Феликс Фелицис

Магистр Зельеварения Северус Тобиас Снейп спустился с трибуны под бешеные аплодисменты. Только что он открыл юбилейную двухсотую Всемирную конференцию зельеваров докладом о зельях ментальной направленности и представил собравшимся свою новейшую разработку. Новое зелье носило сложное название, было направленно на устранение особо тяжких повреждений центральной нервной системы, полученных в результате тёмных проклятий, и являлось результатом напряжённого кропотливого труда, которому он посвятил последние пять лет своей жизни. И вот теперь его детище было оценено по достоинству. Ему рукоплескали мэтры Зельеварения со всего мира. Это был оглушительный успех. Не скрывая широкой улыбки, Северус посмотрел на Винченцо и Алессандро — своих учителей. Людей, которым был обязан в этой жизни если и не всем, то очень многим. Те буквально сияли от гордости за своего ученика, и для Северуса это делало сегодняшний триумф ещё более ценным. Вспышки колдокамер слепили глаза, от громоподобных аплодисментов и изредка перекрывавших их поздравительных возгласов звенело в ушах, и он испытал истинное облегчение, когда на трибуну наконец-то поднялся следующий докладчик, заставив шум смолкнуть. Увы, это выступление оказалось довольно скучным, и лично для Северуса ничего нового не содержало, и он украдкой открыл буклет с перечнем тем запланированных докладов и списком приглашённых на конференцию мастеров. Бегло просмотрев фамилии последних, он даже не удивился, увидев, что, как и все последние годы, Дамокл Белби остаётся единственным представителем Англии на этом мероприятии. Ну что же, это было закономерно: борьба за власть между темными и светлым, неимоверное количество запретов на всё подряд и, как следствие этого, упадок образования сделали своё дело. Вот и выходило, что в силу разных причин прежних специалистов английское магическое сообщество растеряло, а новых так и не вырастило. Для Северуса это было наглядным подтверждением того, что покинуть Туманный Альбион стало лучшим и самым правильным из принятых им в жизни решений. Из Англии Северус уехал на следующий же день после знакомства с сеньором ди Адамо. С Винченцо. Отбыл вместе с ним тем же порталом. Большую часть ночи накануне отъезда они провели за обсуждением зелий и разбором придуманных Северусом новых рецептов, и Винченцо так впечатлился его способностями, что клятвенно пообещал, что его новому знакомому найдётся место во Флорентийской академии. И слово своё он сдержал. И с Алессандро Медичи — легендарным главой академии — лично его познакомил, и выдающиеся таланты своего нового подопечного сверх всякой меры превознёс, и на первых порах в незнакомой стране устроиться помог. В итоге Северуса не только зачислили на первый курс, даже не став дожидаться результатов экзамена, но и назначили ему стипендию, как чрезвычайно перспективному студенту. Естественно, такие поблажки были сделаны не даром. В обмен на льготы и оказанную протекцию он обязался отработать в больнице Святой Франчески по году за каждый год обучения. Северус счёл такие условия не только справедливыми, а даже выгодными. Работать зельеваром в Святой Франческе было престижно, и платили там хорошо. Тем более он знал, что одного таланта мало, и каждый молодой Мастер-зельевар нуждается в большой практике, чтобы набить руку. А где можно получить этой самой практики больше, чем в больнице? К тому же там, как и в академии, была отличная лаборатория, в которой можно было заниматься экспериментами и частными заказами в свободное от работы время. О своём скоропалительном отъезде с родины Северус за истекшие двадцать лет не пожалел ни разу. Он быстро привык и к новой тёплой и солнечной стране, и к её жизнелюбивым, чрезмерно эмоциональным обитателям. Да и не было смысла о чём-то сожалеть, раз на родине его талант не ко двору пришёлся. Никто его в Англии не ждал, не искал и обратно не звал, и это было к лучшему. Только сразу после отъезда Малфой, глубоко задетый тем, что какой-то нищий полукровка не оценил оказанного ему покровительства, прислал пару полных холодной ярости писем, но этим дело и ограничилось. Ах да, ещё до Северуса дошёл слух, что его судьбой интересовался директор Хогвартса, но в это верилось с трудом. В остальном же… После смерти родителей не осталось в Англии никого, кому он был нужен, и, как довольно быстро выяснилось, ему в новой жизни тоже не нужны были приветы из прошлого. Даже люди, всего лишь за день до отъезда занимавшие все его мысли, полностью утратили свою значимость. Северусу потребовалось совсем немного времени, чтобы признаться себе: будь отношения с Лили для него действительно важны, и он не стал бы хранить Феликс Фелицис два года. Ну а Волдеморт… После того как Северус сам стал случайной жертвой стычки Вальпургиевых рыцарей и стражей правопорядка, его перестала прельщать возможность влиться в ряды сторонников Тёмного лорда. Ну а последующие события только подтвердили, насколько он был прав, отказавшись от такой «заманчивой» перспективы. В Англию после своего отъезда Северус вернулся только однажды — следующим летом, чтобы забрать кое-какие вещи на память и выставить на продажу родительский дом, так и простоявший бесхозным целый год. Дом за это время основательно потерял в товарном виде, да и Коукворт был не тем местом, где обыватели спешат приобрести недвижимость. В итоге сумма вышла не такой уж большой, но вместе со стипендией её вполне хватило на то, чтобы обеспечивать себе более или менее достойную жизнь до тех пор, пока у него не сложился свой круг клиентов, и не начали поступать деньги от частных заказов. Других причин наведаться в родные пенаты у него так и не нашлось. Чем больше проходило времени, тем реже Северус вспоминал, что родными для него когда-то были бесконечные дожди и промозглые серые туманы, а не палящее южное солнце. Поначалу, сразу после отъезда, он покупал английский «Ежедневный пророк» каждый день. Однако с началом занятий в академии частота снизилась до раз в неделю, а после окончания первого курса — до раза в месяц. Где-то в середине второго курса он в последний раз купил очередной выпуск, небрежно пробежал глазами заголовки и, вдруг осознав, что к его жизни всё это больше не имеет никакого отношения, навсегда позабыл о том, что в мире существует такое издание. С тех пор Северус имел достаточно смутные представления о том, что происходит в Англии. Ему это стало попросту не интересно.