Золотая клетка

Совсем ещё юная девушка лежала на животе, при этом уткнувшись носом в гору подушек. Огромное круглое нечто, похожее на гнездо, стояло в самом центре небольшого деревянного домика, и где-то там, под грудой одеял, и была замурована прекрасная и непонятно по какой причине вечно уставшая феникс. Но, по-видимому, сегодня у судьбы на неё были другие планы, иначе Кайла просто не могла объяснить, почему солнечные лучи, что раньше не дотягивались до её домика, сейчас с особой силой пробивались через занавески. Кайла пыталась укрыться от них, переворачиваясь с боку на бок, меняя положение тела. Но прислужники Отца были неумолимы. Отец словно знал, что ей нужно вставать, и не давал ей покоя. Хотя, может, и знал, ему известно всё, что попадёт под его палящий взгляд. Кайла чувствовала, как его лучи становятся всё настойчивее, проникая под кожу, заставляя её шевелиться. В конце концов она сдалась. Отец победил. Кайла медленно подняла голову и огляделась вокруг. Комната была наполнена мягким светом, который играл на стенах и немногочисленной мебели. Прямо под большим круглым окном стоял небольшой письменный стол из красного дерева. Чуть подальше находился шкаф с книгами и свитками, небольшой комод с одеждой и горшок с неизвестным для Кайлы цветком, который притащила Бьянка с человеческого рынка. Вот и всё убранство её небольшого, но уютного домика. Кайла встала с кровати, попутно подбирая с пола все подушки, которые за ночь успели упасть, лёгким движением вернув их на место. Подойдя к окну, она отодвинула занавески в сторону и выглянула в открытое окно. За которым простирался яркий солнечный день. Птицы щебетали в кронах деревьев, создавая мелодичный фон, а лёгкий ветерок колыхал листья, принося прохладу. — Доброе утро, Отец. — Улыбнувшись, Кайла подняла свой взгляд к небу. — Хотя лучше будет сказать «добрый день». Но, как видишь, твоими усилиями я встала раньше ужина. Сделав глубокий вдох, Кайла хотела почувствовать, как воздух наполняет легкие новым днём. Солнечные лучи уже не казались такими навязчивыми, и Кайла решила, что пора выходить на улицу. По одному щелчку пальцев ночная рубаха девушки сменилась черными кожаными шортами и белой рубахой с большим вырезом на спине. Взяв лежащую на комоде черную ленточку, Кайла завязала свои длинные волосы в высокий хвост. Осмотрев комнату в последний раз, девушка развернулась на носочках и вышла из излюбленного домика. Поселение фениксов располагалось у подножия величественной горы, которую сами же птицы нарекли Гнездовьем. У подножия горы возвышались гигантские деревья с могучими стволами и раскидистыми кронами. Их ветви были крепкими и прочными, словно были специально созданы для того, чтобы выдержать вес не одного жилища. Дома у фениксов были связаны между собой подвесными мостами, но фениксы никогда не пользовались ими, предпочитая свои крылья для передвижения между домами. Однако в отличие от своих сородичей Кайла предпочитала хоть иногда пользоваться ногами, поэтому, спускаясь по деревянной лестнице, девушка внимательно смотрела по сторонам. Внизу под её ногами уже привычная суета охватила всё вокруг. Братья и сёстры, одетые в лёгкие шёлковые наряды, вылетали с разных сторон, неся огромные плетёные корзины, наполненные различными фруктами. Их лица буквально светились от счастья так, что Кайла сама невольно улыбнулась. Кайла слышала, как они переговаривались между собой, обсуждая, кто где и что будет украшать. Завтра было двадцать второе июня — день Летнего Солнцестояния. Кайла остановилась на мгновение, чтобы посмотреть по сторонам. Девушка понимала, что, если сейчас попадётся какому-нибудь на глаза, её обязательно заставят что-нибудь делать. Однако планы у Кайлы на сегодня были другие, и она просто не могла допустить, чтобы её заметили. Она начала вертеть головой в разные стороны в поисках места, где можно было спрятаться и избежать этой участи. Но вдруг, когда Кайла уже отчаялась, чья-то сильная рука коснулась её плеча. Девушка вздрогнула от неожиданности и резко обернулась назад. Перед ней стоял её старший брат — Зигфрид. С хитрой, даже слишком довольной улыбкой, а его ярко-зелёные глаза светились совсем недобрым блеском. — И что же наше юное дарование здесь делает? — спросил он, наклонившись к её лицу. — Пытаюсь не попасться на глаза Грейс. — ответила она, улыбнувшись самой милой улыбкой. Врать Зигфриду никогда не было смысла, он всегда чувствовал подвох в словах или действиях. Зато в отличие от остальных старших он позволял Кайле то, что запрещали другие, так как считал её благоразумнее даже Бьянки. Но, с другой стороны, в некоторых вопросах он чересчур правильным, даже слишком. В особенности когда дело доходило до работы. Однако на каждого феникса найдётся своя блестяшка, да и Кайла так просто сдаваться не собиралась. — И как, удачно? — усмехнулся он, приподняв бровь. — До твоего прихода было весьма неплохо. — Ты же понимаешь, что у тебя только два выбора? Либо я сдаю тебя Грейс, либо ты идёшь со мной. — А как насчёт третьего варианта? Я рассказываю тебе один секрет про Бьянку, а ты меня отпускаешь и делаешь вид, что не видел меня? — спросила Кайла, склонив голову по-птичьи. — Неплохая попытка, но я знаю, что она вчера не ночевала дома, так что, прости, не получится. Может, в следующий раз повезёт? — Мягко толкнув девушку, чтобы она прошла вперёд, Зигфрид закинул свою руку ей на плечо. — Ты просто не понимаешь, насколько тебе повезло, так уж получилось, что я слишком сильно люблю твою вечно недовольную моську, поэтому, в отличие от остальных, работка будет непыльной. — Опять мастерить гирлянду из флажков? — Недовольно цыкнув, Кайла скинула его руку и спустилась на землю, лишь бы не видеть это слишком довольное лицо. — Не опять, а снова. — Поспешив за девушкой, Зигфрид за пару шагов догнал младшую. — Я всё никак понять не могу, почему ты такая? — Какая такая? — Раздражённо нахмурив брови, спросила девушка. — Взрослая, вроде бы тебе только исполнилась первая сотня, но ведёшь ты себя так, как будто тебе давно за тысячу, а за спиной у тебя двадцать Предков. — Не всем же вести себя, как Бьянка. Повернувшись в сторону толпы, Кайла остановилась, увидев знакомую рыжую макушку. Бьянка, прижавшись спиной к дереву, прикрыла глаза, сложив руки на груди. Выглядела она, честно говоря, не очень. Кудрявые длинные волосы были убраны в неровную косу, а уставшее лицо выдавало бессонные часы. От мысли, что, скорее всего, ей уже успело достать от Грейс, Кайла улыбнулась. Девушка просто не понимала, как можно столько лет попадаться на одном и том же. Однако Кайлу это никогда не раздражало, скорее веселило. Не по-злому, а как-то по-родному, словно, если бы в этот раз Бьянка не попалась, это была уже не Бьянка. — Ты только глянь на неё. Её только отчитали, а она спит без стыда и совести. — Закатив глаза, Зигфрид перевёл свой взгляд на улыбающуюся Кайлу и, как это обычно бывает, улыбнулся сам. — Вот такой ты мне нравишься куда больше. — Какой? — Не переставая улыбаться, спросила Кайла. — Живой. — Положив руку на макушку девушки, Зигфрид взъерошил её и так непослушные волосы. Однако, когда Кайла подняла глаза вверх, она поняла, что Зигфрид снова смотрит в сторону Бьянки, но уже совсем другим взглядом. — Что ты... Зигфрид поднес палец к губам Кайлы, заставляя её замолчать на полуслове. В его глазах начали плясать озорные искорки, но когда девушка догадалась о том, что он задумал, было уже поздно. — Смотри, — только и прошептал он, ехидно ухмыльнувшись, и щелкнул пальцами. Могучий дуб, в тени которого дремала Бьянка, вдруг окутался с ног до головы ярким изумрудным сиянием. Пламя вспыхнуло и погасло в одно мгновение, а дерево обратилось в мелкий теплый пепел. Бьянка с грохотом рухнула на землю. Она вскочила как ошпаренная. В её рыжих волосах дымились изумрудные искры, а в глазах полыхала такая ярость, что даже Зигфрид на мгновение осекся. — Ты... ты... — она не нашла слов. Вместо этого её рука с хлопком высекла сгусток яркого пламени. — Да я тебя... На костре зажарю! Зигфрид, осознав, что шутка зашла слишком далеко, рванул с места. — Бьянка, подожди! Это же просто шутка! — Хорошая шутка! — проревела она, пускаясь вдогонку. — Умрешь со смеху! Первый огненный шар просвистел в сантиметре от его уха. Второй же угодил в безобидный пенек, обратив его в груду тлеющих углей. — Кайла, помоги! — взмолился Зигфрид, петляя между деревьями. Но пока старшие были увлечены игрой «убеги или умри», Кайла быстро и бесшумно рванула в сторону леса. Её сердце колотилось не от страха, а от предвкушения свободы. Она бежала, не оглядываясь, пока крики Бьянки и смех Зигфрида не растворились в шелесте листьев. Она знала, куда бежит. Её ноги сами вынесли её к знакомой каменной ограде, за которой начинался яблоневый сад. Воздух здесь был другим — густым, сладким и чуть обжигающим, с примесью серы и пепла. Вместо земли сад утопал в черном пепле, оставленном поколениями их рода. Из этого плодородного праха тянулись к небу причудливые яблони. Их кора отливала серебром, а листья были цвета расплавленного золота. Созревающие на ветках яблоки светились изнутри мягким алым светом. У самой ограды, прислонив к яблоне высокую деревянную лестницу, стоял Аарон. Он срывал самые спелые яблоки с верхних веток. Чуть поодаль Блисс внизу укладывал их в плетёные корзины. Увидев Кайлу, Аарон перегнулся через перекладину лестницы. — Опять сбежала? — Не опять, а снова. — Кайла даже не остановилась, на ходу схватив из корзины у подножия лестницы самое румяное яблоко. — Эй, осторожно! — Крикнул Блисс, бросая яблоко в корзину. — Лестница шатается! Но Кайла уже бежала вниз по тропинке, ведущей к подножью горы, сжимая в руке тёплый гладкий плод. — Возвращайся до ужина! — Строго крикнул ей вдогонку Аарон, крепче держась за ступеньки. — А то сама знаешь, что будет! Но Кайла лишь махнула рукой, не оборачиваясь, и скрылась за поворотом. Свобода манила её вперёд, к подножью, где начинался мир за пределами дома.

***

Подбросив в воздух очередной кусок мёртвого дерева, Кайла щёлкнула пальцами. Древесина вспыхнула ярким пламенем, охватив её всю за долю секунды. Огонь быстро распространился по поверхности, превращая дерево в обугленные угольки. В воздухе витал запах горящей древесины, смешиваясь с ароматом пепла. Пламя постепенно угасало, оставляя после себя тонкий слой пепла, который мягко опускался на землю, словно тонкая пыль. — Бабушка Феникс! От неожиданности Кайла чуть не выронила полено из рук. В воздухе прямо перед ней парил маленький дракончик, его блестящая чешуя переливалась на солнце, а огромные синие глаза внимательно смотрели на неё. — Бабушка? — не ожидая такого странного прозвища, Кайла могла только моргать в недоумении. — Я, конечно, понимаю, что я намного старше тебя, но бабушка? — Ну дедушка Голди — это дедушка, а раз дедушка Голди — дедушка, то бабушка Феникс — бабушка. Что непонятного-то? — Если честно, абсолютно всё, — посмотрев за спину дракончика, Кайла заметила Эрухабена, который согнулся в три погибели, при этом закрывая рот. Явно сдерживая смех. — Как, напомни, тебя зовут? — Раон! Я Раон! — воскликнув, дракончик начал с особым усилием махать крыльями. — Так вот, Раон, — начала Кайла, сжигая последнее полено в своей руке. — Во-первых, здравствуй. Во-вторых, меня зовут Кайла, попрошу так ко мне и обращаться. А в-третьих, очень приятно наконец с тобой познакомиться. Когда Кайла закончила говорить, дракончик замер, словно её слова застали его врасплох. Его маленькое тельце напряглось, но уже через мгновение он расслабился. Его глаза, прежде полные огня и любопытства, стали задумчивыми. Он медленно опустился, и теперь его глаза оказались на уровне её глаз. — Здравствуйте, мне тоже приятно с вами познакомиться. Кайла закрыла глаза, чувствуя, как раздражение медленно отступает. На мгновение она позволила себе расслабиться. Посмотрев на дракончика, который был явно смущен, она улыбнулась. — Раон, ты к нам надолго? — Да, дедушка Голди согласился меня обучать, — увидев, что Кайла улыбается, Раон расслабился и вновь начал вилять хвостом. — Пока сильный Чхве Хан и умная Розалин отправились на западный континент избивать Белую Звезду. После они пообещали меня забрать. — Славно, — протянув дракончику пустую корзину, Кайла указала рукой на дерево за своей спиной. — Ты как раз вовремя, моя яблоня в первый раз даёт свои плоды. Я, честно тебе скажу, ни разу не пробовала ничего вкуснее. Если ты соберёшь немного, то я смогу приготовить яблочную шарлотку. — Хорошо, я быстро! — подхватив корзинку с помощью магии, Раон полетел в сторону дерева. В этот момент тёплые руки обняли Кайлу за талию. Эрухабен прижался щекой к её плечу, и его дыхание ласково коснулось шеи. — Никогда не думал, что увижу Вечную яблоню за пределами Огненных гор. — прошептал он. — Если бы она и в правду была вечной, мне не пришлось бы нянчиться с ней пятьсот лет, как с больным ребёнком. — Фыркнула Кайла, запуская пальцы в его золотые волосы. — Вечная — не значит бессмертная, — он отстранился, чтобы взглянуть на дерево. — Но если предположить, что мы посадили её, когда начали жить вместе, то в какой-то степени она и правда наш ребёнок. — С чего ты взял, что это она? — Приподняв бровь, Кайла посмотрела в глаза золотому дракону. — Может, это мальчик? — Интуиция, — загадочно улыбнулся дракон. — Сколько ей в этом году лет? — Ровно пятьсот, — не понимая, к чему клонит дракон, Кайла продолжала изумлённо смотреть на золотые омуты. Пока до неё, наконец, не дошло. — Да не может быть! Ты хочешь сказать, что мы уже настолько старые? — Я хочу сказать, что мы знакомы полтысячелетия, но если тебе нравится думать о нашей старости... — Мы знакомы гораздо дольше.— Она обвела его шею руками. — Просто великий дракон не хочет признавать... — Я всё собрал! — Раон вернулся с переполненной корзиной. — Куда это поставить? — Отнеси на кухню. — улыбнулась Кайла, стараясь не смотреть на раздражённое лицо дракона. — Хорошо! — Проводив Раона взглядом, Кайла вновь развернулась к любимому дракону. — Пойдём? — спросил он, протягивая ей руку. — Нам стоит поторопиться, если ты хочешь сохранить нашу кухню. Эрухабен ласково коснулся её руки и потянул в сторону дома. Он переплёл их пальцы, а Кайла улыбнулась, почувствовав, насколько же сильно она любит эту драконью морду.