Тот, кого нет

В покоях приглушенно горели свечи, прикрытые витражными колпаками. Они отбрасывали на стены причудливые тени, и Шэнь Юаню казалось, что среди цветных квадратов, тень Бинхэ выглядела особенно жалкой. Слишком несуразно покорной, для лжеца и тирана. Он глубоко вдыхал запах пчелиного воска и дымящих курильниц, сидя на шелковых простынях. Замечая, что Бинхэ вновь собирается поднять голову, Юань шикает: —Нет. Я не разрешал тебе подходить ко мне, — юноша поджимает губы, и Бинхэ тут же покорно сникает. Шэнь Юань до безумия напоминал Цинцю в гневе. Ему не нужно было делать абсолютно ничего, чтобы разбередить старые раны Бинхэ. Он натыкался взглядом на холодный взгляд из под ресниц, брезгливо наморщенный нос и поджатые губы, и сжимался в комок, бессильный перед своим прошлым. Как побитая собака, абсолютно непонимающая, что сделала не так. —А-Юань... Пожалуйста, умоляю тебя, — Ло Бинхэ вьется в изножье кровати, кладя ладонь на одеяло, и тут же получая по ней шлепок, болезненно зашипев, отступая. — Я извинюсь, как ты того захочешь, прошу, посмотри на меня. —О, вернешь меня обратно в больницу? — Шэнь Юань выгибает бровь, окатывая Бинхэ новой порцией холода. Тот становится похож на ребенка: потупив взгляд, юноша старается выглядеть как можно более виноватым, искоса поглядывая на А-Юаня, проверяя, не сжалился ли тот еще над ним. Будучи безраздельным властителем двух миров, Ло Бинхэ еще никогда не приходилось переживать такого унижения. И ему нравилось унижаться для Шэнь Юаня. Нравилось виться в ногах, нравилось изображать виноватый взгляд, нравилось театрально страдать. Это удерживало внимание А-Юаня на нем, и Бинхэ чувствовал, что тот не мог долго злиться в такие моменты. Ему нравилось иметь власть, не прикладывая ни грамма физической силы. Нравилось получать ласку за свою личную ничтожность. —А-Юань, у меня не хватит сил, — он жалобно поскуливает, ощущая, как на уголках глаз выступили слезы. Редкая для него возможность. Бинхэ не умел плакать специально. —Хватит врать, — Юань рыкает на юношу, сам пугаясь своего тона. Он пребывал во дворце второй день, и был в полном шоке, когда Бинхэ пронес его в этот мир через разлом синьмо. Голова нещадно трещала в результате перехода, да и сам Шэнь Юань впервые в жизни пережил паническую атаку, начав задыхаться прямо в тронном зале, все сильнее сгибаясь, чувствуя, как нечто невидимое давит ему на грудь. Бинхэ в тот день едва не отдал душу, созвав всех врачей дворца. С горем пополам, но Юаня привели в чувства. Впрочем, после этого помощь врачей окончилась. Несмотря на то, что рука висела как плеть и болезненно ныла, никто не собирался ему помогать, осматривать его, или лечить. Вся стайка в белых накидках раболепно лебезила перед Бинхэ, стирая платочками пот с его лица, пока сам юноша лениво отмахивался. Бинхэ не хотел ничего объяснять. Шэнь Юань видел, как перед ним уважительно расступались, видел, как слуги шустро мельтешили, разнося слухи. Неизвестность давила, заставляя испытывать тревогу. Он не понимал, где оказался, кем на самом деле являлся его ночной гость, и что происходило. Бинхэ же, будто добив гвоздь в крышку гроба, внезапно подхватил его за талию, внося в ближайшую комнату и усаживая на кровать, затем запирая снаружи. Сколько Юань не выл, Бинхэ не вернулся ни через час, ни через два. Лишь позже одна из девочек-горничных села под дверь, поделившись с ним новостью: лорд Ло разгромил мятежников, которые хотели его убить. Юань взамен рассказал о другом мире. О больницах, университетах, и колесе обозрения. Оба остались довольны. Бинхэ вошел в комнату под вечер. От него пахло чем-то цветочным, но никак не кровью врагов. "Только что мылся" - подметил Шэнь Юань. Юноша пытался к нему приласкаться, как в былые времена, но Юань, обладая должным упрямством, не пустил его на кровать, оставив Бинхэ ночевать на полу несмотря на все увещевания. На утро тот исчез, и вечером пришел снова, валяясь в ногах и вымаливая прощение, отказываясь отвечать на вопросы. —Шэнь-гэ, я бы никогда тебе не соврал, — Бинхэ жалобно кладет голову на простынь, не рискуя придвигаться ближе, опасаясь получить шлепок. —Потому что не стал бы утруждать себя объяснениями? — Юань отодвигается немного дальше, ерзнув на постели. Он сомневался, что Бинхэ действительно врет, и не привык общаться с ним в подобном тоне. Шэнь Юань в последние двое суток в принципе слишком часто ловил себя на мысли, что очень плохо знаком с этим человеком. Он не знал о Ло Бинхэ ничего: ни места, где он родился, ни как он оказался в больнице, в то время как сам Бинхэ знал о нем слишком многое. Юань корил себя за невнимательность и поверхностность, однако кусать локти было поздновато. Он хотел вернуться в привычную обстановку, хотел еще раз увидеть свою семью, и для этого ему стоило придушить свой плаксивый инфантилизм. —Я правда готов все объяснить, если А-Юань всего лишь позволит мне сесть на кровать, — Бинхэ продолжает свою игру. Пожалуй, если бы он был псом, его уши сейчас были бы плотно прижаты к макушке, и он разрывался бы жалобным скулежом. Стоит ли говорить, что он абсолютно не испытывал какого-либо раскаяния. Бинхэ почти никогда не действовал необдуманно - он предполагал подобный сценарий, и планировал действовать так, как обычно действуют с диким животным: постепенно, шаг за шагом, вторгаться в личное пространство, пока для Юаня это не станет привычкой. Наблюдая, как юноша мнется, Бинхэ покорно опускает взгляд, глядя из под ресниц, наконец получая желаемое: —Садись. Ло Бинхэ не нужно упрашивать дважды: он опирается руками на матрас, подтягиваясь и удобно примащиваясь к резному изголовью кровати, подбирая к себе ноги. Он расплывается в улыбке, еще больше напоминая пса, но в этот раз довольного, виляющего хвостом. —Теперь изволь, — Юань смотрит выжидающе, будто бы ощущая напряжение лишь от того, что они сидят рядом. —Этот Бинхэ посчитал, что А-Юаню не предоставляют достаточно хорошего лечения в том месте, поэтому решил немного помочь, — юноша отводит взгляд в сторону, изображая смущение. Это могло бы выглядеть мило, если бы не то, что Бинхэ был многим выше Шэнь Юаня и обладал намного более крепким телосложением. Ни его репутация, ни его внешний вид не предполагали, что подобный человек вообще мог бы чего-то смущаться. Юань не находит в себе сил на ответ. Комок гнева и обиды, пульсирующий в его груди все это время, распадается, оставляя лишь бессильную пустоту. Он не был слишком умен. Однако даже он понимал, что истинный мотив Бинхэ заключался не в этом. Впрочем, есть ли смысл продолжать этот разговор, если его ночной гость в любом случае будет изворачиваться, хлопать ресницами, и скрывать все, что могло бы выставлять его в плохом свете? Шэнь Юань плохо разбирался в людях. Однако поведение Бинхэ напоминало ему извращенную версию кокетства. Как если бы флиртовать пытался человек, не смыслящий в этом ни капли. Впрочем, Ло Бинхэ расценивает эту паузу по-своему. За пару минут молчания он успевает придвинуться ближе около двух раз. Не получив за то наказания, он предпочитает считать, что пыл чужого сопротивления угас. А-Юань был очень отходчивым, поэтому было неудивительно, что его возмущение не продлилось долго. Бинхэ валит его на кровать придавливая за чувствительное плечо. Он осматривает чужое лицо, глядя в напуганные глаза, и ощущает внезапное для себя умиление. Такой беззащитный. Бинхэ было даже не обязательно трогать пострадавшую руку своего объекта воздыхания - А-Юань все равно не мог бы оттолкнуть его ей, или даже элементарно поднять ее. Всего одно нажатие на корпус, и Шэнь-гэ уже лежит под ним, распластанный на перине, раскрасневшийся и немного напуганный. Бинхэ наслаждается его первой реакцией - замиранием, кое свойственно всем жертвам. Он пользуется этим, склоняясь ниже, немного склоняя свою голову вбок, чтобы коснуться чужих губ. Сухие. Бинхэ не удерживается, посасывая нижнюю, тут же заставляя Шэнь Юаня отмереть, возмущённо затрепыхавшись. Он пытается рвануться назад, или же вбок, разорвать касание, и Бинхэ лениво, будто это совсем не доставляет ему проблем, подкладывает руку под затылок юноши, приближая к себе, не позволяя отстраниться. —Мхинхэ! — Ло Бинхэ прекрасно знает, что А-Юань пытался произнести его имя, однако ему нравится думать, что это движение губ в поцелуе было инициативой, подтверждением того, что Шэнь Юань тоже хотел, чтобы его поцеловали. Он не пытается влезть в чужой рот языком, боясь получить укус. Боль не страшна, однако это разрушило бы картинку мнимой добровольности, за которую Ло Бинхэ так держался. Он продолжает ласкать губы Шэнь-гэ, ощущая, как сердце бьётся быстрее, и внизу живота завязывается тугой ком. Он так давно хотел этого. Он мечтал. И сейчас, наконец-то, мог себе позволить. Шэнь Юань продолжает виться под ним, издавая глухие помыкивания, однако Бинхэ нравится думать, что это смесь тихих стонов и смущения. Грохот. Откуда-то сверху слышится оглушительный грохот, и Юань замирает, видя, как с потолка летит пыль. Проходит меньше минуты, и запах курильниц перебивается запахом пороха, пыли и дыма. Это заставляет Шэнь Юаня нахмуриться. Разве по словам служанки мятежники не были разбиты в пух и прах? Кто тогда это? —Извини, я скоро вернусь и мы продолжим, — Бинхэ хмурится, явно испытывая раздражение. Для него любой соперник, будь то человек или демон, был мелкой сошкой. Бой будет коротким. Однако он был недоволен самой необходимостью отвлечься от дорогого А-Юаня, к которому Бинхэ только-только нашел подход. Он выходит за дверь, запирая ее и оставляя на входе ту же служанку, что и вчера. Она была молода, довольно болтлива и ласкова, часто развлекала А-Юаня разговорами и приносила еду. В голове Шэнь Юаня эхом отражается "И мы прожолжим". Он садится на кровати, замирая на пару секунд, чтобы потом сползти с матраса, метаясь по комнате. Он не хотел продолжать. Уж точно не сейчас, и точно не с лжецом и тираном. Нужно было что-то придумать. И его внезапно осиняет. Шэнь Юань подходит к шкафу, надеясь найти в нем что-нибудь, что могло бы ему помочь, и, выцепляя длинное ханьфу с широкими рукавами, радуется своей удаче. Ему нужно было чем-нибудь закрыть руку, чтобы не так сильно выделяться при побеге. Если подумать, ему чертовски повезло со внешностью. Черные волосы и средний рост были здесь у каждого второго. Если скрыть единственную выделяющуюся черту в виде больной руки - искать среди местных его будут долго. Юноша обводит комнату взглядом, замечая гипсовую статуэтку двух фениксов, переплетающихся между собой. Идеальный вариант. Он становится около дверного косяка, ожидая нового грохота, и тот не заставляет себя ждать. Юань вскрикивает, привлекая внимание служанки, начиная закашливаться и хрипеть. Как во время панической атаки, в первый день. —Молодой господин, с вами все хорошо? — девушка тревожно мнется у двери. —Мне очень плохо, — он прерывается, чтобы изобразить новый приступ глухого, удушливого кашля, будто бы ему было сложно вдыхать. — Как тогда, когда Лорд Ло принес меня сюда. Пожалуйста, воды! —Сейчас! Юань хмыкает, ожидая, пока дверь откроется. Когда девушка входит, он наносит статуэткой один удар по затылку, разбивая фениксов вдребезги, ощущая, как нечувствительная рука неприятно дёрнулась. Служанка пару секунд шатается, затем оседая на землю без чувств, и Шэнь Юань морщится от лёгкого укола вины, тут же пресекая это. Будет уроком за наивность. Он шустро набрасывает на плечи ханьфу, ожидающее на постели, и тупит взгляд вниз, стараясь не слишком светить лицом. В коридоре царит настоящий хаос: и люди, и демоны носятся из стороны в сторону, откуда-то слышится лязг оружия, и Юань старается идти быстрее. Ему нужно окно. Всего лишь одно окно. Он находит искомое быстро. Сильно толкнув здоровой рукой створки, Шэнь Юань выглядывает, смотря вниз. Вроде невысоко. Он опирается здоровой рукой на подоконник, садясь на него и перебрасывая ноги, спрыгивая. Впрочем, отсутствие второй рабочей руки немного осложняет ему жизнь: по привычке попытавшись на нее опереться, Шэнь Юань вновь ощущает неприятное сокращение мышц, заставляющее руку дёрнуться, и, не получив опоры, перекатываясь вперёд, утыкаясь носом в землю. Поднявшись, Юань вздыхает, оглядываясь на дворец. Ему было страшно уходить, учитывая, что он абсолютно не знал местности, не знал этого мира, однако рядом с Бинхэ его не ждало ничего хорошего. В конце концов, он сможет вернуться домой, или же найдёт хорошее место, где сможет устроить свою жизнь. Шэнь Юань находит собачий лаз под каменным забором, пролезая и выходя на проселочную дорогу. В конце концов, Ло Бинхэ ведь не всемогущий, чтобы достать его где угодно, правда?