Нежное молчание

      Уютная атмосфера, приятные разговоры, но всему свойственно заканчиваться с последним тортиком и чашечкой чая. Девочка сидела с почти пустой чашкой и смотрела на всех. Она часто ёрзала и открывала рот, чтобы сказать, но сразу закрывала его, когда кто-то в это время начинал что-то говорить.       Милк доел последний кусочек на его удивление тортика, стал собирать грязную посуду в одну сторону. Брат же обратил внимание на сестрёнку и увидел ее уверенность, наклонился к ее ушку и что-то прошептал. Кэнди кивнула. —Папа? — неуверенно подала голос малышка. —Слушаю тебя, мое сладкое яблочко — папаня полностью повернулся к ней и смотрел на нее с добрым взглядом и улыбкой. —А можно дядя Ванилла остаться у нас на ночёвку?       Глазки Эпел с жалобой смотрели, словно она щеночек. А такое заявление снова пошатнуло внутренний мил Шадоу Милка. Острый взгляд косо посмотрел на спокойно сидящего на полу мужчину. Пьюр не подавал ни одного намека на удивление или радость. Он просто был нейтрален и так же спокойно пил свой чай. А вот Сапфир на сестру с удивлением. Он ей, конечно, сказал, чтобы она говорила, чего ей хочется, но не ожидал такого вопроса. —Куколка моя. Мистеру Пьюр Ванили надо домой к семье. Не думаю, что он согласится — на лице отца выражало неловкость, неуверенность и стыдливость — Папа! — визгнула девочка — Вчера дядя Ванилла был с нами. Мне братик рассказал       Голубые глаза широко смотрели на виновника этого маленького спора, что всё так же сидел в нейтральной позиции и лишь наблюдал за ситуацией. —Вы серьёзно?! Вы были здесь!? Я думал вы просто заехали, чтобы их развести по разным сторонам! – внутренняя фурия уже кипела внутри. — Я действительно был тут — блондин кивнул. От чего гнев у Милка ещё больше начало расти — Я был тут, чтобы, если что, помочь. Не переживайте. Я спал в машине и никак не контактировал с вашим домом, как все пошли спать — тарелка с тортиком была пуста, и он отодвинул ее от себя. — И да – глазки гетерохромные посмотрели с добротой на девочку —Я могу переночевать с вами. Но все зависит от вашего отца — добрый взгляд медленно перешёл на главу дома.       На Шедоу Милк уставились с глаз. Четверо с нетерпением ждали ответа, а ещё одна пара просто смотрела с добротой. Как им сказать нет? Конечно, он согласится. Он понимал, что этот дом давно погрузился в одиночество с нотками боли и непонимания. Последний раз, когда тут было хорошо, так это при рождении Кэнди. Актер был ещё молод, как его супруга. Здесь царила любовь, забота и много приятных чувств. Но всему приходит конец... Глубокий вдох и выдох. Все это пережитки, надо двигаться дальше. —Хорошо. — Милк кивнул —Пьюр Ваннила останется на ночь. Но только будет спать на диване —строгий взгляд устремился на блондина — И ни в коем случае вы не пойдёте наверх, все удобства есть и здесь.       Мужчина на это кивнул, он понимал его переживания. Да и несмотря на то, что он будет на диване, Милк не сможет спать спокойно и в каждый шорох будет вслушиваться. Не дай бог этот негодяй, в виде доктора, пойдёт наверх к его детям. Нападет на него, как голодный волк, и убьет на месте. —Пап! — снова этот звонкий голос, что уже предвещал что-то плохое. Родитель с легким ужасом посмотрел на малышку — У нас же большой пол! А давайте будем спать все на полу!       Глаза Кэнди горели яркой звездой на черном небе. А от сказанного у папани сердце в пол ушли, и он рухнул в уставшей позе на диван. Сказать, что его душа ушла из тела, ничего не сказать. Он не может с этим бороться, его же малявки обыграют. Его школа, идти до конца, нагло и беспощадно. Этот факт вызывал у него гордость и одновременно убивало в самое сердце.       На эту сцену Ванила только посмеялся. Родителем было ужасно сложно, даже если у тебя уже есть двое детей и больше. У самого Пюра было только несколько раз, когда он впадал в ступор или безвыходная ситуация с малышами, но он быстро отходил и старался логически или по-детски объяснить ситуацию. —Сестренка— отойдя от шока, брат сразу всполошился, одергивая аккуратно девочку — Так нельзя. Мистер Ваннила взрослый мужчина и ему будет неуютно спать с нами всеми — Сапфир старался объяснить, как мог малышке, почему это нельзя, не затрагивая момент с педофилией и честно у него плохо получается. А отец в ауте. —Кхем — блондин не громко кашлянул, привлекая хотя бы внимание детей — Давайте сделаем, как предложила Кэнди, но ляжем так — мужчина начал показывать своими большими руками на столе импровизированную схему — Сначала будет Кэнди Эппел, потом Сапфир, после него Шедоу Милк , а после я       К этому моменту отец с тяжестью смог сесть нормально на диван. План хороший дети при нем и на видном месте, но смущает только живое существование этого огромного человека с ним. Но видимо по-другому тут не как. Милк ни в коем случае не даст этому докторишки быть настолько близко к его детям. —Хорошо. Я согласен — синеволосый кивнул — Надо теперь достать одеяла, подушки и пледа. —Показывайте. И я все принесу. Руки у меня большие, поместится всё.       Добрая улыбка почти разрывалась от радости, что он не проведет снова один в своей пустой квартире, а проведет время с милыми детьми и немного агрессивным их отцом. Это его совершенно не пугало. Он готов сидеть в вольере с голодными дикими зверьми, главное не один.       Милк элегантно встал с диванчика и пальчиком позвал блондина за собой. Сам Пьюр встал с пола и пошёл за родителем малышей. Они зашли молча в его комнату. Быстро взяв всё, они поспешили в остальные две комнаты. Все было молча, никто не хотел сейчас накалять и так нестабильную атмосферу. Прийдя вниз, дети сразу накинулись на нужные вещи и самостоятельно расправляли их ложе для сна. Мужчины молча посмотрели на это. Милк искоса посмотрел в сторону доктора. Тот улыбался словно он солнце, но был на самом деле ярче. Голубоглазый с каким-то упокоение внутри смотрел на это. Его детей не очень любили в обществе из-за характера и слухов актёра. Сапфир поменял много школ, потому что нервов и сил уже не хватало смотреть на заплаканное лицо малыша и его измазанную одежду, а в худшем изорванную. Он ходил разбирался, и даже хотел судиться, но его родители и супруга останавливали его. Сейчас же он не меньше переживает за дочку, а на сына меньше только из-за того, что уже взрослый. —Что-то не так с моим лицом?       На него смотрели гетерохромные глаза и ещё две пары глаз. Мужчина вздрогнул от неожиданности. Покачал головой и голубые глаза смотрели на готовую импровизированную кровать. Много подушек, много одеял и каждому по пледу и так же куда без любимых игрушек Кэнди Эппел. —Думаю, теперь пора и спать       Все кивнули и легли, как и предлагал доктор. Сам Пьюр отвернулся спиной к чужой спине и лежал на краю, можно сказать на полу. Все в один голос пожелали спокойной ночи.       Ночь проходила тихой, соседи не шумели, собаки не лаяли. Детки тихо сопели. А вот их отец проснулся из-за жажды попить чего-то холодного. Сев, он в темноте прошелся глазами по своим соседям. Детки на месте, а вот врача нет. И тут мужчину бросило в ужас. Где этот ублюдок!? Неужели он пробрался на второй этаж и нюхает белье его малышей. Быстро подпрыгнув, он уже хотел бежать на второй этаж, но до его ухо дошел скрип с улицы. На цыпочках он добрался до двери, открыл и так же тихо вышел и закрыл ее. Повертев головой, и резко останавливаясь на одной точке. Его взор представился такой вид: на кресле качалке сидел мужчина, укутанный в тонкий плед, а на небольшом столике рядом с ним стоял стаканчик воды и контейнер для линз. Мужчина осторожно подошёл к спящему. Длинные волосы, словно жидкое белое золото, прикрывали немного лицо, молодая кожа украшалась родимым пятном в виде трёх конечной заезды, под глазами тёмные мешки, пухлые губы не выражали улыбку, а даже какую-то грусть или печаль. От каждого дуновения зябкого ветра блондин ерзал или же сжимался в кресло, стараясь чуть не с головой накрыться пледом. —Вот же дурень. Старше меня, а ведет себя как ребёнок — Милк тяжело выдохнул, отходя от мужчины. Он зашел домой взял теплое одеяло, что было под ванильным. Выйдя снова на улицу, он подошел к доктору и аккуратно пытаясь укрыть того — У меня и так двое детей, так ещё и этот — тихо ворчал синеволосый. —Извините.       Так же тихо произнес Ваннила почти на ухо родителя, тот словно кошка, отскочил от него с ужасом и удивлением. Блондин же от неловкости погладил затылок и тихо хихикал. Милк быстро пришел в себя и уже стоял с непреклонным и гордым с нотками безразличия выражением лица. —Чего ты тут то спишь? Почему не пошёл в машину? Там явно теплее — не громко отчитывал доктора артист. —Извините ещё раз— грустно и виновато улыбнулся — В машине слишком тихо. Не могу в тишине находиться. А тут... — желтый и голубой глаз осмотрели окружение снова —Так спокойно и уютно. А ушел я из вашего крыла, потому что чувствовал, что вам неуютно со мной. Не хотел вам приносить ещё больше дискомфорта. —И не причинил бы. Ты всего лишь соринка в этой пустыне страданий — покачал головой папашка. Держа серьёзное лицо. — Даже Маринка может причинить много проблем, от чего платина может прорваться — заботливые глаза смотрели на спортивное и худое тело — Что и случилось... — Хорошо говоришь. Твои учителя должны гордиться, что обучили тебя этому — усмешка, что выражала то ли грусть, то ли благодарность. Артист подошёл к перилам, встал на цыпочки и включил ажурный фонарик. А сам сел на прохладное перило. —Больше научила жизнь, чем учителя — болезненная улыбка не слезала с лица — Они только отредактировали мой словарный запас. —Это ты хочешь сказать, что хороший доктор? — тот не громко усмехнулся — Я слышал только о твоих ценах и деньгах. А также о твоих не свободных окошечках. А мне ты вот достался бесплатно — Милк театрально засмеялся ложа руку элегантно на ноги. — А разве такая занятость не говорит о том, что я хорош в помощи? — ехидно посмотрел на собеседника доктор. —Тц... — недовольное цоканье и отведённый взгляд. — Здесь уютно не так ли? — решил начать с нейтральной позиции Пьюр. —Не так уютно, как раньше... — недовольность спала и уже появилась настоящая печаль. —Оу... А что было раньше? Почему теперь ваше гнёздышко, стало не таким привлекательным? —Снова хочешь залезть в мою душу докторишка? Мог и не скрывать, что тебе это надо для раскрытия моих проблем — руки сжались в кулаки. А больные воспоминания, словно пучок змей зашипел. —Не все так, как вам кажется, Шадоу Милк. Мне правда интересно. Ваш дом выглядит уютно на первый взгляд, но вот только это рушится, когда проводишь здесь хотя бы час. Тут словно все застыло. Мне, как обычному человеку, интересно, что случилось здесь. —Я расскажу, но только если вы откроетесь мне тоже — в ответ только уверенный кивок — Этот дом изначально принадлежал моим родителям. И я как взрослая птичка улетел от сюда учится, но вернулся в свои восемнадцать лет с девушкой и уже маленьким Сапфиром — вдох и тяжёлый выдох, он уже чувствовал нахлынущие эмоции — Я не забросил учебу. Учился и старался ещё подрабатывать, а мои родители и девушка помогали друг другу по дому и с ребёнком. Вскоре мы поженились с девушкой и уже растили малыша Сапфира здесь вместе, как супружеская семья. Но это долго не продлилось. Буквально год. Супруга загуляла, и сын оставался с родителями. Я ругался с ней, так же учился, так ещё пытался учиться. По итогу через год мы развелись. — Ваниль встал с кресла-качалки, взял теплое одеяло и накрыл рассказчика. А сам встал рядом с ним, поглаживая по спинке иногда — По итогу я доучился и успешно стал работать в театре, в котором мне предложили при выпуске. Карьера я поднимался стремительно, денег было уже лопатой. Встречался с душкой. Мои родители радовались за меня. Они в целом радовались за меня всегда. — снова тяжелый вздох и голова уперлась об белый столб. Милк и Ваннила были почти в плотную рядом, но одновременно очень далеко — Но эта девушка, решила, что может меня привязать к себе. И вот уже в двадцать лет я стал снова отцом. Честно эта девушка смогла внушить мне , что с ней я буду счастлив. И снова расписались и уже Сапфир , я , дочка и новая жена жили в квартире, в дорогом районе. Мы приезжали к родителям погостить, помогали по хозяйству, особенно я когда мог вырваться с работы. Но... — и тут уже не выдержав , слезы попелись водопадом. Но так тихо и горестно. Ванила обнял мужчину, нежно прижимая его к себе, поглаживая по спине. Говоря что-то успокоительное и нежное. Кофта мужчина мокла невыносимо быстро, но это некого не интересовало. Большие руки гладили мягкие словно шелк волосы, закрывая пальцы в них. Нос уткнулся в макушку. Тихий и хриплый голос начал подавать о себе знать —Они умерли. Почти в один день. Опец от сердечной недостаточности , а мама от смерти мозга. Я даже не смог с ними попрощаться — рев боли прервала кофта. Милк чувствовал как он в захлеб умирает, но лежные большие руки давали ему понять, что он ещё жив — Я был тогда на сцены! Играл блестательнь! Счастливый! Но не подозревал что родители мои уже погибли! — объятья стали сильнее. Пьюр Ваннила словно большая мягкая овечка прижимал к своей мягкой шерсти. От него приятно пахло ненасыщенной ванили и мяты, что дурманило разум и успокаивало. Не выдержав уже он словно маленькая кукла обнял доктора. Тот аккуратно взял его на руки понес к кресло-качалке, и так же сел на нее укрывая уже их двоих вторым пледом. Качались медленно, убоюкиаающе, блондин не говорил ни одного слова, просто поглаживал и просто ждал. Когда немного истерика прошла Милк продолжил почти шопотом — После этого , я с семьёй переехал сюда. И моя понимающая и любящая жена превратилась в мигеру. Она хотела жить в роскоши , а не в этом как она сказала затхлом доме. И так же оказалось , что дочку она рожала только для того что бы держать меня богатого радом, потому что я любил очень сильно дочку. И так мы жили до моих двадцати девяти лет. Дома я почти не появлялся из-за карьеры и ужасной атмосферы дома. А после я стал отцом одиночкой в тридцать. С деньгами, спорной карьерой , огромным зданием, и маленькой радостью в виде детей и старых воспоминаний в виде дома. — острые коготки делали незамысловатые узоры на груди Ванилла — И сейчас я взрослый мужчина под сорок лет без отношением , но с грузом что был в тридцать... —Вы огромный молодец — не сильно похлопал по спине, словно заботливый отец блондин — Моя история не самая лучшая. Но я хочу рассказать свою историю на месте где она произошла. Поэтому давайте все вместе поедем туда. В том месте словно душа отдыхает —Уговорил докторишка. Утром позвоню всем важным дядькам и теткам , что мы уехали отдохнуть. А сейчас давайте просто поспим       Милк удобно улегся на горячем теле и моментально заснул. У него была хорошая встряска этой ночью.