Романтика в Изгнании

      Ровно в половине десятого вечера на улицах и переулках Района Момус завыли сирены, оповещающие о комендантском часе.       До возвращения Лу Чуня, Цяо Шубай быстро принял душ в общежитии, собрал вещи и пробежав по тёмным переулкам с сумкой, проскользнул в полуоткрытую дверь частного кинотеатра, прежде чем закончилось десятиминутное время ожидания.       Хозяйка кинотеатра курила, когда увидела его мокрые волосы и замученный вид после бега. Она взглянула на него с жалостью, вытащила из ящика ключ-карту, бросила её на стол, затушила сигарету, поманила пальцем, встала и отдернула за собой занавеску:       — Пойдём ко мне в комнату, высушишь волосы.       Цяо Шубай горячо поблагодарил ее и последовал за хозяйкой внутрь.       Её комната была оформлена в розовых тонах, в ней витал тёплый аромат, а ванная находилась прямо за дверью. Она протянула Цяо Шубаю фен:       — Кто тебя ударил? — она протянула руку и ткнула Цяо Шубая в ещё слегка опухшую щёку.       Цяо Шубай зашипел от боли и прошептал ей:       — Мой сосед по комнате ударил, он не позволяет мне вернуться. Возможно, теперь мне придется пожить тут.       — Хорошо, бедняжка, — вздохнула хозяйка.       Она была на несколько сантиметров выше Цяо Шубая. Включив фен, она попросила Цяо Шубая наклониться и лично высушила ему волосы.       Черные волосы Цяо Шубая от природы были вьющимися, но поскольку он не ухаживал за ними, они отросли ниже ушей, почти по самые плечи.       Фен был не слишком горячим, отчего Цяо Шубай чувствовал себя тепло и уютно. Хозяйка нежно провела пальцами по его волосам. На несколько секунд Цяо Шубай словно вернулся в детство, в те времена, когда о нём заботились.       Крепость из белого мрамора, бескрайнее море сирени, нежная няня и поцелуй матери.       — У тебя такие мягкие волосы, — улыбаясь произнесла хозяйка. — У людей с мягкими волосами самые лучший характер.       Прижавшись к плечу хозяйки, словно питомец, Цяо Шубай втайне испытывал невыразимое счастье. Но в следующую секунду его счастье разбилось вдребезги.       — Чем ты занят? — раздался голос Чжань Шэньчжи. — Ты не пойдёшь наверх?       Цяо Шубай сник, добавив ещё одну строчку в список своих антипатий к Чжань Шэньчжи, встряхнул волосами, как щенок, и сказал хозяйке:       — Спасибо, сестрица, так сойдет.       — Если ты действительно хочешь остаться, можешь принять душ здесь, — хозяйка ущипнула его за неповрежденную сторону лица, — только не трогай мои вещи.       Цяо Шубай взял ключ-карту и поднялся в свою комнату. Вскоре после этого кто-то постучал в дверь.       В подавленном состоянии он пошёл открыть ее. Из-за того, что в коридоре горел свет, а комната была погружена во тьму, молчаливо стоявший в дверном проеме Чжань Шэньчжи, освещенный сзади казался внушительным, словно Жнец, забывший взять с собой косу.       Как только дверь открылась, Чжань Шэньчжи толкнул её, быстро протиснулся внутрь, закрыл за собой ее и грубо спросил:       — Где ноутбук?       Хотя голос всё ещё оставался таким же неприятным для Цяо Шубая, но когда Чжань Шэньчжи говорил с ним лично, это было куда приятнее, чем слышать его через камеру видеонаблюдения.       — Он в сумке.       Цяо Шубай расстегнул сумку и, порывшись в своей одежде и вещах, нашёл ноутбук Ло Цзы, который он передал Чжань Шэньчжи.       Чжань Шэньчжи сел на диван, включил ноутбук, что-то к нему подключил и начал стучать по клавиатуре, возясь с чем-то.       Цяо Шубай выбрал фильм, откинулся на спинку дивана, чтобы смотреть его, и краем глаза поглядывал на экран ноутбука.       Через десять минут после начала фильма Чжань Шэньчжи зашел в аккаунт Линни. Цяо Шубай тут же подошел и сказал:       — Чжань-гэ, ты потрясающий!       Чжань Шэньчжи проигнорировал его и проверил содержимое аккаунта. Название приложения для знакомств было довольно простым: "Sugar Zone". Оно предназначалось для сводничества красивых девушек со спонсорами. Цяо Шубай нашёл его в интернете. Приложение было очень безопасным и автоматически удаляло записи из базы данных. Если связь отсутствовала более 48 часов, контакт и информация исчезали.       Личный профиль Линни был довольно загадочен: в нем указано только, что его рост составляет 1,85 метра, у него несметное количество денег и ему нравятся девушки, которые умеют танцевать.       Цяо Шубай наблюдал, как Чжань Шэньчжи пролистывает форму, по-видимому, не находя ничего полезного, и не удержался у него спросить:       — Чжань-гэ, Линни действительно был Ло Цзы?       Если так, то куда он заманил всех этих девушек? И зачем ему использовать это приложение для общения с ними, если они каждый день работали вместе?       — Ты с ним виделся. Думаешь, это был он? — спросил Чжань Шэньчжи.       Зрачки Чжань Шэньчжи были очень тёмные, его вопрос прозвучал официально‑деловым тоном в котором сквозила холодность.       Цяо Шубай задумался на мгновение и честно ответил:       — Не могу сказать, но он казался довольно глупым.       — Как ему удалось позвать ту танцовщицу, о которой ты упоминал, на седьмой этаж в тот день, когда он упал? Это было просто обычное текстовое сообщение?       Сердце Цяо Шубая екнуло:       — Я выясню.       После несчастного случая с Ло Цзы, Сяо Лянь взяла два дня отпуска, чтобы сопровождать бабушку к врачу. Вернувшись, она продолжила танцевать и работать, как обычно, но часто казалась рассеянной и пугливой. Цяо Шубай боялся, что она будет нервничать, поэтому не общался с ней.       — Но ведь, — на мгновение задумался Цяо Шубай, — Если бы Линни был Ло Цзы, разве танцовщицы не перестали бы пропадать в будущем?       — Сначала стоит это выяснить, — сказал Чжань Шэньчжи, внезапно вынимая что-то из внутреннего кармана своей черной кожаной куртки.       Цяо Шубай на мгновение остолбенел, а затем понял, что тот достал свой кошелек. Фильм все еще шел, экран мерцал, освещая Чжань Шэньчжи, который открыв кошелек, вытащил пачку купюр. Он передал их       Цяо Шубаю, который смотрел на них. Это была толстая пачка не совсем новых купюр по пятьдесят и двадцать юаней.       — Это для меня? — Цяо Шубай не взял ее сразу, а посмотрел на Чжань Шэньчжи. — Так много.       Чжань Шэньчжи согласно хмыкнул и протянул Цяо Шубаю ещё. У него были большие руки с чёткими костяшками пальцев, державшие такую ​​пачку мелочи.       Порою Цяо Шубай чувствовал негодование и неловкость, думая, что Чжань Шэньчжи подаёт милостыню нищему или покупает его услуги.       — Сколько тут денег? — спросил Цяо Шубай, намеренно не беря их.       — Две тысячи, — рассеянно ответил Чжань Шэньчжи. — Получишь ещё, когда закончишь.       Цяо Шубай взял деньги и поблагодарил Чжань-гэ.       Чжань-гэ дал слишком много. Он коснулся пальцев Чжань Шэньчжи: они были тёплыми, сухими и гладкими. Даже будучи полицейским, его руки все еще были руками молодого господина.       Руки Цяо Шубая были такими же в детстве: красивыми и нежными, потому что ему не приходилось заниматься физическим трудом. На тыльной стороне его ладоней не было шрамов от сигаретных ожогов.       После проверки ноутбука и получения денег, у них с Чжань Шэньчжи больше не осталось никакой информации или улик для обмена. Чжань Шэньчжи сразу покинул комнату для просмотра, по-видимому, не желая продолжать общение.       Цяо Шубай сгорбился на диване, продолжая смотреть фильм, несколько раз пересчитал купюры, вдыхая запах денег, использованных бесчисленное количество раз, и сунул их в карман брюк.       На следующее утро Цяо Шубай должен был идти на прослушивание новых тановщиц. В семь часов он проснулся без будильника, оделся, вышел из театра, несмотря на холод, и пришёл к зданию темно-фиолетового цвета, внутри которого витал запах духов и алкоголя. Критерии отбора танцовщиц в Звездном Клубе очень строгие: каждая танцовщица должна пройти несколько собеседований, прежде чем её примут на работу. На собеседованиях оценивались манера поведения, танцевальные навыки, и другие таланты, и умение отвечать на вопросы.       Это был третий тур прослушивания новых танцовщиц, всего пятнадцать девушек прошли в финал. Сегодня десять финалисток, отобранных для участия в шоу, отправятся к Цэн Мао на финальное прослушивание, где будут определены официальные танцовщицы.       Цяо Шубай, Цзинь-Цзинь и менеджер цирка сидели вместе за квадратным столом в небольшой комнате для интервью на четвертом этаже.       Одна за другой девушки приходили и танцевали танцы, которые им задали выучить на последнем прослушивании.       После седьмого собеседования Цзинь-Цзинь пошла за восьмой кандидаткой. По какой-то причине она вернулась только через пять минут, шепча Цяо Шубаю:       — Странно, она так и не пришла.       Восьмую девушку звали Мэй Ми. Она произвела на Цяо Шубая глубокое впечатление. Она была очень красива, с струящимися рыжими прямыми волосами и небесно-голубыми глазами. По её словам можно было понять, что она жаждет получить эту работу.       Цяо Шубай открыл на своем ноутбуке ее полное резюме и просмотрел его, прежде чем вошла девятая кандидатка.       Мэй Ми жила на Второй Улице, Девятом Доме, в 102-й квартире, и ей был двадцать один год. Её резюме сопровождалось многочисленными фотографиями из повседневной жизни.       Цяо Шубай взглянул на экран и пролистал фотографии. Его охватило чувство чего-то знакомого. Он разглядывал фотографии Мэй Ми и вдруг вспомнил, что Ми-Ми тоже любила носить такие же облегающие майки на бретельках, как и Мэй Ми, когда была дома.       Ми-Ми рассказывала Цяо Шубаю, что эти майки на бретельках очень дешёвые: до начала комендантского часа их можно было купить за девять юаней на ночном рынке, и их очень удобно носить дома. Многие родители считали такую ​​одежду слишком откровенной, но, поскольку у неё не было родителей, которые могли бы её контролировать, ей было всё равно.       В тот раз на ней была именно такая чёрная майка с бретельками и Цяо Шубайю пришлось провести карточкой, чтобы открыть дверь и выскользнуть к пожарной лестнице покурить.       Цяо Шубай поинтересовался, не холодно ли ей, ведь она так легко одета. Ми-Ми тогда ответила, что нет, и выдохнула колечко дыма, рассказывая об этом Цяо Шубаю. В её белоснежной руке была сигарета, и тонкие струйки дыма поднимались в холодном воздухе.       Последнее прослушивание было три дня назад, Мэй Ми вошла в комнату, весело подпрыгивая, и выглядела энергичной. Ло Цзы умер больше двух недель назад.       Во время последующих интервью Цяо Шубай не смог как следует сосредоточиться.       После этого он отправился в уединенное место и позвонил Мэй Ми по номеру, указанному в её резюме. Никто не ответил.       Он подумал об этом и рассказал Чжань Шэньчжи. Чжань Шэньчжи пообещала ему проверить Мэй Ми.       Цяо Шубай почувствовал себя подавленным. Он посмотрел на время: был полдень. Ему захотелось проветрить голову, и он вышел из клуба. На улице был яркий и солнечный день.       Искусственное солнце, пробивающееся сквозь небесный экран был очень ярким. Цяо Шубай, проведшая весь день в темноте, нашел его слишком ярким. Он спрятался от света под карнизом и пошёл по торговой улице рядом с клубом, намереваясь купить стакан синтетического овощного сока.       Проходя мимо небольшой парикмахерской и пиццерии, он заметил магазин женской одежды с вывеской «Распродажа». Он открыл дверь и вошёл. Ряд уцененных полок был заполнен облегающими майками на бретельках и женским нижним бельём. Возможно, именно из-за того, что сегодня подумал о Ми-Ми, он почувствовал себя растерянным, и ему в голову пришла несколько абсурдная, но, по-видимому, осуществимая идея.       Увидев Цяо Шубая, неподвижно стоящего у полки, продавщица, смотревшая телевизор, подняла голову и посмотрела на него странным взглядом, спрашивая:       — Покупаешь это для своей девушки?       — Для моей сестры, — Цяо Шубай посмотрел на неё и застенчиво улыбнулся. — У неё примерно такой же рост и вес, как у меня. Не могли бы вы дать мне подходящий размер?