Обет телохранительницы (The bodyguard's claim)

Глава 1: Самира У кого-то щиты выкованы из стали. Мой же сшит из колких слов, ледяных взглядов и обтрепанных краев моего терпения. Меньше всего на свете мне нужна еще одна нянька. — Самира, это для твоего же блага, — голос отца скребет по нервам, как наждачка по шелку. Он сидит во главе огромного обеденного стола и сверлит меня взглядом, будто я ребенок, разбивший бесценную вазу. В столовой из красного дерева пахнет старой кожей и благовониями, но ощущается она как тюрьма. — Для моего блага? Ты хотел сказать — для твоего спокойствия, — огрызаюсь я, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. Мои золотые браслеты звенят — пустой металлический звук, эхом отзывающийся в пустоте этого огромного дома. Двери распахиваются, и входит она. Высокая, поджарая и пугающе невозмутимая, Джуд Торрес выглядит так, словно сошла с экрана фильма о постапокалипсисе: кожаная куртка, черные ботинки и аура человека, который может прикопать кого-нибудь в пустыне и успеть домой к ужину. Ее острые серые глаза находят мои, пригвоздив меня, как бабочку к доске. Она здесь не для того, чтобы заводить друзей. — Самира, — произносит она низким, отрывистым голосом. — Я здесь, чтобы обеспечить твою безопасность. Давай пропустим любезности и проясним одну вещь: ты будешь меня слушаться, иначе пожалеешь. О, с ней будет весело. Я какое-то время смотрю на нее, и на моих губах играет медленная улыбка. Слушаться? Ее? Отец уже мечет в меня громы и молнии, безмолвно умоляя не начинать скандал. Но я не могу удержаться. — Вы всегда так приветствуете клиентов? Или только тех, кого заранее записываете в «трудные»? Ее лицо не изменилось, ни единый мускул не дрогнул. Ненавижу это. Люди обычно как-то реагируют на меня: вздрагивают, хмурятся, смеются, — но стальные глаза Джуд лишь слегка сузились, будто она меня уже раскусила. — Только тех, на чье сюсюканье у меня нет времени. — Очаровательно, — бормочу я, откидываясь еще дальше с видом полного безразличия. Внутри же у меня всё кипит. Она выбивает из колеи, и я ненавижу то чувство, когда на тебя смотрят как на проблему, которую нужно решить. — Торрес, вы здесь не для того, чтобы производить на нее впечатление, — прерывает нас отец сухим деловым тоном. — Она знает правила. Она обязана полностью содействовать вашим усилиям по обеспечению ее безопасности. Я закатываю глаза. Слово «содействовать» вызывает у меня тошноту. Неважно, нанял он ее для моей так называемой безопасности или нет, это просто очередной поводок, который он накидывает мне на шею. Джуд Торрес — всего лишь ходячий замок на золотой клетке. — Что ж, позвольте сэкономить вам обоим время, — говорю я, и мой голос звенит достаточно остро, чтобы разрезать это напряжение. — Мне не нужен телохранитель. Мне не нужна защита. И мне уж точно на хрен не сдался кто-то вроде тебя, диктующий мне, что делать. Впервые в глазах Джуд что-то мелькнуло — тень усмешки, будто она подначивает меня продолжать. Она скрещивает руки на груди, и под кожей куртки перекатываются мышцы. — Не нужна я? Ладно. Посмотрим, на сколько хватит этого гонора, когда в дверь постучатся неприятности. Она слегка отворачивается, словно теряя ко мне интерес, и это приводит меня в ярость. — Я не беспомощная девица, которой можно помыкать! — рявкаю я, вскакивая на ноги, и мой голос отскакивает от холодных стен. Джуд наклоняет голову, ее взгляд ровный и нечитаемый. — Я никем не помыкаю, Самира, — на этот раз ее голос звучит тише, но не менее твердо. — Я просто делаю то, что необходимо, чтобы объект оставался на ногах. На мгновение во мне что-то дрогнуло — будто в броне появилась трещина, — но я подавляю это чувство и отвечаю ей ледяным взглядом: — Это мы еще посмотрим.