Smalltown Boy

Вечер в доме Уилеров дышал обманчивым спокойствием. Карен на кухне гремела тарелками, воодушевленно рассказывая о том, как "ребята зря не поехали, ведь вода в бассейне была как парное молоко". Майк стоял перед запотевшим зеркалом в ванной, и его пальцы подрагивали, когда он оттирал шею жестким полотенцем, надеясь, что багровое пятно - лишь плод его воображения. Но оно не исчезало. Прямо под челюстью расцветал отчетливый, сочный засос. - Чёрт... — выдохнул Майк, вжимаясь лбом в холодное стекло. В дверь ванной коротко постучали. Майк подпрыгнул, натягивая воротник футболки до самого подбородка. - Занято! - Это я, — раздался приглушенный голос Уилла. Майк щелкнул замком и впустил друга. Уилл выглядел подчеркнуто опрятно, но его глаза всё еще горели тем самым лихорадочным блеском. Он молча оттянул край воротника, показывая свой засос. - Она увидит, — Майк сорвался на шепот. - Мама заметит это за милю. А если это увидит отец.. Уилл подошел ближе и достал из кармана небольшой бежевый тюбик. - Пока Нэнси была внизу и спорила с мамой из-за какой-то ерунды, я заглянул в её комнату и стащил консилер. - Ты с ума сошел? Если она тебя поймает... — Майк недоверчиво уставился на косметику. — Откуда ты вообще знаешь, как этим пользоваться? - Видел, как мама замазывает синяки под глазами, когда поздно возвращается с работы, — коротко бросил Уилл, и в его глазе проскользнула тень горечи. - Она всегда делает такие вбивающие движения пальцами. Я просто пытаюсь сообразить, как повторить то же самое. Сейчас это наш единственный шанс, Майк. Майк обреченно вздохнул и подставил шею. Уилл придвинулся вплотную. В тесном пространстве ванной снова стало слишком жарко. Уилл действовал быстро, его пальцы аккуратно вбивали крем в кожу Майка, скрывая следы их дневного безумия на кровати. - Не дергайся, — прошептал Уилл, и его дыхание коснулось уха Майка, заставляя того мелко вздрогнуть. - Ты сам виноват, не нужно было так вжимать меня в матрас. - Можно подумать, ты сопротивлялся, — огрызнулся Майк, но глаза прикрыл, невольно подставляясь под прикосновения. Уилл закончил и критически осмотрел результат: пятно исчезло, слившись с тоном кожи. Теперь была очередь Майка. Он быстро замазал метку на шее Уилла, стараясь копировать те же "вбивающие" движения. Адреналин от этой дерзкой вылазки смешивался с остатками возбуждения, которое всё еще тянуло где-то внизу живота. - Готово, — Майк вернул тюбик Уиллу. Тон по сравнению с кожей Уилла был отличным, но в приглушенном свете столовой, если не всматриваться, в целом было не так уж и заметно, о чем и подумал Майк. Уилл кивнул, выскользнул из ванной и бесшумно, как тень, метнулся в комнату Нэнси. Через полминуты он вернулся, поправляя воротник своей футболки. - Всё, положил ровно туда, где лежал. Она даже не поймет. - Майк! Уилл! Пицца остывает! — крик Карен снизу заставил их обоих синхронно вздрогнуть. Они переглянулись. Уилл выглядел спокойным, но Майк видел, как бешено бьется жилка на его шее под слоем грима. - Идем, — Уилл первым пошел к лестнице. - Главное не смотри на меня слишком долго. И старайся не краснеть, когда она начнет расспрашивать про наш "отдых" наверху. Майк сглотнул, чувствуя, как под слоем косметики горит кожа. Прятки продолжались. Грязь никуда не делась, она просто была надежно спрятана под тонким слоем бежевого крема. Они спустились на кухню, стараясь держаться друг от друга на том расстоянии, которое казалось им обоим естественным, но на деле было продиктовано страхом случайного касания. Запах разогретой пиццы и домашнего уюта ударил в нос, резко контрастируя с тем тяжелым, мускусным ароматом, который они только что смывали с себя в ванной. Карен уже сидела за столом. Она подняла голову и улыбнулась, но Майку показалось, что её взгляд на мгновение задержался на его воротнике чуть дольше обычного. - Ну наконец-то, — весело сказала она, пододвигая к ним тарелку. - Нэнси сказала, что у вас в комнате такой завал из коробок, что она чуть ногу не сломала, пока искала свои записи. Майк почувствовал, как спина мгновенно стала мокрой. Он быстро сел на стул, уткнувшись взглядом в треугольник пиццы. - Да, мы просто... перебирали кассеты. Хотели найти ту запись с прошлого лета, – выдавил он, стараясь, чтобы голос не сорвался. - Она вечно преувеличивает. Ничего там не завалено. Уилл сел напротив. Он выглядел пугающе спокойным. Та самая маска безразличия, которой Майк всегда втайне завидовал. Уилл взял кусок пиццы и невозмутимо откусил, даже не глядя в сторону матери Майка. - Нашли хоть? — Карен подперла подбородок рукой. - А то сидели там в пыли, пока мы в бассейне были. Я же говорю, вода сегодня была просто чудо, как парное молоко. Уилл, ты же так хотел поплавать, зря Майк тебя уговорил остаться в этой духоте. - Да, — негромко отозвался Уилл, и Майк увидел, как его пальцы чуть крепче сжали корочку пиццы. - Зря. Но Майк сказал, что это срочно, а кассет слишком много. Карен вдруг прищурилась и подалась вперед. - Майк, а что это у тебя на шее? Прямо под челюстью. Желтое какое-то. Ты ударился? Сердце Майка пропустило удар. Он замер, чувствуя, как внутри всё обрывается. Консилер. Видимо, под светом кухонной люстры всё-таки давал другой оттенок. - Это... — начал он, лихорадочно соображая. - Это я его задел, — спокойно перебил Уилл, не поднимая глаз от тарелки. — Когда коробки ворочали, Майк резко дернулся, а я не удержал стопку. Он ударился о край одной из кассет, прямо углом пластика. Я еще тогда сказал, что будет след. Карен сочувственно покачала головой. - Вечно вы возитесь с этим хламом. Нужно было просто бросить всё и поехать с нами. - В следующий раз, мам, — буркнул Майк, бросив на Уилла быстрый взгляд. Нэнси зашла на кухню, поправляя тонкую бретельку летнего сарафана. Она выглядела раздраженной и явно торопилась на встречу с Джонатаном. - Майк, в твоей комнате невозможно находиться, не перепачкавшись в пыли, — бросила она, хватая со стола стакан воды. - И я была уверена, что оставила свой корректор на столе, а он почему-то лежал совсем в другом углу. Ты лазил по моим вещам, чтобы замазать какой-нибудь прыщ перед зеркалом? - Ничего я не брал, — Майк старался звучать максимально возмущенно. - Нужен мне твой грим. - Ну-ну, — Нэнси фыркнула, залпом допила воду и направилась к выходу. - Всем пока, я буду поздно! Дверь за ней захлопнулась. В столовой повисла тишина. Уилл продолжал методично жевать пиццу, а Майк почувствовал, как его лицо начинает медленно, но верно заливаться краской. Прятки продолжались, и пока что счет был в их пользу, но вкус пиццы казался Майку совершенно картонным по сравнению с тем адреналином, что всё еще бил в висках. После ухода Нэнси на кухне стало почти невыносимо тихо. Единственным звуком был мерный стук настенных часов и шорох бумажной салфетки, которой Уилл вытирал пальцы. - Я, пожалуй, пойду, — Майк резко отодвинул стул. Пицца в горло больше не лезла; казалось, если он съест еще хоть кусок, его просто вывернет от напряжения. - Надо закончить с теми кассетами. - Я помогу, — тут же отозвался Уилл, поднимаясь следом. Его голос был ровным, но Майк заметил, как он быстро поправил воротник, проверяя, не сполз ли грим. - Ох, ребята, отдохнули бы, — вздохнула Карен, не поднимая глаз от газеты. - Весь день в четырех стенах. - Мы быстро, мам! — крикнул Майк уже с лестницы. Как только дверь в комнату Майка закрылась, и он щелкнул замком, оба одновременно выдохнули. Майк привалился спиной к двери, чувствуя, как по телу пробегает запоздалая дрожь. - Это было слишком близко, — прошептал он, вцепляясь пальцами в свои волосы. - "Ударился о край кассеты"? Серьезно, Уилл? Она же не полная идиотка. Уилл прошел вглубь комнаты и сел на край кровати: той самой, где еще пару часов назад всё было иначе. Он выглядел измотанным. В полумраке вечера его лицо казалось бледнее обычного, а тени под глазами стали резче. - Она поверила, потому что хотела поверить, — тихо ответил Уилл. - Ей в голову не придет, что мы... что мы могли делать то, что делали. Для неё мы всё еще дети, Майк. Которые просто не поделили коробки в пыльном углу. Майк прошел к зеркалу и снова оттянул футболку. Под ярким светом настольной лампы пятно консилера действительно выглядело странно: оно было чуть светлее его кожи, создавая эффект какого-то инородного пятна. - Нам нужно это смыть, — Майк потер шею, и на пальцах остался жирный бежевый след. - Если мы так ляжем спать, утром на подушках останутся следы. Тогда Нэнси точно нас придушит. Уилл поднял голову. В его взгляде промелькнуло что-то странное: смесь усталости и того самого скрытого огня, который теперь связывал их крепче любых клятв. - Ты прав. Нужно смыть. Он поднялся и подошел к Майку, останавливаясь за его спиной. В отражении зеркала Майк видел, как рука Уилла медленно потянулась к его шее. Пальцы Уилла, всё еще пахнущие тем самым консилером, осторожно коснулись скрытого засоса. - Знаешь, — прошептал Уилл, глядя на их общее отражение. - Завтра будет сложнее. Грим сотрется, а пятно станет фиолетовым. Тебе придется весь день ходить в рубашке с воротником. В тридцатиградусную жару. Майк горько усмехнулся, накрывая ладонь Уилла своей. - Плевать. Пусть хоть куртка. Он развернулся к Уиллу, чувствуя, как в груди снова начинает нарастать то знакомое, тягучее чувство. Опасность миновала, по крайней мере, на сегодня. Но этот слой косметики на их коже был как тонкая стена между их правдой и всем остальным миром. И сейчас Майку больше всего на свете хотелось разрушить эту стену, даже если завтра им придется расплачиваться за это перед всеми Уилерами сразу. . ݁₊ ⊹ . ݁ ⟡ ݁ . ⊹ ₊ ݁.₊ ⊹ . ݁ ⟡ ݁ . ⊹ ₊ ݁. ݁₊ ⊹ . ݁ ⟡ ݁ . ⊹ Прошло около получаса. Напряжение в доме постепенно сменялось сонной негой: слышно было, как Карен закрывает окна на первом этаже, а Холли уже давно затихла в своей комнате. Майк и Уилл сидели в комнате, почти не разговаривая — каждый был погружен в свои мысли, прислушиваясь к звукам дома. Наконец, наверху хлопнула дверь спальни Карен, и воцарилась та самая глубокая ночная тишина, когда каждый скрип половицы кажется оглушительным. - Всё, — прошептал Уилл, поднимаясь с кровати. - Кажется, уснули. Он потянулся к шкафу, достал чистое полотенце и сменную одежду. Вид у него был помятый, а на шее всё еще поблескивал слой грима, который под светом лампы казался липким и чужеродным. - Пойду в душ, — тихо сказал Уилл. — Нужно это смыть. Всё это... — он неопределенно обвел рукой лицо и шею, - ...и остальное тоже. Майк наблюдал за ним, сидя на полу. Мысль о том, что Уилл сейчас уйдет за закрытую дверь ванной, и этот странный, безумный день просто закончится смытой водой, казалась ему невыносимой. Адреналин, который колотил его за ужином, сменился какой-то тихой, тягучей решимостью. Уилл уже коснулся дверной ручки, когда Майк резко поднялся. - Подожди. Уилл обернулся, вопросительно приподняв бровь. Майк сделал шаг к нему, чувствуя, как сердце снова начинает разгоняться. - Давай вместе, — выпалил Майк. Голос прозвучал чуть громче, чем следовало, и он тут же понизил тон до шепота: - Мама спит, Нэнси еще нет... Если мы пойдем по очереди, это займет кучу времени. Лишний шум, хлопанье дверями. А так, один раз зашли, один раз вышли. Безопаснее. Уилл замер. Его взгляд скользнул по лицу Майка, пытаясь отыскать там признаки шутки, но Майк смотрел серьезно и даже немного вызывающе. Идея была безумной: если Карен вдруг выйдет в коридор и услышит из-за двери два голоса, им конец. Но риск, кажется, только подливал масла в огонь. - Ты с ума сошел, Уилер, — одними губами произнес Уилл, но в его глазах Майк увидел знакомый лихорадочный блеск. - Если нас поймают в одной ванной… - Не поймают, — Майк подошел вплотную, перехватывая край полотенца в руках Уилла. - Мы будем тихо. Очень тихо. Уилл медленно выдохнул, и это было похоже на поражение. Он ничего не ответил, просто кивнул и первым выскользнул в темный коридор. Они прокрались к ванной на цыпочках, вздрагивая от каждого шороха. Оказавшись внутри, Майк тут же щелкнул замком и прислонился к нему спиной. В тесном помещении, пахнущем лавандовым мылом Карен, их присутствие казалось чем-то абсолютно неправильным и от того невероятно правильным. Уилл подошел к душевой и включил воду, настраивая её так, чтобы шум не был слишком сильным. Пар начал медленно заполнять комнату, оседая каплями на зеркале: на том самом зеркале, где они недавно прятали свои секреты под слоем косметики. Майк начал стягивать футболку, глядя на Уилла сквозь белесую дымку пара. - Иди первый, — прошептал Майк, делая шаг к нему. - Я помогу тебе смыть грим. И всё остальное. Уилл молча скинул футболку, и в тусклом свете ночника Майк снова увидел ту самую метку на его шее. Теперь им не нужно было ничего прятать. Вода шумела, скрывая их шепот, а за дверью спала вся семья, даже не подозревая, что прямо сейчас за тонкой перегородкой двое подростков окончательно переступают черту, за которой нет возврата. Пар быстро заполнил тесную ванную, превращая всё вокруг в размытые очертания. Когда Майк зашел следом, закрыв шторку ванной, пространство сжалось до размеров их тел. Вода с шумом разбивалась о плечи, стекая горячими струями по коже, смывая пыль этого бесконечного дня и липкие остатки консилера. - Дай сюда, — шепнул Уилл, забирая у Майка мочалку. Он развернул Майка спиной к себе. Движения Уилла были на удивление нежными: он медленно вел губкой по лопаткам, вдоль позвоночника, бережно шоркая кожу, будто пытался прочувствовать каждый изгиб. Майк стоял, уткнувшись лбом в кафель, и чувствовал, как под этим простым жестом заботы тает всё его напряжение. Это была та самая близость, которой им так не хватало: без слов, без необходимости притворяться. Затем Майк забрал мочалку и повторил то же самое для Уилла. Его руки дрожали, когда он касался бледной, влажной спины друга. В этом жесте было столько же любви, сколько и желания. Он тер кожу до розового цвета, заставляя Уилла тихо, рвано выдыхать. В какой-то момент Уилл потянулся за бутылкой шампуня, но его пальцы, скользкие от мыльной пены, подвели. Пластиковый флакон с глухим, пугающим "бум" ударился о поддон душевой. Оба замерли, превратившись в столбы. Сердце Майка забилось где-то в горле. Они стояли, прижавшись друг к другу, боясь даже вздохнуть, прислушиваясь, не проснулась ли Карен за стеной. Тишина. Только мерный шум воды. Пар в ванной стоял такой, что в паре шагов уже ничего не было видно. Майк привалился лопатками к кафелю, позволяя горячим струям бить прямо в грудь. Уилл стоял напротив, совсем близко. Вода шумела, отсекая их от всего мира, и в этой маленькой ванной было чертовски тесно, жарко и... правильно. Вся эта суета с Нэнси, дурацкие оправдания за ужином и липкий крем на коже - всё это вдруг вылетело из головы. Остались только они двое. Уилл медленно поднял руки и коснулся лица Майка. Ладони у него были мокрые, тёплые, а пальцы чуть подрагивали. Он не пытался сразу полезть целоваться, он просто смотрел так, будто видел Майка впервые или, наоборот, знал его всю жизнь и наконец-то нашел. В этом взгляде было столько всего, что у Майка перехватило дыхание. Они медленно соприкоснулись лбами. Вода заливала глаза, текла по губам, но было плевать. Когда их губы наконец встретились, это было похоже на выдох после долгого бега. Поцелуй был мягким, почти невесомым вначале, но с каждой секундой он становился глубже и ощутимее. Это не была та жадная страсть, что ослепляла их днем; это было что-то гораздо более интимное. В этом поцелуе чувствовалось всё: годы невысказанных слов, страх потери, облегчение от того, что теперь не нужно прятать взгляд, и та самая духовная связь, которую они оба боялись признать. Майк обхватил Уилла за талию, притягивая его к себе так крепко, будто пытался врасти в него. Он чувствовал под ладонями скользкую, горячую кожу, ощущал, как бешено и одновременно синхронно стучат их сердца, разделенные лишь тонкими слоями плоти. Уилл тихо, рвано выдохнул Майку в губы, и этот звук, едва различимый за шумом воды, отозвался в Майке настоящим электрическим разрядом. В какой-то момент время просто перестало существовать. Был только этот вкус воды и соли на губах, запах лавандового мыла и тяжелое, вязкое тепло, заполняющее всё существо. Это было то самое чувство "дома", которое они оба так отчаянно искали и наконец нашли друг в друге. Когда вода наконец перестала шуметь, тишина в ванной показалась им священной. Они стояли, прижавшись лбами, не желая открывать глаза, чтобы не разрушить этот момент. В комнату они вернулись почти бесшумно. Майк аккуратно закрыл дверь, и этот щелчок прозвучал как финальная точка в их сегодняшнем приключении. Он прислонился к двери, чувствуя, как по телу разливается приятная, усталость. Уилл упал на кровать, раскинув руки. Мокрая футболка неприятно липла к телу, но он, кажется, этого не замечал. Волосы у него смешно торчали в разные стороны, а в глазах прыгали искорки.