Зенит Золотой Звезды

16 апреля 2000-го года

      Дверь в бар с размаха распахнулась, заглушив своим грохотом панический звон приветственных колокольчиков. На пороге появились красивые длинные ноги, подчёркнутые нарочитыми, почти до неприличия короткими шортами с низкой талией. Лёгкая рука незамедлительно бросила сумочку на барный стул, её владелица в один шаг уже оказалась вплотную к юноше за баром.       — Джорнино! Зайчик! Солнышко! — Кажется она пыталась вспомнить все ласковые словечки, какие знала. — Малыш! Могу я забрать у тебя смену сегодня-я? Пожалуйста-пожалуйста! Мне очень нужны деньги на аренду!       — А я-то тут при чём, Чиара? — Тихо заговорил молодой человек, отставляя протёртый стакан на полку. Он даже не смотрел на свою собеседницу. — Если синьор Скаморца одобрил, то мои слова веса не имеют.       — Ой, ты такой ду-у-ушка! — Она чуть присела, сравнившись с ним в росте, и легко поцеловала его в щёку. — Тогда хорошего выходного, Джорнино!       Джорно нахмурился. Он уже с момента её появления заподозрил что-то — не было свойственно для её коллеги так к нему липнуть, даже несмотря на всю её раскрепощённость. Взгляд невольно упал на пока что единственную фигуру в крохотном зале — синьор Скаморца, владелец бара, сидел у окна и курил сигареты, ехидно улыбаясь. Стоило им встретится взглядами, как старик отвёл глаза. Юноша наклонил голову. Он знает наверняка, что начальник отводит глаза только когда нервничает или врёт. Неужели он подговорил Чиару на обмен сменами? Но зачем бы? Это не клеилось с тем, как часто Скаморца вытаскивал именно Джорно на работу, оправдывая это тем, что его экзотическая и весьма симпатичная внешность завлекает клиентов и клиенток, даже если те заходят просто поглазеть или посмеяться над ним. Неужели есть какой-то особенный повод, для того чтобы его прогнать? И неужели этот повод настолько важен, чтобы не говорить о нём вслух? Сколько бы вопросов молодой человек не задавал, он не привык спорить со старшими, а потому он просто оставил фартук за стойкой, накинул тёмно-синий пиджак с ярко-жёлтыми швами и отправился восвояси, размышляя о том, где бы ему взять сегодня денег. Сеньор Скаморца усмехнулся ему вслед, прекрасно понимая, что его работник даже не понял, что этот выходной был своеобразным подарком ему на совершеннолетие.              Джорно Джованна... Он уже и не помнил, с каких пор его так прозвали. В документах он всё ещё звался своим японским именем — Харуно Шиобана. Нельзя сказать, что это минус, даже напротив — это то немногое, что позволяет ему чуть лучше вписываться в этот маленький, но неприветливый мирок, в котором он вынужден жить. Прямые чёрные волосы, бледная кожа, миндалевидные глаза, отблескивающие бирюзой, мягкое округлое лицо, лёгкое, худощавое сложение — всё это сильно выделяло не только на фоне других молодых мужчин, среди которых он больше походил на девушку, но и на фоне всей массы южных итальянцев, для которых он всегда будет считаться туристом, даже несмотря на то, что он прожил в Неаполе практически всю свою жизнь.       Однако заметность легко компенсируется густонаселённостью этого города. Как бы ты не выглядел, тебя легко упустить в постоянно движущейся толпе других незнакомцев, особенно если ты не стараешься нарочно привлекать к себе внимание. Джорно уже давно воспользовался этой особенностью в своих целях, как и многие другие здешние жулики — в дни без работы он занимался чисткой чужих карманов. Такое занятие он нашёл себе ещё в школе, не столько из реальной потребности в деньгах, сколько из желания сделать что-нибудь нехорошее, но при этом так, чтобы никто не пострадал. Сначала это была просто канцелярия с парт и столовые приборы, потом мелкие гаджеты задир, затем украшения одноклассниц и учителей. Иногда его на этом ловили, ему удавалось выкручиваться, он примечал то, на чём попался и своих ошибок больше не повторял, со временем наловчившись до той степени, что пальцы сами просачивались в чужие чрезмерно открытые карманы. После окончания средней школы и побега из дома он переключился на воровство у прохожих и зевак, чтобы как-то выжить, а после он и вождению кое-как научился, и работа у Скаморцы нашлась. Впрочем, это всё уже несколько другая история... Сейчас он, неслышно скользя сквозь толпу, собравшуюся у уличного музыканта, ловко щёлкал застёжками украшений и складывал в рукава неосторожно сложенные купюры. Конечно, он старался не воровать что-нибудь особо важное вроде телефонов или документов, но не считал зазорным утаскивать ценности, о безопасности которых никто не беспокоился. Появившись с другой стороны столпотворения, он сложил вытащенное на ладони. Получилось не так уж густо — в сумме с деньгами и примерной выручкой с бижутерии даже пятьдесят тысяч лир не выйдет. Хватило бы на хлеб, крупу и может пачку пасты, что тоже радость, но аренду комнаты это и близко не покроет. С лёгким разочарованием на душе Джорно отправился дальше...       У юноши был и другой способ заработка — такси. Водил он немного неумело, да и ради приличия строить милые лица пассажирам ему не особенно нравилось, однако это был самый эффективный способ получить деньги. Даже с учётом того, что половину денег приходилось отдавать охранникам, чтобы те закрывали глаза на его подработки, Джорно получал с этого значительно больше, чем в баре, не малым образом и потому, что обчищать багаж при погрузке гораздо проще, чем вечно движущихся людей.       И вот Джорно расположился вместе со своей машиной прямиком у выхода, рядом с огромной очередью к парковке такси. Он старался высмотреть кого-нибудь незамысловатого, кого-нибудь, кто сам бы с большим удовольствием подошёл бы к нему, просто стесняется или боится...       — Эй, молодой человек! — мужской голос привлёк его внимание.       — Н-да-да? — Джорно натянул дежурную улыбку и обернулся на звук. Перед ним предстал мужчина в лёгком пальто. Юноша наклонил голову, рассматривая его: ни сумки, ни рюкзака, ни чемодана. Поживиться нечем. Взгляд метнулся на лицо и встретился с прохладными глазами, один из которых слезился. Кажется, вся правая часть вела себя чуть-чуть иначе, чем остальное лицо. Повреждено в драке? Кто знает. — Вас подвести, синьор? Всего пять тысяч лир в центр, всего десятка на другой конец!       — Да, мне бы до порта доехать, что скажешь? — кивнул тот, не отворачиваясь о собеседника.       — Поехали! Садитесь, пожалуйста! Двери хлопнули, старенький Фиат тронулся с места и, слегка поскрипывая, поплыл по дороге. Не прошло и пары минут, как пассажир, лишь на секунду выпущенный из виду, приблизился к его сидению сзади и замкнул руки на его шее. Недостаточно сильно, чтобы начать задыхаться, но дружескими объятиями это нельзя было назвать.       — Едь-едь, мальчик. Я просто хочу с тобой аккуратно поболтать. — Улыбнулся мужчина без доли доброжелательности в голосе. — Я Лука, Слезливый Лука. Знаешь такое имечко, м?       — Н-Нет, — Джорно сохранял предельное спокойствие. — Звучит как бандитская кличка.       — В этом ты прав, да... Работа такая у меня есть — подати собирать, знаешь? Знаешь, конечно, в аэропорте же как-то работаешь... Так вот, видишь ли, охрана охраной, а территория так-то не их, да? Она моя. А за работу на чужой территории надо платить, налог платить, понимаешь? Чтобы и дальше работать. Дружба такая получается, да? Я тебе — место работы, а ты мне — деньги. Понимаешь, нет?       — Понимаю.       — Славно-славно. Ну так, я вижу, ты работаешь уже долго, но ни разу не платил. Ты юноша не злой, я вижу, ты просто не знал. Я тоже не злой. — Руки прижали шею чуть сильней. — Коль согласишься дальше вместе работать, я тебе прошедшие недели прощу, м? Хорошая сделка, а?       — Если я буду платить ещё и вам, то я ничего не буду получать. — Джорно не медлил с ответом, и не считал нужным вилять также, как это делает Лука. Он прекрасно понимал, что этот разговор в любом случае хорошо не закончится. Мало-помалу, машина стала замедляться, вставая поближе к бордюру. — И я не видел, чтобы аэропорт был подписан вашим именем. Я не буду платить вам ничего только потому, что вы так сказали.       Лука замолчал, и вдруг он резко дёрнулся назад, прижимая голову водителя к креслу. Джорно, не столько осмысленно, сколько рефлекторно, резко вдавил газ, почти сразу после — тормоз. Машину качнуло, а вместе с ним качнуло и их двоих. Шанс! Хватка на мгновение ослабла, юноша выскользнул из под рук и вылетел из машины, бросаясь в узкий переулок между зданиями. За ним послышался яростный крик и громкие шаги. Джорно прекрасно знал планировку города, и мог надеяться только на то, что преследователь будет не столь подкован в ориентировании, или, по крайней мере, будет медленнее, чем он. Тело петляло, поворот за поворотом, до тех пор, пока вместо полумрака между зданий перед лицом не показался свет, а шаги не затихли окончательно. Парень вылетел на тротуар. Здесь было тихо, только машины проезжали мимо по широкой проезжей части. На мгновение ему показалось, что он оторвался, но с необозримой части улицы, прямо из-за угла снова выскочил Лука, повалив оппонента на асфальт. Пальцы сомкнулись на горле, Джорно стиснул зубы, стараясь удержать воздух в лёгких.       — Долго бегать не сможешь, Джованна, или как там тебя! — Закряхтел мужчина, наваливаясь на шею всем весом. — Деньги или жизнь? Ну же!       Юноша, чувствуя, что его конечности ещё свободны, схватился руками под плечи Луки, вытащил ноги из-под него, упёр их ему в брюхо, качнулся на лопатки и перекинул его через себя, делая глубокий сиплый вдох. Всего пару секунд он не видел мужчину, и вдруг, услышав вой тяжёлого автомобильного гудка, он обернулся: оппонент только успел встать и собирался кинуться прямо к нему, как тяжёлый силуэт грузовика снёс его, едва успев нажать на тормоза. Джорно замер, а мгновением позже снова скрылся в переулке.       Хлопок двери привёл его в чувства. В своей комнате он мог дать себе время подумать. Он не хотел этого. Нет, не хотел. Он даже не понял, что выкинул его на проезжую часть. Он просто защищался. Защищался же? Джованна стал ходить кругами по комнате. Сколько бы он не пытался об этом думать, какие бы оправдания мозг не искал, правда одна — из-за него только что кто-то умер. А может и не умер, но это лучше ситуацию не делает. Лука же бандит? Он сам это подтвердил. Бандиты друг за друга стоят? Наверняка. Наверняка, кто-то будет искать виноватого. Если Лука выжил, он точно сможет сказать, кто его толкнул под машину. "В таком случае, если он умер, это даже хорошо..." — появление этой мысли заставило Джорно покрыться мурашками, и он хлопнул себя по лицу, стискивая зубы. Нужно уехать... А как уехать, машина-то там осталась! Пока дойдёшь, тебя кто угодно словит. Значит нужно не высовываться. Даже если Лука укажет на него напрямую, они же не знают где его искать за пределами аэропорта. Не знают же..?       Парень свалился на кровать. Ещё когда его отправили на выходной с работы стоило сделать вывод, что сегодня день неудачный.

***

      Прошло три дня.       Джорно не высовывался настолько, насколько мог. На его пороге, кажется, так никто и не появился, в окна камнями никто не кидался. Видимо, либо бандиты не особенно расторопны, либо зацепок у них всё-таки нет. Значит ли это, что Лука всё-таки..? Ему не хотелось об этом думать. О чём ему думать хотелось, так это о том, что аренда комнаты сама себя не оплатит, а значит просто сидеть тут было уже невозможно. Юноша накинул пиджак, уже представляя, как Скаморца наорёт на него за прогулы, двинулся к двери и вдруг замер. Перед его глазами мелькнуло странное видение, как будто на его двери только что застегнулась золотистая молния, и тут же пропала. Хрясь! Почти сразу в спину прилетает болезненный толчок, впечатывающий худое тело в деревянную дверь. Нос на бледном лице стал пунцовым, настолько сильно он ударился о твёрдую поверхность. Чья-то рука схватила сползающего на пол Джорно за волосы, развернула к себе и подняла голову к своему обладателю. Над парнем возвышалась величественный силуэт в белом костюме и тёмной ровной причёской. Он стоял прямо посреди комнаты, будто всегда тут был, хотя даже если предположить, что молодой человек мог его просто не увидеть, открытие скрепучей двери или окна он точно услышал бы. Незнакомец окинул взглядом комнату, и слегка усмехнулся.       — Вот как убийцы нынче живут? — Джованна содрогнулся от этих слов, но пустого нечитаемого лица не потерял. Говоривший, кажется, приметил это, и со снисходительной ухмылкой наклонился поближе. — Лицо у тебя такое, будто ты ничуть не сожалеешь. Хоть бы поплакал по Луке, и так помер обидно.       — Я не знаю о чём вы. — Проговорил Джорно.       — Ах, не знаешь? А в аэропорту сказали, что тебя с ним последним видели. На такси ты его решил подвести. Юноша замолчал, опасаясь, что его слова могут выйти против него. Бандит ухмыльнулся и дал ему пощёчину, такую, что в ужах аж зазвенело.       — Скажешь, это был не ты, а? Джорно почувствовал на языке привкус крови, а затем что-то плотное, упирающееся прямо в корень языка. Рефлекторно он выплюнул из рта внезапный объект... На полу перед ним оказались несколько отрубленных пальцев, не принадлежащих ни ему, ни его карателю. Он поднял голову на мужчину, и заметил кое-что необычное — его глаза сщурились в явном отвращении при виде обрубков, хотя он почти сразу заставил себя собраться. Не особо обычное поведение для матёрого бандита, казалось бы...       — Я ещё раз спрашиваю, ты скажешь мне, что это был не ты? — Незнакомец, чуть поколебавшись, сделал размашистый удар прямо в живот, а затем присел на корточки. Лёгкий жужжащий звук, словно от язычка молнии, и баланс тела немного покосился назад. Глаза Джорно раскрылись от удивления — его туловище размоталось в ленту с краями в виде золотых молний, и только чудом сохраняло равновесие. — Будешь врать дальше, и мне придётся наказать тебя по всей строгости. Поверь, есть варианты и получше.       — Так зачем спрашивать, если Вы всё знаете..? — С толикой ужаса в голосе вдохнул юноша. — И... Вот эти странные... Фокусы...       — Вопрос привычки. Обычно ситуации не настолько очевидны, приходится чуть-чуть попытать. — Мужчина сунул руку под эту "ленту", снова немного поморщившись. Чувствовалось, как холодные пальцы касались чего-то внутри, от чего к горлу подступил удушающий ком, но рука почти сразу выдернулась наружу. — Не будем играть в кошки-мышки. Ты слишком выделяешься, чтобы я спутал тебя с кем-то. Свидетели были. Машину твою мы нашли. Ни к чему эта игра. Буду с тобой прямолинеен — нашему начальнику не нравится, что кто-то посмел убить подчинённого. Это плевок в лицо, при чём крайне дерзкий. Зная Луку, он вряд ли долго скрывал от тебя свой род деятельности, так что на незнание не списать. Так вот... долг в семьдесят миллионов лир устроит тебя как альтернатива смерти, а, малец?       Джорно уставился на него. Семьдесят миллионов... Самая большая сумма, которую он когда-либо держал в руках — триста тысяч, и то эти деньги сразу уходили арендодателю в руки. Для него здесь выбора просто не было. Заметив это изменение в лице, незнакомец спросил:       — Скажи мне, ты нарочно его на дорогу столкнул? Потому что хотел избавиться от преследования?       — Избавиться от преследования я хотел, но... — Молодой человек запнулся, чувствуя как в форме этой ленты у него начинает постепенно спирать дыхание. — Я не рассчитывал вообще вредить ему. Он повалил меня и начал душить. Я не заметил проезжую часть и просто сбросил его с себя... Что я должен был делать? Незнакомец помолчал с минуту и вдруг сделал быстрый жест, вслед за которым снова раздалось жужжание. Молния, размотавшая его тело, застегнулась, вернув всё в изначальное состояние.       — Я не люблю убивать тех, кто зла не желает. И ты, кажется, не желаешь.        — Я тоже умирать не хочу... — Кивнул Джорно.       — Тогда я предлагаю тебе сделку. — Незнакомец улыбнулся, на этот раз, куда добрее. — Ты будешь работать на меня, как курьер и мелкий разнорабочий, не член банды. Твоя доля вся пойдёт в долг. Так рассчитаешься лет за пять, может даже меньше, а? Что думаешь?       — Если это правда, то звучит сказочно...       — На том и порешили... Как тебя там... Джованна? — Собеседник протянул юноше руку, взял его за запястье и поднял с пола.       — Джорно Джованна...       — Забавное имя. Ты же называй меня синьором Васильком. — Он усмехнулся, вновь заметив удивление. — Поймёшь почему. Приходи завтра в Il Ritrovo, часам этак к девяти. Опоздаешь — я вернусь к изначальному плану. — Василёк расплылся в улыбке и непринуждённо посмеялся. — Шучу! Но всё равно не опаздывай. Посмотрим, из чего ты сделан.       Вся ситуация почему-то казалась Джованне настолько сюрреалистичной, что он автоматически прикрыл глаза и протёр их, но когда открыл их под звук молний, его собеседника и след простыл.       — Опять галлюцинации?..