Солнечный свет и тени/Sunlight and shadows

Джаспер — Скажи, что мне сделать, Элис? — вздохнул я. У меня закончились идеи. Элис всегда немного перегибала палку, но никогда ещё она так не злилась на меня. Конечно, ничто не могло оправдать мою попытку укусить её лучшую подругу, но я оступился, ладно! И она выжила. И я извинился. На самом деле, несколько раз. Перед всеми, кто был вовлечен. Я бы извинился и перед Беллой, если бы её чересчур собственнический партнёр позволил мне подойти к ней. Мне было жаль. Я допустил ошибку. Должно же быть что-то, что я мог бы сделать, чтобы всё исправить? — Я не знаю, Джаспер, — пробормотала Элис, упрямо скрестив руки на груди и глядя на меня. — Я даже не могу передать, насколько сейчас в тебе разочарована. Я так много работала над тобой — и вот что получила в итоге… — Я не твой эксперимент, Элис, — без эмоций произнёс я. — Я твой муж. Она отмахнулась от меня. Конечно, правда оставалась прежней — для неё я был всего лишь проектом. Личной целью. Новогодним обещанием, которое никогда не заканчивалось, а лишь тянулось из года в год. Сделать из Джаспера хорошего «вегетарианца». Сделать из Джаспера идеальную куклу, которой можно управлять. Отдалить Джаспера от «низших существ», которых он когда-то считал семьёй. — Джаспер, ты не понимаешь, — нахмурилась она. — Я больше не могу извиняться за твою потерю контроля. Я устала просить прощения за тебя. Сколько раз мне ещё убеждать других, что это в последний раз ты срываешься? — А почему ты вообще должна извиняться за мои поступки? — потребовал я. — Я вполне способен сам за себя отвечать. И да, я сорвался. И я не жалею. Я вампир. Это то, что мы делаем. Я так старался быть хорошим маленьким «вегетарианцем», как вы все. Я хотел сделать тебя счастливой, но я не могу и не собираюсь терпеть эти осуждающие взгляды. Ты разочарована во мне — отлично! Но не смей стоять здесь и заявлять, что я для тебя обуза. Мы, чёрт возьми, женаты. Здоровый брак не строится на контроле. — Джаспер… — вздохнула она. — Ты не понимаешь. Ты — моя ответственность… — Хм. А я думал, мы пара. Равные, если уж совсем упрощать. Мы никогда не были равны. По крайней мере, в глазах Элис. Она была лучше — более сдержанная, более открытая, идеальная дочь и сестра. А я… просто был. Где-то на фоне. Ей приходилось следить за моим будущим каждую секунду, словно отчаявшийся ястреб — иначе я мог сорваться и устроить резню. Знаете что? К чёрту её. Мне до чёртиков надоело, что мной помыкают. Это изначально была их вина — Элис, Эдварда, Карлайла, всех их, — что они загнали меня в такие тесные условия почти с сотней людей. Я отказывался. Я не хотел ходить в старшую школу, испытывая свой контроль таким бессмысленным образом. Это не вписывалось в их иллюзию идеальной семьи. Мы были «детьми». Карлайл и Эсми — «родители». Я был буквально на три года младше Карлайла. Он мне точно не отец. Но это делало мою жену счастливой. Поэтому я жертвовал. Снова и снова. Я изменил свои привычки в еде, свой стиль одежды, причёску, избавился от техасского акцента — ей он казался грубым — отдалился от тех, кого когда-то считал семьёй. Я сделал всё, что мог, чтобы сделать её счастливой. Мы так и не покинули семью, даже на несколько месяцев, чтобы пожить отдельно. Она этого не хотела. А я не мог отказать ей. И было не важно, что я сам хотел от жизни. А что она сделала, чтобы сделать счастливым меня? Я не мог вспомнить ни единого случая. Всегда было только: «давайте сделаем Элис счастливой». — Джаспер, — она надула губы. — Тебе нужно поработать над своим контролем. Это твой последний шанс. Ты ведь хочешь видеть меня счастливой, правда? Я просто смотрел на неё, без всякого впечатления. — Знаешь что, Элис? С меня хватит. — Что значит «с тебя хватит»? — в панике спросила она. Она прекрасно знала, что я не бросаюсь словами. — Джаспер, я люблю тебя… — Найди кого-нибудь другого, кого можно любить, — пожал я плечами, быстро собирая немного вещей, которые хотел взять с собой. — С Джаспером Хейлом покончено. Он умер несколько минут назад, и вряд ли кто-то станет оплакивать того жалкого слабохарактерного мужчину, которым он был. Ты токсична, Элис. Найди кого-нибудь другого, кем можно управлять. Я пришлю тебе документы на развод. Я направился к выходу из комнаты и дома, даже не собираясь прощаться с остальными. Это была семья Элис. Они всегда были на её стороне. Я был здесь из-за неё. Как она и сказала — я был её ответственностью. Без неё я ничего не значил бы для них. Я принял этот факт, глупо веря, что моя любовь к Элис со временем завоюет и их. Каким же дураком я был! К сожалению, я сам отдалился от своей настоящей семьи. Похоже, мне есть за что извиняться. — Ты не можешь так поступить! — взмолилась она. — Мы будем работать над тобой, я обещаю! — Ты всё ещё не понимаешь, да? — я улыбнулся ей. — Я не хочу, чтобы ты «работала» надо мной. Я счастлив быть Джаспером Уитлоком. Она ахнула, осознав смысл моих слов. Я больше не был её марионеткой. — Счастливой жизни, Элис. — Я коснулся воображаемой шляпы и, насвистывая, зашагал прочь с ощущением вновь обретённой свободы, выходя из комнаты, которую мы делили. Я отказался даже смотреть на остальных членов её семьи: они собрались в гостиной, желая поговорить со мной — вероятно, чтобы переубедить меня, — но не решались взять на себя ответственность, пока Элис сама не возьмёт инициативу. Я был её проектом. Не их. Токсичная сука. Конечно, я знал это уже давно. Но я любил её. И это было тем, что я должен был делать, чтобы сделать её счастливой. Но больше нет. Пусть найдёт кого-нибудь другого, кем можно управлять и кого можно контролировать. Не оглядываясь, я вышел из дома. Я отказался смотреть назад. Эта глава моей жизни была завершена. Мне предстояло начать всё заново. Без семьи. Без жены. Без бремени быть хорошим «вегетарианцем» и идеальным мужем Элис. И это было… такое облегчение. — Джаспер… Я обернулся, приподняв бровь. Я отошёл от дома всего на десять шагов, когда Эмметт, нервно перебирая руками, смотрел на меня. Он тяжело вздохнул, поморщившись. — Можно… я пойду с тобой? — пробормотал он. — Ты сказал, что Элис токсична… но в той семье нет никого более токсичного, чем Розали. Я даже поговорить ни с кем не могу без её разрешения. Я должен делать всё, что она скажет. Никому нет дела до моего мнения. Я просто её муж. Знаешь что? С меня тоже хватит. Я уже забыл, как это — думать о своих желаниях и о собственном счастье. Всё, что я делаю — ради неё, потому что она этого хочет. Я устал. Я похлопал его по плечу, сочувствуя. Я был ближе всего к Роуз в этой семье, но да — она тоже была токсичной. Она терпеть не могла, когда Эмметт не исполнял её желания или разговаривал с теми, кого она не одобряла. Он вставал, когда она приказывала, и садился, когда она считала нужным. И снова, он просто хотел сделать её счастливой. Какими же влюбленными идиотами мы были. — Куда мы пойдём? — спросил он, пока мы вдвоём уходили от дома. Роуз даже не попыталась остановить своего мужа — она, скорее всего, была уверена, что к ночи он вернётся, извиняясь перед ней. Она была слишком гордой, чтобы даже допустить мысль, что в этом может быть её вина. Я пожал плечами — Давай просто пойдём, куда глаза глядят, — наконец предложил я. Мы оба настолько отвыкли принимать решения, что нам придётся заново учиться думать своей головой. Он кивнул, и между нами воцарилась тишина, пока мы шли вперёд. А куда? Там видно будет.