Тишина в двух лицах

— Вылезай! — крикнула Оля, вышибая свою дверь плечом. — Бежим в туман! Аня, парализованная страхом, не двигалась. Существо снова било головой в стекло. Трещина превратилась в дыру. — АНЯ, ХВАТИТ ЗАЛИПАТЬ НА НИХ. ВЫЛЕЗАЙ! СЕЙЧАС ЖЕ! Крик Оли встряхнул ее. Аня рванула за ручку, вывалилась на асфальт и, спотыкаясь, побежала за подругой. Они нырнули в белую стену тумана, оставив «Синий Феникс» на растерзание скрюченным фигурам. Бежали они недолго. Дышать было тяжело — пепел забивал рот и нос. Вскоре они выбежали на какую-то улицу с покосившимися домами-призраками. Вывески едва читались. Все было покрыто слоем пепла, ржавчины и мха. — Стой... не могу больше... — Аня прислонилась к кирпичной стене, давясь кашлем. Оля оглядывалась, сердце колотилось как бешеное. Туман скрывал все дальше десяти метров. Тишина была абсолютной, давящей. — Ладно. План «А», — сказала Оля, пытаясь говорить бодро. — Находим полицию, телефон, большую палку и кофе. В таком порядке. — План «Б»? — спросила Аня, вытирая слезы страха с щек и размазывая пепел по лицу. — Плакать и обниматься. Но сначала план «А». — Решительно сказала Оля, пытаясь подбодрить подругу. Они двинулись вдоль улицы. Оля подняла с земли ржавую трубу. — Мое первое оружие. Назову его «Убедитель». — Будешь убеждать тех детей не жрать нас?, — проворчала Аня, но уже с тенью улыбки. Они наткнулись на кафе «Тихое эхо». Дверь была заперта. Оля, недолго думая, разбила стекло «Убедителем». Внутри царил хаос: перевернутые стулья, прилавок, покрытый толстым слоем пепла. И запах — сладковатый, гнилостный. На стене висел старый дисковый телефон. Оля сняла трубку. Мертвая тишина. Она несколько раз дернула рычаг. Ничего. — Электричества нет, — констатировала она. — Иди ищи большую палку, а я поищу кофе. Хотя бы банку. — Во-первых, ты капитан очевидность, во-вторых генерал в юбке. Спасибо за указания к работе, — с долей сарказма и раздраженности после пережитого, пробормотала Аня, не пытаясь как-то задеть подругу. Аня осторожно двинулась вглубь зала. За прилавком она увидела дверь в подсобку. Дверь была приоткрыта, за ней — темнота. — Генерал Ольга, тут есть... Она не договорила. Из темноты подсобки донесся звук. Глухой, тяжелый, мерный. Тук. Тук. Тук. Как будто кто-то бился головой о стену. Аня замерла. Звук приближался. Из тьмы на свет выступила фигура. Это была медсестра. Вернее, пародия на нее. Грязный, залитый кровью халат. Лицо отсутствовало — на его месте была лишь гладкая, выпуклая плоть, без глаз, без рта, без носа. Голова неестественно выгнута назад. И она двигалась, странно подрагивая, судорожными рывками, издавая тот самый звук — тук — когда ее голова моталась и стукалась о невидимые преграды. В руке она сжимала огромный, заржавленный скальпель. Медсестра повернула свою «голову» в сторону Ани. И, несмотря на отсутствие глаз, Аня почувствовала на себе ее взгляд. Полный слепой, ненасытной ярости. — Оль... — прошептала Аня, отступая. — Где там твой «Убедитель»? Медсестра рывком рванулась вперед, скальпель блеснул в тусклом свете. Аня вскрикнула и отпрыгнула за стойку. Существо, не снижая темпа, с размаху врезалось в прилавок, но тут же, с тем же рывком, изменило траекторию и пошло в обход. — ОЛЯ! Оля выскочила из-за угла с ржавой банкой кофе в одной руке и трубой в другой. Увидев медсестру, она ахнула. — Блин, Ань, я знала, что тебе не нравятся медсестрички, но это уже слишком! — МОЖЕТ, ПОШУТИШЬ ПОЗЖЕ? — завопила Аня, перекатываясь через стул, чтобы избежать взмаха скальпеля. Оля метнула банку кофе. Она угодила медсестре прямо в «лицо» с глухим стуком. Существо на мгновение замерло, его голова дернулась сильнее. Этого мгновения хватило. Оля, разбежавшись, со всей силы ударила «Убедителем» по руке, в которой был зажат инструмент. Раздался сухой, костлявый хруст. Скальпель с лязгом упал на пол. Но медсестра не остановилась. Она просто потянулась к нему другой рукой. — Улепётываем отсюда! — скомандовала Оля, хватая Аню за рукав. Они вылетели из кафе обратно на улицу, в пепел и туман. За спиной они слышали тот же стук, но теперь он звучал быстрее, яростнее. Монстр не отставал. Они свернули в первый попавшийся переулок, потом в другой, петляя между зданиями, пока наконец звук не затих вдали. Прислонившись к стене, они отчаянно ловили ртом воздух. — Так... — выдохнула Оля. — Кофе я нашла. Палка у меня есть. Телефон — мертв. Полиции — ноль. Переходим к плану «Б». И она обняла дрожащую Аню. Та прижалась к ней, тихо всхлипывая. — Я не хочу умирать в городе, где нет даже нормального кофе, — сквозь слезы пробормотала Аня. — Умрем вместе, — пообещала Оля, гладя ее по спине. — Но сначала найдем способ убить эту тварь. У нее явно проблемы с шеей. Нужно этим воспользоваться. Вдалеке, сквозь пелену тумана и пепла, прорезался протяжный, леденящий душу гудок сирены. И мир вокруг них начал меняться. Стены домов потекли, как воск, обнажая ржавое железо, плоть и колючую проволоку. Пепел сменился хлопьями гниющей кожи. Ад только начинался.