The Green in the Grey

Барти прибыл в дом Реддла; старое маггловское здание наполняло его презрением. Он не знал, почему его господин выбрал именно это место в качестве убежища, но он был не из тех, кто ставит под сомнение решения этого человека. Подобное никогда не заканчивалось добром для любого, кто осмеливался на это в прошлом. Хотя это место не доставляло ему удовольствия, он пребывал в добром расположении духа и знал, что господин будет благодарен за то, что обстоятельства всё больше складываются в их пользу. Он был в растерянности, не зная, как гарантировать, что оба мальчика Поттера будут доставлены сюда по приказу Тёмного Лорда. Похищение младшего не должно было составить особого труда, но со старшим возникнут сложности. Барти пристально наблюдал за ним под своим прикрытием и, к своему стыду, признавал: мальчика будет трудно одолеть ему одному. Тот оказался гораздо опаснее, чем он воображал, но он отказывался сдаваться. Его господин нуждался в нем, и он сделает всё возможное, чтобы оправдать ожидания. Его текущий план означал, что он почти наверняка будет пойман, хотя это его не беспокоило. Он уже выжил в Азкабане однажды и сможет сделать это снова. Тёмный Лорд придет за ним, как и за остальными, кто доказал свою верность, не отрекшись от него все те годы назад. Тогда он будет вознагражден и почитаем превыше всех остальных; единственная причина, по которой его господин восстал вновь, чтобы исправить мир и отомстить за всё зло, что было ему причинено. Улыбка тронула его губы, когда он вошёл в комнату и застал Хвоста кормящим тело, которое в данный момент занимал его лорд, — впрочем, это ненадолго. — Ты опоздал, Барти, — с присвистом прохрипел Волдеморт. — Прошу прощения, мой Лорд, я постараюсь, чтобы это больше не повторилось, — отозвался Барти, опускаясь на колени и покорно кланяясь. — Я принес превосходнейшие новости, — закончил он в предвкушении. — Встань, Барти. Расскажи мне, что могло сделать тебя столь оживленным? — У меня есть план, который гарантирует, что оба Поттера будут в вашем распоряжении, когда они вам понадобятся. — Это приятные новости, — согласился Волдеморт. — Прошу, расскажи мне, как ты этого добьешься? — Мы должны благодарить идиота Фаджа. Он, в своей великой мудрости, решил, что на третьем испытании будут присутствовать дементоры, а юный Драко невольно обеспечит дополнительную помеху. Пока все будут отвлечены, я смогу использовать портал, который вы предоставили, на Чарли Поттере, чтобы доставить его сюда, — радостно объяснил Барти. Волдеморт постучал пальцами по подбородку, кивнув. — А другой мальчик? Барти нервно сглотнул. — С ним будет не так просто, — признал он. — Мальчишка силен, мой Лорд, и здесь потребуется куда более тонкий подход. Силой его сюда не заманить. Волдеморт снова кивнул. — Для ритуала мы используем младшего. Будет некстати, если старший окажется здесь до того, как я верну себе тело, — размышлял он вслух. — Ты должен обеспечить прибытие Чарли Поттера как можно скорее. — Он будет здесь вскоре после начала испытания, мой Лорд, — заверил его Барти. — Позвольте спросить, мой Лорд. Как мне склонить дементоров на нашу сторону? Волдеморт ухмыльнулся, услышав вопрос, и мысленно вернулся к тому времени, когда он впервые привлек этих существ к себе на службу. — О, Барти, ты просто предлагаешь им то, чего они жаждут. Полагаю, атмосфера в Хогвартсе окажется слишком заманчивой, чтобы они могли устоять, однако, чтобы гарантировать их содействие, ты кое-что можешь сделать. Хвост, принеси мою палочку, — приказал он. Жалкий человек повиновался, едва не споткнувшись о подол своей мантии, когда поспешил исполнить поручение хозяина. Он снял палочку с каминной полки и дрожащей рукой передал её господину. — Не бойся, Хвост, то, что я собираюсь сделать, на время лишит меня возможности наказывать тебя, — успокоил его Тёмный Лорд со смешком. Барти с изумлением наблюдал, как его господин начал бормотать на языке, который даже он не узнавал, — весьма примечательное достижение, учитывая, что его отец свободно владел десятками языков, а он вырос рядом с ним, усвоив немало в процессе. Спустя несколько мгновений Тёмный Лорд прерывисто выдохнул и явил стеклянный шар, темный, как ночное небо. — Это ввергнет дементоров в неистовство. Потребность в пище станет непреодолимой, и они сделают то, что тебе от них нужно, — устало объяснил он. Его зрение начало меркнуть, когда Барти приблизился и освободил его от своего творения. Последней мыслью перед тем, как сон одолел его, было: как именно Барти планирует обеспечить доставку старшего Поттера сюда? Он не знал, но жалел, что ему не хватило предусмотрительности спросить об этом. Ему нужно было устранить их обоих одновременно. Он не мог позволить пророчеству вернуться и преследовать его вновь.

***

Гарри сделал несколько глубоких, судорожных вдохов, прежде чем ему удалось подняться на ноги. Он зашипел от боли: всё еще сияющие руны, которые он тщательно вырезал на своей коже, продолжали жечь. Это было нормальным явлением после завершения ритуала; боль утихнет всего через несколько часов, а то и раньше, если всё действительно прошло успешно. Этот конкретный ритуал он планировал уже давно; в Британии он считался очень темным и был известен только Блэкам. Он не представлял опасности для того, кто был опытен в проведении ритуалов так же, как он, но мог обернуться катастрофой при любом отклонении от инструкций. Гарри всегда проявлял осторожность, практикуя подобную магию. Это было рискованно, но преимущества перевешивали потенциальные последствия в случае, если что-то пойдет не так. За все тринадцать проведенных им ритуалов такого ни разу не случалось. Тот, что он только что завершил, был последним, пока он не станет глубоким стариком. Мало что еще он мог получить, продвигаясь дальше в этом разделе магии, и он достиг пределов, которые был готов раздвинуть. Он был удовлетворен тем, что добился желаемого, не навредив себе и не вызвав негативного воздействия ритуалов, что было весьма вероятно, если зайти за определенную черту. Ритуальная магия — это точное искусство, и с ним не следует экспериментировать. Многие пали жертвой соблазна недостижимого могущества, погони за бессмертием и способностями, превосходящими возможности человеческого тела. Гарри читал об этих людях, изучал их и учился на их ошибках. Этот финальный ритуал должен был усилить его способности к исцелению — не до такой степени, чтобы он мог оправиться от чего угодно, ведь он всё еще оставался человеком, — но это значительно сократило бы время его выздоровления. Он проводил и другие, чтобы помочь своей выносливости, способностям в ментальных искусствах и даже один для обострения чувств и рефлексов; всё это было достижимо и путем тренировок. Он даже не допускал мысли о попытке искусственно увеличить свою магическую силу. Это было возможно, но, как он узнал, подобные вещи были временными и, скорее всего, приносили гораздо больше вреда, чем пользы. Власть развращает, а он осознавал, что не всегда был самым стабильным человеком. Он обладал поистине библейским темпераментом и уже сейчас проявлял равнодушие к большинству окружающих. Меньше всего он хотел, чтобы его разум или тело оказались под угрозой ради того, в чем он не нуждался. Он выпил Кроветворное зелье, которое приготовил на случай завершения работы, и потянулся, чувствуя, как поврежденная кожа натягивается на теле. Когда он почувствовал себя увереннее на ногах, то покинул комнату, которую занял для ритуала, и вернулся в свою, чтобы принять душ. День был еще в самом зачатке, так что никто, кроме Лео, который пил кофе за столом, еще не встал. — Как всё прошло? Гарри пожал плечами, усаживаясь на стул. — Полагаю, как и ожидалось. Лео усмехнулся. — Только ты можешь так беспечно относиться к чему-то столь опасному. Как думаешь, Арктурус позволит и мне провести этот ритуал? — Сомневаюсь, — ответил Гарри, покачав головой. — Но я могу провести его с тобой, если ты дашь мне обет. Лео закатил глаза. — Да-да, я знаю: семейные секреты и всё такое. Гарри ухмыльнулся мальчику. Тот был единственным за пределами семьи, кому он мог безоговорочно доверить их магию. За эти годы он обучил его нескольким полезным заклинаниям из арсенала Блэков. В конце концов, он был почти что Блэком. — Как ты относишься к сегодняшнему вечеру? — продолжил Лео. Гарри глубоко выдохнул. — Нехорошо. Само испытание меня не беспокоит, меня беспокоит всё остальное вокруг него. Что-то затевается, и сегодня — последний шанс для того, кто за этим стоит, нанести удар. — Да уж, — согласился Лео, — мне это тоже не нравится. Гарри посмотрел на друга; те же опасения, что чувствовал он сам, отразились на лице того. Ни Лео, ни его самого было нелегко вывести из равновесия, но это заставило их обоих гадать, что может произойти. — Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал, — серьезно произнес Гарри. Лео кивнул. — Что угодно, ты сам знаешь. — Присмотри за Тонкс. Я знаю, что она может постоять за себя, но мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты прикрываешь ей спину. — Ладно, я присмотрю за ней. Я не спущу глаз со всех них, Гарри, — пообещал Лео. Гарри благодарно кивнул, ничего не добавив. Он знал, что может положиться на этого юношу. По какой бы причине тот ни вошел в его жизнь, он был одной из немногих констант с самого их детства и никогда не давал повода усомниться в себе; Гарри не собирался начинать сейчас или когда-либо в будущем. Пара позавтракала, и Гарри принял столь необходимый душ перед возвращением. Они провели еще пару часов, просто наслаждаясь временем друг с другом — тем, чего им в последнее время не хватало. Вскоре после восхода солнца к ним присоединились Сириус и Кэсси, оба гораздо более подавленные, чем обычно. Сириус отказался от еды, а Кэсси едва притронулась к своей. — Всё будет хорошо, — попытался заверить их Гарри. — Мне это не нравится, — ответил Сириус, качая головой. — Слишком многое может случиться. — И мы будем там, чтобы с этим разобраться, — твердо ответил Лео. Сириус сник, переводя взгляд с одного мальчика на другого. — Ни один из вас не знает, каков он, на что он на самом деле способен, — пробормотал он. — Я сражался против него, я видел, что он делал с людьми, что от них остается, когда он решает, что хочет их смерти. — Да уж, я вырос без родителей из-за него и его своры, — запальчиво возразил Лео. — И Гарри прекрасно знает, на что он способен. Он здесь только потому, что этот ублюдок облажался в ту ночь. Гарри почувствовал, как у него сжалось в животе. Волдеморт не совершил ошибки в ту ночь, если не считать излишней самоуверенности. Это Гарри спутал человеку все карты, попытавшись спасти жизнь Чарли. — Это не одно и то же, — прорычал Сириус. — Никто из вас не сражался против них на передовой, или против него самого, если уж на то пошло. Черт возьми, есть причина, по которой люди в ужасе от него. Прежде чем разгневанный Лео успел ответить, Кассиопея хлопнула ладонью по столу и по очереди одарила обоих свирепым взглядом. — Довольно, — прошептала она угрожающе. — Никто из нас не будет с ним сражаться. Как только этот турнир закончится, мы отправимся домой, подальше от всего этого. Его возвращение — это еще большой вопрос, и мы больше не будем это обсуждать. Ноздри Лео раздулись, когда он встретился взглядом с Сириусом. Они нечасто сталкивались лбами, но когда это случалось, оба были слишком упрямы, чтобы пойти на мировую в ближайшее время. — Оба заткнитесь, — устало вмешался Гарри. — Нам это не нужно, не сегодня. Дуэль взглядов продолжалась еще мгновение, прежде чем Лео отвел глаза. — Да, виноват, — пробормотал он. — Пап? — выжидающе произнес Гарри. — Ага, извини, — неискренне отозвался тот. Гарри обменялся полным отчаяния взглядом с Кэсси, которая весело ухмылялась. Эта женщина не любила ничего больше, чем легкий конфликт между людьми, даже если они были семьей. — Хочешь, я разберусь с ними? — предложила она, и её ухмылка стала злобной, когда она извлекла палочку. Гарри усмехнулся, глядя на испуг, отразившийся на лицах Сириуса и Лео, после чего хмыкнул и сделал вид, будто обдумывает её предложение. — Оставь их пока в покое, — решил он, вызвав вздох облегчения у дуэта. — Если они продолжат в том же духе, тогда я даю тебе разрешение делать всё, что посчитаешь нужным, чтобы это исправить. Кэсси надулась, убирая палочку обратно в рукав, пока Лео и Сириус всё еще настороженно поглядывали на неё. Обстановка оставалась немного напряженной, пока в дверь не постучали; Кэсси встала, чтобы открыть. Отворив дверь, она увидела свою внучатую племянницу. — Нимфадора, — нейтрально поприветствовала она девушку. — Мисс Блэк, — ответила Тонкс, проходя мимо женщины; она уже привыкла к этому почти неодобрительному взгляду, которым та её награждала. Она вошла в комнату и приветствовала Гарри коротким поцелуем в щеку, после чего заняла место рядом с ним. — Разве ты не должен сейчас встречаться в боковом зале с другими чемпионами? — спросила она. Гарри нахмурился, вопросительно глядя на Сириуса. — Дамблдор хочет устроить показуху из того, что чемпионам дают время провести с семьями перед третьим испытанием, — раздраженно объяснил тот. — Хочет, чтобы мы все подружились друг с другом. — Плевать на это, — отозвался Лео. — Они соревнуются друг с другом. — Это не значит, что вы не можете быть дружелюбными, — заметила Тонкс. — Лео просто не хочет снова видеть ту маленькую француженку. Она ему пишет, — усмехнулся Гарри. Лео слегка покраснел и покачал головой. — Она нормальная, просто девчонка, которая хотела сказать спасибо. — О-о-о, у маленького Лео появилась поклонница, — проворковала Тонкс, пока Сириус смеялся над ним. — Мне Кэти более чем достаточно, — твердо ответил Лео. — Она смеялась так же сильно, как и он, когда я ей рассказал, — добавил он, указывая на всё еще посмеивающегося Сириуса. — Ты вообще-то спас ей жизнь, — напомнила ему Тонкс. Лео скромно кивнул. — Это было правильно, — пробормотал он. — Так ты не пойдешь? Гарри покачал головой. — Я жду, когда прибудет дедушка. Лишь несколько мгновений спустя камин ожил в сполохах зеленого пламени, и глава семьи вышел наружу, взмахом палочки смахивая случайный пепел со своей мантии. Бегло оглядев присутствующих, он кивнул и занял место за столом. — Мы все будем оставаться здесь вместе, пока не придет время испытания, — объявил он. — Мы не дадим никому шанса застать нас врасплох. — А как же Кэти? — спросил Лео. — Вы с Кэсси заберете её прямо сейчас и немедленно вернетесь, — распорядился старик. Лео кивнул и вышел из комнаты, сопровождаемый озадаченной Кассиопеей. — Нимфадора, как ты? — спросил Арктурус более тепло, чем привыкли слышать Гарри или Сириус. — Я в порядке, спасибо, Лорд Блэк. А вы? — Я буду чувствовать себя гораздо лучше, когда всё это закончится, — ответил Арктурус. — Пусть я стар, но я чувствую, что что-то назревает. Группа погрузилась в уютное молчание, и вскоре Лео и Кэсси вернулись с Кэти; девушка была весьма встревожена тем, что ей предстоит находиться в окружении остальных. — Вы, должно быть, мисс Белл, — почтительно поприветствовал её Арктурус. — Я много слышал о вас от Лео и Гарри. — Да, Лорд Блэк, — нервно ответила Кэти. — Надеюсь, только хорошее. Кэсси хмыкнула, но была подавлена свирепым взглядом Лео и не менее укоризненным взором своего брата. — Могу заверить вас, оба мальчика отзывались о вас исключительно в самом почтительном тоне. Насколько я понимаю, вы планируете сделать карьеру в квиддиче? Кэти с энтузиазмом кивнула, в то время как Кассиопея в замешательстве уставилась на Арктуруса. — Я на это надеюсь. — В таком случае желаю вам удачи. Это амбициозная цель, а амбиции я глубоко уважаю, — ответил Арктурус с поклоном. Кэсси нахмурилась, глядя на брата. Он был не из тех, кто ведет светские беседы, а уж тем более льстит кому-либо. Единственной женщиной, которой она когда-либо видела его пытающимся польстить, была его жена — милая, тихая женщина, которую, впрочем, не стоило недооценивать. Она обладала неистовым темпераментом и не была профаном в обращении с палочкой. — Говоря о карьере. Принял ли ты окончательное решение о том, чем займешься, Лео? — продолжил мужчина. — Не то чтобы ты в этом нуждался, разумеется: золота, которое ты вызволил у Малфоев, определенно хватит и тебе, и многим грядущим поколениям. Мальчик пожал плечами. — Не представляю, как можно сидеть без дела, — отмахнулся он. — Закончу ученичество у Кэсси, а там рассмотрю варианты. Арктурус одобрительно кивнул. — Гарри? — спросил он. — Профессиональный певец, — пробормотал Лео, заставив Сириуса фыркнуть, а Гарри — одарить их обоих испепеляющим взглядом. — Если честно, я мог бы стать ликвидатором заклятий или даже мракоборцем. Арктурус кивнул в знак одобрения. — Две весьма достойные профессии, — с гордостью произнес он. — Сириус? Тебе ведь больше не нужно присматривать за ним. — Я собираюсь в МКМ, чтобы зарегистрироваться в качестве охотника на темных магов, — с уверенностью сказал тот. — Смогу брать любые контракты по своему выбору. — А женитьба? Ты, может, и не мой наследник, но всё еще Блэк. Сириус покачал головой. — Его воспитания мне хватило сполна, — возразил он, указав пальцем на Гарри, который невинно улыбнулся. — Я не исключаю этого, но не знаю, случится ли это. — Та женщина, Боунс, кажется заинтересованной, — усмехнулся Лео. — Заткнись, — прорычал Сириус. — Боунс была бы хорошей партией, — размышлял вслух Арктурус. — Я могла бы свести тебя с Гестией Джонс? — предложила Тонкс. — Можем мы перестать пытаться подобрать мне пару? — взмолился Сириус. — И только не Гестия Джонс. — О, Сириус, ты же этого не делал? — разочарованно спросила Тонкс. — Мы были молоды, и я… — Был озабоченным подростком? — закончил за него Гарри. Сириус пожал плечами. — Достаточно, мне не следовало поднимать эту тему, — брезгливо вмешался Арктурус. — Грязный старый кобель, — пробормотал Гарри, свирепо глядя на отца. Дальнейшего обсуждения карьеры или возможных кандидатур в жены Сириусу не последовало. Группа провела день в компании друг друга, как и распорядился Арктурус. Гарри, впрочем, участвовал в разговорах мало. Он не мог не думать о том, что должно было произойти, а тревожное чувство в животе — ощущение, что что-то затевается, — лишь усиливалось с каждым мгновением. Он отлучился лишь для того, чтобы переодеться в снаряжение из драконьей кожи, в котором будет соревноваться, и проверить исправность обеих своих палочек. Прежде чем он успел окончательно собраться, Арктурус посмотрел на часы, встал и одарил их суровым кивком. — Пора, — подтвердил он. Остальные поднялись и направились через почти пустой замок; остальная школа, судя по всему, уже перебралась на стадион. Это подтвердилось, когда они прибыли и обнаружили, что трибуны заполнены до отказа. — Мои родители здесь, — объявила Кэти, помахав матери и отцу, сидевшим в первом ряду одной из трибун. — Иди, — распорядился Арктурус. — Мы присоединимся к вам через минуту. — Я тоже пойду, — заявила Кэсси, прежде чем обнять Гарри и шепнуть ему на ухо последние слова ободрения. Она взяла Кэти за руку и увела её прочь. — Помни, что я сказал, — напомнил Гарри Лео. Мальчик твердо кивнул и крепко обнял его. — Да, ты можешь на меня рассчитывать. Гарри похлопал его по спине, разорвал объятия и перевел внимание на отца и деда. — Я сделаю так, чтобы все помнили: победу здесь одержал Блэк, — поклялся он. Арктурус кивнул. — Что бы ни случилось, Гарри, ты с честью представлял наш род. Я не мог бы требовать от тебя большего, чем ты уже дал. — Будь бдителен, сын, — прошептал Сириус, притягивая Гарри для собственных объятий. — Я никогда к этому не привыкну, — усмехнулся он, взъерошив волосы Гарри. — Я тоже, — вздохнул Гарри. — Я вернусь прежде, чем ты успеешь это осознать. Сириус кивнул и последовал за Арктурусом, отойдя чуть в сторону, чтобы дать Гарри и Тонкс возможность уединиться. Когда они остались одни, она прильнула к нему, уткнувшись лицом в его грудь и просто вдыхая его запах. Она почувствовала, как его руки крепко обхватили её, и еще сильнее прижалась к нему, ощущая, как первые слезы пытаются прорваться наружу. — Что случилось? — спросил Гарри. — Ничего, — шмыгнула она носом. Гарри пальцем приподнял её подбородок, заглянул в светло-серые глаза и выжидающе вскинул бровь. — Дора, — мягко настоял он. Тонкс вздохнула и пожала плечами. — Сейчас это не имеет значения. Просто вернись ко мне, остальное подождет, — сказала она с влажной улыбкой. — Я вернусь, — ответил Гарри. — Обещай мне, — почти взмолилась Тонкс. — Я не вынесу мысли о твоей потере. Гарри нежно поцеловал её, вызвав одобрительные выкрики в тех частях трибун, где, по-видимому, за ними наблюдали. — Обещаю, я вернусь. Тонкс посмотрела ему в глаза и кивнула, увидев в них непоколебимую решимость. — Я ловлю тебя на слове, — прошептала она, снова обвивая его руками. Гарри наградил её страстным поцелуем, после чего повернулся и направился к остальным чемпионам, которые как раз закончили прощаться со своими близкими. Пришло время сосредоточиться. Как только всё закончится, он сможет отправиться домой и вернуться к нормальной жизни — жизни вдали от магической Британии, которую он покинул, будучи лишь слабым и забитым мальчишкой.

***

Чарли наблюдал за тем, как чемпионы собрались вместе с судьями; Бэгмен и Крауч стояли у самого входа в лабиринт. С того места, где он сидел, ему было отчетливо видно выражение лица Гарри. Его брат был полон решимости, и Чарли ни на секунду не сомневался, что тот одержит триумфальную победу в этом испытании. Больше всего на свете ему хотелось навестить его сегодня, чтобы пожелать удачи, но этому не суждено было случиться. Родители очень опекали его в последние пару дней, не выпуская из виду ни на мгновение. Это не имело значения. Когда Гарри выйдет из лабиринта победителем, он поздравит брата и отпразднует это вместе с ним и остальными. Студенты Хогвартса будут болеть за Седрика, но только не Чарли. Его преданность Гарри перевешивала преданность школе. Он бросил взгляд на родителей, стоявших по обе стороны от него; оба были предельно насторожены, но при этом одинаково нервничали — в отличие от него самого. Он просто выжидал время, пока другой мальчик вернется из лабиринта, сжимая в руках кубок. Он снова сосредоточил внимание на чемпионах, когда судьи и представители Министерства отошли, чтобы занять свои места. Группа недолго что-то обсуждала, прежде чем Бэгмен приставил кончик палочки к своему горлу и громко заговорил. — ДАМЫ И ГОСПОДА, Я С РАДОСТЬЮ ПРИВЕТСТВУЮ ВАС НА ТРЕТЬЕМ И ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОМ ИСПЫТАНИИ ТУРНИРА ТРЁХ ВОЛШЕБНИКОВ. Его слова вызвали шквал аплодисментов и одобрительных криков, и мужчине пришлось поднять руку, чтобы утихомирить толпу. — ЗАДАЧА ПРОСТА: ПЕРВЫЙ ЧЕМПИОН, КОТОРЫЙ ДОБЕРЕТСЯ ДО ЦЕНТРА ЛАБИРИНТА И ЗАБЕРЕТ КУБОК ТРЁХ ВОЛШЕБНИКОВ, СТАНЕТ ВАШИМ ПОБЕДИТЕЛЕМ. ЧЕМПИОНЫ БУДУТ ВХОДИТЬ В СООТВЕТСТВИИ С ТУРНИРНОЙ ТАБЛИЦЕЙ. ИТАК, ПЕРВЫМ ПОЙДЕТ МИСТЕР ГАРРИ БЛЭК, ПРЕДСТАВЛЯЮЩИЙ РОД БЛЭК. Аплодисментов в адрес Гарри было гораздо больше, чем на первом испытании. Казалось, он заслужил уважение многих представителей трех других школ, с которыми соревновался. — ЗА НИМ ПОСЛЕДУЕТ МИСТЕР КРАМ ИЗ ДУРМСТРАНГА. Толпа буквально ожила при виде звезды квиддича. Если до турнира он и был популярен среди студентов, это не шло ни в какое сравнение с тем обожанием, которое они демонстрировали ему сейчас. Болгарский ловец вежливо поднял руку, хотя хмурое выражение его лица оставалось таким же явным, как и всегда. — ЗА МИСТЕРОМ КРАМОМ ПОСЛЕДУЕТ МИСТЕР ДИГГОРИ ИЗ ШКОЛЫ ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА ХОГВАРТС. Седрика встретили так же бурно, как и Крама. Его хорошо знали и любили в школе; по большей части скромный, он, тем не менее, не был лишен таланта. Чарли чувствовал, что именно он станет самым серьезным препятствием для его брата среди всех чемпионов. — И, НАКОНЕЦ, ПОСЛЕДНЕЙ ВОЙДЕТ МИСС ДЕЛАКУР ИЗ АКАДЕМИИ МАГИИ ШАРМБАТОН. Аплодисменты, доставшиеся французской ведьме, были довольно скудными по сравнению с Крамом и Диггори, но гораздо более громкими, чем на первом испытании — она всё же сумела завоевать к себе некоторое уважение. Девушка сама портила впечатление о себе своим довольно высокомерным отношением к большинству окружающих. — ИСПЫТАНИЕ НАЧНЕТСЯ ПО СИГНАЛУ ГОРНА. МЫ ЖЕЛАЕМ ВСЕМ ЧЕМПИОНАМ УДАЧИ. Чарли подался вперед в предвкушении, с нетерпением ожидая начала. Хотя зрители не могли видеть происходящее в лабиринте, атмосфера была невероятной, похожей на ту, что он ощутил на Чемпионате мира по квиддичу. Он ликовал вместе со всей толпой, когда Гарри вошел в лабиринт, а за ним Крам, Седрик и, наконец, Делакур. Именно когда вошел последний чемпион, на стадион опустился нехарактерный холод, заставивший Чарли неудержимо дрожать. В конце концов, стоял июнь, и такой холод был неестественным для этого времени года. Студенты, казалось, заметили внезапную перемену и расспрашивали других о том, что могло ее вызвать, думая, что это часть испытания. Взрослые же побледнели, многие выхватили палочки, а на их лицах застыл страх. — Дементоры, — пробормотал Джеймс, крепко сжимая свою палочку. Чарли содрогнулся и вцепился в спину отцовской мантии. Он слышал об ужасах этих существ и даже видел последствия столкновения с ними, когда его отец возвращался из Азкабана. Это было не самое приятное зрелище. Тот приходил домой бледным, липким от пота и дрожащим, и это состояние длилось несколько дней. — Оставайся со мной, Чарли. Лили, защищай студентов, — распорядился Джеймс, чьи глаза начали сканировать окружающее пространство. Он, конечно, знал, что они здесь будут, но предполагалось, что они останутся далеко от школы. Лили бросила тревожный взгляд на сына и мужа, прежде чем уйти. Она была одной из немногих, кто мог создать телесного Патронуса, и окружающие студенты нуждались в ней. Чарли кивнул, когда в его сознании начали всплывать образы — в основном незнакомые, но во многих чувствовалось что-то родное. Он услышал неразборчивое бормотание, увидел яркую вспышку зеленого света, летящую прямо в него, но кто-то закрыл его собой прежде, чем она достигла цели. Его хватка ослабла, и он почувствовал, как отец отстранился, пытаясь отбиться от дементоров. Последнее, что он услышал перед тем, как рухнуть на землю, был пронзительный крик агонии, эхом отозвавшийся в голове. Не в силах пошевелиться, он увидел хорошо знакомое ему лицо. Прежде чем он успел что-то спросить, он почувствовал сильный рывок в районе пупка — портал унес его прочь. Джеймс больше не чувствовал Чарли за своей спиной, а толпа тем временем впала в полную панику. Люди бежали во все стороны, спасаясь от воздействия дементоров, и он нигде не видел своего сына. С бьющимся сердцем он схватил первого попавшегося мужчину, поморщившись от запаха из его рта. — Филч, ты видел Чарли? Человек просто оттолкнул его и, к огромному удивлению Джеймса, выхватил палочку. — Авада Кедавра! — радостно взревел он. С расширенными от ужаса глазами, не в силах сделать что-либо еще, Джеймс бросился на землю, и мгновением позже на него рухнуло другое тело. Он скинул человека с себя и сумел подняться на ноги, пока в ушах звенел маниакальный смех завхоза. Заметив, что тот пытается скрыться, он бросился в погоню. Кто-то выдавал себя за этого человека, это было ясно, и у него появилось гнетущее чувство: он точно знал, что произошло с Чарли.

***

Лео выхватил палочку в тот самый миг, когда почувствовал, как вокруг них просачивается тревожный холод; мгновением позже то же самое сделали Кэсси и Тонкс. Он притянул Кэти ближе, тихо ругаясь сквозь зубы и высматривая в небе любые признаки их появления. — Что это? — обеспокоенно спросил Роберт Белл, всё его тело сотрясалось от дрожи. — Дементоры, — прошептал Лео. Он почувствовал, как Кэти застыла в его руках, пока остальная толпа осознавала происходящее и пыталась бежать со стадиона; лишь немногие были готовы остаться, чтобы попытаться дать отпор, и еще меньше было тех, кто был на это способен. — ДЕРЖИТЕСЬ ВМЕСТЕ! — закричал он, перекрывая панические вопли толпы. Он обернулся и обнаружил, что большая часть группы, с которой он был, поглощена морем безумия вокруг, и их унесло прочь туда, где он не мог их защитить. Осталась лишь одинокая фигура Сары Белл, которая, казалось, замерла на месте, пока её глаза метались по толпе. Лео проложил себе путь к ней сквозь людские потоки и взял её за руку, лихорадочно выискивая остальных. — Вы видели, куда они делись? — властно спросил он женщину. Сара покачала головой. — Черт, — выругался Лео. — Вы можете вызвать патронуса? — Н-нет, простите, — слабо ответила она. Лео почувствовал укол сочувствия к женщине, обхватил её рукой и крепко сжал её плечо. — Мы должны их найти. Что бы вы ни делали, миссис, не отпускайте меня, ладно? Сара кивнула. Лео выдавил из себя то, что, как он надеялся, было ободряющей улыбкой, проталкиваясь сквозь живую волну. Одно он знал наверняка: никто из Блэков не станет убегать, уж Сириус точно, а Кэсси не уйдет без него. Они могли быть только в одном месте — там, где делали всё возможное, чтобы отбить атаку дементоров. — Экспекто патронум! — выкрикнул он, когда одно из существ в капюшоне спикировало сверху на группу студентов Шармбатона. Существо отступило, к его огромному облегчению, хотя оно было недолгим. Оно вернулось всего мгновение спустя, и его атака стала гораздо агрессивнее. В большинстве случаев дементор полностью покинул бы это место, но этот, казалось, отчаянно жаждал насытиться. Лео снова выпустил патронуса, но тот лишь в очередной раз доказал свое упорство, отпрянув лишь на миг. — Какого черта происходит? — прорычал он, отбиваясь в третий раз. Он делал всё возможное, чтобы пробиться вперед, чередуя попытки сдерживать дементора и поиски остальных. Толпа продолжала метаться в попытках спастись, и он видел многих на земле — они лежали неподвижно. Отбросив мысли о пострадавших, он заметил впереди долгожданное зрелище. Патронус-гидра Гарри сражался с дементорами неподалеку. Хотя у него была та же проблема — существа упорно отказывались покидать территорию, — Лео стало немного легче от того, что Гарри был там. — Идем! — крикнул он, увлекая за собой Сару Белл. С большим трудом и расталкиванием людей они добрались до места, где раз за разом возникал патронус, но обнаружили там не Гарри, а Тонкс; позади неё скорчился очень бледный Роберт Белл. Стряхнув с себя замешательство от того, что Тонкс использует патронуса Гарри, он встал рядом с девушкой, пока Роберт с благодарностью притянул к себе жену, признательно кивнув Лео. — Где остальные? — Я не знаю, — вздохнула Тонкс, её кожа была мертвенно-бледной. — Нас всех разделило. Лео застонал, когда дементор удвоил усилия, пытаясь утолить голод и обрушиться на группу младших студентов Хогвартса, забившихся под одну из трибун. — Почему они не останавливаются? — спросил он, посылая патронуса на защиту группы. Тонкс покачала головой. — Я никогда не видела ничего подобного, — ответила она, когда её защитник присоединился к его. — Они повсюду, — добавила она. Лео огляделся и увидел, что многие из них рассредоточились по всей территории. Если бы они напали единым фронтом, это не было бы такой проблемой даже в их необычайно диком состоянии. Но когда они рассыпались, справиться с ними было крайне сложно. Больше всего на свете он хотел отправиться на поиски Кэти. Её родители были под защитой, но он понятия не имел, где она. Вместо этого он вспомнил слова, сказанные Гарри. Он обещал, что защитит Тонкс, и не собирался нарушать клятву. Он надеялся, что девушка с Блэками и они смогут её защитить. Он никогда не простит их, если они позволят чему-то случиться с ней.

***

Кассиопея Блэк редко тревожилась или испытывала страх, но сейчас она чувствовала и то, и другое. За долгие годы жизни ей нечасто приходилось сталкиваться с дементорами, но теперь она ощущала их воздействие в полной мере. Холод был невыносим, а перед глазами поплыли образы из её собственного детства. Она вспомнила, как её наказывали за малейший проступок; как отец накладывал проклятия на неё и её братьев с сестрами; вспомнила даже смерть матери, когда она была еще совсем маленькой, — сама эта смерть теперь казалась куда более подозрительной, чем её детский разум мог тогда осознать. В один день её мать была здорова, в следующий — мертва, а отец не выказал ни капли заботы о женщине. Чем мрачнее становились её эмоции, тем сильнее влияло на неё присутствие дементора. Она делала всё возможное, чтобы отогнать эти чувства, но не могла сдержать слез. — Экспекто патронум, — слабо произнесла она, но из кончика её палочки вырвался лишь жалкий клочок белого тумана. Она выругалась. Ей потребовалось немало времени, чтобы выучить это заклинание, и сделала она это лишь для того, чтобы доказать своё магическое превосходство. У неё никогда не было нужды использовать его в подобной ситуации. Зрение начало бесконтрольно меркнуть, и она обнаружила, что больше не может держать руку поднятой, чтобы направить палочку. Она почувствовала, как подкосились колени, а земля будто поплыла ей навстречу в замедленной съемке. Покорно смирившись со своей участью, она уже была готова погрузиться в беспамятство, но вдруг почувствовала, как чьи-то руки крепко обхватили её, помогая подняться на ноги. Вскоре последовала вспышка яркого белого света, и её накрыло волной тепла, а мириады темных мыслей, которые она ощущала, улетучились вместе с патронусом. — Идем, Кэсс, — раздался голос её брата. Она была готова расплакаться от одного его появления. Она повернулась и увидела бледное лицо Арктуруса; его губы сжались в жесткую линию, пока он сосредоточенно поддерживал свое заклинание. Воспоминания, которые она только что пережила, больше не казались такими зловещими. Арктурус всегда был рядом. Всякий раз, когда её наказывали, он приходил, чтобы утешить её, привести в чувство и пообещать, что всегда будет защищать её. Именно благодаря ему она пережила то ужасающее детство, которому они подверглись. Он даже брал на себя вину за её поступки, лишь бы она избежала наказания. Она вцепилась в его мантию, пока он уводил её прочь от дементоров, и гнетущее чувство уменьшалось с каждым их шагом. Он остановился спустя, как ей показалось, несколько минут, хотя её восприятие времени было совершенно искажено. Возможно, прошло всего несколько секунд. — Ты видел остальных? — спросил голос Сириуса. — Нет, я не видел ни родителей девочки, ни Нимфадору, ни Лео, — обеспокоенно ответил Арктурус. Сердце Кэсси екнуло. Она не знала, что будет делать, если с мальчиком что-то случится. Она почувствовала, что брат отпустил её, и в то же время другая пара рук обхватила её — эти были меньше и заметно сильнее дрожали. Она обернулась и заглянула в карие глаза девчонки Белл; та нервно покусывала нижнюю губу. Кэсси почувствовала облегчение, увидев, что девочка не пала жертвой дементоров, — странное чувство по отношению к грязнокровке. — Как вы, мисс Блэк? — спросила девочка, и её голос был полон тревоги. В ней не было ни насмешки, ни самодовольства — того, что большинство проявило бы, застав её в таком состоянии. Девочка искренне за неё переживала. — Я в порядке, — ответила она пренебрежительно, заставив девочку недоверчиво вскинуть бровь. — Со мной всё будет в порядке, — поправилась она. Девчонка Белл натянуто улыбнулась. — Разве ты не волнуешься за своих родителей? Кэти натянуто кивнула. — Никто из них не умеет вызывать патронуса. Я просто надеюсь, что они с Лео. Он не позволит, чтобы с ними что-то случилось. Кэсси улыбнулась этой мысли. Как бы она ни пыталась привить мальчику чувство самосохранения, она потерпела неудачу. Он был крайне самоотверженным, и этот чертов дурак был по уши влюблен в девчонку. — Если он с ними, тебе не о чем беспокоиться, — произнесла она. Кэти снова кивнула, на этот раз чуть более убежденно. Её слова были сказаны ради утешения, но сама Кэсси его не чувствовала. Она верила в Лео, в его способности, но не могла быть уверена, что он не совершит какую-нибудь глупость, чтобы спасти всех остальных, если потребуется. «Возвращайся, парень», — взмолилась она про себя так, как мать молится о благополучном возвращении сына.

***

Лео и Тонкс наконец получили передышку — им больше не нужно было вызывать патронусов, так как дементоры утомились от безуспешных попыток в их секторе. Он опустился на колено рядом с Беллами; оба всё еще тяжело переносили последствия холода. — Вы готовы идти? — мягко спросил он. — Нам нужно найти остальных. Роберт кивнул и помог жене подняться на ноги, после чего притянул её к себе, пытаясь согреть. — Мы должны найти Кэти, — настаивал он. Лео кивнул и тяжело сглотнул, не желая задерживаться на мучительных мыслях о том, что девочка могла пасть жертвой участи, которую несут эти существа. — Хорошо, выдвигаемся, — распорядился он, не до конца понимая, как сможет защитить себя и еще троих одновременно. Толпа ведьм и волшебников еще не поредела, и он не мог не думать о том, что выходы со стадиона оказались заблокированы. В его уме не было сомнений: вся эта ситуация была спланирована, вероятно, тем самым человеком, по чьей вине Гарри оказался на турнире. Это лишь сильнее взвинчивало его нервы. Если это так, то происходящее здесь могло быть лишь отвлекающим маневром, скрывающим истинные намерения этого человека. Однако в нынешнем положении он был бессилен что-либо предотвратить. Он мог лишь продолжать делать то, что делал, и надеяться, что с чем бы ни столкнулся Гарри, он справится. — Вон там! — раздался облегченный голос Тонкс; она указывала в сторону одной из трибун неподалеку. Лео и сам прерывисто выдохнул, когда увидел Сириуса и Арктуруса, пытающихся отбиться от нескольких дементоров. Сразу за ними сидела Кэти, которая, казалось, обнимала прильнувшую к ней Кэсси. Выпустив собственного патронуса на помощь двоим Блэкам, он подтолкнул троих спутников вперед и бросился к группе, которую потерял из виду, когда началась давка. Добравшись до них, он прижал и Кэсси, и Кэти к своей груди и держал их изо всех сил — никакие слова не могли передать того облегчения, что он чувствовал. — Вы в порядке? — тихо спросил он. Он почувствовал, как Кэти кивнула у него на груди, и сжал её сильнее одной рукой, одновременно взяв руку Кэсси в свою. — Кэсс? — добавил он, нуждаясь в том, чтобы услышать её голос. Кэсси вздохнула и кивнула. — Со мной всё будет хорошо, просто убери от нас этих проклятых тварей. Лео усмехнулся и поднялся; его место заняли Беллы, которые принялись хлопотать над дочерью, оба в слезах от того, что видят её в относительном здравии, учитывая обстоятельства. — Что, черт возьми, произошло? — спросил он Арктуруса, прежде чем присоединить своего патронуса к общим усилиям старика и Сириуса. — Понятия не имею, — прорычал Арктурус, — но мне это не нравится. Нужно разобраться с этим и найти Гарри. Лео кивнул в знак согласия; беспокойство за друга придавало ему сил. Когда в атаку пошли сразу три патронуса, дементоры снова бежали, осознав, что не смогут насладиться пиршеством, которого так жаждали. Переведя дух, Лео огляделся и был удивлен, но обрадован, увидев больше ярких призрачных фигур, чем ожидал: те, кто был способен на это, продолжали защищать студентов, толпу и самих себя. Он заметил феникса, который мог принадлежать только Дамблдору, лань, кошку и даже крупную золотистую лошадь. Однако всё это казалось напрасным. Чем активнее дементоров отгоняли, тем решительнее и отчаяннее они становились. — Нам нужно собрать всех вон там, — сказал он, указывая туда, где едва виднелась белизна бороды директора. — От них будет легче защищаться, если все будут в одном месте. Сириус понимающе кивнул. — Как, черт возьми, нам это провернуть? — спросил Арктурус. Лео стиснул зубы, обдумывая, как добиться подобного. Недовольно покачав головой из-за единственной пришедшей на ум идеи, он шумно выдохнул через нос. — Уведите их подальше от всего деревянного, — распорядился он. Нахмурившись, они отвели Беллов, Кэсси и Тонкс в сторону, и Лео принялся за работу, надеясь, что это не аукнется ему позже. После нескольких негромко произнесенных слов трибуна и забор вспыхнули, и пламя начало быстро распространяться. Всего за несколько мгновений ограждение и трибуны по всему периметру стадиона запылали ярко-рыжим огнем; Лео удовлетворенно кивнул — люди начали кричать и в страхе пятиться от пожара. Он приставил палочку к горлу. — ДВИГАЙТЕСЬ К ДАМБЛДОРУ! ЖИВО, ЖИВО, ЖИВО! — закричал он, принимаясь хватать случайных людей и подталкивать их в нужном направлении. — КАКОГО ЧЕРТА ВЫ ДЕЛАЕТЕ, ВСЕ ТУДА! — добавил он, обращаясь к растерянной группе студентов, бегавших кругами. Он убрал палочку от горла и помог Кэсси подняться на ноги. — Идем, Кэсс. Сейчас не время прохлаждаться. Женщина покачала головой, пока он вел её за собой; остальные уже последовали его приказу и ушли вперед. Похоже, все остальные собравшиеся на стадионе поняли, чего он пытается добиться: они пробивались к директору и группе людей, пытавшихся защитить толпу в самом центре. Это вынудило дементоров действовать более скученно, что привело к желаемому результату — патронусы стали работать эффективнее. — ШЕВЕЛИТЕ СВОИМИ ГРЕБАНЫМИ ЗАДНИЦАМИ, — взревел он на отставших вокруг него, но тут же зашипел от боли: заклинание ударило его в спину, и он повалился на землю. Инстинктивно он перекатился, всё еще удерживая Кэсси в руках, и вскочил на ноги. Обернувшись, он столкнулся с яростным лицом мальчишки Малфоя, который наставил на него палочку; как и следовало ожидать, его сопровождали несколько других членов его факультета. — Ты действительно хочешь заняться этим сейчас, гребаный идиот? — выплюнул Лео, указывая на всё, что происходило вокруг них. Не дожидаясь ответа, он выпустил серию проклятий, предназначенных для обездвиживания, на что ответом были вскрики — трое из группы рухнули. — ТЫ ОТНЯЛ У МЕНЯ ВСЁ! — закричал Малфой. — КОНТУЗИО! Лео воздвиг мощный полупрозрачный купол, который мог надежно защитить от этого опасного заклинания, удивившись, что у мальчишки хватило умения и смелости сотворить подобное. Он покачал головой. Это была не стойкость, которую он демонстрировал, а глупость. Он наблюдал, как мелкие пучки света рикошетят от его щита и взрываются — каждый со звуком детонирующей бомбы. Когда последний из них иссяк, он взмахом руки убрал купол. — Так ты хочешь разбрасываться опасными заклятиями? — процедил он. Его палочка превратилась в размытое пятно, когда он отдался инстинктам, вбитым в него годами: бей сильно, бей быстро, а вопросы задавай потом. Малфою удалось избежать первых двух заклинаний, но он пал жертвой третьего. Он закричал, выронив палочку, и вцепился в то, что осталось от его глаз, из глазниц которых сочилась желеобразная багровая жидкость. Лео опустил Кэсси на землю и направился к мальчику, нанеся тяжелый удар ногой ему по ребрам. Его крик перешел в стон, когда грудная клетка проломилась под силой удара. — Это последний раз, когда я говорю тебе, парень. Если ты еще хоть раз попробуешь совершить подобную глупость, я уничтожу всё, к чему ты проявляешь хоть какую-то заботу. Я буду преследовать тебя до конца твоих дней, сколь бы недолгими они ни были. Малфой лишь жалобно заскулил, и Лео оставил его скорчившимся на земле. С мальчишкой всё будет в порядке, если его не настигнут дементоры. Он получил суровый урок и либо усвоит его, либо будет получать еще более суровые, пока не научится. Он помог Кэсси подняться и потащил её к большому скоплению ведьм и волшебников, собравшихся в центре стадиона, по пути столкнувшись с хогвартским завхозом, который бежал в противоположную сторону с палочкой в руке. Одарив мужчину гневным взглядом, он добрался до края толпы, где стояли Тонкс, Беллы, Сириус и Арктурус; оба Блэка и аврор находились рядом с очень мрачным Дамблдором, а крошечный профессор заклинаний, желчный мастер зелий и наставница трансфигурации удерживали дементоров на расстоянии. — Что тебя задержало? — спросил Арктурус. — Идиот Малфой решил, что сейчас самое подходящее время для нападения. — Люциус здесь? — закипая, спросил старик. Лео покачал головой. — Его чертов отпрыск. Арктурус крякнул, отправляя очередного патронуса; дюжина или около того авроров, вызванных на помощь, пытались сделать то же самое. — Проклятые ублюдки не останавливаются, — простонал Лео. Лео уже собирался сотворить собственное заклинание, когда его с силой развернули. Столкнувшись с паникующим Джеймсом Поттером, ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не ударить мужчину за то, что тот его коснулся. — Ты видел Филча? — допрашивал его мужчина, тряся за плечи. Лео нахмурился. — Того парня-завхоза? Джеймс закивал, его глаза маниакально выпучились. — Да, только что. Он бежал в ту сторону. Джеймс рванул в том направлении, куда указал Лео. Мальчик пожал плечами. Он не питал любви к Поттерам, за исключением самого младшего из них. Он вновь переключил внимание на более насущное дело. Хотя дементоров и оттесняли различными патронусами, они не спасались бегством — все возвращались мгновение спустя. Он с боем проложил себе путь сквозь толпу к директору, игнорируя раздраженный взгляд угрюмого мастера зелий, которого он бесцеремонно оттолкнул плечом. — Нам нужно действовать сообща, чтобы вытеснить их. Люди уже выбиваются из сил, — объяснил он. Дамблдор окинул взглядом стадион и согласно кивнул. — Вы правы, мистер Уилан. Северус, Минерва, соберите всех, кто способен вызвать патронуса, и приведите их сюда. Мы будем их сдерживать. Лео покачал головой и снова приставил палочку к горлу. — ВСЕ, КТО МОЖЕТ ВЫЗВАТЬ ПАТРОНУСА, ЖИВО ВСЕ СЮДА! СЛЕДУЙТЕ ЗА КРАСНЫМИ ИСКРАМИ! — закричал он, выпуская в небо сноп искр. Дамблдор одарил его одобрительным кивком, в то время как профессор трансфигурации в упор посмотрела на него. Он проигнорировал её взгляд, вновь направляя своего патронуса на наступающую орду дементоров. Всего через несколько мгновений его, казалось, окружили люди, творящие то же заклинание, и Дамблдор взял ситуацию под свой контроль. — Мы должны вытеснить их наружу, следуйте за мной! — громко воззвал он. Он начал продвигаться вперед, сопровождаемый изнуренными аврорами, профессорами и всеми, кто был способен помочь. Это заняло несколько минут, но им удалось оттеснить их вплотную к пылающей границе. Дамблдор развеял своего патронуса и глубоко вздохнул, собирая каждую крупицу доступной ему силы. С первобытным ревом кончик его палочки вспыхнул ослепительно белым светом, заставив тех, кто стоял рядом, невольно прикрыть глаза. — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! Жар, исходящий от этого человека, был почти невыносимым, когда огромный, почти осязаемый феникс вырвался из конца его палочки и столкнулся с дементорами, заставив их с визгом раствориться в ночном небе. Мир вокруг Лео погрузился в мертвую тишину; он замер, охваченный благоговейным трепетом перед тем, чему стал свидетелем. Он слышал о Дамблдоре и даже очень хотел встретиться с человеком, которого столь многие почитали за его магические свершения. Однако сама встреча поначалу принесла разочарование. Этот человек ему ни в коей мере не нравился — особенно после того, что он сделал с Гарри, Сириусом и Поттерами, — но он определенно уважал его способности. То, что он только что увидел, было не чем иным, как нечто невероятным. Старый директор упал на колени, его дыхание было тяжелым, а кожа блестела от пота, мерцавшего в лунном свете. С большим трудом и при помощи коллег ему удалось через мгновение подняться, хотя он дрожал; он поднял трясущуюся руку, показывая, что с ним всё будет в порядке. — Ему нужно в больничное крыло, он истощен, — подал голос Флитвик. — Нет, — отказался Дамблдор. — Я должен позаботиться о студентах. Я должен быть здесь, когда вернутся чемпионы. Не желая спорить с ним, сотрудники помогли ему идти, попутно оценивая последствия того, что произошло вокруг них. — Северус, вы должны послать весть в больницу Святого Мунго. Минерва, разыщите Корнелиуса и проинформируйте мадам Боунс. Филиус… — Что, ради всего святого, там происходит? — перебила Макгонагалл. — Это Джеймс Поттер и Аргус? Лео обернулся и увидел в отдалении двух яростно дуэлирующих волшебников. — Похоже, аврор Поттер обнаружил того, кто несет за это ответственность, — размышлял вслух Дамблдор, доставая палочку и направляясь в ту сторону. — Не будь дураком, Альбус, позволь аврорам разобраться с этим, — настаивала Макгонагалл. — Ты не в том состоянии. Наблюдение за дуэлью двух мужчин наполнило Лео яростью. Если человек, с которым сражался Поттер, был ответственен за всё это, он не собирался рисковать и давать ему уйти. Он не доверял Джеймсу Поттеру, особенно в таком деле. Если всё это было лишь уловкой, чтобы что-то сделать с Гарри, он хотел знать об этом. Он сорвался на бег, расталкивая остальных зевак, направлявшихся в ту же сторону, и быстро настиг обоих мужчин. Оба осыпали друг друга довольно неприятными проклятиями, хотя Поттер был куда более сдержан — явно пытаясь задержать противника. — ГДЕ МОЙ СЫН? — закричал Джеймс. Другой мужчина рассмеялся почти восторженно. — К этому моменту твой сын мертв. Оба твоих сына, — бросил он в ответ. Джеймс Поттер издал животный звук, нечто среднее между криком и гортанным ревом, и выпустил заклинание, которого Лео не узнал, в человека, что мгновенно посерьезнел и воздвиг вокруг себя золотой купол. Когда тот исчез, мужчина огляделся и криво ухмыльнулся. — Похоже, у нас компания. Пожалуй, продолжим в другой раз, — хмыкнул он, после чего взмыл в воздух и перелетел через пламя; шальное заклятие Джеймса едва не задело его. — Мы не должны позволить ему уйти. Только он знает, чему всё это послужило, — воззвал Дамблдор. — Идем, Поттер, — скомандовал Лео, взмахивая палочкой в сторону огня и заставляя его расступиться. Он протащил мужчину за собой прежде, чем брешь сомкнулась. — Куда он делся? — отчаянно спросил Джеймс. Лео осмотрел территорию и заметил вдали одинокую фигуру, направлявшуюся к лесу. — Вон там, — ответил он, указывая на человека. — Мы должны поймать его прежде, чем он доберется до границы охранных чар, — ответил Джеймс, удерживаемый подростком от немедленной погони. Лео засунул два пальца в рот и свистнул, крепко удерживая мантию другого мужчины, чтобы не дать ему броситься в погоню. Убегающий от них человек на мгновение замер и коротко обернулся, прежде чем скрыться в лесной роще. — Что ты, черт возьми, творишь? — вопросил Джеймс, не прекращая попыток вырваться. — Идти за ним следом было бы глупостью. Он слишком легко может устроить нам засаду. — Мне плевать, — прорычал Джеймс. — Он что-то сделал с моими мальчиками; он куда-то их забрал. — Я знаю, — попытался утешить его Лео. — Где бы они ни были, просто помни, что Гарри там. Он защитит Чарли. А что касается его, — продолжил он, кивнув в сторону леса, — он вернется к нам совсем скоро. Доверься мне. Джеймс покачал головой, не став менее безумным, чем прежде. Он не понимал, как мальчишка может оставаться таким спокойным. Ну конечно, ведь это не его дети были в опасности. — Типично, Поттер, не может довести дело до конца, когда это необходимо, — насмешливо бросил мастер зелий, когда к ним подошла большая группа профессоров вместе с Блэками, Беллами и множеством других людей из толпы. Прежде чем он успел ответить, его жена оказалась в его объятиях, неудержимо рыдая. — Что случилось? — потребовала она ответа. — Филч, Чарли... Я не знаю, — плакал Джеймс. Лео почувствовал, как сердце сжимается от жалости к этой паре. Он никому не пожелал бы того, что они сейчас переживали, особенно ради этого мальчика. Он сблизился с Чарли, заботился о нем не меньше, чем Гарри, и теперь молился, чтобы его друг не подвел его и добыл их единственную зацепку. Лишь спустя короткое время его дух воспрянул: из глубины леса донесся вопль ужаса. Еще один последовал мгновением позже — на этот раз полный агонии. — Я же говорил, что он вернется, — сказал Лео, положив руку на плечо Джеймса. Многие вскинули палочки, заметив сильное шевеление в зарослях, которое неуклонно приближалось. Еще больше людей ахнуло, когда из-за деревьев вырвался огромный медведь, державший в пасти отчаянно сопротивляющегося человека. Размеры медведя могли напугать кого угодно: встав на задние лапы, он наверняка достигал добрых девяти футов в высоту. Но именно его облик заставил всех оторопеть. Один глаз отсутствовал, а на его месте сверкал красный светящийся протез; длинный шрам проходил выше и ниже этого жуткого вживления. Его мех был темным, как сама ночь, и лишь песочно-желтая морда была густо перепачкана кровью. — Тише, парень, — призвал Лео. — Опустите палочки, он их не любит. Он не тронет вас, если не почувствует угрозы. Неохотно люди в группе опустили оружие, а большинство и вовсе сделало несколько шагов назад. — Позже тебя ждет большая награда, мой друг, но сейчас мне нужно, чтобы ты его бросил. Похоже, обдумывая предложение минуту-другую, медведь подчинился и уронил человека на землю. Он громко взревел на распростертую фигуру, после чего развернулся и умчался обратно в лес. Взмахом палочки Лео связал человека, который более не походил на завхоза; тот лишь жалобно хныкал от ужаса, а из ран, нанесенных медведем, сочилась кровь. — Это Барти Крауч? — недоверчиво спросил Снейп. — Если это он, то Барти-старшему придется кое-что объяснить, — прорычал Арктурус. — Кэсси. Всё еще бледная женщина кивнула на призыв и шагнула вперед, чтобы выяснить, что удастся вытянуть из этого человека. — Если кто и будет его допрашивать, то это я, — настоял Снейп. — Отвали, Пожиратель Смерти, — выплюнул Арктурус. — Ты ничего не сделаешь. Жизнь моего наследника под угрозой, так что разбираться будем мы. — Дамблдор с этим не согласится, — подал голос кто-то. — Этот сморщенный старый хрыч может поцеловать меня в задницу. Он уже доказал, что благополучие Гарри его не заботит. А теперь, если кто-то желает поспорить — милости прошу, — предложил он, сжимая палочку в руке. Желающих переходить дорогу Лорду Блэку не нашлось, и Кэсси принялась за работу под пристальным наблюдением Лео, Арктуруса и Сириуса. — Это был Распутин? — прошептала Кэти мальчику. Лео угрюмо кивнул. — Нам стоит радоваться, что он его просто не растерзал. — Как ты умудрился подружиться с медведем? Лео ухмыльнулся. — Я спас его из цирка. Не мог его там оставить. Он может быть довольно милым, когда узнаешь его получше. — Поверю в это, когда увижу, — пробормотала Кэти. Лео покачал головой и продолжил бдительно наблюдать за Кэсси, за которой также жадно следили Поттеры. Прошло еще несколько минут, прежде чем она облегченно вздохнула, а её глаза расширились от тревоги. — Кто-нибудь должен забрать Крауча-старшего, он под Империусом, — объяснила она. — Всё это было сделано ради того, чтобы вернуть Волдеморту тело. Я не знаю как, но для этого ему нужен либо Гарри, либо Чарли. Арктурус зарычал и повернулся к Сириусу. — Найди Крауча и сделай всё возможное, чтобы задержать его. Ты, Снейп, иди с ним и объясни Дамблдору, что происходит. И клянусь, если ты хоть как-то это запорешь, я лично тебя закопаю. Он переключил внимание на сестру. — Оставайся с ним. Если он попытается сбежать — убей его. Лео, ты со мной. — Куда мы направляемся? — Мы идем за Гарри. — Разве нам не стоит дождаться подмоги? Арктурус покачал головой. — У нас нет времени, а в этом деле я больше никому не доверяю. Только ты и я. Лео кивнул. — Я вернусь, — пообещал он Кэти, прежде чем поцеловать её в щеку. Слезы брызнули из её глаз, и она всхлипнула; было ясно, что она не в восторге от этого плана, но, тем не менее, всё понимала. — Уж лучше бы тебе вернуться. В последний раз сжав её руку, он последовал за стариком к выходу.