я не мог позволить тебе волноваться ещё и за м… — резко заболела челюсть. Писатель взвыл от боли. Клыки сочились наружу, раздался звон в ушах. Отчётливо было слышно биение сердца… В животе Джона будто скребло когтями непрошеное существо, не человек. А Джон человек? Если да, тогда почему животный голод так навязчив? — Джон? Ты… чего? — Линч аккуратно встал, отряхнулся и подошёл ближе, протянув руку к лицу приятеля, чтобы посмотреть на его состояние. ​Белые матовые очки упали на кафель, после чего раздалось эхо от разбитого стекла. Голова первого, не нулевого вампира быстро поднялась вверх. Жалкие красные глаза посмотрели прямо в душу журналиста, моля его немедленно убираться отсюда, но через мгновение взгляд стал пустым. Из спины писателя медленно, прерывисто прорастали неопрятные и грязные крылья, подобные крыльям летучих мышей. ​Линч достал из кармана друга револьвер с серебряными пулями на случай, если он нападёт. Конечно, Егор не стал бы убивать своего… напарника? Но ранить для самообороны, например в крыло, было можно. Всё же эта часть уйдёт из Джона вместе с его внутренним монстром, когда он оправится. Журналист отошёл в сторону, опустив руку с револьвером в надежде на лучшее. ​Тихий стон вместе с рëвом вырывались из уст Джона вместе с кровью. Глаза зажмурены. Он схватился за голову и пытался как-то убедить самого себя: «Не превращайся, терпи! Ты же не навредишь дорогому человеку, так? Не смей, ты же…» Мысли резко прервались, руки медленно опустились. Егор сделал шаг вперёд. «ГОЛОД» — беспрерывно ворчало в голове. ​Вампир озлобленно рванул вперёд, обнажив клыки. Вместе с Линчем они упали на пол. Тот лишь пытался отстранить монстра от себя, не идя в наступление. — Нет… Нет-нет-нет, приятель… — Линч всё так же сопротивлялся, не решаясь атаковать своего друга. ​Вдруг он вспомнил про револьвер. Рука поднялась и направила прицел на левое крыло твари. От Джона осталось лишь тело. Вампиру, в свою очередь, не сильно понравился такой жест. Лапа с неестественно выросшими после мутации когтями ударила по руке Егора в момент, когда тот нажал на курок. ​Тело бывшего товарища тяжело упало на Линча. Простреленное сердце непрерывно извергало красную густую жидкость. Пушка со звоном упала, глаза журналиста расширились, дыхание замерло. Теперь сопротивление не требовалось. — Что? — единственное, что было слышно в самой громкой тишине на свете, пока Линч лежал на полу морга. ​Вдруг раздался рингтон телефона. Капля крови упала на кнопку принятия вызова — это был Винс. — Алло, Егор! Я нашел его, я нашёл ту мразь! И убил её. Какая же славная у Джона в багажнике пушечка была! Городу ничего не угрожает, Джованни не обратится. Алло! Где Джон? Он в порядке? Ему стало лучше? Он не отвечает на звонки. Линч! Ли-инч… ​Но Линч молчал. В ушах тишина, а слова Винсента просочились как глухое эхо. Ненужное, гнусное эхо. «Нужно было лишь тянуть время. Как ме̇рӟќо́. Мерзко. Мерзко. Мерзко. Я. Убил. Джона. Нужно было лишь время. ВͅР͛ЕМЯ̐. Будущего не будет». ​«Там, в будущем: тебя нет, Джͅо н̉». ​Мёртвое тело зашевелилось, но не от жизни. Крылья, словно хрупкие ветви, оторвались, а на их месте остались только глубокие дыры. Клыки вросли в челюсть. Мыслей о голоде больше не было. Мыслей больше не было. Джона больше не было. ​Т͜а м͘, в͝ ͝ ́ ͟б ͉ ͔ӱ̚ ̕ д̶ ͅ ͟е̶ щ͝ ͜ӗ͠ м: ̐ ̾т ёͅ ͟бя ͅ ̕н͘ е̷ ͝ ͅт̓ ̯, Д ͅжͅо͠н͡ *** ​Раздался скромный стук в дверь, на который только через пару минут откликается Дейл. — Чего тебе? — застонал пьяный сосед бывшего писателя. — Я… — Линч посмотрел в пол, кажется, думая о чём-то, затем вернулся к диалогу: — Мне нужно забрать артефакты с наших с Джоном миссий. Дейл без лишних слов открыл дверь и пустил Егора внутрь, сел на диван и включил какой-то грустный сериал, параллельно ища под столом очередную бутылку с алкоголем. Линч лишь разочарованно посмотрел на эту картину, а затем ушёл в комнату Джона. Ничего интересного там не было. До сих пор открытый ноутбук на одной из глав так и не дописанной книги, рядом стакан с водой, который не меняли, видимо, с момента, как Д_ жо н͗ был жӣ̃в, разбросанная на полу одежда, упаковка от съеденных острых крылышек и всякие магические безделушки, за которыми пришёл журналист по «официальной» версии. Он давно не был дома у своего друга, но всё осталось прежним, если не считать одной маленькой детали на полке. Таблетница? Линч встал на носочки и потянулся, чтобы взять её. Когда открыл — там, очевидно, лежали таблетки. Ни названия, ни характеристики: для чего они вообще? Обычные белые таблетки. Но Джон был здоров. Физически. Несмотря на то, сколько всего прошли вместе два охотника на чудовищ, один из них никогда не интересовался мыслями другого. «Но всё и так было на поверхности, разве нет?» — Егор посмотрел на банку с непонятными пилюлями. — «Видимо, нет». ​После пары секунд полной тишины, будто комната была запретным храмом, в котором нельзя было двигаться и дышать, на израненную от приключений руку упала таблетка. Затем ещё одна, ещё и ещё. Уже неважно, для чего таблетки, неважно зачем, неважно, как Джон достал их. Джон. Джон. Д ̏ж о ͞ ́н͠. Таблетница опустела, но даже после этого Линч пытался достать больше. Парень схватил рядом стоящий стакан, закинул содержимое из руки в рот, а затем запил его давно протухшей жидкостью. Словно в тумане он лёг на кровать, на которой валялась одежда мертвеца. Он взял свитер и вдохнул запах. Запах воспоминаний, запах Д̩_ӝͩон͞ ̤а̉. ​Но через некоторое время от запаха отвлекли новые ощущения: Фокусировка взгляда исчезла. Казалось, что Линч лежит в пустоте, где больше нет ничего, кроме него самого и долбаного свитера. В голове фоном сидит сигнал тревоги, не дающий покоя, глаза перестали что-либо видеть. Во рту сухо. Везде сухо, будто красок больше не существует. Рука, обнимающая свитер, медленно опустилась. Сам свитер упал на пол. До этого в комнате лишь изредка слышались всхлипы, но теперь — ничего. Разве что из-за стены были слышны вопли пьяницы. ​Т_ ам, ͅ в_͡ б у̺_͝д у̒_щ͠ ͉ ͢е͡ ̔м̀ ́ ͡: я б ͘у_͢ д͐у͉ ͅ с̞ т ̚об ͅ_ой ͡, ͒ Д ͅ ͢ж͡ ͢о͝н .͡