Код Красный

— Зачем вы впустили этого чокнутого в страну? — голос генерала из-за гнева звучал сдавленно, и, казалось, он готов разорвать того, кого назвал чокнутым, голыми руками. — Он всю Сибирь на уши поднял. Где это видано, чтобы какой-то сопляк… Дверь открылась, жалобно скрипнув несмазанными петлями, и этот звук резанул по ушам присутствующих. Все пятеро, кто сидел за овальным столом, оглянулись. Кроме генерала, который и без того стоял лицом ко входу. Он просто поднял глаза и тотчас нахмурился, едва не заскрежетав зубами. — Полагаю, вы сплетничали обо мне, — дернув уголком губ, вымолвил высокий мужчина, чьи фиолетово-черные волосы лежали неряшливо, падая на глаза, а на плечах темной куртки быстро таяли крупные хлопья снега. Подкурив сигарету, он с грохотом по полу протащил стул, что стоял у стены, и, упав на него, бесцеремонно вперился взглядом в угрюмое лицо генерала. — Ну так что? Зачем вызвали? — Ты… Еще смеешь спрашивать? — прошипел, наконец придя в себя непосредственный начальник этого наглеца — полковник Хаядзи, — и намеренно с русского перешел на японский. — На тебя вызвали наряд полиции, чертов ты ублюдок. Мог хотя бы в этой стране не наводить шороху. — Для шороху это самая подходящая страна, — заявил молодой мужчина, пятерней проведя по волосам, глубоко затянулся и сказал по-английски, так как русский ему давался тяжелее других языков: — Хотите нас депортировать, генерал Леонов? Вперед. Только имейте в виду, что я доложу своему начальству о том, как вы беспардонно упустили опасного преступника. — Что ты несешь?! — взревел генерал и ударил кулаком по столу. — А в чем проблема? — улыбнулся агент и встал. — У меня был план, а вы, мать вашу, не предотвратили приезд полиции, и как раз из-за них Тень сбежал. Он был почти у меня в руках. Оставалось совсем немного. Я знал, что он в том отеле. Вышел на его след самостоятельно, а тут вдруг появились эти клоуны. Поэтому повторяю, генерал, я доложу начальству. У меня к вам очень много вопросов. В частности, а не вы ли помогли Тени скрыться в Сибири? — Капитан Хайтани! — в унисон крикнули Хаядзи и Леонов. Повисла звенящая тишина, переполненная мужской яростью, и в этой тишине прозвучал спокойный смех агента. Он затушил сигарету, ткнув ее прямо в столешницу, выразительно посмотрел на своего босса и, крутанувшись на каблуках военных ботинок, вышел из кабинета. Хайтани Ран. Двадцать девять лет. Капитан, агент нацбезопасности. Отдел разведки. Код «7723». Семь лет службы во благо страны. Его отправляли в самые опасные точки мира для поимки самых отпетых преступников. Он бывал черти где и не пойми как выживал. Закален в боях, с непробиваемой психикой, несгибаемый человек. Всегда выполнял поручения, уверенно шел вверх по карьерной лестнице. И вдруг такой провал. Даже если знал, что Тень спугнули эти недоноски, он все равно был в бешенстве. Это было, как пощечина. Поэтому Хайтани понимал, сейчас ему придется поднимать все связи, рыскать, если понадобится, по всему земному шару, но преступника найти он обязан. Иначе эта ошибка испортит ему всю карьеру… Тень. Никто не знал пол Тени, но говорили о нем, как о мужчине. Хакер, работающий на скрытую личность, на которую никак не могли выйти. Ниточки вели куда-то в Соединенные Штаты, на том и обрывались. Информации было критически мало, как и времени на поимку, а высшее начальство требовало от своих агентов немыслимого, и чем больше хороших результатов те показывали, тем сильнее давили сверху. Безусловно, капитан Хайтани понимал, какие опасные материалы попали в руки Тени. Он положил всю систему нацбезопасности на целые две минуты, за которые успел выкрасть документы строго засекреченного проекта, и если передаст это в Америку, все может обернуться, в лучшем случае — международным скандалом, в худшем — катастрофой всемирного масштаба… Хайтани покинул здание, в тот же миг оказавшись в эпицентре безжалостной метели, накинул на голову капюшон куртки и рысцой побежал к заснеженному переулку, а уже через несколько минут, уйдя задним колесом в занос, вылетел оттуда на черном сверкающем байке. Цель: отель, сбор вещей, аэропорт. Хайтани немедленно возвращается в Токио, чтобы начать это дело с нуля. Раз он вышел на Тень один раз, сможет и во второй. На то он — один из лучших агентов национальной разведки. *** Метель к вечеру лишь усилилась. Снег бил в лицо, от чего щипало кожу, а видимость стала почти нулевой. Ветер забирался под шубу-тедди из искусственного меха, и девушка, горбясь под порывами, торопливо шла в сторону съемной квартиры. Замотанная в большой вязаный шарф и с шапкой, натянутой до самых глаз, Митобе Ноэлла обдумывала дела. В приоритете был звонок боссу. Плевать, что разница во времени слишком большая. Если у нее возникла проблема с кодом «красный», а такое случилось во второй раз за все шесть лет работы на американца, Митобе сразу же связывалась с ним вне зависимости от внешних факторов. Сейчас была как раз такая ситуация. Едва войдя в теплое помещение, Ноэлла проигнорировала женщину, шагнувшую с ней в лифт, хотя та спросила по-русски: «Вам какой?», и уткнулась в задрипанный кнопочный телефон. Скоро он будет уничтожен, а пока сослужит Ноэлле последнюю службу — звонок в Штаты. Женщина вышла на пятом. Митобе поехала на седьмой этаж. На лестничную площадку высунулась осторожно, при этом внимательно глазами исследовав потолок — камер тут не оказалось и неудивительно, поскольку дом был старым, — и быстро шагнула к тамбуру. Квартира под номером «40» встретила девушку тишиной. Она лихорадочными движениями размотала шарф, сорвала мокрую от снега шапку и, расстегивая шубу, сразу набрала номер босса. Всего два гудка, и раздался низкий басистый голос: — Слушаю. Терано Саус говорил по-английски. Митобе пришлось переключиться на его язык, что в ее голове прозвучало резонансом твердой русской речи. — Мистер Терано, код «красный». — Судя по всему, сама не выберешься, — ответил он утвердительно. — Накроют в аэропорту. — Хм. Ты же знаешь, есть иные пути для побега из-под носа нацразведки. Зачем позвонила мне? Ноэлла вынула из кармана теплых штанов флешку, задумчиво повертела в руке и проговорила крайне осторожно: — Что если у меня есть то, о чем вы просили? Пауза была короткой. — Улетишь частным самолетом. Жди дальнейших указаний. Вызов был сброшен. Ноэлла тяжело вздохнула и упала на банкетку. Итак, на руках у нее опасная информация, за ней охотится один из лучших агентов японской разведки, а с другой стороны давит американец, который, заполучив флешку, мигом ликвидирует ее саму. Лучше не придумаешь. Надо спасаться. Но для начала Митобе должна покинуть эту страну. Если все-таки лететь частным самолетом, люди Терано потребуют флешку, так что лучше справиться своими силами. Даже если Саус разозлится на нее за то, что напрасно гонял самолет туда-сюда, все равно спустит ей эту «шалость». А вот побег не спустит. Поднявшись и размяв плечи, Ноэлла сняла обувь, прошла в ванную и взялась за дело. Однокомнатная квартира стала ее убежищем на эти несколько дней, теперь план состоял в том, чтобы улететь под чужим именем. Но не все так просто. Сейчас все рейсы будут отслеживаться, пассажиров проверят с головы до ног, и даже фальшивые документы не спасут. Следовало переждать, а потом уже двигаться дальше. Мобильник был утоплен в раковине с водой. Только после того, как пролежал там минут пятнадцать, Митобе вытащила полотенце, которым заткнула слив, затем разобрала телефон на раздельные части и, замотав в сухое полотенце, положила на пол. Она раздробила средство связи на мелкие детали, ударяя по нему тяжелым каблуком ботинка. Симка была спущена в унитаз. Следов не осталось. Только после этого девушка смогла вздохнуть спокойнее. С такой работой сложно сохранять холодный рассудок, это то еще испытание для психики, а уж что говорить о том, сколько раз Митобе могла загреметь в лечебницу с паранойей. Когда за тобой охотятся те, кто достает людей из-под земли, вряд ли удастся жить расслабленно. Ноэлла была обучена многому, в частности, выживанию в сложных условиях. Люди Терано не просто тренировали свою подопечную, они буквально оставляли ее на неделю в лесу, чтобы она справилась с холодом и голодом в одиночку. Ей были известны факты о человеческом организме, что помогало при надобности зашивать раны правильно, к тому же однажды Митобе довелось вынимать из своего тела пулю. В области талии, значительно левее пупка, красовался бледный шрам, будто клякса, и служил ей напоминанием о крайне опасном деле, которое едва не лишило ее жизни. За шесть лет службы на Терано она отдала столько, сколько не отдала бы ни одному другому человеку. Буквально посвятила себя работе на него. Однако боевые навыки Митобе оставляли желать лучшего. Стрелять умела, драться — тоже, но все, чем она владела, это лишь парочка-другая приемов из разных боевых искусств, поэтому отбиться от среднестатистического бандита смогла бы без проблем, но если бы, положим, столкнулась носом к носу со специальным агентом, ей пришлось бы туго. Как же Ноэлла стала тенью? Это был достаточно долгий путь. Терано вышел на нее случайно. Это был конкурс для лучших программистов, собранных из старших школ Токио. Ноэлла тоже участвовала в нем. Она заняла четвертое место и выглядела ужасно разочарованной. Однако Саус обратил внимание на ее подход к решению поставленной для участников конкурса задачи. Она решила задание быстрее других, но использовала методы, которые обходили общепринятые правила и могли нарушить закон. Девочку не дисквалифицировали только потому, что Терано, как главный спонсор, конкурса, прибывший в Японию из Штатов, приказал ее оставить. После конкурса он подошел к Ноэлле, познакомился и оставил ей свою визитку. После чего его люди следили за ней еще примерно полгода. Затем Терано вновь вышел на связь с Ноэллой и предложил ей небольшую работу. Она согласилась сразу, не заподозрив ничего плохого. Так пролетали месяцы, годы, задания становились все сложнее и опаснее. В итоге, когда у Митобе умерла бабушка, та сдалась и принялась за немыслимые задачи. Так она и получила прозвище Тень, ведь на нее за все эти годы вышли лишь один раз. Теперь уже — и второй. Спасение Митобе всегда заключалось в том, что рано или поздно за ней подчищал Терано, а на этот раз по какой-то неясной причине все пошло наперекосяк. У Ноэллы было подозрение, что босс почуял реальную угрозу. Это было на него похоже, ведь в любом случае теплыми их отношения никто не назвал бы. Уже совсем стемнело. Вьюга разбушевалась сильнее прежнего. Ветер завывал в крышах домов, колотил по жестяным отливам внешнего подоконника, и словно бы стучал в окно. В квартире было тепло. Митобе, разложив на кровати пять разных паспортов, стала по очереди изучать каждый из них. В конце концов, решив вернуться в Токио под тем же именем, под каким прибыла сюда — Судзуки Ная, — Митобе спрятала другие документы на самое дно сумки, подключила новый телефон с абсолютно чистой симкой и набрала номер доставки. — Здравствуйте, могу я сделать заказ? — произнесла почти на чистом русском. — Здрасьте. Будете дожидаться примерно час. Устроит? — неприветливо ответила девушка на том конце. — Без проблем… Митобе выбрала то, что хотела бы съесть, предупредила, что оплата будет наличными, и назвала адрес доставки. Когда с этим было покончено, она наконец смогла пойти в ванную. Хотелось поскорее смыть с себя сегодняшний сложный день. Если так подумать, то в этой стране, где было немало людей с азиатскими чертами, Митобе особо не выделялась. У нее были раскосые глаза, но не слишком узкие, к тому же природа распорядилась так, что цвет их ей достался от матери, которая была русской — зелено-голубые. Карий цвет глаз отца даже не пытался бороться. Зато в остальном она была на него очень похожа. По крайней мере, так казалось по тем немногочисленным фотографиям, которые показывала ей бабушка. Еще плюсом ко всему этому Митобе знала, что разведка ищет Тень-мужчину, вовсе не женщину. Стереотипы спасали ее шкуру. И все же следовало быть максимально осторожной. На это она себя и настраивала все три дня, которые провела в России. А после отправилась в аэропорт. Пора было вернуться в Токио. Дальнейший план действий Митобе собиралась обдумать по пути домой.

***

      В отличие от зимы в Новосибирске зима в Токио была куда мягче. Плюс десять градусов по Цельсию, ветер, снегопады, и все же можно пройтись, не кутаясь в шарф. Так что окунувшись в привычную погоду столицы Японии, Хайтани быстро шел в направлении здания с мигающей в ночи вывеской «Orange Club». Швырнул сигарету, ловко угодив в мусорную урну неподалеку, кивнул охранникам и, потянув ручку двери на себя, шагнул в помещение. Снег на волосах тотчас растаял. Звон пряжки расстегнутого ремня его темной дубленки-авиатор утонул в глубоких басах музыки. Хайтани сначала взлохматил влажные волосы, затем расчесал пальцами и махнул рукой бармену. Тот перехватил его жест, и Ран указал на второй этаж. В этом заведении частенько зависали такие, как он. Его сослуживцы нуждались в подобной атмосфере разнузданности и развязности. Ран же нечасто бывал здесь. О чем ему тут же напомнили… — Да неужели? Хайтани?! Ты?! Глазам своим не верю! — всплеснув руками, воскликнул высокий мужчина с мелированными волосами. — Ханма, — усмехнулся Ран, падая на диван рядом с ним. И пока тот расспрашивал его о делах, сам Хайтани исследовал глазами обстановку. Людей в комнате было много — не разберешь, кто есть кто. Так что Ран спросил: — Мой брат здесь? — Неа. Видел утром в штаб-квартире, но потом его отправили домой, — развалившись на диване, известил Шуджи. — Слышал, вы оба провалили миссию по поимке Тени. — Провалили не мы, — мрачно ответил Хайтани, вскипая при одном лишь упоминании об этом неуловимом мудаке, и добавил: — Поэтому я люблю работать или в одиночку, или с братом, но не с уебками, у которых компетентности не хватает на быстрое реагирование в сложных ситуациях. — Воу-воу, остынь, герой, — поднял руки Ханма, который занимал должность ведущего специалиста, отвечающего за цифровую безопасность организации. — Нам тоже влетело от начальства. Этот козел и нас подставил. Вся защита рухнула, как карточный домик. Так что все мы хотим его поймать. Поверь, я лично приду поглазеть на его смертную казнь. Хайтани не ответил. На самом деле рассчитывал, что здесь будет его брат. Но увы. Собравшись уйти, он встал, когда следом за ним двинулся и Ханма. Увязавшись за Хайтани, он дошел до парковки и, ссутулившись под плотным снегопадом, Шуджи спросил: — Слушай, может, помощь нужна? Я насчет этого дела? Стоит попробовать объединить усилия. Что ты постоянно в одиночку? — Не привык сотрудничать. Тем более чем ты мне поможешь? Сидишь себе в кабинете, только программки свои разрабатываешь. А мне нужны люди, которые могут на улице в мороз ночевать. Ты справишься? — А ты проверь, справлюсь или нет, — сверкнул глазами Ханма, глядя на этого выскочку с вызовом. — Ты, как я посмотрю, не меняешься. Ни во что не ставишь людей. Мы с тобой в одной лодке, Хайтани… Слушать дальше тот не стал. Открыл дверь машины, сел за руль и, разметав снег, рванул с места. Ханма проводил машину неприязненным взглядом. — Ублюдок, — сплюнул он и, развернувшись, поспешил обратно в клуб. Мало кто любил Хайтани-старшего. Впрочем, вообще никто не любил. Такой сволочи с зашкаливающим чувством собственной важности еще поискать надо было. Самому Рану было все равно. У него была задача, и он шел на все, чтобы выполнить ее. Не потому, что таков приказ свыше, а из-за уязвленной гордости. Возможно, не разозли его Тень до такой степени, Хайтани выполнял бы это дело лениво, однако все перевернулось с ног на голову. Поэтому Ран, взбешенный и помрачневший, после возвращения в Японию не находил себе места. Стратегия все не выстраивалась, и он не знал, откуда начать, чтобы вернуться к истокам и вновь выйти на след Тени. На самолет до Токио за два дня после той ситуации в отеле, где, как сообщили источники, укрылся преступник, не садился никто подозрительный. Никаких особо выделяющихся мужчин, никаких странных женщин. Ничего и никого, кто мог бы привлечь внимание спецслужб. Тень как сквозь землю провалился. Но ведь так не бывает. А вот если его убил работодатель и бросил где-нибудь в реке Обь, тогда уже точно ничего не изменить. Но пока оставалась вероятность, что тот жив, Хайтани был намерен искать его. Дома, после горячего душа и двух стопок водки, бутылку которой ему вручили еще в первый день его прилета в Новосибирск, Ран растянулся в постели, закинул руки за голову и запустил глубокий мыслительный процесс. Об этом способе знали многие его сослуживцы. Чтобы хорошенько все обдумать, Хайтани требовалось несколько часов абсолютной тишины и полного уединения. Он мало что записывал, чаще работал только памятью, а она у него была отменная. Так вот лежа на кровати, капитан начал с того, что мысленно перебрал все досье на Тень. Скудненько, конечно, но лучше, чем ничего. Предполагалось, что Тень — мужчина среднего роста и щуплый, как те люди, которые проводят за компьютером сутки за сутками. Это был лишь приблизительный портрет, так как никто его не видел. Но черт бы с ней, с внешностью, вот если бы отследить хоть какой-то «почерк», стало куда проще. Хайтани прокрутил в голове все те случаи взлома систем, но они не имели между собой ничего общего. Тень был осторожен или же… Ран резко сел. Потянулся за мобильником, брошенным где-то в ногах, набрал начальника, и тот автоматически выдал: — Штаб разведки Управления национальной обороны… Тьфу ты! Хайтани, чего тебе? Время хоть видел? Раздражать начальника — это особое удовольствие, которое порой отвлекало от скучной обыденности. Но сегодня Хайтани было не до шуток. — Что если у Тени все-таки есть напарник? — сказал он. Глава разведывательного штаба полковник Хаядзи тяжело вздохнул и, судя по всему только что разбуженный, включился в беседу неохотно. — Если бы он работал с напарником, не был бы таким тихим. Говорят, один из пары все равно наследит. Рано или поздно. — Вот он и мог «наследить», — поддержал мнение начальника Хайтани. — Погоди-ка, — встрепенулся полковник. — Имеешь в виду, что тот, кого ты выследил в отеле, вовсе не он? — Это фальшивка. Как я сразу не понял? Тени там и не было. Кто-то подсунул ложную информацию. Это мог быть один из тех, кто помогает Тени, кто-то, подосланный американцем — отвлекающий маневр. Точной информации на Тень мы все равно не имеем, поэтому его внешность не показалась мне странной, хотя рост был почти одинаковым с моим. Теперь понимаю, что шел по ложному следу. Черт подери этих ублюдков… — нервно растрепал волосы Хайтани и, поднявшись с кровати, прошелся по комнате. За огромным окном кружил снег. Игнорируя то, что пояс его халата развязался, Ран привалился к холодному стеклу плечом. — Буду в штабе завтра с самого утра. Придется все сначала… — Не напрягайся так, капитан. Дам тебе лучших людей, так что… — Только Риндо. — Опять ты за старое? — Я и не менялся. — Я говорил тебе, Хайтани, доведешь меня — выгоню, нахрен, из разведки. Понял? — Спокойной ночи, полковник… — Возьми себе людей! Это приказ, слышишь, Хайтани? — выкрикнул Хаядзи, но Ран дал отбой и, опять бросив телефон на кровать, пошел вниз, чтобы выпить еще. Голова трещала от недосыпания, а если он ляжет на трезвую, сон будет поверхностным. Следовало уладить этот момент. Хайтани привык так жить…