«Стань человеком»

Солнце, кажется, только что взошло. Комнату освещали лучи из-под двери. Пыль красиво переливалась на свету. Должно быть, любому человеку было бы душно в этой комнате, но Евгению грозило кое-что похуже. Вязкий, как смола холод окутывал его с ног до головы. Парень уже сутки прожил в этом доме. Ему хотелось попасть в ванную комнату, осмотреть себя. Он слышал, как домовладелец, Виктор, разговаривал с другими временными жителями этого дома. Женя знал, что люди всех проверяют на признаки гостей. Вот только он уже и сам не помнит, как выглядит, следовательно — не знает, чего ему бояться. Мёрзнущий чувствовал мороз, исходящий от его живота. Чувствовал, как свитер проваливается в том месте, где должны быть органы. Решено. Пока хозяин дома спит, он пройдёт в ванную и глянет на себя. Только он свесил ноги с дивана как услышал со стороны басистый, но тёплый мужской голос. — Далеко собрался? — Сергей, лежащий на противоположной стороне, глядел голубыми радужками прямо на Евгения, подложив руки себе за затылок. Он не выглядел угрожающе, просто интересовался. — Я, — Женя, услышав свой сиплый голос, немного прочистил горло, — м-мне нужно в уборную, — звучало всё ещё неуверенно, но уже лучше, — можно ж-же? Сергей хмыкнул. Мужчина приподнялся на локтях, вглядываясь ещё внимательнее в лицо юноши. Он не насмехался, но уголки его губ немного приподнялись. — Да, иди конечно, никто ж не держит, — теперь Сергей уже полноценно сидел. Господи, он даже сидя выше, чем Евгений стоя! — Ты только... аккуратнее, — парень чуть наклонил голову, как кот, не понимающий бормотания человека, — там девушка сидит, у неё траур — муж умер. Сильно не приставай. — Х-хорошо... и спасибо — Женя растерялся, это совсем не то, что ему нужно. Он надеялся побыть в одиночестве. Может вдова даст ему немного личного пространства? Парень двинулся к двери. Ручка неприятно скрипнула, на секунду заела, но поддалась. Ослепительный свет застал его врасплох. Будто тысячи мощных прожекторов одновременно включились. Глаза защипало — пришлось прикрыться рукой. Женя шагнул вперёд, прикрывая дверь за собой. Когда зрение немного привыкло к свету, парень осмотрелся вокруг. Из окон красиво пробивались белые лучи. Позади шипело старое радио. В воздухе витал лёгкий запах пыли и чего-то сладкого, до боли знакомого. Неважно. Евгений тихо ступал по полу, пытаясь не скрипеть досками под ногами. Светлая дверь уже стояла перед ним. Парень глубоко вдохнул, будто решаясь на шаг в пропасть. Ладонь легла на ледяную ручку. Щелчок — и дверь приоткрылась. Женя легко толкнул её плечом и увидел то, о чём ему рассказал сосед по комнате. На полу сидела синеволосая девушка. Она сложила руки на бортик ванны, в которой... на зелёной воде плавало серое, будто высушенное тело. Хорошо, что не останки. Вдова устало повернула голову к вошедшему в её место гостю. Одна прядь волос свисала прямо на лицо, и она явно не собиралась её убирать. Может, потому что плевать. Может, потому что это не самое худшее, что с ней происходило. Глаза её были красными и влажными. Видно — долго плакала. Вероятно, не так давно. Голос девушки — сиплый, совсем глухой. — Чего тебе? — она медленно моргнула. Вдова поджала ноги ближе к телу. Евгений почувствовал укол вины, за то, что ворвался без стука. У девушки такое горе, а тут он, как гром среди ясного неба. Но раз пришёл, то уже надо объясниться. — П-просто хотел ум-мыться, — парень отпустил ручку двери и потупил взгляд, показывая, что ему действительно жаль, — простите, не д-думал, что тут з-занято. Барышня, к слову, совсем не разозлилась. Даже наоборот — немного смягчилась, будто видела такое же жалкое существо, как она. Это придало Жене чуток смелости. Он протянул руку вперёд. — Я Евген-ний. Девушка на миг улыбнулась краем рта и пожала ему ладонь. — Виктория. Вика оказалась вполне приятной личностью, с совсем не подходящей ей судьбой. Женя обернулся, проверяя, не смотрит ли кто. Мало ли, бывают всякие. Он неуверенно потоптался на пороге, но всё же спросил: — Я п-присяду? — Юноша попытался продолжить диалог. С ним обычно никто особо не общался, а тут такой шанс выпал. Девушка внимательно осмотрела его с ног до головы, то ли ища признаки гостя, то ли ей было просто интересно. Она коротко кивнула, дав понять, что не против тихой компании. — А ты чего трясёшься? — Виктория подняла одну бровь, теперь уже не задирая голову вверх, а просто смотря прямо туда, где сидел собеседник, — на улице аномальная жара, а не ледниковый период. Болеешь чем-то? — Д-да, — Евгений явно занервничал и начал теребить рукав своей куртки, — это анемия... Вдова прищурилась. Плохой знак. Если поймёт, что он врёт — то у него могут быть проблемы. — Разве при анемии людям настолько холодно? — К-как видишь. Виктория расслабилась. Евгений тоже. Разговор возвращался в приятное русло. Признаться честно, парень бы предпочёл поговорить о чём-то более будничном. А если так, то нужно самому направить тему в нужную сторону. — Д-давно здесь? — Женя попытался улыбнуться уголками губ, но, наверное, это выглядело как нервный тик. Вика подумала пару секунд и ответила: — Вчера пустил тот мужчина в свитере, — девушка продолжала сканировать гостя взглядом, — что насчёт тебя? — Я п-пришёл позавчера. — Тебя куда подселили? Евгений чувствовал, как его анализируют. От этого ему становилось только хуже. Хотя от скуки в этом месте иногда хотелось начать считать узоры на обоях. Так что — пусть смотрит. Может, успокоится, доверять начнёт. — К С-Сергею, высокому т-такому, — парень невольно заулыбался чуть сильнее, сам не понимая от чего, — встречала? Виктория тоже тихо улыбнулась. Она наконец прекратила бурить юношу взглядом. — Разок пересекались. Вдова громко выдохнула, опустив голову. На несколько ударов сердца она словно перестала дышать. Евгений уже ожидал, что ему начнут изливать душу, но, слава богу, этого не произошло. Девушка спокойно подняла голову к парню. — Дать тебе места? — Д-да, — Женя мысленно поблагодарил небеса за то, что ему не пришлось выслушивать нудную историю о том, как она тащила сюда труп, — спасибо. Виктория кивнула и тяжело поднялась с места. Её колени немного хрустнули. Было видно, что ноги девушки затекли от долгого сидения. Вдова перешла за порог и закрыла за собой дверь. Ну наконец-то! Евгений почти вскочил с пола. Нужно сделать всё быстро. Он подошёл к раковине и чуть пригнулся, чтобы видеть своё лицо. Чтобы никто ничего не подумал, парень включил кран. Ему стало интересно, как его тело отреагирует на воду. Женя поднёс указательный палец к струе. Только он коснулся кончиком жидкости, как сразу отдёрнул всю руку, словно обожжённый. Хотя вода была не горячей. Она была ледяной. Палец ещё пару секунд неприятно щипало. Евгений решил, что воду лучше выключить. Парень вернулся к проверке себя. Он осторожно раздвинул веки, чтобы взглянуть на свои глазные яблоки. Обычные. Белые. Вот только зрачки, они... как будто кошачьи, вертикальные, чёрные, пустые. «Скажу, что таким родился». Теперь зубы. Женя приоткрыл рот, немного растянув щёки, для лучшего вида. Идеально белые. Это ужасно. Их будто в отбеливатель на ночь замочили. Дальше ногти? Что ж, тут облом. Во всех смыслах. Ногти свои он всковырнул. Думал, что кровь в пальцах тёплая, согреет. Ничего подобного. От них осталось одно месиво. Смотреть там не на что. Теперь самое страшное. Евгений сжал край свитера. Парень несколько раз глубоко вдохнул и наконец медленно поднял одежду, оголяя торс. Точнее, то, что от него осталось. Он едва не вскрикнул от увиденного. Дыра. Огромная. Живая. Она растягивалась от пояса до груди. Края её почернели. А внутри что-то шевелилось, закручивалось. От неё веяло холодом. Как от морозильника. Она будто гудела, ревела, рычала, чтобы её спрятали обратно. Женя почувствовал волну холода, прошедшую по спине. Он трясся уже не мелко, а крупно, будто у него двигатель внутри. Парень быстро опустил свитер, поправляя его, чтобы ничего не задралось выше, чем можно. Он пытался перевести дыхание, успокоиться. Но как тут сохранять спокойствие, когда у тебя вместе органов — бездонная, живая дырень? Евгений опёрся на раковину руками. Он ощущал, как сердце колотится где-то в горле, если оно у него действительно есть. Парень сильно дёрнулся от резкого стука. — Ты там утонул, или как? Евгений в последний раз глубоко вдохнул, принимая спокойное выражение лица, за которым скрылся чистый ужас. Он шагнул к двери и дёрнул ручку, чуть не столкнулся нос к носу с Викторией. — П-прости. Девушка обошла его и села на своё место, повернувшись к телу своего мужа. Гость на секунду остановился, глядя на вдову, и всё же оставил её в покое. Дверь хлопнула, будто поставила точку. Повернувшись в сторону коридора, Евгений закрыл глаза и рвано выдохнул. Чувство, словно он устанавливал бомбу, а не осматривал своё же тело. Парень зашагал вперёд, ощущая, как ноги стали ватными. Наверное, стоит быстрее вернуться в гостиную. Думал Женя, пока не услышал бормотание за дверью позади себя. Он обернулся. Это, вроде как, кладовка. Что-то гость не припоминал, чтобы там кого-то поселили. Гулять, так гулять, как говорится... Евгений приблизился к двери и легонько толкнул её плечом. Кто-то быстро отпрыгнул от двери в другой конец комнаты. Парень отшатнулся на пару шагов, но смог взять себя в руки и подойти обратно. Женя открыл дверь шире, чтобы солнечный свет попал внутрь. У дальней стены, прислонившись к ней спиной стоял кудрявый парень с яркими, цветными волосами. На нём была фиолетовая футболка и тёмные брюки, на шее висела оранжевая кофта, за которую он сейчас держался руками. Брови его были высоко подняты, а глаза сильно распахнуты. Вокруг рта — небольшие чёрные точки, как шрамы, губы опухли, словно их долгое время сжимали. Парень весь трясся, но только от страха. Евгений опешил. Нужно, наверное, показать, что он не собирается никого убивать. Гость поднял руки, показывая, что абсолютно безопасен, и шагнул в комнату. — П-привет? — Женя медленно опустил поднятые конечности и попытался разговорить человека, — я не видел тебя раньше. И каково было его удивление, когда кудрявый заговорил... далеко не на русском. — Rnj ns? Yt gjlj[jlb ,kb;t. Ns ;t yt ,eleitm gsnfnmcz vtyz e,bnm? Ns yt ujcnm? — Парень что-то быстро тараторил, явно пребывая в шоковом состоянии. Женя оторопел. Это что, иностранец? И как ему с ним общаться? Он приблизился ещё на шаг ближе. Вокруг рта действительно были шрамы и засохшая кровь. — Т-тебе что, рот з-зашивали? — Hjn? Jyb pfibkb vtyt hjn! 'nj ghjcns e;fc. Ytke.lb rfrbt-nj , — парень будто оживился, перестав дрожать, даже немного нахмурился, правда, непонятно на кого он именно злится. Евгений понял лишь то, что он ему что-то рассказывал. Наверное, то, почему у него лицо в крови. И видимо, парень немного понимал русский. — К-как тебя зовут? — Женя указал пальцем в грудь иностранца. — Pjden? Vj` bvz — Daniel! — Паренёк повеселел. — Дэниэль з-значит... — Евгений осмотрел комнату вокруг. Кудрявому не сильно повезло. На полках стояли коробки разного размера. Воздух стоял на месте, будто состоял из одной пыли. Душно. — F nt,z rfr pjden? — Дэнни наклонил голову в бок и указал пальцем на Женю. Очевидно, что он спрашивает имя. — Евгений, если т-ты об этом, — мёрзнущему парень показался довольно приятным. — Rhfcbdj pdexbn. Э... Ев-в-вг... гэн... — Дэниэль изо всех сил пытался произнести русское слово, — Эвг... Эвгэний! — У него был очень сильный акцент. — Н-ну почти, — Женя весело хмыкнул, — ты вообще к-как сюда попал? — Z ghbt[fk bp lheujq cnhfys , xnj,s edbltnmcz c lheujv , yj yfxfkcz 'nj e;fc , — парень снова начал быстро говорить, — gjnjv vtyz c[dfnbkb k.lt b [fkfnf[ b pfibkb hjn , f dct bp-pf 'njq ctht;rb! — он медленно сполз спиной по стене, оседая на пол. Чтобы Евгению не пришлось смотреть свысока, он присел рядом с кудрявым. — П-понятно, — чистая ложь, — болит? — Евгений указал на раны возле рта. — Lf. Yj e;t ,jkt vtytt nthgbvj . — Мне ж-жаль. В л-любом случае, я н-надеюсь, что скоро перестанет. — D rfrjq rjvyfnt ns ;bd`im? — Звучало с вопросительным тоном. Но что именно он спрашивал — Женя никак не мог разгадать. Видимо, иностранец увидел, что его не поняли и кивнул головой в сторону коридора. — М-мне уйти? — Дэниэль застыл на секунду, переваривая русские буквы. В следующий миг он отрицательно замотал головой, — Я не понимаю. — Ко-м...на...на-та. Ком-на-та! — А, — Евгений моргнул, — т-ты об этом. Меня поселили в г-гостиной, — дверь была достаточно широко открыта, чтобы видеть вход в ту комнату, поэтому гость ткнул в неё пальцем, — только я т-там не один ж-живу. — Exne 'nj , — парень кивнул, снова начиная что-то тараторить, — Ns dsukzlbim, ,elrnj gkfybjhjdzk 'rgclblwb. d Fynfhrnbrle, yj gjnthzk cdjq 'rbgf; , — он наклонил голову, рассматривая Евгения как экспонат, — Nt,t ltvcnltdyjj [jkjlyj? Z vjue jlpkj;bnm cdjq rhetnre. [jnz... levf., nt,t kturt yt cnfytn. — Эээ... — Jq , e nt,z xnj , neyytkb? Nt,t bl`n. Z ,s nj;t ct,t [jntk nfrjt. — П-прости, я не понимаю т-тебя. — X`hn , z cjdctv pf,sk , — Дэниэль, видимо, только что вспомнил, что его язык мало кто знает. — С-слушай, я, наверное, п-пойду уже, — Женя неловко улыбнулся, — д-домовладельцу не понравится, если он увидит, к-как я брожу по его д-дому. — Rjytxyj , z gjyvf. , — парень благодарно кивнул, — cgfcb,j pf hfpujdjh . Евгений спокойно поднялся и поплёлся к выходу из комнаты. Напоследок он помахал рукой кудрявому. Когда дверь за ним закрылась, он почувствовал себя выжатым как тряпка. Слишком много разговоров на сегодня. Он, кажется, в жизни ещё так много не общался, как в этот день. Нет, ему нравилось, что его не опасаются, но это чересчур. Нужно пойти на кухню, выпить воды. «Если она не вытечет из меня обратно». Парень шагнул к ближайшей двери и дёрнул ручку. Похоже, сегодня совсем не его день. За столом сидела женщина, разложив вокруг себя какие-то карты. Она водила рукой по странному талисману из палок и ниток. Когда гость нарушил её покой, та подняла на него взгляд. Евгений хотел спокойно пройти мимо, но гадалка таинственно заговорила. — От тебя веет холодом, словно от зимнего камня, на котором ещё не растаял иней, — женщина загадочно щебетала, — ты где-то далеко, как путник, заблудившийся в горах, не находящий своего места, ибо место истинное не ищут ногами, а находят сердцем, — она прикрыла глаза, будто пыталась заглянуть гостю в душу, — Твоё сердце мечется, подобно листу в бурном потоке, и если один его брег озарён светом, — женщина открыла очи, смотря в чужие, кошачьи, — то другой скрыт во тьме; скажи, кто же из них прав, если вода одна? — Гадалка, кажется, закончила свою речь. Парень глянул на неё так, будто у той выросла третья нога на лбу. — Ты же наш, Евгений. Такой же, как и мы, — внезапно, её взгляд потемнел, — Инстинкты возьмут над тобой верх, ты ничего не сможешь с собой сделать, — женщина оскалилась. Это не человеческие зубы. Эти слишком острые, слишком многочисленные. Женя метнулся к выходу, буквально вылетев из кухни. Он прижался спиной к двери с противоположной стороны. Дыхание сбилось. Конечности крупно задрожали. Зрачки летали из стороны в сторону. Она тоже гость. А если в доме двое гостей, значит смерти не избежать. Евгений приоткрыл рот, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. Нужно вернуться в гостиную, пока Виктор не проснулся. Парень за два шага преодолел расстояние от кухни к двери комнаты, которую он делит с Сергеем. Гость вплыл в помещение, стараясь издавать как можно меньше звуков и выглядеть спокойно. Но когда Женя пошагал к дивану, его ноги слегка подкосились, что не скрылось от глаз соседа. — Ты с ней дрался за освобождение ванной, или что? — Сергей прищурился, — тебя будто пытали. — Я в п-порядке, — голос в конце охрип. Ну всё, теперь его точно раскрыли. — Чёт не видно. Евгений сел на самый край дивана, хотя места было ещё на четыре человека. Он поджал ноги к груди и обнял их руками. Это его привычка — быть маленьким, удобным, чтобы никому не мешать. Сергей вопросительно поднял одну бровь. Пусть этот мужчина сейчас выглядел угрожающе, но Женя знал, что тот не причинит ему вреда. — Ладно, — старший улыбнулся, смягчив голос, — но если тебя что-то гложет — не молчи, иначе оно сожрёт тебя, не запивая. Сергей начал что-то ему рассказывать, но парень особо не вникал. Не потому что неинтересно, нет. Просто эта комната, или этот человек, тепло, исходящее от него волнами, действовали на Евгения как колыбельная. Он чисто из вежливости старался не уснуть, продолжая смотреть в глаза соседа. Женя положил голову на колени. Как бы паренёк не старался не спать, или хотя бы делать вид, всё же переутомление было сильнее, чем он. Мозг в моменте выключился сам по себе, мёрзнущий даже не понял, как уснул. Гостям ничего не снится. Но исключения есть. Евгений мог видеть только два сна. Каждый раз одни и те же. Либо то, как он бродит по льду и внезапно проваливается под него, либо то, как он плетётся, почти ползёт, в глубине зимнего леса. Сейчас он видел второй вариант. Женя шёл между кронами лысых сосен, в лицо летела метель. Он старался прикрыть глаза одной рукой, а второй — держаться за ближайшие ветки, чтобы не рухнуть лицом вниз. Ноги по колено тонули в снегу, который будто притягивал к земле, как зыбучие пески. Кора деревьев царапала ладони, впиваясь занозами в кожу. Парень не чувствовал ни ног, ни рук. Уши заложило от холода. Он слышать только слабое биение своего сердца, которое, кажется, ещё чуть-чуть — и остановится. Дорогу перед собой он не разбирал от слова совсем. Всё плыло, казалось одновременно слишком реалистичным и нереальным. Он думал, что сон оборвётся как всегда, когда он падает лицом в снег и перестаёт бороться. Но не в этот раз. Евгений продолжал идти. Через снег, сквозь метель, хватая ветки. Пусть и силы хватало только на вдох и выдох. Снежинки кололи лицо, как тысячи маленьких осколков. Ноги подкосились. Парень упал. Но он успел выставить руки вперёд. Женя поднял голову. У леса нет конца, он знает. Вот только что-то гнало его вперёд. И это ваша «жажда к жизни»? — Вставай. Голос раздался так неожиданно, что Евгений дёрнулся всем телом. Он будто шёл изнутри, шепча ему приказ. — Вставай, — уже громче. Гость схватился за столб дерева и подтянулся изо всех сил вверх. Как только он встал на ноги, так сразу рухнул обратно носом в снег. — Вставай! Евгений снова попытался подняться. Ноги судорожно задрожали, отказываясь сотрудничать. Опять провал. — ВСТАВАЙ. Парень резко вскочил, широко расставив ноги, для большей опоры. Он стёр рукой снег с лица. Голос, что заставлял его снова и снова подниматься — был его собственным. Это он из раза в раз подталкивал себя вперёд, не давая остановиться. Женя только что осознал, что метель больше не резала кожу. Он оглянулся. Теперь это просто снегопад. Что-то ослепило его. Парень поднял голову и оторопел. Тучи разошлись. Солнце приятно коснулось его лица, разливаясь теплом по всему телу. Теплом. *** Евгений не помнит, когда в последний раз просыпался вот так. Не вздрагивая от резкого звука. Не подпрыгивая от внезапного прикосновения. А плавно осознавая, что он уже не спит. И что он наконец-то полноценно выспался. Вот только холод снова вернулся. Рядом полусидел Сергей, опираясь на стену и держа что-то в руках, похоже — книгу. В комнате было уже темно, только настольная лампа, стоявшая на пустой полке шкафа позади мужчины, слабо освещала часть помещения. И признаться честно, сейчас силуэт Сергея, подсвеченный тёплым светом, выглядел довольно... красиво. Видимо, сосед почувствовал взгляд на себе. Он резко дёрнул головой в сторону Евгения. А тот в свою очередь смущённо опустил взгляд на свои колени. Наверное, не стоило так бесстыдно пялиться. — Доброе утро, — Сергей чуть опустил книгу ниже, — ну или ночь. Я без понятия, как теперь общаться. Женя повернулся всем телом к мужчине и внезапно почувствовал что-то мягкое на плечах. Он легонько дёрнул ткань на себя. Бежевый, пушистый плед. Откуда эта вещь взялась парень особо не хотел знать. — Долго же ты спишь, — Сергей отложил книгу в сторону. — Я что-то п-пропустил? — Евгений встревоженно посмотрел на старшего. — Ну так-то да. Виктор заходил к нам с проверкой, планировал тебя осмотреть, — мужчина весело улыбнулся, — но решил не будить, времени же ещё куча. Считай, что тебе невероятно повезло. Женя облегчённо выдохнул. То, что домовладелец отложил проверку — действительно просто чудо. От этой мысли парень заулыбался. Жизнь продлилась ещё на один день. Он закутался в одеяло глубже, пусть и знал, что это не поможет. Наверное, стоит чуток поговорить с Сергеем. — Ч-что читал? — Стихи, — мужчина кинул взгляд на книгу, лежащую рядом. — Чьи? — А ты угадай, — Сергей хмыкнул, переводя взор на парня. Евгений задумался, вспоминая всех писателей, которые учил когда-то в школе. Сам он стихами сильно не интересовался, но они ему нравились. — Эээ... П-пушкина? — Близко. — М-может... Маяковского? — Прямо в спину дышишь Парень хихикнул, вспоминая стих «Кто есть бляди». Ему нравилось, когда писатели вставляли маты в свои произведения. Так текст становился искренним. В голову пришёл ещё один стих этого автора. «Сергею Есенину». Евгений наклонил голову, глядя на своего собеседника. — Есенина? — Браво, — Сергей комично развёл руками. Холод отошёл на второй план, стал фоновой помехой. Евгений был приятно удивлён этому. Кстати, парень не помнил ни одного стиха Есенина. Вот прям совсем. Будто из памяти вырвали кусок. Он решился попросить книгу у мужчины напротив. — М-можно взглянуть? — Женя кивнул на сборник стихов. Сергей схватил книгу одной рукой и протянул её юноше, немного распрямляя спину, чтобы достать до Евгения. Последний приподнялся и перехватил чуть пыльный предмет. Их пальцы соприкоснулись на миг, но они сделали вид, что не заметили. Евгений почувствовал насколько Сергей тёплый, такой живой. Тёплый? А давно он начал чувствовать тепло? Эта мысль сбила Женю с толку. Он завис на несколько секунд, пока не вспомнил, что не один в комнате. Парень поглядел на обложку книги. Буквы уже давно стёрлись, края были немного погнуты. Сам сборник был довольно толстым. Сначала он открыл книгу чуть дальше начала. Взгляд упал на левую страницу. «В лунном кружеве украдкой» В лунном кружеве украдкой Ловит призраки долина. На божнице за лампадкой Улыбнулась Магдалина. Кто-то дерзкий, непокорный Позавидовал улыбке. Вспучил бельма вечер черный, И луна — как в белой зыбке. Разыгралась тройка-вьюга, Брызжет пот, холодный, тёрпкий, И плакучая лещуга Лезет к ветру на закорки. Смерть в потемках точит бритву… Вон уж плачет Магдалина. Помяни мою молитву Тот, кто ходит по долинам. «Красиво» — мелькнуло в мыслях сразу же, как только последнее слово отразилось эхом в голове. Евгений перелистнул прямо в середину. На правой странице написано: «Заметает пурга белый путь» Заметает пурга Белый путь. Хочет в мягких снегах Потонуть. Ветер резвый уснул На пути; Ни проехать в лесу, Ни пройти. Забежала коляда На село, В руки белые взяла Помело. Гей вы, нелюди-люди, Народ, Выходите с дороги Вперед! Испугалась пурга На снегах, Побежала скорей На луга. Ветер тоже спросонок Вскочил Да и шапку с кудрей Уронил. Утром ворон к березоньке Стук… И повесил ту шапку На сук. Женя уловил в этом стихе что-то знакомое. Будто нечто подобное уже случалось в его жизни. Он чувствовал взгляд Сергея на своём лице. Парень открыл страницу перед концом. «Ах, метель такая» Ах, метель такая, просто черт возьми! Забивает крышу белыми гвоздьми. Только мне не страшно, и в моей судьбе Непутевым сердцем я прибит к тебе. Коротко, но так глубоко. Каждая строчка впивалась в душу. Евгений поднял взгляд на мужчину рядом. Он терпеливо ждал, пока гость дочитает. — Ну что, — Сергей наклонил голову, — понравилось чего? — «Ах, м-метель такая», — Женя смотрел на реакцию старшего. Тот пару секунд помедлил, видимо, вспоминая стих. А потом одобрительно кивнул. — Тебя, гляжу, всё к холоду тянет, а? — М-может. Евгений протянул книгу обратно. Сергей наклонился ближе. Только он хотел взять сборник в руку, как из-за стены раздался громкий, требовательный стук в дверь. Парень дёрнулся всем телом. Книга соскользнула из пальцев и упала на диван, свалившись с него на пол с громким хлопком о дерево. Гость резко вдохнул и вжался в спинку дивана, мгновенно отпрянув подальше от Сергея. Женя испуганно таращился прямо в глаза мужчине, ища намёк на гнев или обиду. Тот смотрел в ответ, но не хмурясь. Высокий, похоже, совсем растерялся. — Ты чего? — Сергей беспокойно всматривался в парня, того уже пробрало крупной дрожью, — это ж просто кни– — Я-я... я не хотел, прости! — Евгений весь сжался, закрывая голову руками, словно ожидал удара. — Жень, ты чего панику разводишь? — Мужчина уже и сам испуганно раскрыл очи, — упало и упало. Никто же не умер. Где-то в коридоре, Виктор разговаривал с кем-то у двери. Причём не на самых уважительных тонах. Сергей наклонился, чтобы поднять книгу с пола. Он совсем не ожидал такой реакции. — Тебе, может, воды принести? — старший положил сборник на полку возле светильника. Евгений слегка разжался, но дыхание рвалось с каждым новый вдохом. Стакан воды действительно не помешал бы, но вспомнив оскал гадалки, сидящей на кухне, куда Сергей хотел пойти в одиночку, парень отрицательно замотал головой. — Как хочешь, — высокий потянулся к настольной лампе, чтобы выключить её. Через секунду комната погрузилась во мрак, — Спокойной ночи, — Сергей лёг на свою половину дивана. — С-спокойной. Мысль о госте на кухне, глубоко засела в голове Евгения. Если та женщина решит перекусить кем-то, то у него могут быть проблемы. Он решил, что лучше остаться начеку. Мёрзнущий слышал, как домовладелец кого-то впустил в дом, после чего, видимо, вернулся в спальню. Тишина поглотила дом. Только сопение Сергея сбоку изредка её прерывало. Евгений почувствовал, как изнутри головы что-то начинает покалывать Сначала это ощущалось как небольшая помеха. Но боль начала расти. Голова закружилась. Тени в комнате расплывались. В этот момент захотелось почувствовать тёплую кровь на руках. То, как она приятно растекается до запястьев, а дальше к локтям. Как подушечки пальцев пульсируют, ощущая долгожданное тепло. В комнате будто стало светлее. Но холод усилился, словно подталкивая к истине. Парень почувствовал, как от Сергея тянуло жаром, тем самым сладковатым запахом крови, который вскруживает голову, забивает ноздри. Станет легче. Нужно только... «Очнись» Тот самый голос привёл Евгения в чувства. Он вздрогнул, понимая, что инстинкты почти овладели его разумом. Ещё немного, и он был мог убить. Совесть грызнула за сердце. «Сергей с тобой так тепло общался, а ты сожрать его удумал». Женя мог бы дальше размышлять о том, что он мудак, но тень появившаяся в комнате ощутилась как пощёчина. Две белёсые точки взглянули на гостя. И он узнал их почти моментально. Гадалка. Точнее то, что скрывалось под видом гадалки Скрюченное чучело, со слишком длинными конечностями. Зубы были слишком большие для человеческого рта, поэтому верхний ряд выглядывал наружу. Оно наклонило голову, словно оценивало Евгения, годится ли он на гостя. Видимо, не очень. Существо оскалилось, оголяя клыки. Ему не нравится, что Женя не идёт помогать вскрывать тело Сергея. ...что-что делать? Нет, нет, нет! Нельзя позволить этому случится. Евгений хотел встать, заслонить мужчину своим телом. Да только он был словно парализован. Даже пальцем дёрнуть не способен. Фигура приближалась всё ближе к человеку. «Очнись» Это будто барьер. Как система, которой ошибка в ней — не ровня. Словно стена... Нету такой стены, которая устоит перед всем на свете. «Очнись!» Евгений почувствовал, как что-то треснуло внутри, будто лёд под ногами. Он должен остановить это чучело, которое уже тянуло руки к спящему на диване. «ОЧНИСЬ» Парень подскочил с места. Снова это чувство. Чувство, что его гонят вперёд. Он чуть не влетел боком в огромный гардероб. Евгений зарычал на гостя, не боясь, что может кого-то разбудить. Фигура тоже не долго медлила. Она схватила мёрзнущего за ворот куртки, легко подняв того в воздух. Всё произошло настолько быстро, что Женя и не сразу почувствовал, как ноги оторвались от пола. Он застыл, раскрыв рот. Только длилось это не долго. Парень качнулся и врезал ногой по лицу чучела. Оно разжало хватку и Евгений рухнул вниз. Он сильно ударился головой. Гость, в человеческой оболочке — никто, по сравнению с истинной формой гостя. В родной форме они сильнее, быстрее, умнее. Но одна слабость у них есть. У них нету адреналина, который уже ударил в голову парню. Они слишком долго думают, перед тем, как ударить. Несмотря на головокружение, Евгений встал и молниеносно метнулся к гостю. Тот не успел выставить руки вперёд. Юноша всем весом тела обрушился монстру в грудь. Фигура схватила его и они вместе повалились на пол с грохотом. Сзади резко скрипнул диван. Только не это. — Чё за хуйня? — громко рявкнул голос позади. Евгений слышал, но если отвлечётся хоть на секунду — домовладельцу придётся выносить три трупа. Парень упал чудищу на руку, от чего то взвыло. Оно попыталось встать, но Женя впился в его предплечье намертво. Гость дёрнулся вверх. Его рука осталась в пасти у юноши. Он с отвращением разжал челюсть, даже не обращая внимания на то, что гость так легко оторвал от себя конечность Сбоку уже стоял Сергей. Фигура глянула на него, оскалившись и метнулась к нему. Евгений подскочил с места. Он бросился монстру на спину, вцепился в его шею зубами, закрывая чудищу глаза руками и колотя того по лицу. Парень лупил ногами по его спине. Он чувствовал, как горячая кровь течёт по затылку. Чья именно она — сейчас не важно. Алые капли стекали по шее. Женя чувствовал, как обжигающая жидкость, что на языке ощущалась как металл, наполняет его рот. Урод завопил, крутясь во все стороны, пытаясь скинуть с себя груз. Из коридора послышалось, как кто-то распахивает дверь и бежит в гостинную. Ну наконец-то! Евгений в последний раз дёрнул чучело на себя. Они грохнулись на пол. Парень отполз как можно дальше от фигуры. Хоть бы Виктор разобрал в темноте, где кто находится. Мужчина влетел в комнату. Ружье направилось на гостя. Выстрел. Женю ослепило на несколько секунд. Всё вокруг плыло. Люстра загорелась белым светом. Юноша увидел, что по комнате везде размазалась кровь. Она была на стене, на потолке, на полу, на самом Евгении. Его руки покрылись бордовой жижой до предплечий. Свитер пропитался этой юшкой от краёв до груди. До этого чисто-бежевые штаны, теперь красовались алыми узорами. — Это просто пиздец, — кто-то крикнул возле двери, похоже, Сергей. Напротив Жени валялась куча плоти да крови, которая не так давно поднимала его в воздух. Парень откинулся назад. Адреналин прошёл, вместо него появилась слабость. Евгений повернул голову ко входу в гостиную. Домовладелец стоял ближе, сжимая ружьё до боли. Его лица мёрзнущий не смог увидеть. Чуть позади замер Сергей, широко раскрывший глаза, которые, к слову, смотрели в ответ на Женю. Это было последнее, что он увидел. Парень потерял сознание. От изнеможения, или от потери крови — непонятно. Он понадеялся, что не очнётся в пакете.