Ночные смены у Френни Фазклер

      Майк брел домой на автомате. Ноги сами несли его по знакомым улицам, мимо ещё закрытых магазинов и мимо редких прохожих, которые уже куда-то спешили по своим утренним делам. Город потихоньку просыпался, кто-то вёз тележки с продуктами, кто-то выгуливал собак, кто-то просто сидел на лавочке с газетой. Обычная жизнь, такая далёкая от его новой реальности.       — Вторая ночь позади, — думал он, перешагивая через лужу. — Хрен знает, сколько ещё будет. Испытательный срок уже пройден и постоянный контракт в кармане. Но действительно ли это работа мечты?       Он усмехнулся своим мыслям. Мечты. Кто бы мог подумать, что его мечта — охранять пиццерию по ночам и дружить с аниматрониками.       Подходя к своему дому, он машинально достал ключи. Старое многоэтажное здание с облупившейся краской. Эго был его дом. Его крепость. Правда такая себе крепость, но хотя бы крыша над головой была.       Майк поднялся на свой этаж и уже собирался вставить ключ в замок, как заметил что-то белое на двери. Это был лист бумаги, приклеенный на клочок скотча. Майк, нахмурившись, отклеил его и развернул.       Почерк он узнал сразу. Это была Джейн. Аккуратные, круглые буквы, которые когда-то казались ему милыми, а теперь вызывали только тошноту и отвращение.       «Майк, пожалуйста, позвони мне. Это очень важно. Мне нужно с тобой поговорить. Я знаю, что виновата, но дай мне шанс объясниться. Пожалуйста. Джейн».       Он прочитал записку дважды. Потом сжал её в кулаке, вошёл в квартиру и, не снимая обуви, прошёл на кухню и бросил скомканный лист в мусорное ведро, как будто это был ядовитый паук.       — Объясниться, — пробормотал он, стягивая кроссовки. — Ей нужно объясниться, через два месяца, когда её богатенький козёл вышвырнул на улицу.       Он прошёл в ванную, включил воду выставив ледяную.       Майк выдавил на щётку пасту и начал чистить зубы, глядя в зеркало. Из отражения на него смотрел уставший парень с тёмными кругами под глазами и маленькой щетиной, которую стоило бы сбрить, но было откровенно лень.       — Чего ты хочешь, Джейн? — спросил он у своего отражения. — Денег? Жилья? Или чтобы я тебя пожалел?       Отражение не ответило, только капли воды стекали по стеклу.       Майк прополоскал рот, вытер лицо полотенцем и вышел в комнату.       Войдя в комнату, он сразу же упал на кровать, не раздеваясь. Просто лёг на спину и уставился в потолок. Та же трещина, что и вчера. И позавчера. И много дней до этого.       — Что со мной происходит? — спросил он у тишины. — Почему мне легче с роботами, чем с людьми?       Тишина не ответила. Она вообще редко отвечала.       Майк постепенно закрыл глаза и провалился в сон.       ***       Телефон завибрировал на тумбочке, вырывая его из глубины беспокойного сна. Майк не сразу понял, где находится, но потом снова увидел трещину на потолке, услышал гул холодильника и вспомнил.       — Да, — прохрипел он, нажимая «принять», даже не глядя на экран.       — Майк? Это Эмили Харт.       Он резко сел на кровати. Сердце пропустило удар.       — Мисс Харт? Что-то случилось?       — Ничего критичного, — ответила она тем же ровным голосом. — Но у меня есть кое-какая важная новость, о которой ты должен знать. Приди сегодня перед сменой, как вчера.       — Хорошо, я…       — И пожалуйста, не опаздывайте. — Она отключилась.       Майк уставился на экран. На часах было 18:30. Он проспал почти десять часов.       — Важная новость, — подумал он, чувствуя, как в груди разрастается тревога. — Что за новость? Меня увольняют? Может что-то с девочками?       Он откинулся на подушку, пытаясь успокоить дыхание. Мысли метались, как мухи в банке.       — А может, это из-за Вероники? — пришла следующая мысль, и от неё стало ещё хуже. — Чёрт. Мне же снова придётся её видеть. Она меня чуть не задушила вчера. А что сегодня? Она ведь может и повторить это сегодня?       Майк представил её зелёные глаза, шрам над бровью, холодную усмешку. Представил, как она прижимает его к стене локтем к горлу.       — Вот чёрт, — сказал он вслух. — Вот чёрт, чёрт, чёрт.       Он закрыл лицо руками. В голове промелькнула мысль.       — А может, не ходить? Уволиться? Найти другую работу?       Но он сразу отбросил её. Другой работы не было. А эта хорошо оплачивалась, да и девчата… девчата ждали его. Френни, Бонфи, Чика, Фекса. Они поверили ему. Доверились. Он не мог их подвести.       — Ладно, Шмидт, — сказал он себе, вставая с кровати. — Соберись. Ты пережил школу, пережил универ, пережил предательство и увольнения. Переживёшь и Веронику, просто не попадайся ей на глаза.       Он умылся ледяной водой. Сделал зарядку: отжимания, приседания, пресс. Тело разогрелось, мысли прояснились.       Ужин был спартанским: макароны с тушёнкой, салат из помидоров, которые были последними, надо было купить ещё, и кружка зелёного чая. Кофе он налил в термос на ночь. Перекус упаковал в контейнер. Форма так и покоилась в спортивной сумке, не видя солнечного света.       В 20:30 он вышел из дома.       Пиццерия встретила его привычным запахом хлорки и ванили. Внутри горел мягкий свет, играла тихая музыка, что-то инструментальное, без слов. У стойки ресепшена стояла Ребекка, перебирая какие-то бумаги.       Она подняла голову и увидев Майка, улыбнулась. По-настоящему, тепло и без тени подозрительности.       — Привет, Майк!       — Здравствуй, Ребекка, — ответил он, чувствуя, как напряжение чуть отпускает.       — Выглядишь лучше, чем вчера. Выспался?       — Немного.       — Это хорошо. — Она отложила бумаги и кивнула в сторону главного зала. — Эмили ждёт тебя в кабинете. Сказала, как придёшь, сразу заходи.       Майк кивнул, но внутри всё сжалось. Кабинет. Опять. Вчера разговор о доверии и постоянном контракте. Сегодня уже «важная новость».       — Может, она передумала? — подумал он, направляясь к кабинету. — Может, увидела что-то на камерах, что ей не понравилось? Или девочки нажаловались? Или…       Он вспомнил, как Чика обнимала его. Как Бонфи утянула к себе. Как Фекса поцеловала в щёку.       — Вдруг Эмили решила, что это нарушение первого правила? — паника нарастала. — Но я же не трогал их! Это они меня трогали! Я просто… не сопротивлялся.       Он остановился перед дверью, поднял руку и постучал.       — Войдите! — раздался привычный голос Эмили.       Майк открыл дверь и зашёл.       Кабинет выглядел так же, как и вчера. Эмили сидела за столом, перед ней стояла чашка кофе и ноутбук. Она была в привычном строгом сером костюме, волосы собраны в пучок. Но в отличие от вчерашнего дня, она улыбнулась при его появлении. Правда, в глазах всё ещё читалась настороженность — привычка, наверное.       — Добрый вечер, Майк.       — Добрый вечер, мисс Харт, — ответил Майк, стараясь, чтобы голос звучал ровно.       — Присаживайся.       Он сел на тот же стул, что и вчера. Спортивную сумку поставил у ног.       — Я не буду ходить вокруг да около, — начала Эмили, отодвигая чашку. — У меня для тебя три новости. Две рабочие, одна — личная, но касающаяся вас.       Майк напрягся.       — Первое, — она подняла один палец. — У нас сломалась система пожарного оповещения. Электрик, который работает у нас сейчас в отпуске, но обещал приехать завтра и всё починить. До этого момента ты должен следить за зданием особенно внимательно. Если почувствуешь запах дыма или увидишь искрение, сразу звони в пожарную службу и мне, затем выводи девочек из здания. Понял?       Майк кивнул.       — Да, мэм. Я буду внимателен.       — Хорошо, — Эмили подняла второй палец. — Второе. Я просмотрела записи прошлой ночи. Всё, что касается работы — нареканий нет. Камеру в аркадной зоне ты поменял качественно, тесто подготовили хорошо, повара утром были довольны.       Майк выдохнул. Пока всё шло неплохо.       — Что касается твоего общения с девочками… — Эмили сделала паузу. — Я довольна. Ты не нарушал границ, не домогался и не позволял себе лишнего. Они тебе доверяют, и это дорогого стоит.       Она посмотрела ему прямо в глаза.       — Но напоминаю тебе о правиле номер один. Оно нерушимо, если я узнаю, что ты хоть раз прикоснулись к ним с грязными мыслями, без их ведома, пожалеешь. И не только от меня, Вероника тоже подключится.       Майк сглотнул.       — Я помню, мисс Харт. И не собираюсь нарушать. Клянусь.       — Хорошо, — она кивнула и подняла третий палец. — А теперь последнее. Через два дня у нас планируется большой утренник. День рождения сына одного богатого бизнесмена. Будет много гостей, детей, подарков и торжественной части. Я прошу тебя присутствовать на этом мероприятии в качестве третьего охранника дневной смены.       Майк опешил.       — Но… я же ночной охранник.       — Знаю, — Эмили вздохнула. — Но в тот день будет очень много народу. Вероника и Александр не справятся вдвоём. Мне нужен третий человек, которому я могу доверять. Ты — тот самый человек.       Она помолчала, потом добавила:       — Я понимаю, что это означает для тебя дополнительную нагрузку. Ты отработаешь утренник и потом останешься на ночную смену. Прости, что так вышло, но я заплачу тебе двойной оклад. Как и Александру.       Майк задумался. Двойной оклад — это серьёзно. Деньги никогда не бывают лишними. Но…       — Вероника, — подумал он. — Мне придётся весь день быть рядом с Вероникой. Она же меня убьёт или покалечит.       — Я… — начал он, колеблясь.       — Пожалуйста, — Эмили посмотрела на него с неожиданной мягкостью. — Мне очень нужна твоя помощь. Девочки тоже будут там и им нужна защита. Ты же не хотишь, чтобы какой-нибудь пьяный гость приставал к Чике или Френни?       Майк вспомнил, как вчера Чика обнимала его. Как Френни доверчиво смотрела. Как Бонфи улыбалась. Как Фекса смущалась, примеряя бандану.       — Хорошо, — сказал он. — Я согласен.       Эмили облегчённо выдохнула.       — Спасибо, Майк. Ты меня выручаешь.       — Не за что, — ответил он, хотя внутри всё ещё было тревожно. — Я не подведу.       — Я знаю, — она улыбнулась. — А теперь иди готовиться к смене. Девочки, наверное, уже заждались.       Майк поднялся, взял сумку и направился к выходу.       — И Майк? — окликнула его Эмили.       Он обернулся.       — Будь осторожен. Ночью, в пиццерии… всякое бывает.       Она произнесла это так, будто знала что-то, чего не говорила. Майк кивнул и вышел из кабинета.       В коридоре он перевёл дух. Часы на стене показывали 20:50.       — Чёрт, — сказал он сам себе. — Я пришёл слишком рано.       У него было ещё больше часа до начала смены       Майк решил не слоняться без дела. Он прошёл в главный зал, выбрал столик — подальше от сцены, но с хорошим обзором и сел. Спортивную сумку поставил рядом на пол. В зале было ещё людно, последние посетители доедали свои пиццы, допивали газировку, собирали детей и готовились уходить. Официанты сновали между столами, убирая грязную посуду. Дневная смена близилась к своему завершению.       Майк рассеянно смотрел по сторонам, размышляя о предстоящей ночи и об утреннике через два дня. Мысли путались. Вероника, пожарная сигнализация, двойной оклад, Золотая Френни… Слишком много всего за один раз.       — Майк!       Он поднял голову. Перед ним стояла Чика в своём новом фартуке, она улыбалась во весь рот, глаза светились неоново-розовым.       — Привет! — сказала она, чуть склонив голову набок. — А ты чего так рано? Мы не ожидали увидеть тебя раньше пол десятого.       — Привет, Чика, — Майк невольно улыбнулся в ответ. — Эмили вызвала раньше начала смены. Сказала, что есть новости, вот я и пришёл пораньше.       — И какие новости? — Чика присела на стул напротив, положив руки на стол. — Хорошие? Плохие?       — Всякие, — уклончиво ответил Майк, оглянувшись по сторонам. Убедившись, что никто не подслушивает, он понизил голос. — Система пожарного оповещения сломалась. Электрик сказал, что починит только завтра. Так что сегодня ночью будьте осторожнее. Особенно ты на кухне.       Чика понимающе кивнула, её улыбка стала чуть серьёзнее.       — Поняла, никаких экспериментов с духовкой. Буду следить, чтобы ничего не заискрило.       — Вот и хорошо, — Майк выдохнул.       — А ещё? — Чика пододвинулась ближе. — Ты сказал «всякие». Что-то ещё?       — Через два дня утренник. Большой, Эмили сказала, что нужен третий охранник. Она попросила меня прийти и отработать дневную смену вместе с Вероникой и Александром, а затем ночную.       Чика округлила глаза.       — Это же здорово! Ты будешь с нами днём!       — Если Вероника меня не прибьёт до начала, — мрачно пошутил Майк.       — Не прибьёт, — Чика махнула рукой. — Она просто такая. Ты привыкнешь. — Она помолчала, а потом спросила: — Будешь что-нибудь заказывать? Ты же пришёл раньше, может, хочешь перекусить?       Майк покачал головой.       — Спасибо, я поел дома, но, если можно, стакан газировки. Желательно, ледяной.       — Легко! — Чика вскочила, поправила фартук. — Сейчас принесу. —       Она упорхнула в сторону кухни.       Майк проводил её взглядом, потом обвёл взглядом главный зал и внезапно наткнулся на знакомую фигуру.       Вероника стояла у противоположной стены, прислонившись плечом к колонне. Руки скрещены на груди, пристальный и холодный взгляд, направлен прямо на него. Она не улыбалась, не хмурилась, а просто смотрела на него, словно хищник, оценивающий добычу.       Парень поёжился, но решил не обращать внимания. Он демонстративно отвернулся и перевёл взгляд на сцену.       Там выступали Френни и Бонфи. Френни пела в микрофон, её голос лился мягко и мелодично, исполняя какую-то знакомую поп-песню, переделанную под детский лад. Бонфи аккомпанировала на гитаре, иногда подпевая. Их движения были плавными, отточенными, как у профессиональных аниматоров.       Но сегодня они двигались чуть иначе. Майк заметил это. Они улыбались шире обычного, когда их взгляды падали на него. Френни пару раз подмигнула в его сторону, не переставая петь. Бонфи слегка кивнула, как бы здороваясь.       — Они меня видят, — понял Майк. — И радуются, что я пришёл.       От этого стало теплее на душе. Он откинулся на спинку стула, наблюдая за выступлением, и почти перестал чувствовать на себе ледяной взгляд Вероники.       Через несколько минут из кухни вышла Чика с подносом. На подносе был высокий стакан газировки с соломинкой, и даже маленькое печенье в виде звезды на блюдце.       — Держи, — она поставила поднос на стол. — Это тебе за счёт заведения. За то, что ты такой хороший.       — Спасибо, — Майк взял стакан, отпил. Газировка была холодной, с пузырьками, обжигающей горло.       Чика присела рядом, почти вплотную.       — Наслаждаешься нашим выступлением? — спросила она, кивнув на сцену. — Мы сегодня особенно стараемся.       — Я заметил, — улыбнулся Майк. — У вас здорово получается.       — Это Френни постаралась. — Чика понизила голос до шёпота. — Она заметила тебя, когда ты заходил в кабинет Эмили и сказала, что раз пришёл раньше, нужно показать тебе класс.       Майк хотел ответить, но в этот момент Френни закончила песню, и зал из оставшихся зрителей взорвался аплодисментами. Дети кричали, родители хлопали. Френни поклонилась, а Бонфи послала воздушный поцелуй в зал — но Майк почему-то был уверен, что этот поцелуй предназначался ему.       Он снова отпил газировку и глянул на часы. 21:15. До начала смены ещё меньше часа.       — Ничего, — подумал он. — Посижу здесь, посмотрю на девочек, может, даже расслаблюсь.       Не тут-то было.       Краем глаза он заметил движение. Вероника отлепилась от стены и неторопливо, с ленивой грацией хищницы, направилась прямо к его столику. Чика тоже её увидела и напряглась. Её улыбка стала чуть менее искренней, плечи поднялись.       — Не обращай внимания, — шепнула Чика.       — Я знаю, — так же тихо ответил Майк.       Вероника остановилась у их столика, положила руку на спинку свободного стула, но не села. Взгляд сверху вниз — холодный и оценивающий.       — Отдыхаешь, Шмидт? — спросила она, и в голосе не было ничего дружелюбного. — До смены ещё час. Решил заранее пригреть территорию?       — Пью газировку, — спокойно ответил Майк, стараясь не показывать, что её присутствие всё ещё вызывает у него дрожь. — Какие-то проблемы?       Глаза Вероники сузились.       — Следи за языком, мальчик.       — Вероника, — вмешалась Чика, и её голос звучал твёрже, чем обычно. — Сейчас, он наш гость. И, к тому же, наш друг. Не надо трогать его.       Вероника перевела взгляд на Чику, и что-то в её лице дрогнуло. Это было удивление? Может, недоверие?       — Друг, говоришь? — она усмехнулась. — Быстро вы его приняли, всего то две ночи прошло.       — Этого достаточно, чтобы понять, кто он, — ответила Чика, не отводя глаз. — Он не лапал, не приставал и не смотрел на нас как на вещи. К тому же принёс нам подарки на свои деньги.       Вероника молчала несколько секунд. После чего перевела взгляд на Майка, изучая его лицо. Шрам над бровью не двигался, губы были сжаты в тонкую линию.       — Ладно, — сказала она наконец. — Время покажет.       Вероника отодвинула стул, но не села, а просто оттолкнула его обратно на место.       — Но я за тобой слежу, Шмидт. Не забывай об этом.       Она развернулась и ушла, возможно просто чтобы скрыться с глаз. Майк выдохнул, только сейчас заметив, что задержал дыхание.       — Фух, — прошептал он. — По крайне мере, сейчас, всё стало нормально.       — Ты молодец, — сказала Чика, погладив его по спине. — Держался достойно, она не привыкла, чтобы ей перечили.       — Я и не перечил, это ты вступилась за меня. — Майк замолчал, поставив стакан на стол.       — Ну ты хотя бы не сбежал, — поправила Чика. — И не опустил глаза, а это уже победа.       Майк усмехнулся, но усмешка вышла горькой. Он откинулся на спинку стула, глядя на сцену, где Френни начала новую песню — более медленную, почти грустную. Бонфи подыгрывала на гитаре тише обычного.       — Знаешь, Чика, — сказал он после паузы, не глядя на неё. — Я тут задумался.       — О чём? — она склонила голову, внимательно слушая.       — Я сторонюсь Веронику — живую женщину, которая может меня ударить, а вас, аниматроников, которые могут… ну, не знаю, легко сломать мне руку, я не боюсь.       Он повернулся к ней.       — К вам у меня доверия больше, чем к людям.       Чика молчала, её розовые глаза смотрели мягко, без осуждения.       — Может, потому что мы не предаём? — Тихо сказала она. — Мы не умеем врать, не умеем притворяться, у нас даже нет скрытых мотивов, если мы говорим «ты наш друг» — значит, ты действительно друг.       Она чуть улыбнулась.       — Это так странно? — Спросила Чика.       Майк задумался.       — Наверное, нет. Просто, я привык, что за доброту надо платить. А вы… вы ничего не просите взамен.       — Ещё как просим, — возразила Чика, её рука легла на его плечо, после чего она сжала его. — Мы просим тебя быть собой и не уходить. Этого нам вполне достаточно.       Чика убрала руку.       — Ты нашёл здесь место, Майк. Может, не идеальное, но возможно своё, и мы очень рады, что именно ты здесь, а не какой-то безмозглый идиот.       Майк почувствовал, как к горлу подступает ком. Он не заплакал, давно разучился, но внутри стало теплее, как после глотка горячего чая в морозный день.       — Спасибо, — сказал он хрипло. — Правда.       — Не за что, — Чика улыбнулась и встала. — Ладно, мне нужно на кухню, убедиться в том, что повара убрались, а ты сиди, отдыхай. Смена скоро начнётся.       Она забрала поднос с пустым стаканом и ушла. Майк остался один за столиком.       Он посмотрел на часы. 21:30. Полчаса до начала.       Майк задумался о своём, от чего улыбка на его лице на заставила себя долго ждать. Парень откинулся на спинку стула, наблюдая за выступлением Френни и Бонфи. Они, заметив его улыбку, засияли ещё ярче.       Френни закончила песню, поклонилась, сделала шаг назад и, вместо того чтобы остаться на сцене, вдруг спустилась и направилась прямо к его столику. По залу она двигалась плавно, с нотками деловитости, как и подобает менеджеру, проверяющему порядок. Никто из посетителей не обратил внимания, так как аниматроники иногда подходили к гостям, это было частью шоу.       Она встала напротив Майка, положила руку на спинку стула и наклонилась чуть ближе.       — Добрый вечер, гость, — сказала она, а потом, почти беззвучно, одними губами: — Мы рады, что ты пришёл раньше.       — Я тоже рад, — так же тихо ответил Майк.       Она тепло улыбнулась и развернувшись, быстро вернулась на сцену, потому что их сегодняшние выступления подошли к концу.       Майк снова остался один.       Он обратил внимание, как Френни возвращает в руку микрофон и встаёт в позу ожидания. Бонфи перебирая струны, так же через минуту присоединяется к Френни, а затем и Чика, вставая рядом с ними с тарелкой кекса в руке. Последний посетитель покинул помещение и зал, окончательно, опустел.       — Мда, — подумал он. — Интересно, насколько душно будет в день утренника.       Майк крутил в пальцах соломинку, которую прибрал к рукам от стакана с газировкой, по путно разглядывая её, пока мысли были где-то очень далеко.       — Уж очень хочется, чтобы он прошёл без происшествий и всё было тихо и спокойно.       Он усмехнулся своим мыслям. Слишком уж наивно было надеяться на это. Особенно в таком месте, особенно когда в зале, где он сидел находился бар.       Часы на стене показывали 21:50. В зале не было даже рабочего персонала пиццерии. Официанты закончили убирать со столов последние остатки и ушли домой, лишь Ребекка стояла у стойки регистрации, перебирая бумаги и поглядывая на часы.       Майк встал, взял сумку и направился к ней. Она сразу же заметила его.       — Майк. — Она подняла голову и улыбнулась. — Ну что готов к смене?       — Ещё как. — Он поставил сумку на пол. — Эмили рассказала про сигнализацию и про утренник.       — Это да, — Ребекка вздохнула. — Двойная нагрузка, зато двойная плата. Ты как, справишься?       — Постараюсь.       — Умница. — Она протянула ему лист бумаги. — Вот задания на сегодня. Эмили просила передать и напомнить — быть особенно внимательным и с электричеством. Сигнализация пусть и не работает, но проводка в ней старая. Мало ли что может произойти.       Майк взял список и быстро пробежался глазами.       Задания на 3 ночь:       1. Помочь Фексе убраться в пиратском уголке.       2. Спуститься в подвал, проверить показания счётчиков электроэнергии и записать их в журнал.       3. Собрать и выбросить оставшийся мусор за всеми стойками в главном зале (Если он остался, мешки в кладовой).       — Подвал? — переспросил Майк, нахмурившись. — Я там ни разу не был.       — Там немного темновато, но фонарик у тебя есть. — Ребекка пожала плечами. — Не бойся, там только счётчики и старая мебель. Эмили просто хочет быть уверена, что ничего не искрит.       — Понял. — Подтвердил парень и кивнул.       Ребекка сложила все свои бумаги в папку и убрала их в ящик, взяла свою сумку и накинула пальто.       — Ну всё, я домой. Запирайся и удачи. — Сказала ему Ребекка. — Спокойной смены, Майк.       — И тебе спокойной ночи, — ответил он.       Ребекка вышла и дверь за ней закрылась. Майк подождал, пока её шаги стихнут, потом перевернул табличку на «Закрыто», запер дверь на ключ и опустил металлические ставки. Снаружи донеслось глухое клацанье, это ставки встали на место.       Теперь он был внутри один, ну, почти один. Девочки ещё стояли на сцене, застыв в привычных позах. Время на часах было 21:58.       Майк направился в свой кабинет, по пути перечитывая список.       — Помочь Фексе, — пробормотал он. — Это интересно, она редко просит помощи, как сказала Френни.

      3 ночь

      Он зашёл в офис, включил свет, поставил сумку на диван и сел в кресло. Положил список на стол, достал из сумки термос с кофе ещё горячим и контейнер с перекусом. Парень быстро переоделся, заправил рубашку и поправил галстук.       — Подвал… — подумал он. — Надеюсь, там нет ничего страшного, хотя после Золотой Френни я уже ничему не удивлюсь.       Он уже собрался встать и пойти к Фексе, как в окно рядом с дверным проёмом не сильно громко, но уверенно постучали.       — Войдите, — ответил Майк.       В проёме появилась Фекса, она вошла в кабинет. Новая бандана так и покоилась на шее рыжей лисицы. На её лице было привычное ехидное выражение лица.       — Привет, Майки, — сказала она, помахав рукой в качестве приветствия. — Вижу, ты уже в курсе про уборку.       — Здравствуй, Фекса. Да, Ребекка передала список.       — Не поможешь? А то я одна там замучаюсь, сегодня какие-то дети устроили погром в пиратской бухте. Сундуки все перерыли, шарики разбросали, даже в гамаке моём кто-то валялся, судя по следам.       Майк в ответ усмехнулся.       — Конечно, помогу. Только дай закончу переодеваться и…       Телефон в нагрудном кармане завибрировал. Майк достал его из кармана и взглянул на экран. Его лицо мгновенно потемнело. Это была Джейн. Опять.       — Чёрт, — вырвалось у него. — Опять она.       — Кто? — Фекса склонила голову вместе с ушками в такт, её единственный видный глаз блеснул любопытством.       — Это бывшая. — Майк сжал телефон, но не сбросил входящий вызов. — Ей, видите ли, нужно где-то переночевать. Богатенький мудак её выгнал, а квартиру снимать денег нема, теперь бегает, ищет, где жопу погреть можно.       — И для этого, она звонит тебе?       — Уже третий день, заебала.       Фекса помолчала несколько секунд, потом её губы растянулись в хищную улыбку, блеснув зубами.       — Дай-ка мне, — она протянула руку.       — Зачем?       — Просто сделай, как прошу и прими вызов.       Майк с сомнением глянул на неё, потом на телефон, который продолжал вибрировать. Джейн похоже решила идти до конца.       — Ладно, — Он протянул телефон Фексе.       Та, взяв аппарат, нажала «принять», включила громкую связь и поднесла к своему рту.       — Алло? — раздался голос Джейн, такой заплаканный, виноватый, с нотками истерики, скорее всего просто наиграно. — Майк? Майк! Пожалуйста, не вешай трубку, дай мне всё объяснить, я знаю, что виновата, но…       — А кто им интересуется? — перебила Фекса, её голос звучал низко и с ленивой хрипотцой.       На том конце повисла пауза.       — …Кто это? — осторожно спросила Джейн. — Где Майк?       — Майк занят, а я — его девушка. — Фекса подмигнула Майку, тот покраснев, открыл было рот, чтобы возразить, но она быстро прижала палец к губам. Показывая знак сохранения тишины.       — Какая ещё девушка? — Джейн засмеялась нервно. — У Майка нет девушки, он одинокий неудачник, который…       — Неудачник? — перебила Фекса, и её голос стал опасным. — Ты про того самого, кто таскал тебя по ресторанам, платил за твои сраные тряпки, а ты в благодарность прыгнула в постель к сынку олигарха? Да ты, сука, вообще не заслуживаешь даже упоминания его имени.       — Да как ты смеешь? — Джейн зашипела. — Ты даже не настоящая, ты просто…       — Просто кто? — Фекса усмехнулась. — Слушай сюда, шлюшка меркантильная. Прямо сейчас я сижу в квартире вместе с Майком. В его кровати. Без трусов. И знаешь, что я тебе скажу? У него оказывается такой огромный член, а ты, дура, упустила такой бриллиант, гоняясь за никчёмной стекляшкой.       Майк поперхнулся воздухом. Его лицо стало ярко красным. Он хотел выхватить телефон, но Фекса ловко отстранилась, продолжая говорить.       — Мне правда жаль тебя, — добавила она, чуть мягче. — Такой классный парень, добрый и заботливый, а ты променяла его на кучку денег. Ну и кто теперь неудачник? Та, кто ночует по подружкам, потому что её вышвырнули на улицу?       Джейн молчала. Потом выдавила:       — Докажи, что ты с ним. Позови его.       — Да легко, — Фекса с улыбкой на лице, поднесла телефон к Майку. — Майки, передай привет этой шлюшке.       Майк кашлянул в кулак, его сердце колотилось, казалось, где-то в горле, но он смог взять себя в руки и ответить.       — Ты прекрасно слышала её, Джейн, — сказал он холодно. — Так что не звони мне больше.       На том конце послышался всхлип, который показался Майку куда менее наигранным. Трубку резко сбросили.       Майк выдохнул и упал в кресло, откинувшись на спинку. Внутри разлилось облегчение — такое сильное, что аж голова закружилась. Словно с плеч упал не камень, а целая глыба.       — Вот и всё, — сказала Фекса, возвращая ему телефон. — Пожалуйста.       Фекса стояла, уперев крюк в бок, с самодовольной улыбкой до ушей. В голове у неё уже играла победная музыка.       — Ну всё, — подумала она, внутренне потирая руки. — Сейчас начнётся. Сейчас он упадёт мне в ноги и заорёт: "О великая Фекса, спасительница моей задницы! Проси чего хочешь! Хочешь — бандану, хочешь — ящик энергетиков, хочешь — новую помаду!" А я такая сделаю серьёзное лицо, помолчу для солидности, а потом скажу: "Ладно, уговорил, но в следующий раз будешь должен мне массаж спины". Или нет — лучше новую кожаную куртку! Да, куртку с шипами, как я давно хотела, и чтобы молнии были серебряные…       Фекса даже прикрыла глаз от удовольствия, представляя, как она будет красоваться в новой куртке перед Чикой. Завистница обзавидуется.       Майк медленно поднялся из кресла. Его лицо было серьёзным, почти мрачным — тень упала на глаза, скрывая выражение.       Фекса насторожилась.       — Ну, он просто драматизирует, сейчас упадёт на колени. Главное — не заржать. — Успокоила себя лисица.       Он сделал шаг к ней, потом ещё один. Фекса выпрямилась, приняв величественную позу и чуть приподняла подбородок.       — Давай, Майк, не подведи. Я готова принимать твою благодарность. — Не успокаивалась в своих мыслях Фекса.       И вдруг он резко и порывисто, без всякого падения на колени, взял её за плечи и притянул к себе.       — Спасибо, — тихо произнёс он, его голос дрожал, но не от страха, а скорее от искренности. — Спасибо тебе огромное. Она меня уже достала, я не знал, как от неё отвязаться, но ты… ты просто взяла и сделала это. Спасибо тебе огромное.       Он сжал её плечи, и в глазах его блеснули слёзы.       Фекса замерла от такой картины.       — Стоп, — её внутренний голос споткнулся. — А где колени? Где вопли? Где "о великая Фекса"?       — Ты… — начала она, но голос предательски сел. — Ты это… не надо…       — Нет, даже не так, — Майк отпустил её, но продолжал смотреть в глаза. — Ты единственная, кто по-настоящему вступился за меня. Спасибо, тебе, огромное, Фекса.       Он смотрел на неё так, будто она была героем его сегодняшнего дня. Без всякой там игры, искренне и тепло.       Фекса попыталась найти в себе сарказм, хотя бы искру, но не нашла. Внутри что-то рухнуло. Самоуверенная башня, которую она так старательно строила последние две минуты, обвалилась с грохотом, подняв клуб пыли в её воображении.       — Что? — подумала она в панике. — Он не просит ничего? Не предлагает? Он просто… благодарит? И плачет? Майк, ты с ума сошёл?       Её щёки под металлической кожей стали ярко-розовыми так быстро, будто внутри включили печку на полную мощность. Глаз расширился, а бандана на шее вдруг стала тесной.       — Э-э-э… — протянула она, отводя взгляд. — Я… ну это… не за что, вообще…       Она попыталась сделать шаг назад, но чуть не запнулась о собственную ногу. Фекса чуть не упала, и в последний момент успела сохранить равновесие.       — Ты как? — обеспокоенно спросил Майк.       — Нормально! — пискнула она голосом, которого сама от себя не ожидала. — Всё отлично! Просто… жарко стало! Да, жарко! Вентиляция плохая!       Она начала обмахиваться рукой, хотя никакого ветра не создавала. Глаз бегал по сторонам, ища спасения, но его не было. Только Майк с его благодарными, влажными глазами.       — Почему он не требует от меня чего-то? — паниковала Фекса. — Почему не просит быть его должницей? Почему просто говорит "спасибо" и смотрит как на дуру? А вдруг он думает, что я сделала это просто так? А вдруг я теперь буду должна ему? А вдруг… а вдруг он скажет Чике, что я раскисла?       — Фекса, ты красная, — заметил Майк, приподняв бровь.       — Я не красная! — заорала она. — У меня кожа такая! От рождения! Рыже-красная! В некоторых местах!       Она отвернулась и начала с остервенением поправлять бандану, хотя та сидела идеально. Пальцы дрожали. Крюк звенел, задевая куртку.       — Ладно, — сказала она, стараясь придать голосу прежнюю ехидность. — Хватит соплей, пойдём лучше в пиратскую бухту, убираться. А то я тут с тобой… с тобой… — она запнулась, не найдя подходящего оскорбления, — с тобой раскисну совсем!       Она на полной скорости вылетела из кабинета и лишь в коридоре остановилась, прислонившись к стене и закрыв лицо руками.       — Что это было? — подумала она. — Почему я веду себя так? Почему не потребовала куртку? Почему я вообще выбежала, как дура?       Через несколько секунд за ней из кабинета вышел Майк, такой спокойный и улыбающийся, даже с лёгким румянцем на щеках.       — Идём, — сказал он, как ни в чём не бывало. — Покажешь, где у тебя там бардак.       Фекса выпрямилась, попыталась изобразить невозмутимость, но глаз всё ещё бегал, а щёки отказывались темнеть.       — Следуй за мной, — буркнула она и зашагала вперёд, стараясь, чтобы её походка выглядела уверенной, а не такой, будто у неё ноги ватные.       — Куртку, — думала она, чтобы успокоиться. — Я всё равно получу эту куртку. Просто… не сегодня! Сегодня я проиграла. Но завтра! Завтра я потребую реванш.       Парень шёл позади и тихо улыбался, ему почему-то было очень тепло на душе.       Майк и Фекса вышли из коридора в главный зал.       Девчата давно ожили, и сейчас Френни сидела за одним из столов, листая какой-то журнал. Бонфи сидела у края сцены, поправляя и настраивая гитарные струны. Чика же крутилась у стойки бара, протирая стаканы, хотя в этом не было необходимости, так как бармен уже давно всё помыл.       Увидев Майка, все трое оживились.       — Майк! — Чика первой заметила его и бросила тряпку. — Наконец-то! Я думала, ты до полуночи в офисе просидишь!       — Привет, Чика. — Майк улыбнулся. — Нет, у меня планы на сегодня, а именно — уборка.       — Уборка? — Бонфи подошла ближе, с интересом рассматривая его форму. — Выглядишь слишком бодро для уборки. Дай угадаю, Фекса тебя заарканила?       — А что такого? — Фекса мгновенно напряглась, чуть сместилась, загораживая Майка плечом. — Ему по заданию нужно помогать мне. Это официально, потому что Эмили так велела.       — Мы тоже не против помочь, — мягко сказала Френни, закрывая журнал и вставая. — Вчетвером быстрее управимся.       — Не надо, — отрезала Фекса, и её глаз сузился. — У нас там всё хрупкое… и ценное… и личное...       — У тебя там сундук с пластмассовыми сокровищами и гамак, — парировала Бонфи. — Что там может быть ценного?       — Моё личное пространство, — Фекса топнула ногой в пол. — И оно не для толпы. Мы с Майком вдвоём быстренько всё приберём, а вы пока… ну, не знаю, позавидуйте нам в сторонке.       Она взяла Майка под свободную руку и потянула в сторону пиратской бухты.       — Не скучайте, девочки! — Бросила через плечо Фекса, показывая язык.       Бонфи, от такой наглости, со стороны подруги, подскочила на месте.       — Это нечестно! — крикнула она вслед. — У нас не было уговора делить время Майка на каждую!       — А никто и не делил, — ответила Фекса, не оборачиваясь. — Я просто беру своё.       Майк шёл с ней почти в обнимку, слегка ошарашенный.       — Фекса, ты чего? — спросил он тихо. — Они же просто помочь хотели.       — Ничего, — буркнула она, но руку не отпустила. — Просто… не люблю, когда лезут. И вообще, ты мой помощник сегодня, вот и помогай мне, а не им.       Они скрылись за поворотом коридора, ведущего к пиратской бухте.       Бонфи осталась стоять с обиженным лицом, руки сложены на груди, губы надуты так сильно, что можно было лопатой отскребать.       — Ну как же так? — спросила Бонфи у Френни. — Мы же тоже хотим с ним побыть. Я вот вообще хотела в Street Fighter сыграть с ним. Он обещал, что научится.       — Обещал? — переспросила Чика, подходя ближе.       — Ну… не прямо обещал, но он и не отказывался, а значит — согласился.       Френни вздохнула и положила руку на плечо Бонфи.       — Бонфи, они просто пошли убираться. Это не свидание, это обычная работа. Они закончат и Майк вернётся к нам.       — А если не вернётся? — Бонфи посмотрела на неё с подозрением. — Фекса у нас довольно хитрая задница. Она его утащит в свой гамак и не выпустит до утра.       — Не утащит, — успокоила её Чика. — У Фексы гамак на одного рассчитан. Вдвоём они его порвут.       Бонфи на секунду задумалась, а потом фыркнула.       — Всё равно нечестно.       — А ты хотела, чтобы мы по очереди его на ночь делили? — усмехнулась Чика. — Может тогда график составим? «Понедельник — Френни, вторник — Бонфи, среда — я, четверг — Фекса, пятница — выходной, суббота — повторный прогон?»       — Чика! — возразила Френни. — Не говори глупостей.       — А что? Я просто предлагаю. — Чика развела руками. — Такими темпами мы действительно начнём делить его время. Вы видели, как Фекса за него вцепилась? Как будто он последний мужчина на Земле.       — Он не последний, — тихо сказала Бонфи, всё ещё надутая. — Но он… хороший и довольно добрый. Майк, не считая Алекса и Вероники, и в отличии от других, не смотрит на нас как на мясо. Может, Фекса и правильно делает, что ревнует.       — Никто никого не ревнует, — твёрдо сказала Френни. — Мы все друзья и Майк — наш друг. Он никуда не денется. — Она помолчала, потом добавила мягче: — Тем более, они правда быстро управятся, а потом можно будет поиграть во что-нибудь или просто поговорить.       Чика вздохнула, глядя в сторону коридора, где скрылись Майк и Фекса.       — Поскорее бы, — сказала она. — Я по нему соскучилась.       Бонфи удивлённо подняла бровь.       — Соскучилась? Мы его видели сегодня вечером. Он сидел за столиком, пил газировку. Ты сама к нему подходила. Это было… — она сделала вид, что считает, — ну, буквально час назад.       — И что? — Чика ничуть не смутилась. — Один час — это огромный промежуток времени. Я успела соскучиться, он ведь такой милый, когда улыбается и когда ест и когда спит, наверное, тоже милый, но мы этого не видели.       Бонфи хотела возразить, но потом её лицо смягчилось.       — Ладно, — признала она. — Я тоже соскучилась, даже по его глупым шуткам. Я очень хочу сыграть с ним в Street Fighter. Посмотрим, как он выстоит против моей Рю, пусть выбирает кого угодно, главное, чтобы не жульничал.       — Он и не жульничает, в отличии от тебя, — заметила Чика.       — Эй! Я не жульничаю, я играю честно! Просто вы не умеете проигрывать.       Френни слушала их, улыбаясь краем губ, но в мыслях она была далеко.       — Новая песня, — думала она. — Я написала её сегодня, пока мы отдыхали. Про… ну, не важно про что, но мне очень хочется, чтобы Майк её послушал. Не при всех, может быть, ну или при всех. Я не знаю. Главное, чтобы он понял, или не понял. Но хотя бы послушал.       Она посмотрела в сторону пиратской бухты.       — Успеем, — подумала она. — Ночь длинная, и она будет не одна. Всё успеем.       — Девочки, — сказала она вслух и хлопнув в ладоши, привлекая внимание всех остальных. — Давайте пока подготовим стол для игры, и кофе сварим, для Майк, когда он вернётся, пусть отдохнёт.       — Хорошая идея, — оживилась Чика и побежала на кухню.       Бонфи пошла расставлять стулья.       А Френни осталась стоять у окна, глядя на тёмное небо за стеклом.       — Новая песня, — повторила она про себя. — Только бы не струсить.       Пиратская бухта встретила дуэт Майка и Фексы тишиной и… полной разрухой.       Майк остановился на пороге и присвистнул.       — Ничего себе. Тут что, ураган прошёл?       Фекса только вздохнула и покачала головой.       Бассейн с шариками напоминал поле боя, потому что они были везде — на полу, под сундуками, даже один застрял в гамаке. Сам гамак свисал с одного крюка, второй оторвался от стены. Сцена, где Фекса обычно выступала, была завалена какими-то тряпками, пустыми банками из-под энергетика и… Майк пригляделся       — Это что, дохлая крыса?       — Не дохлая, — буркнула Фекса, заметив его взгляд. — А резиновая. Дети принесли и забыли. Я оставила на всякий случай, чтобы пугать Чику.       — И часто ты её пугаешь?       — Если бы получалось, то каждую ночь, она каждый раз визжит.       Майк усмехнулся и принялся осматриваться дальше. Два больших сундука «с сокровищами» были открыты, их содержимое (пластмассовые монеты, бусы, блестящие камушки) валялось на полу.       — Ладно, — сказал он, засучивая рукава. — С чего начнём?       — Для начала, соберём шарики, — Фекса уже взяла веник, но потом поморщилась. Крюком было неудобно держать древко. — Ладно, погоди.       Она ловко расстегнула крепление на руке, и крюк с тихим щелчком отсоединился. Фекса положила его на сундук, а сама пошевелила пальцами освободившейся руки. Рука была плотно и аккуратно забинтована от запястья до локтя.       — У тебя… — начал Майк.       — Не обращай внимания, — отмахнулась она. — Старая травма. Ещё с прошлого места работы. — Она взяла веник нормальной рукой и довольно кивнула. — Так гораздо удобнее, а то с этим крюком только пугать и открывать банки.       — И людей в коридоре ловить, — добавил Майк, вспомнив свою первую ночь.       — И людей ловить, — согласилась Фекса с кривой усмешкой. — Ладно, не отвлекайся, давай собирать этот пластиковый ад.       Они начали собирать шарики. Майк нагибался, подбирал их и кидал в бассейн. Фекса делала то же самое, но теперь её настоящая рука справлялась куда лучше крюка. Она ловко подхватывала по три-четыре шарика за раз и отправляла их в полёт.       — А так ты быстрее, — заметил Майк.       — Конечно, быстрее. — Фекса подбросила шарик, поймала его и закинула в бассейн. — Крюк — это для стиля, а для дела требуются руки. Желательно не из жопы, даже такие, как у меня.       Она мельком взглянула на свою забинтованную руку, и в её глазах мелькнула тень, но быстро прошла.       — Странно, — подумала она, собирая шарики уже аккуратнее. — Обычно я никому не показываю руку без крюка. Даже девочки давно не видели меня без него. А тут… взяла и сняла, и даже не стыдно. Может, потому что он не смотрит с жалостью?       Она покосилась на Майка. Он стоял на коленях, выгребая шарики из-под сундука, и что-то тихо напевал, какую-то старую песню. Фекса не сильно разбиралась в музыке.       — Эй, — окликнула она. — Ты чего там бормочешь?       — Песню вспомнил, — ответил Майк, не поднимая головы. — В детстве любил напевать, про корабль и капитана.       — Про пиратов?       — Скорее про обычных моряков.       — Скукота, — фыркнула Фекса, но потом добавила тише. — Спой потом мне, если хочешь.       Майк удивлённо поднял взгляд, но она уже отвернулась и делала вид, что очень занята шариками.       — И почему Джейн его бросила? — продолжила она свои мысли. — Дура, дурой. Или она слепая. Или в самом деле тупая. Такого парня найти — сокровище, а она променяла его на деньги. Ну и правильно, значит, не заслужила.       — Фекса, ты где? — окликнул её Майк, вылезая из-под сцены с охапкой шариков.       — Здесь я, здесь. Думаю просто.       — О чём?       — О том, что ты слишком добрый, — неожиданно сказала она. — Это слишком подозрительно.       Майк удивлённо поднял бровь.       — Добрый — это подозрительно?       — В нашем мире — да. — Фекса подошла к гамаку и начала привязывать оторвавшийся край обратно к крюку на стене. Лисица завязала узел, подтянула и проверила его. — Люди обычно добрые, когда им что-то нужно, а тебе, вроде, ничего от нас не нужно.       — Нужно, — тихо сказал Майк. — Вы уже дали мне то, что нужно.       — И что же?       — Дружбу и доверие. — Он пожал плечами. — Это дороже любых подарков.       Фекса замерла на мгновение, а потом медленно закончила с гамаком и повернулась к нему.       — Вот почему я с ним, — поняла она в мыслях. — Потому что он говорит такие вещи без намёка на флирт. Просто… как есть и от этого так хочется его обнять, а потом стукнуть по башке, чтобы не расслаблялся.       — Ладно, хватит лирики, — сказала она вслух, пряча смущение. — Давай лучше эти тряпки соберём. А то тут уже музей древностей организовался.       Майк кивнул и принялся складывать тряпки в угол. Среди них нашлась старая футболка с дыркой, полотенце с пятнами чего-то красного — кетчуп, надеелся Майк, и странный предмет, похожий на…       — Это что бюстгальтер? — Майк поднял его двумя пальцами.       Фекса быстро выхватила его у него и сунула в свой личный сундук у гамака.       — Не твоё дело! — рявкнула она, краснея. — Это… запасной!       — Запасной? У вас?       — У некоторых из нас есть… особенности! — Фекса отвернулась. — Давай дальше убираться, а не вопросы задавать!       Майк усмехнулся, но решил не докапываться.       Они продолжили. Шарики были собраны, тряпки убраны, сундуки закрыты. Оставалось только подмести пол и проверить гамак, чтобы не свалился снова.       — Фекса, — позвал Майк. — А почему у тебя гамак висит криво?       — Потому что я люблю качаться, — ответила она, вставая на стул, чтобы поправить крепление. — Если повесить ровно, то качка не та.       — Логично, — признал Майк. — Нужна помощь?       — Да, держи стул.       Он придержал ей стул, пока сама Фекса возилась с крюком, после чего, она слезла. Лисица решила проверить, навалившись частью веса на него, гамак держался, но слегка покачивался.       — Идеально, — сказала она, довольно кивая. — Теперь можно и отдыхать.       — Ещё пол подмести, — напомнил Майк, указывая на веник.       — Эх, — вздохнула Фекса. — Ты такой зануда, ты в курсе?       — Знаю, но работа есть работа.       Они подмели пол — Майк веником, Фекса совком. Её забинтованная рука ловко орудовала щёткой, собирая мелкий мусор. Через десять минут пиратская бухта сияла чистотой. Почти.       — Отлично, — сказал Майк, вытирая пот со лба. — Теперь можно идти к остальным.       Фекса вдруг нахмурилась.       — Не хочу к остальным, — буркнула она. — Хочу ещё здесь побыть.       — Почему?       — Потому что… — она замялась, не зная, как объяснить. — Там они будут тебя отвлекать, а здесь ты только мой.       Майк удивлённо посмотрел на неё.       — Твой?       — Помощник, — быстро поправилась Фекса, беря со сундука свой крюк и с лёгким щелчком закрепляя его обратно. — Ты мой помощник, по заданию. Пока не закончим, ты со мной.       Майк вздохнул, но улыбнулся.       — Ладно, — сказал он. — Давай тогда ещё что-нибудь сделаем. Пиратские сокровища, например, в порядок приведём.       Они сели на пол у открытых сундуков и начали сортировать пластмассовые монеты, бусы, блестящие камушки. Фекса снова сняла крюк и раскладывала их по кучкам — золото к золоту, серебро к серебру, а фальшивые драгоценности отдельно.       — Знаешь, — сказала она, перебирая горсть монет, — когда меня только создали, я мечтала, что найду настоящий клад. Не пластиковый, а настоящий. С золотом, бриллиантами и картой.       — И что, не нашла?       — Нашла однажды. В подсобке. Эмили хранила там старые ёлочные игрушки. Блестели они красиво. Я тогда думала — ну всё, я богата, а оказались простые стекляшки.       Майк рассмеялся.       — И что ты сделала?       — Я надулась и ушла в свою бухту. Три дня не разговаривала с Эмили после этого.       — А она?       — А она даже не заметила. Думала, я сломалась.       Фекса усмехнулась, но в усмешке была грусть. Она машинально погладила бинты на своей руке, потом одёрнула себя и быстро надела крюк обратно.       — Знаешь, Майк, — сказала она, не глядя на него. — Ты, на самом деле, первый, кто помогал мне убираться. И первый, кто не сбежал, когда я нахамила. И первый, кто не спросил про руку.       — А что спрашивать? — Майк пожал плечами. — Ты сама расскажешь, если захочешь.       Фекса подняла на него взгляд. Её единственный глаз блестел — то ли от света, то ли от чего-то ещё.       — Спасибо, — сказала она тихо.       — Пожалуйста, — ответил он просто. — А теперь давай заканчивать, а то Чика там уже, наверное, плачет от скуки.       — Пусть плачет, — фыркнула Фекса, но встала и потянулась. — Ладно, пошли.       Она взяла его за руку и повела к выходу из пиратской бухты.       — Интересно, — подумала она, — он когда-нибудь злится?       Она покосилась на его профиль. Майк улыбался, глядя вперёд.       — Наверное, нет, — решила она. — И это… мило, но я всё равно однажды хочу увидеть его злым.       — Ты чего улыбаешься? — спросила она вслух.       — Так, ничего, просто хорошо на душе.       — Ну и дурак, — сказала Фекса, но руку не отпустила.       Майк и Фекса вернулись в главный зал.       За одним из столов уже были всё приготовления: расставлены стулья, на столе — кружки, большой чайник с кофе, который любезно сделала Чика, даже маленькая вазочка с печеньем. Френни сидела во главе стола, листая тот же журнал. Чика крутилась у стола, протирая кружки. А Бонфи…       Бонфи стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на вошедших с выражением, которое нельзя было назвать иначе как «ревнивое недовольство».       — Ну что? — спросила она, чуть качнув головой. — Как убрались?       Майк открыл рот, чтобы ответить, но Фекса опередила его. Она выпрямилась, поправила бандану, положила крюк на плечо и выдала с таким самодовольством, что можно было резать и намазывать на хлеб:       — О, просто великолепно! Шарики собраны, сундуки закрыты, гамак починен, пол блестит. Мы с Майком отлично сработались. Да, напарник?       Она хлопнула Майка по плечу свободной рукой. Майк только кивнул, чувствуя себя неловко.       Бонфи аж закипела. Её фиолетовые щёки засветились розовым, а глаза сузились.       — Это нечестно! — выпалила она, делая шаг вперёд. — Мы тоже хотели помочь! А ты нас отшила! И теперь хвастаешься!       — А что такого? — Фекса пожала плечами. — Я не отказывалась от помощи, просто сказала, что мы сами справимся. И справились.       — Ты сказала «не лезьте, это моё личное пространство»!       — Ну и что? Это правда, а теперь извините, мы закончили, и я привела Майка обратно. Живым и невредимым.       — Фекса! — Бонфи топнула ногой.       — Девочки! — голос Френни прозвучал как удар хлыста. Не громко, но твёрдо. — Прекратите немедленно.       Они обе замерли. Фекса сделала вид, что рассматривает потолок. Бонфи надула губы, но замолчала.       — Вы ведёте себя как дети, — продолжила Френни, вставая из-за стола. — Майк никуда не делся. Уборка закончена и теперь мы можем нормально провести время все вместе. И без ссор.       На последнюю фразу она сделала особое ударение, давая понять им обоим. Френни посмотрела на Бонфи, потом на Фексу. Те виновато отвели взгляды.       Майк выдохнул, надеясь, что конфликт исчерпан, но потом вспомнил про список.       — Эм… — сказал он, потирая затылок. — Извините, но нормально провести время пока не получится. У меня ещё два задания из списка.       Он сходил в офис, принёс лист и зачитал вслух:       — Помочь Фексе — сделано. Второе: спуститься в подвал, проверить показания счётчиков электроэнергии и записать их в журнал. Третье: собрать и выбросить мусор за всеми стойками в главном зале.       — Ах, это, — Френни махнула рукой. — Пока вы убирались в пиратской бухте, мы с девочками уже собрали весь оставшийся мусор. Чика, покажи.       Чика выкатила из-за барной стойки большой мешок, полный пустых стаканов, салфеток и прочего хлама.       — Вот, — сказала она гордо. — Мы хотели помочь, чтобы ты не отвлекался.       Майк посмотрел на мешок, потом на список.       — Ну… тогда остаётся только подвал, — сказал он, зачёркивая третье задание. — Френни, что там? Чего мне ждать?       Френни подошла ближе, её лицо стало серьёзным.       — Ничего особенного, — ответила она. — Главный рубильник щита электропитания, старые счётчики. Ещё там хранится строительный мусор — остатки после ремонта. И реквизит для праздников: коробки с ёлочными игрушками, хеллоуинские украшения, маски. Всё, что используется по особым дням.       — Звучит не страшно, — сказал Майк, но голос его дрогнул.       — Там темно, — добавила Чика. — Очень темно и сыро.       — Спасибо, Чика, ты меня обнадёжила, — сухо ответил Майк.       — Я хотела как лучше.       — Ладно, — Майк вздохнул. — Покажите, где вход.       Вся четвёрка сопроводила его до двери, которая находилась за кулисами сцены. Обычная деревянная дверь, ничем не примечательная, с ржавой ручкой и табличкой «Служебное помещение. Посторонним вход воспрещён».       — Вот здесь, — сказала Френни, открывая дверь.       Из проема пахнуло холодом, сыростью и чем-то старым, забытым. Вниз вела бетонная лестница, уходящая в непроглядную тьму. Ступени были пыльными, кое-где покрытыми паутиной.       Майк заглянул внутрь и сглотнул.       — Может, кто-то хочет пойти со мной? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал бодро.       Френни покачала головой.       — Нам не позволено спускаться в подвал. Там нечего делать аниматроникам, только люди имеют доступ. Извини, Майк.       — Понятно, — он сглотнул ещё раз.       Фекса вдруг хлопнула его по спине.       — Давай, парень! — сказала она с усмешкой. — Ты мужик или кто? Собери яйца в кулак и вперёд!       — Фекса! — укоризненно сказала Френни.       — А что? Я поддержать пытаюсь.       — Своеобразно ты поддерживаешь, — пробурчал Майк, но в голосе уже не было страха, только раздражение.       Френни вздохнула.       — Как бы вульгарно ни звучала Фекса, я с ней согласна. Ты справишься, только не забывай про рацию.       Майк достал из кармана рацию, включил её. Раздалось тихое шипение эфира. Френни быстро сходила за своей, которая лежала на столе и вернулась.       — Проверка связи, — сказал Майк в рацию. — Приём.       — Хорошо слышно, — ответила Френни. — Если что зови.       Майк кивнул, достал фонарик, проверил — работает, и медленно начал спускаться по лестнице.       С каждой ступенькой ему становилось всё больше не по себе. Сырой воздух обволакивал лицо, пахло плесенью, ржавчиной и чем-то сладковато-приторным — может, старыми ёлочными игрушками. Свет фонарика выхватывал из темноты куски бетонных стен, старые трубы и паутину.       Он спустился вниз и оказался в просторном помещении с бетонным полом и голыми стенами. Света от фонарика едва хватало, чтобы осмотреть углы.       Слева громоздились строительные мешки — цемент, песок, гипс, всё в пыли и паутине. Рядом с ними — старые доски, куски арматуры, рулоны какого-то тряпья. Дальше стояло множество ящиков с одинаковыми надписями: «Новый год. Хрупкое», «Хеллоуин. Осторожно», «Реквизит. Сцена 2».       Майк подошёл к одному из ящиков, слегка приоткрыв крышку. Внутри блеснула мишура, стеклянные шары, фигурка Санта Клауса с отколотой головой. В других ящиках — пластиковые тыквы, маски монстров, искусственная паутина, резиновые крысы. Фекса бы обрадовалась.       — Жуть какая, — пробормотал он, закрывая ящик.       В дальнем углу помещения он наконец увидел щиток — большой металлический шкаф с множеством счётчиков, рубильников и проводов. Красный главный рубильник выделялся ярким пятном на сером фоне.       — Френни, — сказал он в рацию. — Я нашёл щиток, приступаю к фото.       — Принято, — ответила Френни. — Будь осторожен.       Майк достал телефон, начал фотографировать счётчики — сначала общий план, потом крупным планом показания. Счётчики были старые, стрелочные, с пожелтевшими циферблатами. Пыль лежала толстым слоем.       Он уже почти закончил, когда почувствовал это.       Ощущение. Как в прошлый раз, в аркадной зоне. Взгляд. Тяжёлый, холодный, направленный прямо на него.       Майк замер. Волоски на его затылке встали дыбом. Он медленно повернулся, направив фонарик в темноту.       Никого. Только ящики, мешки и паутина.       — Френни, — позвал он, стараясь, чтобы голос не дрожал.       — Да, Майк? — отозвалась та.       — У меня… — он запнулся. — У меня очень неприятное ощущение. Кто-то прямо сейчас смотрит на меня. Я, пиздец как, чувствую это.       Френни молчала несколько секунд.       — Что, конкретно, ты, сейчас, видишь? — спросила она наконец.       Майк снова огляделся. Ящики, мешки, трубы, стены. Одна стена была неровной, с какими-то странными вырезами…       — Ничего о… — начал он, но потом замолчал.       Он увидел это.       В стене, за грудой мешков, были едва заметные вырезы. Не трещины, а именно вырезы, прямые, как будто кто-то вырезал прямоугольник в бетоне, а потом закрасил его слоем краски. Майк так же заметил едва видные ржавые петли. Если не всматриваться совсем, то он бы их и не увидел.       — Майк? — голос Френни из рации звучал встревоженно. — Майк, ты там? Ответь!       Майк не отвечал. Он медленно, стараясь не шуметь, подошёл к стене. Мешки пришлось отодвинуть, стараясь не задеть. Фонарик дрожал в руке.       Он подошёл к вырезу и понял. Это была дверь, замурованная, под слоем штукатурки и краски.       Майк приложил ухо к холодной поверхности.       Тишина.       Майк только сейчас заметил, что вокруг была абсолютно гробовая тишина. Не было слышно даже шипения рации, как будто она была выключена, хотя диодик светился, даже голоса Френни не было слышно. Парень мог слышать только собственное дыхание и стук сердца.       Он решил постучать костяшками пальцев по тому месту, где предположительно была дверь.       Глухой звон. Дверь была металлической, а за ней пустота.       Майк замер, прислушиваясь. И тогда он услышал это.       Дыхание. Тяжёлое. Хриплое, с присвистом. Кто-то дышал прямо за дверью. Негромко, но отчётливо. И это дыхание было нечеловеческим — слишком низким, слишком глубоким, словно лёгкие были размером с бочку.       Майка прошиб холодный пот. Он резко отпрянул от стены, чуть не упав, но споткнулся о мешок. Фонарик вылетел из руки, покатился по полу, выхватывая из темноты дикие тени.       Он не помнил, как бежал. Ноги сами несли его к лестнице. Он взлетел по ступенькам, перепрыгивая через три, и вылетел из двери подвала с таким криком, что девочки отшатнулись.       — Майк! — Френни едва успела отступить.       Майк не удержался на ногах, споткнувшись о порог, и рухнул на задницу. Он моментально развернулся в сторону дверного проёма, отползая от не него на полметра, тяжело дыша и смотря расширенными глазами. Лицо было белым как мел, на лбу выступила испарина.       — Что случилось? — Бонфи подбежала первой, присела на корточки, заглядывая ему в лицо. — Ты чего?       Охранник дрожал.       — Майк, ты бледный, — добавила Чика и сбегала на кухню за стаканом воды — Вот, выпей.       Майк не пошевелился.       Фекса молчала, но её глаз был широко открыт, а крюк опущен — она явно не ожидала такого.       — Дверь… — тихо выдохнул Майк, пытаясь отдышаться. — Там была дверь... замурованная. И кто-то… кто-то дышал за ней…       Френни нахмурилась. Её лицо стало серьёзным, почти суровым.       — Какая ещё дверь? — спросила она. — В подвале нет никаких дверей.       — Есть, — Майк поднял на неё взгляд, и он был таким жутким, что, если бы Френни могла почувствовать мандраж, он бы у неё появился незамедлительно. — Я видел её… и даже проверил. Металлическая, замаскированная под стену. За ней кто-то есть.       Жуткая тишина повисла в зале. Девочки переглянулись. Чика поставила стакан рядом с Майком и прижала руки к груди. Бонфи побледнела, насколько это было возможно для неё. Фекса медленно подошла к двери подвала и заглянула во внутрь, но ничего не увидела, только непроглядную тьму.       — Я тебе верю, — сказала Френни тихо. — Но мы ничего не знаем об этом, нам никто и никогда ничего не рассказывал, к тому же, Эмили строго настрого запретила туда спускаться.       — Она что-то знает, — полушепотом сказал Майк, вставая на ноги и подхватывая стакан с водой. Его всё ещё трясло. — Сто процентов.       Он посмотрел во тьму подвала, и ему показалось, что из темноты на него смотрят две белых точки.       Майк отвёл взгляд.       — Завтра я спрошу её, — сказал он твёрже. — А сегодня я туда ни ногой.       Все молчали и лишь Фекса решила закрыть дверь подвала. Щёлкнул замок и противное ощущение начало спадать. Но после произошедшего инцидента, дверь в подвал казалась зловещей и не внушающей доверия.       Френни взяла Майка за руку и отвела к столу.       — Лучше выпей воды, — сказала она. — И не думай об этом. Сейчас мы все вместе, и ничего с тобой не случится.       Майк кивнул, сел на стул и наконец опустошил стакан. Руки всё ещё дрожали.       — Что это вообще было? — думал он. — Кто был за той дверью, и почему Эмили ничего не сказала?       Он глянул на девчат, они сели рядом с ним, окружая его кольцом тепла и заботы. Даже Фекса придвинулась ближе и молча положила руку ему на плечо.       — Всё будет хорошо, — сказала она тихо. — Мы с тобой.       Майк выдохнул и отпил ещё. Горло смочилось и противный ком пропал, внутри него стало чуть теплее.       — Завтра, — повторил он про себя, глядя в пустоту. — Завтра я всё узнаю у неё.       Майк допил стакан с водой, отодвинул его и переключился на кружку с кофе, любезно налитую обеспокоенной Чикой, подвинул её по ближе к себе и поднял глаза на Френни. Вопрос, который вертелся на языке, наконец сорвался.       — Френни, что здесь раньше было? Ну, до этой пиццерии?       Френни замерла на секунду, удивившись подобному вопросу, но потом медленно придвинулась к нему. Остальные девочки тоже притихли и смотрели на Френни. Чика перестала крутить в пальцах пучок своих волос, Бонфи замерла с печеньем у рта, Фекса оперлась локтями о стул и приготовилась слушать.       — Эмили рассказывала мне как-то, — начала Френни негромко. — Не всё досконально, но кое-что я узнала от неё. Раньше на этом месте стояла другая пиццерия, называлась Freddy Fazbear's Pizzeria. От некой компании Fazbear Entertainment.       — Fazbear? — переспросил Майк. — Звучит похоже на вашу.       — Это не случайно, — Френни чуть усмехнулась. — Там тоже были аниматроники. Только очень старых образцов. Медведь, кролик, курица и лиса … Но они были совсем другими, не такими, как мы.       — В каком смысле другими?       — В прямом. Они не могли общаться с посетителями, не могли перемещаться по пиццерии днём, а по поводу ночи, я не знаю — добавила Френни. — К тому же, вокруг той пиццерии ходило много слухов и легенд, если не странных историй.       Майк напрягся. Он вдруг снова вспомнил ту золотую Френни, странный сладковатый запах в подвале и то пугающее тяжелое дыхание. Всё это могло быть далеко не случайностью и даже связано.       — Какие именно слухи? — спросил он.       Френни помолчала, подбирая слова. Её голубые глаза стали серьёзными, почти грустными.       — Пропадали дети, — сказала она тихо. — За долгое существование той пиццерии пропало несколько. Полиция перевернула всю пиццерию вверх дном, но ничего не обнаружила. Их так и не нашли, а дела закрыли за недостатком улик.       — Пропадали? — Майк почувствовал, как по спине пробежал холодок. — В этом самом месте?       — Да. Последний раз, по слухам, когда их видели в последний раз, они играли в зале. А потом… бесследно исчезали, как будто сквозь землю проваливались. — Френни вздохнула. — Эмили не любит об этом говорить. Она говорит, что это были тяжёлые времена, для всех, в особенности для компании.       — А что стало с той пиццерией? — спросил Майк. — Раз здесь, на её месте, открылась новая?       Френни перевела взгляд на постер, изображающий её, Бонфи и Чику стоящих вместе в ярких позах и под лозунгом «Давайте праздновать!».       — Много лет назад, — начала она, — кто-то ночью проник в здание и сломал всех аниматроников, используя пожарный топор. Говорили, что он разнёс их в щепки, а потом бесследно исчез.       — Бесследно?       — Да. Никто не знает, кто это был и зачем он это сделал. Полиция искала его, но безрезультатно. После этого заведение окончательно обанкротилось, репутация пиццерии и самой компании была разрушена, никто не хотел водить туда детей, особенно после произошедшего и ресторан просто закрыли.       — И долго оно стояло?       — Долгие годы. После чего мисс Харт с небольшой группой людей, владеющих значительной частью акций Fazbear Entertainment, откололась от компании и основала свою. Как ты уже знаешь, она назвала её Fazcleire Entertainment. — Френни произнесла название компании с гордостью. — Так уж случилось, что с частью акций им досталось и это помещение.       — Они его купили?       — Получили в управление. Мисс Харт сделала глобальную реставрацию, перестроив почти всё. Привезла нас и открыла новую пиццерию. — Френни чуть улыбнулась. — Компания Фазбера пыталась засудить их за плагиат, но быстро загнулся. С тех пор это место спокойно существует и впускает множество детей и взрослых… Уже несколько лет.       Майк слушал, и в голове складывалась картина. Старая пиццерия с пропавшими детьми, разрушенные аниматроники, таинственный ночной гость уничтоживший москотов того ресторана. И спустя много лет, теперь это новое место, новые аниматроники. Но как таинственная золотая Френни и существо за той зловещей дверью в подвале связаны с этим?       — А здесь? — спросил он, глядя Френни прямо в глаза. — В этой пиццерии, при вас… были пропажи людей или детей?       Френни твёрдо покачала головой.       — Нет, ни разу, за всё время, что мы тут работаем. Мы бы знали.       Майк выдохнул, но в нём не было нот облегчённости, ему удалось хотя бы снял остроту этого вопроса.       — Тогда что может находится в подвале? — спросил он скорее себя, чем её. — За той самой дверью? Кто может так дышать?       — Не забивай сейчас голову лишним, — внезапно сказала Фекса. — Сейчас это последнее, о чём стоить думать. Завтра перед сменой сходи к Эмили и спроси, а сейчас давайте уже развлекаться, а то у меня от ваших разговоров хвост дыбом встаёт.       Бонфи тут же подхватила:       — Точно! Фекса права! Пойдёмте в аркадную зону. Я хочу зарубиться в Street Fighter. Майк, ты мне обещал!       — Я ничего не обещал тебе, — возразил Майк.       — Но и не отказывался, а значит — согласен!       Чика захлопала в ладоши:       — Идём, идём! Я буду болеть за Майка!       — А я за Бонфи! — добавила Френни, вставая. — Пусть будет честная игра.       Фекса фыркнула.       — А как же я? Что… никого не будет за меня? — Лисица встала изо стола и пожала плечами. — Ладно, я буду судьёй или просто буду поглощать энергетик и ржать с вас.       Девочки засмеялись, и напряжение, висевшее в воздухе, рассеялось. Майк позволил увести себя в аркадную зону, хотя мысли всё ещё возвращались к подвалу, к той двери и страшному дыханию.       Они уходили все вместе — Френни впереди, Чика и Бонфи по бокам, Фекса замыкала, аккуратно подталкивая парня крюком в спину, просто чтобы подстегнуть.       И никто не заметил, как в углу главного зала, там, где свет от ламп почти не доставал, а тьма сгущалась в плотнее, стоял странный силуэт. Он был прозрачный, но и достаточно плотный, чтобы его можно было различить. Искаженные очертания человека или того, кто когда-то был им. Силуэт не двигался и не дышал, даже звука не издал. Просто смотрел.       Смотрел, как девочки и Майк скрываются за углом, ведущим в аркадную зону.       А потом исчез.       Растворился в тени, из которой появился, будто его и не было.       Только лёгкое дуновение холодного воздуха пробежало по залу и стихло.       Аркадная зона встретила их мерцанием экранов и тихим гулом автоматов. В темноте светодиоды горели особенно ярко — красные, синие, зелёные огни отражались от полированных поверхностей, создавая иллюзию маленького ночного клуба. Бонфи сразу же подбежала к нужному автомату, нажала кнопку запуска и встала за джойстик с видом профессионального игрока.       — Ну, Майк, — сказала она, довольно улыбаясь. — Готов проиграть?       — Посмотрим, — ответил он, занимая место напротив. — Я давно не играл, но кое-что помню.       — О, значит, ты думаешь, что воспоминания тебе помогут? — Бонфи выбрала персонажа, это была Рю. — Я тебя сделаю.       — Посмотрим, — повторил Майк с лёгкой усмешкой.       Френни, Чика и Фекса расселись вокруг, кто на стульях, кто прямо на полу. Фекса открыла заготовленную банку энергетика, Чика сбегала на кухню и принесла попкорн, а Френни просто смотрела с легкой улыбкой, сложив руки на коленях.       — Fight! — скомандовала игра и экран явил двух персонажей, стоящих друг напротив друга.       Первый раунд. Бонфи атаковала агрессивно, с ходу, пытаясь задавить Майка комбинациями, но Майк, к её удивлению, не растерялся. Он спокойно блокировал и уклонялся, а потом неожиданно провёл контратаку. Спецприём, который он запомнил ещё давно и вот здоровье персонажа Бонфи обнулилось.       — Чего? — Бонфи вытаращила глаза. — Как?       — Удача, наверное, — скромно сказал Майк, хотя внутри уже зарождался азарт.       Второй раунд. Бонфи играла уже осторожнее, но Майк поймал ритм. Он не был профессионалом в этой игре, скорее любителем, с достаточно хорошей интуицией и реакцией, отточенной долгими месяцами в этой игре. Ещё одна комбинация, и ещё одна победа.       — Да не может быть! — Бонфи чуть не подпрыгнула на месте. — Ты жульничаешь!       — На этом автомате, ты никак не сжульничаешь, — заметила Фекса. — Здесь только кнопки клацать.       Третий раунд. Бонфи собралась, стиснув зубы, но Майк был неумолим. Он словно читал её действия, блокируя удары, контратакуя в самые уязвимые моменты. Экран мигнул, и высветилось: «PERFECT!»       — Ну всё, — сказал он, с довольной улыбкой, слегка откинувшись и сложив руки за головой. — Я победил.       Бонфи смотрела на экран с открытым ртом. Её фиолетовые щёки стали ярче, то ли от смущения, то ли от злости. Она резко повернулась к парню.       — Это… это случайность! — выпалила она, тыча в него пальцем. — Тебе просто… повезло! Я требую реванш! Но не сейчас. Чуть позже. Обязательный!       — Хорошо, — спокойно ответил Майк. — Я согласен, в любое время, какое тебе удобно.       Фекса заржала во весь голос, чуть не поперхнувшись энергетиком и не свалившись со стула.       — Вот это разгром! Бонфи, а ты у нас оказывается не умеешь играть!       — Заткнись, Фекса! — Бонфи скрипнула зубами. — В следующий раз, выиграю — я!       — Посмотрим, — повторил Майк, и это «посмотрим» прозвучало уже как фирменная фраза.       Чика захлопала в ладоши:       — Майк, ну ты даёшь! Я и не знала, что ты умеешь играть!       — Я просто кнопки нажимал, — признался он.       Слова Майка ещё больше вывели Бонфи из себя, и она снова заворчала.       Френни в это время улыбалась, наблюдая за ними. В её глазах светилось что-то тёплое, почти материнское.       — Ну что ж, а теперь, — сказала она, вставая, — может, послушаем музыку? Я тут написала новую песню…       Она замолчала, чуть смутившись. Легкий румянец выступил на мордочке Френни. Майк заметил, как её пальцы сжались в замок.       — Новую песню? — переспросил он. — Я бы с удовольствием послушал.       — Нет, — Френни не выдержав смущения, покачала головой. — Не сейчас. Я… ещё не готова. Может, завтра… или послезавтра... Когда-нибудь.       — Когда будешь готова, мы обязательно послушаем, — сказал Майк серьёзно.       Френни кивнула, пряча улыбку. Её голубые глаза блеснули.       — Договорились.       Они продолжили сидеть в аркадной зоне. Фекса попыталась обыграть Чику в аэрохоккей, но проиграла с разгромным счётом. Крюк сильно мешал. После точки кипения и матов от рыжей лисицы, она наконец сняла его и играла обеими руками, но всё равно не везло. Бонфи отошла от поражения, но периодически бросала на Майка взгляды, они были не злые, скорее изучающие. Френни листала тот самый журнал, хотя никто не видел, чтобы она переворачивала страницы.       В один момент Майк глянул на часы. Они показывали 5:10.       — Ну мне пора, — сказал он, вставая. — Предсменный обход, а потом сдача дежурства.       — Я с тобой! — тут же вызвалась Фекса, вскакивая. — Для подстраховки, вдруг опять какая-нибудь дверь задышит…       Но её опередили.       — А я первая, — сказала Бонфи, вставая рядом с ним и поправляя платье. — Я пойду.       — Чё? — Фекса уставилась на неё. — Почему это ты?       — Потому что я вызвалась первой. Ты просто медленная.       — Эй! Я успела! Я сказала «я с тобой» раньше!       — Нет, позже. Я слышала.       — Ты слышала, потому что у тебя уши большие!       — А у тебя зад большой!       Фекса открыла было рот, чтобы ответить, но Бонфи уже потащила Майка к выходу, по пути подняв руку и показывая ей средний палец — жест, который Майк никак не ожидал увидеть от милого фиолетового кролика.       — Не всё же тебе загребать Майка в свои ворота, — сказала Бонфи с вызовом. — Дай и другим шанс проявить себя.       Фекса замерла       — Сучка, — Выпалила она тихо, но сочно.       Приняв очередное поражение, но в этот раз уже от Бонфи, Фекса села обратно, скрестив руки на груди.       — Ладно, — буркнула она. — Пиздуйте… но если что, зовите. Я быстрая!       Последнюю фразу она крикнула ей с особой интонацией. Майк, слегка ошарашенный этим, перевёл взгляд на Бонфи.       — Идём, — сказала она, таща его за локоть. — Покажешь мне свой маршрут.       Они вышли из аркадной зоны, оставив остальных троих в зале. Френни проводила их взглядом и тихо вздохнула с облегчением.       — Нам давно не было так весело, — сказала она, ни к кому не обращаясь. — Мы не были такими живыми, с тех времён, как Александра перевели с ночного дежурства, на утреннее.       Чика кивнула, жуя попкорн.       — Майк хороший, — сказала она просто. — Он добрый.       — Слишком добрый, — добавила Фекса, всё ещё злая. — Из-за этого его и раздирают на части. Как пиратский флаг на ветру.       — Но он, вроде, не жалуется, — заметила Чика.       — Потому что он дурак, но хороший дурак.       Френни улыбнулась и ничего не ответила.       Майк и Бонфи шли по коридорам. Бонфи держала Майка под руку, но не тесно, а скорее символически. В пиццерии было довольно тихо, был слышен только гул холодильников на кухне, да изредка скрипели половицы. Их путешествие по второму этажу и части первого проходило достаточно спокойно.       — Ты всё проверил? — спросила Бонфи, когда они прошли мимо кухни и заглянули в кладовую.       — Почти. Осталась только западная часть и туалеты.       — Туалеты я проверю сама, — сказала Бонфи. — Тебе там делать нечего.       — Хорошо.       Они прошли мимо сцены, столов, барной стойки. Бонфи, большую часть дороги, молчала, но Майк чувствовал, что она хочет что-то спросить.       — Бонфи, — сказал он. — Что-то не так?       — Ничего такого, — ответила она слишком быстро. — Просто… я задумалась.       — О чём?       Она помолчала ещё немного, потом, словно набравшись смелости, спросила, не глядя на него:       — Майк… тебе кто-нибудь нравится? Из женского пола, я имею в виду.       Майк удивился вопросу.       — С чего такой вопрос?       — Просто интересно, — она пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботно. — Ты же молодой парень, одинокий. Наверное, уже присматриваешь кого-то?       Майк вздохнул. Вопрос был неловким, но Бонфи посмотрела на него с таким искренним любопытством, что он решил ответить честно.       — У меня не было времени засматриваться на кого-то, — сказал он. — После расставания с Джейн… ну, ты знаешь. Я переехал, искал работу и почти не спал. Я думал, как выжить ещё хотя-бы день или два, не до девушек было.       Бонфи чуть заметно выдохнула, то ли с облегчением, то ли с сожалением. Майк не понял.       — Значит, никого нет? — переспросила она. — Совсем-совсем?       — Совсем-совсем, — подтвердил он. — Только работа.       Бонфи внутри, про себя обрадовалась, но обрадовалась не тому, что Майк одинок, а тому, что среди девушек у него нет кандидаток на выбор.       Стоп, а почему меня это радует? — Бонфи внезапно задумалась. — Он же наш друг, не больше.       Она хотела остановиться на этой мысли, но язык не слушался.       — А что ты думаешь на счёт нас? — спросила она, и голос её чуть дрогнул. — Кто тебе нравится больше всех?       Майк покраснел. Он не ожидал такого вопроса.       — Что значит «больше всех»?       — Н-ну, — Бонфи, красная как рак, замялась, внезапно осознав, что только что выпалила и попыталась выкрутиться. — м-мы же все разные. Френни — серьёзная… да! И ответственная. Чика — весёлая и очень заботливая. Фекса — довольно дерзкая, но добрая. А я… ну, я просто Бонфи. Вот мне и интересно, кто тебе ближе.       Майк задумался. Он шёл молча несколько секунд, перебирая в голове образы девочек.       — Честно? — спросил он наконец.       — Честно.       — Мне нравитесь вы все, — сказал он просто. — Френни — как старшая сестра, которая всегда даст совет. Чика — как младшая, которую хочется оберегать. Фекса — как боевая подруга, с которой не страшно даже в разведку идти. А ты… — он посмотрел на Бонфи, — ты как та самая подруга, с которой можно и поиграть, и поговорить по душам. Вы все четверо, для меня те, кому можно доверять.       Бонфи слушала, затаив дыхание. Если бы у неё было сердце, то оно бы билось сейчас чаще.       — Он сказал «как подруги», — подумала она. — Только как подруги… Ничего больше».       Она должна была обрадоваться, ведь он ценит их всех, но внутри что-то кольнуло. Разочарование? Или обида?       — И чего я вообще хотела? — спросила она себя в мыслях. — Чтобы он сказал, что я нравлюсь ему больше остальных? Но зачем? Он же человек, а мы… ну не важно. У нас нет будущего, даже если бы он захотел… что бы из этого вышло?       Она замолкла. Мысли метались, как шарики в бассейне. С одной стороны — логика: он просто друг, не надо придумывать лишнего. С другой стороны — чувство: он такой добрый, такой заботливый, и с ним так хорошо, что хочется, чтобы это никогда не кончалось.       — Бонфи? — окликнул её Майк. — Ты чего замолчала?       — А? Че? — она встрепенулась. — А… Да нет. Ничего. Просто задумалась… Ты прав, мы подруги Хорошие подруги и я рада, что ты так считаешь.       Она улыбнулась, но улыбка вышла чуть грустной.       Они закончили обход в полном молчании. Бонфи не проронила больше ни слова, погружённая в свои противоречивые мысли. Майк не настаивал, он решил, что она просто устала.       Они остановились у дверей офиса.       — Спасибо, что сопроводила, — сказал он. — Хорошего дня тебе.       — Не за что, — ответила Бонфи, махая ему рукой. — Ты тоже… выспись.       Майк скрылся за дверью офиса и Бонфи осталась стоять в коридоре.       Она смотрела на дверной проём, за которым скрылся парень и чувствовала, как внутри неё всё кипит. Бонфи медленно подняла кулак и с размаху стукнула себя по лбу.       — Дура, — прошептала она. — Дура, дура, дура! Такой шанс был поговорить с ним наедине, и ты просто молчала! Нужно было спросить ещё что-нибудь, или предложить… ну, не знаю… ещё раз поиграть, или просто постоять рядом! А ты молчала как рыба!       Она вздохнула, поправила платье и побрела в главный зал, мысленно ругая себя на чём свет стоит.       Майк переоделся. Форма в сумку, нетронутый термос с контейнером, тоже в сумку, лямку через плечо. Он ещё раз проверил, не забыл ли что-то, и вышел из офиса.       В главном зале девочки уже стояли на сцене, но ещё не приняв свои привычные позы. Френни была так же с микрофоном, Бонфи с гитарой и Чика с кексом. Майк услышал, как вдалеке хлопнула дверь, по всей видимости, это Фекса вернулась в пиратский уголок. Троица, наконец приняла нужный вид, когда Майк проходил мимо, Чика чуть заметно подмигнула, Бонфи кивнула, Френни улыбнулась краем губ.       — Пока, девушки, — сказал Майк, останавливаясь у выхода. — Хорошего вам дня.       — Спокойной ночи, Майк, — ответила Френни. — Выспись.       — И возвращайся поскорее, — добавила Чика. — Мы будем скучать.       Бонфи ничего не сказала. Она просто смотрела на Майка, и в её глазах было что-то, чего он не мог прочитать.       — Постараюсь, — ответил он и вышел.       Перейдя порог, ведущий из главного зала в комнату стойки ресепшена и входа, он подошёл к дверям. Отпёр металлическую ставку и поднял её, повторил ту же схему с дверьми. Снаружи уже светало, воздух был свежим и прохладным. На пороге, как всегда, стоял Александр, сонный, но всё так же улыбающийся.       — Майк! — поприветствовал он. — Жив-здоров?       — Жив, ещё как, — ответил Майк, зевая.       — Слышал, тебя тоже позвали на утренник через два дня?       — Да, Эмили сказала.       — Отлично! — Александр хлопнул его по плечу. — Наконец-то сможем нормально поболтать, а не только «привет-пока». Я столько всего хочу рассказать! И про Веронику, и про это место, и про…       — Саня, — перебил Майк. — Я сейчас упаду. Давай потом.       — Точно-точно, звиняй. — Александр отступил в сторону. — Иди, высыпайся. Завтра, вернее, послезавтра поболтаем нормально.       — Договорились, — кивнул Майк и вышел на улицу.       Солнце ещё не взошло, но горизонт уже розовел, по всей видимости днём будет солнечно. Где-то вдалеке проехала машина.       Майк глубоко вдохнул свежий воздух и зашагал домой.       Его третья ночь закончилась.        От автора: Нус, я наконец закончил еблю с редактированием 1, 2 и 3 главы. Этот фф будет куда длиннее предыдущего. Ну что же, спасибо, что прочитали данную главу, ставьте лайки и пишите комментарии. А я пожалуй пойду отдыхать, мне нужен энергос.