В отставку по собственному желанию, или: Башня свободна!

Прошёл месяц. Месяц, за который они успели: урезонить дракона-бизнесмена (оказалось, он действительно арендовал деревни и брал плату за защиту от себя же — Зериг назвал это «гениальной бизнес-моделью» и предложил дракону инвестировать в их будущее предприятие, дракон согласился); очистить катакомбы от нежити (нежить оказалась заблудившимися туристами, которых Зериг перевербовал, потому что «они всё равно безработные, а у нас нет нормальной прислуги»); и попутно выиграть турнир по карточной игре в придорожной таверне, используя читерскую магию, которую Зериг стыдливо называл «статистическим анализом вероятностей». Сейчас они сидели в таверне «Гордый Олень» — заведение с претензией на респектабельность, с дубовыми столами, охотничьими трофеями на стенах и пивом, которое подавали в запотевших кружках. Кэл методично уничтожал яичницу с беконом. Зериг читал газету — настоящую, печатную, купленную у разносчика. Ворон Карк сидел на спинке стула и выклёвывал из бороды хозяина крошки. Кролик Асмодей, упакованный в специальную походную корзинку, тихо грыз прутья. — Ты только послушай, — вдруг произнёс Зериг, откладывая газету. Выражение его лица было странным — не тревожным, но... заинтересованным. — Тут про нас пишут. — Про нас? — Кэл перестал жевать. — В смысле — про авантюристов Кэла и Зерига? — Нет, — Зериг покачал головой и развернул газету так, чтобы Кэл видел заголовок. — Про Героя Севера и Тёмного Властелина Юга. Заголовок гласил: «СЕНСАЦИЯ: ГЕРОЙ КЭЛ ЭЙДЕНСКИЙ И ТЁМНЫЙ ВЛАСТЕЛИН МОРДРАЭТ ЗЕРИГ — ЖИВЫ! СОВЕТ КОРОЛЕЙ СОБИРАЕТ ЭКСТРЕННОЕ ЗАСЕДАНИЕ». Ниже шла статья, набранная мелким шрифтом, но с таким обилием восклицательных знаков, что у любого редактора случился бы инфаркт. — Эйденский? — переспросил Кэл. — Я не Эйденский. Я из Бруствиля. — Это они для солидности добавили. «Кэл из Бруствиля» звучит не так эпично, — Зериг пробежал глазами статью. — Так, посмотрим... «По сообщениям из достоверных источников, бывший Герой Севера, Кэл, и бывший Тёмный Властелин Юга, Мордраэт Зериг, инсценировали финальную битву и сбежали, чтобы вести праздный образ жизни, попутно уничтожая репутацию геройского ремесла и тёмного владычества». О, у нас есть репутация. И мы её уничтожаем. Приятно. — Кто слил? — Кэл схватил газету. — Кто?! — Тут сказано: «Информация поступила от бывшей команды Героя». — Зериг поднял бровь. — Поздравляю, твои старые друзья всё-таки сдали нас властям. Видимо, обида за взорванную кружку оказалась сильнее профессиональной этики. — Лис, — прорычал Кэл. — Это точно Лис. Он продал мою биографию за две тысячи, теперь продал моё местонахождение ещё за сколько-то. У него талант монетизировать всё, к чему он прикасается. — Вообще-то, — Зериг забрал газету обратно и продолжил чтение, — тут написано, что информацию подтвердили «независимые источники». А также что «Совет Королей и Гильдия Героев объединились для поимки дезертиров». И... ого. Они за нами высылают два отряда. — Два отряда? — Кэл напрягся. — Какие? — Первый — «Элитный спецназ Света». Цитирую: «Лучшие воины и маги, прошедшие специальную подготовку для борьбы с тёмными силами и ренегатами». И второй... — Зериг осёкся и, кажется, впервые за всё время их знакомства, выглядел по-настоящему ошеломлённым. — Второй — «Легион Проклятых». — Кто?! — Мои бывшие подчинённые, — Зериг аккуратно сложил газету. — Рыцарь Смерти, Тёмная Эльфийка и Командующий Големов. Их нанял Совет. Они... обрадовались возможности «вернуть господина любой ценой». Тут прямая цитата: «Мы вернём его, даже если для этого придётся разрушить полконтинента». Это не метафора. Они действительно могут. В таверне повисла тишина. Даже кролик Асмодей перестал грызть корзинку. Ворон Карк склонил голову набок и издал звук, который на человеческий переводился примерно как «ну вот, дождались». — Итак, — медленно произнёс Кэл, — за нами охотятся две сильнейшие военные организации континента. Элитный спецназ Света и твои бывшие генералы-психопаты. И те, и другие хотят нас поймать и вернуть. Меня — чтобы снова сделать Героем. Тебя — чтобы снова сделать Тёмным Властелином. — Именно, — подтвердил Зериг. — И единственное, чего они не понимают — что мы не хотим ни того, ни другого. — Именно. — И теперь весь мир знает, что Герой и Властелин — на самом деле два уставших мужика, которые предпочитают пить пиво и троллить окружающих. — Именно. Кэл помолчал. Потом отодвинул тарелку, вытер рот рукавом и посмотрел на Зерига долгим, изучающим взглядом. — Шеф, — сказал он наконец. — А давай, когда нас поймают, просто откажемся? — В каком смысле? — В прямом. Придут, окружат, начнут орать про долг, судьбу и высшее предназначение. А мы им скажем: «Нет». Просто нет. Без драк. Без спецэффектов. Без взорванных кружек. Просто — нет. — Они не примут «нет», — возразил Зериг. — Они пятьсот лет не слышали «нет». Мои генералы — потому что я им всегда говорил «да, но не сейчас» или «да, но с печеньками». А твои — потому что они сами себе никогда не говорили «нет». Особенно Лис. — Тогда, — Кэл усмехнулся, — придётся их переубедить. У нас есть методы. Зериг посмотрел на него — и вдруг улыбнулся. Медленно, хищно, с оттенком той самой Властелинской гордости. — Знаешь, Кэл, — сказал он, — когда я впервые тебя увидел, сидящего на полу моей башни с трубкой в зубах, я подумал: «Какой наглый, самоуверенный юнец». А теперь я понимаю — это был лучший комплимент, который я мог тебе сделать. Ты действительно наглый и самоуверенный. И, похоже, именно это нам сейчас и понадобится. — План? — спросил Кэл. — План, — кивнул Зериг. — Слушай сюда...

***

Совет Королей заседал в столице Соединённого Королевства — городе с непроизносимым названием, которое все сокращали до «Столица». Зал Совета был огромен, помпезен, украшен гобеленами, знамёнами, золотыми канделябрами и таким количеством пафоса, что воздух, казалось, можно было намазывать на хлеб вместо масла. За круглым столом сидели двенадцать королей и королев (плюс один герцог, который очень хотел быть королём и поэтому ходил на все заседания без приглашения). Во главе стола восседал Верховный Координатор — сухой, лысый старик с таким длинным титулом, что его сокращали просто до «Ваше Всеобъемлющество». Перед Советом стояли пять человек и одна големоподобная конструкция. «Элитный спецназ Света» представляли двое: командир отряда — паладин в сияющих доспехах, с лицом, вырубленным из гранита, и с таким количеством святых символов на груди, что он напоминал витрину церковной лавки; и маг-тактик — женщина с холодными глазами и аудитором, парящим над плечом и записывающим каждое слово. «Легион Проклятых» представляли трое: Рыцарь Смерти — колоссальная фигура в чёрных доспехах, из сочленений которых сочился зеленоватый дым; Тёмная Эльфийка — гибкая, смертоносная, с луком за спиной и выражением лица «я здесь самая умная, и вы мне все надоели»; и Командующий Големов — трёхметровая каменная конструкция, которая тихо гудела и иногда роняла из суставов песок. — Итак, — произнёс Верховный Координатор, и его голос эхом разнёсся под сводами зала, — перед нами стоит задача исключительной важности. Двое ренегатов — бывший Герой Кэл и бывший Тёмный Властелин Зериг — должны быть найдены, пойманы и возвращены. Каждая из ваших групп получила соответствующее задание. Доложите о прогрессе. Командир спецназа Света шагнул вперёд. — Ваше Всеобъемлющество, — отчеканил он, — мы провели разведку и готовы к захвату. Герой Кэл будет возвращён к исполнению долга. Мы подготовили психологическую обработку — ему объяснят, что его усталость была вызвана временным магическим воздействием Тёмного Властелина. — А если он не согласится? — спросил кто-то из королей. — Согласится, — отрезал паладин. — Или мы применим Протокол Героической Мотивации. — Что за протокол? — Мы покажем ему плачущих детей, чьи деревни сожгли драконы, пока он прохлаждался в тавернах. Он не выдержит и трёх минут. У всех Героев есть это слабое место — чувство вины. Маг-тактик кивнула и добавила: — Что касается Тёмного Властелина — для него подготовлена специальная камера-иллюзия, в которой он будет видеть покорённые королевства и счастливых миньонов, умоляющих его вернуться. Мы называем это «Тёплая Тьма». Работает безотказно. Совет закивал. Решение казалось идеальным. — Теперь вы, — Координатор повернулся к «Легиону Проклятых». — Каков ваш план? Рыцарь Смерти прогудел — голос у него был такой низкий, что канделябры задрожали: — Мы вернём господина. — Да, но как? — Мы придём к нему. Мы скажем: «Господин, вернитесь». Если он скажет «нет», мы скажем «пожалуйста». Если он снова скажет «нет»... — То что? — подался вперёд Координатор. Рыцарь Смерти замолчал. Тёмная Эльфийка вздохнула и пояснила: — Видите ли, у нас нет плана на случай, если господин скажет «нет» дважды. Он никогда не говорил «нет» дважды. Максимум — один раз, и то потому что у него было плохое настроение после битвы. Мы не знаем, что делать, если он скажет «нет» дважды. Это неизвестная ситуация. — Может, попросить ещё раз? — предложил Командующий Големов скрежещущим голосом. — Три — хорошее число. В зале повисла неловкая тишина. Короли переглядывались. Герцог-который-хотел-быть-королём открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. — То есть, — медленно произнёс Координатор, — у вас нет стратегии? — У нас есть стратегия, — возразила Тёмная Эльфийка. — Наша стратегия — найти господина, попросить его вернуться и надеяться, что он согласится. Если не согласится — мы попросим прощения за то, что плохо просили, и попросим ещё раз. В конце концов, он же нас любит. Наверное. — Вы уверены? — Он терпел нас пятьсот лет, — резонно заметил Рыцарь Смерти. — Значит, как минимум не ненавидит. Совет снова закивал, но теперь как-то нервно. — Хорошо, — подытожил Координатор. — Спецназ Света и Легион Проклятых выдвигаются одновременно. Цель — деревня Терновая, где, по последним данным, видели этих двоих. Взять живыми. Желательно. Вопросы? Вопросов не было.

***

В тот же вечер в деревне Терновой, в той самой таверне на окраине, куда они забрели, спасаясь от слухов и нимбов, Кэл и Зериг сидели за угловым столом и обсуждали план. На столе лежала карта, исчерканная пометками, стояли три пустые кружки и одна полная (Бруно). Бруно, тот самый воин из бывшей команды Кэла, которого они встретили совершенно случайно двумя днями ранее, сидел напротив и слушал с таким выражением лица, с которым обычно смотрят на говорящую собаку — удивлённо, но доброжелательно. — Значит так, — говорил Кэл, водя пальцем по карте. — Спецназ заходит с севера, твои генералы — с юга. Они встречаются здесь, у старой мельницы, потому что это единственное место, где обе дороги сходятся. И мы встречаем их там же. — И что мы им скажем? — спросил Бруно с искренним интересом. — Мы скажем им «нет», — ответил Зериг. — Но не просто «нет». Это будет самое убедительное «нет» в истории континента. С презентацией. С аргументами. С диаграммами. — С диаграммами? — переспросил Бруно. — У вас есть диаграммы? — У меня есть мел и стена мельницы, — пожал плечами Зериг. — В молодости я неплохо рисовал. Думаю, справлюсь. — А если они не послушают? — резонно спросил Бруно. — Если они просто попытаются нас схватить? — Тогда, — Кэл хлопнул ладонью по столу, — нам понадобишься ты, Бруно. — Я? — здоровяк удивился. — А что я должен делать? — Стоять и смотреть. — Это я умею. — И ещё — в нужный момент сказать одну фразу. Я тебе потом скажу какую. Запомнишь? — Я не очень хорошо запоминаю фразы, — честно признался Бруно. — Но если она короткая — запомню. — Она будет из одного слова, — пообещал Кэл. — Тогда точно запомню. Зериг тем временем развернул на столе другой свиток — список, составленный им лично. Почерк у него был каллиграфический, с завитушками, но содержание списка было далеко не таким изящным. — Я составил реестр наших... кхм... достижений, — сказал он. — Если Совет хочет обвинить нас в разрушении экономики квестов — пусть ознакомятся с цифрами. Итак: за прошедший месяц мы выполнили тридцать четыре квеста. Среднее время выполнения — один день. Обычное время выполнения — пять-семь дней. Мы сократили расходы заказчиков на сорок процентов, увеличили пропускную способность гильдии в три раза и попутно обрушили рынок героических услуг в четырёх регионах. Обычные авантюристы теперь не могут найти работу, потому что заказчики хотят «таких же, как те двое сумасшедших, только подешевле». — Мы обрушили экономику? — удивился Кэл. — Мы её не обрушили. Мы её оптимизировали. А гильдийская бюрократия не любит оптимизацию. Она любит стабильность. Даже если эта стабильность — недели простоя и раздутые бюджеты. — Значит, мы — угроза системе, — подытожил Кэл. — Не потому что мы плохие. А потому что мы слишком хорошие. — Именно. И это подводит нас к главному пункту плана. Зериг отложил свиток и обвёл взглядом обоих собеседников. — Мы не будем сражаться. Мы не будем убегать. Мы выйдем к ним и произнесём речь. Речь, которую они запомнят. Речь, которая изменит правила игры. Потому что наша главная проблема — не спецназ и не генералы. Наша проблема — это Система, которая считает, что люди не имеют права уходить на покой. — А если речь не поможет? — спросил Бруно. — Тогда, — Зериг вздохнул, — мы всегда можем применить план Б. — Какой план Б? — Всё тот же. Мы просто откажемся. И будем отказываться. До тех пор, пока они не устанут. В конце концов, мы — два человека, которые пятьсот лет (я) и пять лет (Кэл) делали то, чего от нас ждали. У нас есть право на усталость. И на отказ. И мы это право защитим. Любой ценой. Ворон Карк, сидевший на плече у Зерига, расправил крылья и каркнул — коротко, резко, утвердительно. Кролик Асмодей высунул нос из корзинки и чихнул. Бруно допил пиво и рыгнул. — Хороший план, — сказал он. — Особенно та часть, где я стою и смотрю. — Завтра, — сказал Кэл, поднимаясь из-за стола. — Завтра всё решится. — Да, — согласился Зериг. — Завтра мы встретимся с прошлым. И либо похороним его окончательно, либо... будем хоронить долго и со спецэффектами. — Главное — без нимбов, — предостерёг Кэл. — Не могу обещать, — усмехнулся Зериг. — Но постараюсь. Они разошлись по комнатам. Завтрашний день обещал быть длинным. Очень длинным. Но, по крайней мере, скучным он быть не обещал. А это, как уже поняли оба, было самое главное.