Бетельгейзе: Рестарт

Рассвет ещё не рассеял последние тени, когда голос Син Ву нарушил тишину: «Бет, открой терминал перераспределения резервов». Одним взмахом цифровой кисти перед ним распахнулся знакомый интерфейс. Но вместо груды ненужного хлама, который когда-то давно приходилось реализовывать через игровых «друзей», теперь предстали предметы первой необходимости: комплекты одежды любого типа, вооружение, припасы, медицинские и боевые модификаторы, артефакты одноразового применения невиданной ценности, и даже валютная единица, конвертируемая по курсу десять тысяч облигаций одного региона в тысячу Т-кредитов. Всё это было приобретено им в те дни, когда Син Ву, поднося к губам круассан, испечённый самим Пограничником, изрёк: «Что ж… Думаю, я знаю, куда хочу всё это потратить». Не мешкая, Син Ву бросил взгляд на иконку спортивной обуви. Шагать по неизведанному теперь его истинное предназначение. И для этого нужны надёжные кроссовки, а не отполированные до блеска парадные ботинки… Кхм, точнее один ботинок. «Теперь бы понять, где я», — мелькнула мысль, когда его взгляд скользнул по полуобрушенным башням. Они вздымались к небу, как огромные человеческие кости рёбер, держась на земле лишь чудом — обломки одних зданий подпирали руины других. Такого тошнотворного уныния он ещё не встречал. Ирония: лишь здание, где обитал Ардашир, казалось, стояло незыблемо, вне времени и разрушения. «Не Улин… И на Долину IV не похоже. Чёрт, стоило расспросить его перед уходом.» Его взгляд метнулся вверх, к девятому этажу, вычисляя траекторию. И когда он наконец нашёл нужное окно, Син Ву замер, а его губы непроизвольно поджались. Ему… было жаль?.. Но откуда же взялось это внезапное, чуждое ему чувство? Быть может, от нежелания бросать Ардашира? Или от желания пройти этот путь вместе? Сражаться, бросив вызов всему миру, как в сказке, где даже зло, или, по крайней мере, серая мораль, одерживает победу, а справедливость — лишь эфемерная дымка? И Син Ву действительно желал бы знать, о каких «воспоминаниях» Ардашир так трепетно заботился. Но в то же время он не хотел знать о прошлом Эндмин и Ардашира ничего из того, что могло бы отравить его разум ревностью. В сущности, каковы бы ни были истинные его желания, Син Ву понимал всю абсурдность момента. Сейчас его цель — завладеть полным вниманием Ардашира. И что могло бы обеспечить её лучше, чем погоня? Действительно, Син Ву не жаждал обыденности. Он мечтал стать той самой «третьей стороной» между мотивами Ардашира и попытками Эндмин их разгадать. Из окна, как и предполагалось, свет не исходил. Ардашир, казалось, только и ждал, когда Син Ву поднимет взгляд. Ибо даже на таком расстоянии, он смог различить эту меланхоличную, но одновременно зловещую улыбку. Взгляд Ардашира нёс в себе послание, полное издевательства: «Не тревожься, я дам тебе время, прежде чем отправлюсь за тобой. Можешь спрашивать что угодно.» Внутренне Син Ву почти завопил: «Да что б его! Уж лучше узнать у местных, чем хоть раз обратиться к нему за помощью!» Но внешне лишь дважды вздохнул, вернув свой взгляд к асфальтированной дороге, явно пережившей не один апокалипсис. — «Бетельгейзе.» [Слушаю вас?] «В твоём магазинчике есть карта этого региона?» [К сожалению, часть моих возможностей ограничена вашими знаниями о игре. Другая часть открывается за облигации в разделе подарков от Эндмин, но цена может быть непомерно высока. Тем не менее, я могу синхронизировать карту с получаемой вами информацией, по мере открытия новых локаций. Для старта синхронизации вам будет необходимо приобрести компас, а так же бумагу.] Син Ву: «…» «Издеваешься?! Какие, к чёрту, бумага и компас в Arknights: Endfield?!» В самом деле, это было единственным, что смутило его в данной ситуации? [Система спешит сообщить, что это всего лишь условия для создания карты. Прошу, не воспринимайте всё буквально.] «Хорошо, хорошо, — мысленно отмахнулся Син Ву. — Покажи мне ту другую часть функционала». Интерфейс замигал, и Син Ву увидел новый раздел, который только что разблокировался. Там, среди многих архивных данных и подарков для оперативников, красовался скромный значок: «Пакет начальной информации от Эндминистратора: 1 млн облигаций Улина». «СКОЛЬКО?! Ты что, решил меня обанкротить, Бет?» — едва не выкрикнул Син Ву, но сдержался. — «Хотя… уже хоть что-то. Я ведь почти забыл о том, что систему создавала не только предыдущая версия меня». Син Ву совершил покупку, и последние накопленные им облигации ушли в ноль. В его сознании, полной досады, развернулся краткий, но насыщенный файл. Город назывался Осколок, бывший промышленный хаб, теперь — полунезависимое пристанище для всех, кто не вписался в строгие рамки Пояса Цивилизации. Главная угроза, помимо аггелов и ЗК? «Сборщики» — полумеханические бандиты, жаждущие редких артефактов и технологий. Главная ценность? Бар «Гнездо» на центральной площади — место, где шепотки превращаются в информацию, не отмеченную ни в одном официальном реестре. «Ага, — пробормотал Син Ву, направляясь в сторону предполагаемого центра. — Бар. Именно то, что нужно для не такого уж и начинающего попаданца. Хотя…». Он уже представлял, как заходит в это «Гнездо», и его встречает бармен с лицом, похожим на курагу, который говорит: «Молодой, у нас есть специальное предложение: карта внутри бутылки местного сидра! Покупай два — один для информации, второй для… ну, для информации тоже, ага!» Син Ву фыркнул, отряхивая невидимую пыль с идеально отполированной подошвы своих новых кроссовок. Ардашир. Этот платиноволосый демон, эта аномалия, будто нарочно выбрал для своего логова город, не отмеченный на картах «официальных экспедиций», точнее игры. И вот он, Син Ву, здесь, в Осколке, с тем самым, вечно будоражащим ощущением — это начало новой главы, сулящей безумные риски, но и чертовски пьянящее предвкушение. Он должен быть в центре этого вихря. А первое, чему тебя учит любая вылазка за черту известного? Найти пристанище, где в тебя не стреляют за попытку задать вопрос, и где хотя бы нальют чего-нибудь горячего. «Тц… В таком виде я — ходячая мишень, а не исследователь. Билет в один конец, не иначе,» — пробормотал он, вновь активируя интерфейс. Его пальцы скользили по перечню потенциально менее летальных вариантов экипировки. Усмешка тронула его губы при мысли о том, как его, облачённого в новейшую, явно не местную экипировку, встретят. Весьма вероятно, местные «сборщики» тут же попытаются содрать с него кожу, спутав с очередной жертвой, вытряхнувшей из себя остатки удачи и ценные артефакты. Его взгляд, наконец, остановился на искомом. Длинная мантия с глубоким капюшоном, прочные брезентовые брюки, плотно прилегающая водолазка и перчатки с обрезанными пальцами… Практично. Сдержанно. И, что самое важное, всё чёрное. «Ладно, Бет, раз ты такой упрямый, придётся вернуться к примитивным методам, — подумал Син Ву, отдавая системе команду на закрытие терминала. — По старинке, так сказать.» Он обвёл взглядом узкие улочки. Куда смотреть? Куда идти? Казалось, каждая тень таила в себе не только голодного «сборщика», но и, что куда хуже, того, кто мог узнать в нём человека, связанного с Ардаширом. Одна только мысль о нём вызывала у Син Ву приступ ёкнувшего сердца, смешанного с острым азартом. Этот психопат с вечной, дразнящей улыбкой и явно дьявольскими планами превращал каждое приключение в смертельно опасную игру. Но ведь именно такие игры и питают его существование, не так ли? Те, что разжигают страсть к неизведанному. Те, что заставляют вновь и вновь, вопреки здравому смыслу, влюбляться в него. Син Ву шагал по Осколку, стараясь слиться с местностью, но его новые кроссовки предательски скрипели на каждом шагу. Отличная маскировка, — язвительно отметил он про себя. «Гнездо» оказалось не метафорой — бар и правда напоминал гигантское сплетение металлолома и неоновых трубок, втиснутое между двумя обрушившимися эстакадами. «Как же я хочу домой…» — вздохнул он, оказавшись на пороге заведения.

***

«А я тебе говорю, хватит уже нести чушь!» — Пожилой старик, без устали размахивал метёлкой по полу, будто это хоть сколько-нибудь могло помочь в убирании пыли. «И всё-таки», — медленно отозвался молодой мужчина, звякнув льдом в рюмке с янтарной жидкостью. — «Мы не похожи на людей. Но большинство Землекрушителей как раз имеют те самые черты, которые были заложены в тех самых «людях» изначально. Подумай сам, почему у них нет антропоморфных ушей или рогов на голове? Нет даже хвостов.» «Ты их серую кожу хоть раз видел? А эти уродливые трубы на морде?!» — Отозвался старик, по совместительству являвшийся барменом. «Видел. Поэтому и задался вопросом», — мужчина с нежными розовыми волосами, собранными в хвост, покачал головой. — «Может, на самом деле, это их способ выжить? А не стать сильнее, как мы привыкли думать?» «Да какая разница, Фьялл, если от них одни только беды?!» — Не унимался старик, теперь живо оказавшись за барной стойкой и пытающийся до блеска её вычистить. Тем временем, Син Ву осторожно толкнув дверь, вошёл внутрь, сразу же ощутив густой запах перегара, дыма и чего-то ещё, неуловимо знакомого, но забытого. Приглушённый гул голосов и звяканье посуды наполняли помещение. Бармен, старик с измождённым лицом, с яростью орудовал тряпкой. У барной стойки сидел молодой человек, что-то оживлённо обсуждая с ним. Син Ву остановился у входа, оценивая обстановку. Народу было мало, но каждый редкий посетитель выглядел так, будто повидал достаточно, чтобы написать собственную книгу о вреде алкоголизма с утра. — Приветствую, — произнёс Син Ву с невозмутимой уверенностью, мысленно отмечая: «Притворюсь новичком, дабы не пробуждать излишнего подозрения». — Мне бы хотелось узнать, где я нахожусь. Старик обернулся, его взгляд скользнул по Син Ву с ног до головы. На его лице мелькнула тень лёгкого недоверия. — Ты в Осколке, парень, — прохрипел он, откладывая в сторону затхлую тряпку, которой протирал стойку. — А это бар «Гнездо». Ежели ищешь неприятностей, то нашёл верное место. — Но… если вы, юноша, ищете ответы, — прервал его молодой мужчина, чей взгляд сырых глаз, аналитический и пронзительный, казался способным разгадать любую тайну, — то можете спросить у меня. Син Ву мысленно подавился от этой внезапной галантности и вежливости, прозвучавших в этом, казалось бы, богом забытом месте. На мгновение в его сознании мелькнул образ Ардашира, но он тотчас же стремительно отогнал непрошеные мысли. — А вы?.. — Наконец, спросил он. Мужчина слегка улыбнулся. Единственная алая прядь, контрастируя с густой нежно-розовой чёлкой, упала ему на лоб. — Фьялл. — Его меховые ушки, отчётливо напоминавшие лисьи, едва заметно взметнулись. — Впрочем, люди знают меня как полевого хирурга. Син Ву едва не рассмеялся. «Хирург. В баре. Пока старик воюет с пылью». Это было даже мило. — Вот как? — изображая интерес, Син Ву, подсел к стойке. — Значит, если я тут наемся, а мне станет плохо, вы меня тут же вскроете? Фьялл прищурился, и его лисьи уши плавно развернулись. — Вскрытие — это для неудачников. Я же предпочитаю предотвращать необходимость в нём. По большей части я занимаюсь клинической диагностикой и патологоанатомическим анализом. — он отхлебнул из рюмки. — Вы же очевидно не местный. Ваша общая внешность кричит «новый поставщик проблем», но взгляд — «потерянный котёнок». Что случилось с вашим гидом? Старик-бармен фыркнул, швыряя на стойку мутную кружку. — Не слушай его, парень. Лучше пей. Триста кредитов. — Ах… мой проводник, — автоматически ответил Син Ву, разглядывая подозрительную жидкость в пивной кружке, и прикладывая браслет к терминалу для оплаты. — Он… катализатор неприятностей. А мне нужна карта и информация о «Сборщиках». Знаете ли, я давно мечтал набить уже хоть кому-нибудь морду. Фьялл вдруг оживился. Его хвост метнулся из-под медицинского халата. — О, вы сразу к сути. «Сборщики» — это не просто бандиты. Это симптом. Их полумеханические тела — попытка отторгнуть Ориджиниевую скверну через протезы. Я изучал фрагменты. — Он задумчиво потянулся к своему ушку, медленно поглаживая меховую поверхность, пальцами. — Но я удивлён. В этих краях редко встретишь одинокого безумца. Фьялл говорил это так, будто пытался что-то объяснить младенцу. Ненароком складывалось впечатление, что Фьялл видел Син Ву насквозь, а теперь лишь разыгрывал перед ним представление, делая из себя рассказчика, или NPC, погружающего игрока в лор игры. — Но вернёмся к Сборщикам. Как вы думаете, что же побуждает их так уродовать свои тела?.. — Тьфу! Ты что, им сочувствуешь? — взревел старик, ударяя кулаком по стойке. — Они сами до такой жизни пришли, никто их не заставлял! Если уж сравнивать их с ЗК, то у Сбрщиков, по крайней мере тела, как ты выразился, антропо… по… кхм… морфные! — Он обратился к Син Ву, как бы отмахиваясь от своего невежества. — Не слушайте его научные теории, — проворчал он, деловито протирая запотевшую кружку. — Он вечно копается там куда не следует совать свой нос. Син Ву медленно кивнул, принимая предложенный ему напиток. Жидкость внутри была мутной и источала резкий аромат. Сделав глоток, он с удивлением отметил, что вкус, как ни странно, напомнил вишнёвый эль. — Я лишь констатирую факты, Гаррет, — голос Фьялла приобрёл ледяные нотки. — А факт в том, что этот юноша пахнет… системой. Корпоративной. И чем-то древним. Запах почти знакомый, но вы не тот, кто приходит мне на ум… И вы мужчина… Неужели у Эндминистратора был брат?.. Знаете, теперь когда я пригляделся к вашему лицу… — Мысль его оборвалась, глаза подозрительно прищурились. А по спине Син Ву пробежал холодок. Он сделал ещё один большой глоток. Жидкость снова обожгла горло, заставив его поморщиться. Но вскоре ему удалось выдавить из себя подобие дружелюбной улыбки. — Вопросы дороже ответов, хирург. У вас есть карта? Или только теории, которые меня, по правде говоря, не интересуют? Фьялл искренне улыбнулся, почти рассмеялся. Однако его лицо, казалось, всегда омрачала тень задумчивости, и увидеть улыбку на нём было поистине удивительно. Старик Гаррет в этот момент обомлел, уставившись на Фьялла, и выдохнул: «Он умеет улыбаться? Боже мой, это дурной знак!» Фьялл достал из внутренних карманов халата странный кристаллический осколок, мерцавший тусклым светом. — Карты устаревают. А этот артефакт реагирует на скопления активного Ориджиния. И он… — осколок вдруг вспыхнул малиновым, — только что среагировал на вас. — Его глаза, казалось, заискрились, а улыбка дрогнула, в попытке удержать научный всплеск. — Позвольте предложить сделку? Я дам вам наводку на «Сборщиков». А вы позволите мне… взять немного образцов. Кровь. Пару волос. Для науки. Бармен Гаррет простонал, поняв, куда всё катится. Син Ву же посетило знакомое, дразнящее предвкушение. — Образцы, — улыбнулся Син Ву, замечая, как снова дёрнулись уши Фьялла, — в обмен на реальную помощь, а не просто наводку. И я хочу знать всё, что вы реально знаете. — Он повысил голос, словно подчёркивая свои слова. — Но прежде всего: как можно скорее убраться отсюда. Знаете, вы не единственный, кто проявляет нездоровый интерес к моему драгоценному телу. Фьялл понимающе кивнул. Улыбка, что ещё мгновение назад озаряла его лицо, уступила место деловой проницательности. — В таком случае… Позвольте узнать, с кем я имею честь беседовать? И как к вам предпочтительнее обращаться: по имени или фамилии? — С… — Син Ву запнулся. Называть им своё настоящее имя казалось ему глупой затеей. Он задумался на мгновение. Имя должно было быть простым, легко запоминающимся, но не слишком распространённым. Что-то, что могло бы сойти за обычное имя, но при этом не позволило бы Ардаширу быстро наткнуться на его след. — Сайфер… Элиас Сайфер. Предпочту по имени. Фьялл усмехнулся, скрывая осколок. — Сайфер — это фамилия, я полагаю?.. В таком случае, Элиас, как мне кажется, нам потребуется более уединённое место для… детального обсуждения. Гаррет, ключ от «погреба». Старик что-то буркнул, но швырнул на стойку ржавый ключ. И вскоре, они оказались в помещении, что вовсе не соответствовало «погребу». Невольно закрадывалась мысль: как под таким затхлым баром, может находиться целая лаборатория, оснащённая немыслимыми технологиями? Фьялл включил свет, и Син Ву увидел: микроскопы, пробирки, образцы тканей в колбах, множество других различных приборов и даже кушетку. — Приступаем? — его голос стал мягким, но деловым. — Сначала кровь. — Он достал шприц. Син Ву молча протянул руку, и тонкая игла погрузилась в плоть почти без боли. Однако шприц наполнился не привычным алым, а призрачным, вишнёвым сиянием. Фьялл, затаив дыхание, прижал колбу к глазам, искоса взглянув на пациента. — Потрясающе… Уровень аномальной активности превосходит даже показатели… кхм, простите. Увлёкся, — пробормотал он, не в силах отвести взгляда от необычного содержимого. — Рад, что тебе нравится, — сухо проронил Син Ву, — Теперь приступим к делу. Где находится логово «Сборщиков»? — Одно из заброшенных зданий «С.О.Р.Т.», расположенное километром западнее, — ответил Фьялл, не отрываясь от своего исследования. — В старых вентиляционных шахтах заводского комплекса. Однако не стоит недооценивать их. У них есть ловушки, детекторы Ориджиния. Но вас, похоже, это не удивляет? Часто приходится наблюдать лаборатории, скрытые под питейными заведениями? Син Ву усмехнулся, после чего, сладко зевнув, произнёс: — Собственно, именно над этим я и размышлял. Существует ли хоть одна веская причина, по которой столь искусный хирург вынужден работать в подобном месте? — Увы, Пояс Цивилизации обязывает меня сохранять абсолютный нейтралитет. Даже если глава ЗК обратится ко мне за медицинской помощью, я окажу необходимую услугу, но не более. То же самое касается и Эндфилда. Особенно в вопросах, касающихся выживания. И уж тем более, когда это затрагивает мои научные изыскания. — Вот как? — Син Ву сморгнул сонную слезинку. — Но что мешает тебе перейти в Эндфилд?.. Там есть и необходимое оборудование, и комфортное проживание… Фьялл прищурился. — Похоже, вам всё-таки доводилось бывать там? Син Ву осёкся, чуть ли не прикусив себе язык. — Просто наслышан. Но давай лучше вернёмся к делу. Как я смогу проникнуть туда? Фьялл таинственно улыбался, разворачиваясь к Син Ву, в его серых глазах вспыхнул хищный огонёк. — Потребуется диверсия. Я могу создать короткое замыкание в их сети слежения, но у вас будет не больше двадцати минут. Цель — их лидер, «Монолит». Он хранит журналы, которые мне нужны. Я поделюсь копиями, если вам понадобится. — А ты? — Я буду наблюдать. И обеспечивать медицинскую поддержку при необходимости. — Он подошёл ближе, его улыбка стала опасной. — Договорились, Элиас? Син Ву кивнул. Однако в тот момент, когда их ладони соприкоснулись в знак подтверждения сделки, его внезапно охватила внезапная слабость, сопровождаемая тошнотой. Его голова становилась всё тяжелее, и он, вероятно, рухнул бы со стула, если бы Фьялл не успел его подхватить. «Элиас?.. Господин Элиас? Что с вами?..» — Голос звучал встревоженно, с оттенком паники. Столь сильное беспокойство заставило хирурга усомниться в собственных инструментах: не было ли в его шприце снотворного? Он поспешно проверил это на себе, введя иглу в палец, но никаких побочных эффектов не обнаружил даже спустя несколько минут. Впрочем, он всегда препочитал эксперементировать на себе, так что если бы там действительно оказалось снотворное или даже яд, то с ним бы ничего не случилось, но он смог бы опознать компоненты. В течение этого драгоценного времени он проверял пульс Син Ву, похлопывал его по щёкам и надавливал на верхнюю губу, пытаясь вернуть юношу в сознание. Однако Син Ву лишь едва заметно вздрагивал, так и не сумев открыть глаза. Фьялл мгновенно перешёл в режим диагностики, его восприятие сузилось до ряда биометрических показателей. Пульс… 45 ударов в минуту. Дыхание ровное, но сердце… Это было не следствие его воздействия. Прохлада, исходящая от кожи в месте касания перчатки, говорила о локальной гипотермии, словно тело само пыталось сопротивляться, выделяя эндорфины, пептиды, призванные облегчить боль. «Не отравление, не седация… Шок? Нет, гемодинамика стабильна», — прошептал Фьялл, погружённый в водоворот анализируемых данных. Его пушистый хвост непроизвольно свернулся, затягивая тонкую петлю на лодыжке пациента. Фиксация служила не только для удобства, но и для возможного взятия лимфы — в экстренных случаях все средства были хороши. Столь внезапное, необъяснимое угасание жизненных сил человека, чья кровь кипела аномальным Ориджинием, чье само свечение уже кричало о своей уникальности, могло быть лишь проявлением жуткой аутоиммунной реакции. Реакции на гнетущую, подавляющую атмосферу города, носившего столь ироничное имя — Осколок. Не теряя ни доли секунды, Фьялл ввёл портативный спектрометр в вену на шее Син Ву. Изображение на экране его персонального компьютера ожило, забурлило потоком информации, разворачивая перед его глазами неведомую картину. «Любопытно…» — его голос, прежде ровный, вдруг дрогнул, пропитанный едва сдерживаемым научным азартом. Внутри него боролись два начала: холодное, аналитическое, и то, что жаждало разгадать тайну, даже ценой нарушения врачебной этики. «Нейронная активность стремительно падает, но метаболизм клеток печени, будто решив отомстить, ускоряется в три раза. Он не теряет сознание… Он… ассимилирует. Неужели это тот самый процесс адаптивной рекомбинации ДНК, спровоцированный местными, агрессивными патогенами?» Его научный интерес, этот неутолимый зверь, метался в клетке, сражаясь с долгом врача, обязывающим сохранить жизнь, а не стать причиной гибели. Он не мог допустить, чтобы столь редкий, драгоценный образец был утрачен. Он не допустит. Аккуратно переместив Син Ву на операционный стол, Фьялл извлёк из глубин своей одежды небольшой, но мощный стимулятор синаптической проводимости. «Протокол экстренной стабилизации нейромедиаторного баланса. Прошу прощения за вторжение, Элиас», — его голос звучал отстранённо, почти ледяным тоном, однако пальцы дрожали от предвкушения. Он осторожно приложил электроды к вискам юноши, готовый уловить малейшее, едва заметное изменение. И в этот самый момент веки Син Ву судорожно дёрнулись, а его рука, словно по команде, сжала запястье хирурга. Хватка была невероятной, её сила превосходила всякое понимание. Совершенно не соответствовала состоянию коматозного сна! — Омега или бета? — вопрос Син Ву был лишён всяких эмоций, будто произносился на автомате. — Что?.. — Ты… Омега или бета? Запах… странный. Не смог разобрать. — Его чёрные глаза, казалось, стали ещё темнее, поглощая свет. — А… Я бета. — Сойдёт. Тогда позволь взять твоё тело, чтобы я смог продолжить род, прежде, чем умру. — Э?.. Э-э… М-фх! П-постойте! Но Син Ву был как заведённый — его руки уже расстёгивали ремень Фьялла, пальцы впивались в тонкую ткань халата. — Нет времени на прелюдии. Твоё тело — наиболее логичный выбор. — Логичный?! — Фьялл попытался оттолкнуть его, но сила альфы была подавляющей. Его мозг лихорадочно анализировал: повышенный уровень тестостерона, агрессивное поведение, приписываемое необходимости «продолжить род» — это был чистый биологический импульс, искажённый аномальным Ориджинием. — Элиас, это не решение! Я могу инъекцией стабилизировать… — Пустая трата ресурсов. — Син Ву уже прижал его к холодному лабораторному столу, его дыхание было горячим на шее беты. — А твой запах… достаточно привлекательный для моих текущих потребностей. Не сопротивляйся — это будет быстрее для обоих. Фьялл замер. Его хвост беспомощно закрутился вокруг ножки стола. С одной стороны — уникальный научный субъект в состоянии неконтролируемого гормонального всплеска. С другой — его собственная безопасность и профессиональная этика, которая кричала о нарушениях. Но мерцающая вишнёвая кровь в пробирке… данные были слишком ценны. — Хорошо. — его голос стал резким. — Но я ставлю условия. Вы позволяете мне продолжить мониторинг ваших биометрических показателей во время процесса. Син Ву усмехнуся, но глаза оставались холодны. — Без проблем… Вот только не уверен, что у тебя будет возможность витать в облаках. Пушистый хвост Фьялля дёрнулся в последней попытке протеста, но ладонь Син Ву уже зажала его запястье над головой, пригвоздив к прохладной поверхности стола. Второй рукой Син Ву рванул тонкую ткань хирургического халата, обнажив плечо. — Чего молчишь? Я же принял твои условия, — его голос был низким, но не лишённым прежней иронии, и в тоже время голосом чистого инстинкта. Он приник губами к обнажённой шее, вдыхая стерильный запах с химическим послевкусием формалина. — Мониторь. Фьялл ахнул, когда острые клыки альфы впились в место соединения шеи и плеча не для укуса, а для болезненного, влажного поцелуя. Его научный ум, отчаянно пытавшийся сохранить контроль, зафиксировал: выброс адреналина, скачок давления, неспецифическая кожная реакция. Данные текли по интерфейсу, создавая сюрреалистичный контраст с тем, что происходило с его телом. — Показатели… ассимиляции… ускоряются, — выдохнул он, чувствуя, как сильные бёдра Син Ву прижимают его к столу. Его собственный халат был почти сорван, лишь перчатки оставались на нём, как тонкий маяк в этом кромешном бреду. — Любопытно… физический контакт… действительно стабилизирует ваши волны Ориджиния… — Твой хвост… — прохрипел Син Ву, одной рукой скидывая с себя мешковатую мантию. Его движения были резкими, животными, лишёнными всякой эстетики. Это был не акт страсти, но в этом была своя дикая, пугающая откровенность. — Если он мешает, я его отрежу. Пушистый хвост Фьялла нервно обвился вокруг бедра альфы, будто не в силах решить, оттолкнуть или притянуть. Хирург закрыл глаза. Его последняя связная мысль улетучилась, уступив место нарастающему, но такому знакомому теплу внизу живота. Протокол диагностики сменился чем-то совершенно не прописанным в его методичках. Но внезапно, вместо того, чтобы вогнать член, Син Ву резко остановился. Его голова упала на плечи Фьялля. — Ха-а… Чёрт, я не смогу, — его голос был хриплым, но в нём звучала трезвая, почти отчаяная логика. Фьялл, дыхание спутавшееся, открыл глаза. — А?.. — Омега нужен. Мой омега. — Син Ву устало размял шею. Прежней усталости не было. — Кстати, что ты ввёл мне? У меня как будто второе дыхание открылось. — А, это… — Смущённо пробормотал Фьялл. — Говоря на простом языке, это стимулятор, активирующий мозг. Но ни за что бы не подумал, что на вас он сработает… подобным образом. Так, что же с вами случилось? Почему вы потеряли сознание? Син Ву лишь пожал плечами, мол ничего необычного: — А, всего-лишь голод и недостаток сна. Здесь есть где остановиться? Фьялл нахмурился, потирая запястье, на котором проступили алые следы от хватки Син Ву, а затем, что-то вспомнив, ответил: — Кажется, ранее вы упоминали, что за вашим телом кто-то охотится не так ли?.. Полагаю, именно поэтому вы предпочли не называть своё настоящее имя. Тем не менее, я бы крайне не рекомендовал вам оставаться в Осколке, и тем более принимать местную пищу. Син Ву лишь мгновение похлопал ресницами: «О, а он быстро смекнул что к чему.» А затем ответил: — Я так понимаю, оставаться здесь нельзя из-за «Сборщиков», но что не так с местной кухней? — Местная пища, — начал Фьялл, осторожно поправляя одежду, — богата специфическими микроорганизмами, которые могут взаимодействовать с вашим «Ориджинием». Для обычного жителя это просто лёгкая кишечная инфекция, но для вас… я предполагаю, что это может спровоцировать более серьёзную реакцию, подобную той, что произошла с вами сегодня. Возможно, даже усугубить ваше состояние. Син Ву задумчиво кивнул, прислушиваясь к собственному телу. Он чувствовал усталость, да, но никакого дискомфорта в желудке или других признаков недомогания. Тем не менее, он доверял выводам Фьялла. — Значит, я обречён искать пропитание за пределами этого города, — промолвил Син Ву, в его голосе слышалось разочарование, сменившееся стальной решимостью. — Это заметно усложняет мои планы. Я рассчитывал на местные деликатесы, чтобы восстановить силы. В глубине души Син Ву раздался отчаянный крик: «Еда из магазина Бетельгейзе — сокровище, слишком ценное, чтобы растрачивать его бездумно!» — Именно поэтому, — поддержал его Фьялл, его голос вновь обрел деловую прохладу, — я и предлагаю свою помощь. Любой здравомыслящий человек, оказавшийся на вашем месте, скорее всего, выбрал бы путь исчезновения. Но вы… кхм… вы ищете способ обернуть всё в свою пользу. — У меня есть свои причины, — отрезал Син Ву. — Но раз уж наша беседа о потомстве завершена, возможно, вы сможете помочь мне с первостепенной задачей? «Сборщики» и их предводитель, «Монолит». Я чувствую, времени осталось ничтожно мало. Син Ву резко поднял голову, и в его зрачках засиял острый свет «орлиного зрения». Как и предвидел, наверху, в полумраке бара, уже затаился Ардашир. Сердце, подвластное древним инстинктам, вновь сжалось в болезненном «тудум». Альфа-желание кричало, подталкивая Син Ву немедленно броситься к омеге. Но, стиснув кулаки до боли, до кровавых царапин на ладонях, он лишь ледяным тоном поинтересовался: — Есть ли здесь другой выход?