Стокгольмский синдром

— Йо, ты оглох?! Анна появилась перед лицом Асакуры-младшего, который уже пару минут, не моргая, мешал ложкой кофе. От такого резкого появления он испугался и инстинктивно отпрянул, опираясь на спинку не самого надёжного стула, и чуть не упал, да вовремя руками за стол схватился. — Нельзя же так пугать… — вздохнул шатен, возвращаясь в прежнее положение, а невеста села рядом. Большая часть их компании уже позавтракала, и в кафе, за привычным столиком, остался только Йо, Анна и Рен, который пристально следил за другом, впрочем как и вчера. — Сегодня у тебя первый поединок после долгого перерыва, а ты такой несобранный. А круги под глазами — будто ты и вовсе не спал всю ночь, — Анна, помешивая кофе, читала нотации, но в её голосе было и искреннее беспокойство. — Что-то вчера случилось после того, как мы разошлись? — спросил Рен, опираясь локтями на стол, пристально глядя на Асакуру. Йо сглотнул, уставился в янтарные глаза друга как олень, ослеплённый светом фар. Он был напуган. И Рен это понял. — Нет. Всё нормально, — заставив себя отвести взгляд, чтобы окончательно не выдать себя и не рассказать под пристальным взглядом всю правду, Йо натянул привычную улыбку. «Всю правду? Это что? Что я не смог сопротивляться Хао, позвать на помощь и наслаждался минетом от него… Наслаждался?! Чёрт…» — вспомнив ощущения, взгляд Хао, в паху томно затянуло, а Йо лишь прикрыл глаза ладонью, стыдливо от того, что вообще вспоминает об этом. Он вчера так и не кончил, но, может, это и к лучшему — ещё одно моральное падение шатену ни к чему. Йо не видел близнеца уже несколько дней. И его это безусловно устраивало: не надо было тратить силы на ненависть, неприятные разговоры, терпеть издёвки и… полыхать от сексуальных домогательств. Хотя приходилось отбиваться ещё на одном фронте. Как считал младший Асакура, на Анну нашло странное наваждение. Теперь она хотела проводить с ним время чаще, касаться его, целовать и даже заниматься сексом. Когда они переспали несколько раз, Йо понял, что таким образом он хотел забыть, стереть, вырвать из своих воспоминаний — телесных и умственных — всё то, что сделал с ним Хао. То насилие и то соблазнение. Потом стала понятна мотивация Анны. Из Изумо пришло письмо: род Асакура хотел наследника, и желательно, чтобы они занялись этим сейчас, пока не случилось чьей-либо смерти. Хотя, конечно, вера в Йо была сильна. Он показывал отличные результаты, несмотря на то, что в душе чаще и чаще была тревога, будто что-то на него надвигалось. Буря. Йо вернулся с ужина самым первым. Принял душ, тщательно смывая с себя пот и грязь после сегодняшнего боя. Он так много раз падал в пыль песка, что вскоре перестал замечать весь свой потрёпанный вид. Удивительно, что Анна его так в кафе пустила поесть, не отчитав даже… хотя сейчас ей не до этого, она, видимо, занята планированием будущего для поколения Асакур. Не хотелось об этом думать. Тоска наваливалась на грудь, и, тяжело вздыхая, шатен тянулся к струям воды, что лились сверху из старых труб. В комнате ещё никого не было, да и ребята изъявили желание порадоваться победе, а после посмотреть на ночной бой команды Рена. Вот только лидер Фундбари Осэн предпочёл отдых. За окном собирались грозовые тучи. Йо посмотрел на облака с небольшим беспокойством: как бы ребята не простыли. Да и о себе стоило позаботиться. Йо закрыл окно, и стало совсем темно, зато холодный ветер не станет задувать так сильно. «Надо было сначала включить свет», — закатив глаза, Йо себя слегка пожурил. Хотя есть ли в этом смысл? Он всё равно собирался поспать. — Будет буря, — слышится насмешливый голос в темноте. За деревянными ставнями, в щелях, мелькнула молния, и Йо развернулся. Под звук грома в темноте Йо различил силуэт Хао у стены, хотя его лицо ещё не было так чётко видно из-за глаз, не привыкших к полной темноте. — Что ты здесь делаешь? — голос твёрд, серьёзен и требователен к ответу. За эти дни Йо успел оклематься от своего страха, хотя кожа покрывается мурашками, стоит услышать смешок от старшего брата. — Ты знаешь, зачем спрашивать, — голос Хао обманчиво заигрывающий, непонятно, в каком он настроении на самом деле и что захочет сделать. — Уходи, — продолжает младший, сжав кулаки, пытаясь найти в этом опору и уверенность. — Разве ты по мне не скучал? — под приближающимися шагами скрипнул пол. «Главное — не отступать», — убеждает внутренний голос. — По тем ощущениям, которые я подарил тебе в прошлый раз… — он приближался. В голове вновь вспыхнули воспоминания. Ах как же Йо хотел потерять память, забыть об этом, а ведь на время даже получалось. — Йо… — горячий шёпот около губ, а шатен ничего не видит. Он зажмурился, не желая смотреть в глаза, которые его пугали. — Уходи, — снова говорит младший, но уже не столь уверенно. К его щеке мягко прикасаются пальцами в перчатке. Дёргаясь, младший отстраняется. Отступает назад, почти бежит, но натыкается спиной на стену, а горячие ладони нагоняют и проводят уже по шее. Ещё чуть-чуть — обхватят и задушат. — Всё будет зависеть от твоего поведения, — хмыкнул длинноволосый, чувствуя под руками кадык и разыгравшийся пульс артерий. Йо обхватил запястья Хао пальцами, не открывая глаз. Сжимает, отводит их от себя довольно легко, если учитывать, что близнец не сопротивляется. Надежда зарождается в мозгу, хотя нутро чувствует, что это обман. Так и есть: Хао не отступает, как и всегда. Умоляй, проси, угрожай, отбивайся — всё равно. Он напирает и берёт то, что хочет. Омедзе отводит руки от шеи, но опускает их на бёдра в длинном халате и сам тянется телом вниз. Йо тут же распахнул глаза. Хао перед ним на коленях, смотрит вроде снизу вверх, а ощущение превосходства остаётся за ним. — Что ты… — Глупый вопрос. Хватит уже. Ты и так знаешь, — чуть раздражённо отозвался повелитель огня, ведя руками по бёдрам, забираясь под халат, а затем медленно вверх до паха. — Снова без белья… Предусмотрительно. Йо хватает руки Хао через халат, старается его остановить, потому что его одолевает снова… стыд, жар и страх. На самом деле держал руки он довольно слабо. В мозгу пульсировало от воспоминаний губ близнеца на члене, и сейчас… ожидал тех же приятных ощущений, что тогда. «Господи! Да что я несу! Нет! Это должно прекратиться немедленно!» — Так тебе настолько понравилось? Что ж, я польщён, — хмыкнул Хао, в его голосе слышалась издевка. Отодвинул халат в сторону и прикусил внутреннюю часть бедра. Йо только тихо прошипел от боли и схватил близнеца за волосы на макушке, по инерции отодвигая от себя. Но рука Хао уже обхватила его член, который сразу отозвался томительной истомой удовольствия и желания. — Не так, братец, — хмыкнул сидящий на коленях, водя плотным кольцом пальцев по плоти младшего. — А вот так. Поучительный шёпот, от которого Йо хмурится, вместе с тем пытаясь сдерживать стоны, заставил его глянуть на близнеца вниз. Хао положил свободную руку на ту, что сжимала его волосы, и сам притянул себя ближе к члену, чтобы тут же открыть рот и слизать выступивший эякулянт. Йо чуть воздухом не поперхнулся. «Да что в конце концов делает этот псих?!» — кричал внутренний голос, пока внешне Йо закусывал губу, чтобы не стонать. Рука на затылке Хао ослабла, он хотел отпустить его, но сам повелитель огня своей рукой заставлял делать обратное — использовать его рот как самое запретное удовольствие на земле. Он вбирал член полностью, втягивая его в себя, проходясь языком по венам, и, чёрт возьми, не скрывал того, что сам стонет от этого. «Извращенец!» — думал Йо, но вид врага на коленях, с членом во рту, дарил такие немыслимые ощущения, что он думал, что чокнется. «Нет, нет, нет, я не могу… Не могу кончить от минета Хао, это будет позорно! Это… Фу! Подумай о чём-нибудь другом! Об Анне. Да, можно представить её и…» Йо откинул голову и прикрыл глаза, не желая видеть, как Хао измывается над ним. Действительно представив свою невесту, он было почувствовал себя морально легче. Но тут… Ногти впились ему в живот, пробравшись сквозь ткань халата, и заскользили вниз, очерчивая красные, почти кровавые следы. От неожиданности Йо вскрикнул от боли, а время неги улетучилось, потому как старший поднялся и заглянул ему в глаза. Тут же захотелось сжаться в комок. По щеке прилетела звонкая обжигающая пощёчина, и Йо снова задрожал от страха, прикладывая руку к лицу, пытаясь успокоить полыхающую кожу. — Не смей думать о ком-то другом, — процедил Хао сквозь зубы угрожающе. Его лицо перекосило не усмешкой, а самой настоящей яростью, которая пугала Йо до одури. У него задрожали колени, хотелось толкнуть спиной стену и провалиться сквозь неё, чтобы уйти от этого контакта. Хао смотрел испуганному близнецу в глаза и постепенно смягчился, снова показывая усмешку. — Я не хочу ссориться, Йо. Но это действительно неприятно. Я же трачу на тебя столько сил… — указательный палец смахнул со лба близнеца пару прядей. — У… уходи, — дрожащим голосом, совсем не так, как хотелось бы, произнёс младший. — Оставь меня в покое… — Не могу. Я же обещал тебе, Йо. Что буду приходить, — легко повёл плечами огненный, будто они обсуждают погоду и всё происходящее не зависит от Хао. Кожу на животе жгло от следов ярости близнеца, а глаза щипало. — Зачем… ты это делаешь? Хао не ответил. Его рука снова опустилась к плоти брата, который почти потерял своё возбуждение, и обхватила в кольцо. Движения возобновились, а Йо завертелось головой и зажмурился, желая просто исчезнуть. Прекратить это всё. Старший вжался в него своим телом. Неспешные поцелуи обрушились на шею Йо, рука двигалась по члену, снова доводя до исступления, от которого Асакура-младший готов был разорваться на две части — физического удовольствия и морального отвращения. Стоны непроизвольно вылетали из плотно сжатых губ смазанным мычанием и тяжёлым дыханием на ухо Хао. «Ещё чуть-чуть… ах» Он уже был на пике, ногти поскребли по стене, а Хао вдруг поймал его губы своими, накрывая и остервенело целуя. Йо на границе оргазма принял это, открыв рот в стоне, хоть и не ответил. Содрогнулся всем телом, выгибаясь навстречу, и тяжело выдохнул, когда всё кончилось. Послышались шаги по лестнице, и Хао отнял руку и отстранился, облизывая пальцы от семени брата. Йо наблюдал за этим, сбито дыша, удерживая себя с трудом на ногах. Ручка двери дёрнулась, но сама дверь не поддалась. — Эй, Йо, ты там? — спросил Рио. Шатен вздрогнул от испуга быть замеченным в раскрытом халате, полуголого, после оргазма, тем более что Хао ещё никуда не ушёл. Тот скучающе смотрел на то, как дёргается ручка двери и сюда пытаются зайти. — Я.. Да, тут. Сейчас! Дверь заклинило, похоже, — подал Йо голос, стараясь быть непринуждённым, но, смотря на Хао, всё ещё находился в оцепенении. Ещё раз облизав пальцы от спермы, Хао повернул голову и устремил взор на брата. «Тебе нужна отдельная комната. Я даю тебе три дня на то, чтобы ты отселился». Йо вздрогнул от телепатического послания. Три дня? Отселиться? Отдельная комната? «Не хочу, чтобы нам мешали», — продолжалось в голове со смешком. В дверь продолжали барабанить и дёргали ручку так, что она ходила со скрипом в старой двери. Йо быстро запахнул халат, подбегая к двери, не помня, чтобы на ней вообще был замок. Да его и не было. Хао держал дверь только на силе своего фурьёку. — Проваливай! Не буду я никуда отселяться! — зашипел Йо, берясь за ручку. — Сейчас открою, — произнёс он громче для друзей за дверью. Он вздрогнул от прикосновения к талии. В этом движении Хао обнял его, но надавил на алые следы своих ногтей под тканью халата. — Тогда я убью Анну, — прошептал он и исчез.