Туман перед рассветом.

Ченнинг первым вышел из машины, сказав Тиффани оставаться внутри, пока он не убедится, что вокруг безопасно. Это был один из самых неблагополучных районов Бостона. Выезжать сюда приходилось чаще, чем в другие. Семейные скандалы, разборки соседей, воровство, перестрелки и прочее подобное. Обычная жизнь для людей, обитающих здесь. Где всегда шумно и довольно грязно. Всего пятнадцать минут на стрельбище перед сменой помогли ему выпустить пар. Скинуть испытываемую злость на мишенях, представляя вместо них лицо Янга. Поэтому в целом патрулирование прошло довольно спокойно. Они с Тиффани задержали пару грабителей, предотвратили аварию, отвезли домой потерявшегося ребенка. Но идеально никогда не бывало, и вот под конец смены им пришлось ехать в трущобы. В глухом переулке, где они припарковались, было подозрительно тихо. На коленях в свете фонарей машины стояла плачущая женщина в одной легкой сорочке. Выглядела она ужасно, вызывая беспокойство. Чип поспешил подойти к ней. — Мэм, у вас все в порядке? Вы вызывали полицию? — Наверное, соседи. Сквозь всхлипы ответила женщина. Ее лицо и обнаженные руки были покрыты свежими синяками. — Мэм? Назовите ваше имя. Вам нужна помощь? Вы ранены? Вызвать скорую? Спрашивал Чип спокойным голосом, присев на корточки рядом с женщиной. — Эва… Меня зовут Эва Филдс. Мой муж напился и что-то принял, стал требовать денег. Но у меня нет денег. Он заперся в квартире вместе с нашей годовалой дочерью. — Он удерживает ее в заложницах? Миссис Филдс расплакалась еще сильнее. — Номер квартиры, мэм? Чип подал Тиффани знак, чтобы она выходила из машины и шла за ним. Когда они с напарницей оказались у двери нужной квартиры, все любопытные соседи тут же повысовывали головы, чтобы узнать, что происходит. Кто же не любил быть свидетелем чужого скандала? Главное, находиться в безопасности в этот момент. Не пострадать самому. Пострадавшая женщина держалась за их спинами, продолжая плакать. Из-за двери же, дешёвой и тонкой, прекрасно было слышен, как телевизор, со включенным на полную мощь звуком, так и истошный крик маленького ребенка. — Мистер Филдс, откройте! Это полиция. Мы должны убедиться, что с ребенком все в порядке. Никто им, конечно, открывать не собирался. Ченнинг снова постучался. Крик ребёнка усилился. Он кивнул Тиффани, чтобы они с Эвой Филдс отошли подальше, а далее без всяких колебаний вышиб дверь ногой. Замок тоже был не высшего качества, поэтому поддался легко. Далее их с Тиффани взору предстала малоприятная картина. Комната была больше похожа на хлев. Грязные жалюзи на окнах, кучи мусора на полу, вывернутые наизнанку шкаф и комод, около которых валялись скомканные вещи. Филдс явно искал припрятанные женой деньги. Мужчина, примерно за тридцать, с лысой головой и приличной рыжей бородой, злой как черт, стоял у кресла, с ненавистью разглядывая их. На нем были потертые джинсы и пропитанная потом футболка. Обе руки от запястий до плеч в наколках. У окна в довольно потрепанной детской кроватке с несколькими сломанными перекладинами стояла маленькая девочка в одной распашонке, плача и крича. Миссис Филдс тут же бросилась к своему ребенку. Тиффани не сумела ее удержать. Женщина взяла на руки дочь, осматривая, не причинил ли собственный отец ей вреда. Убедившись, что ребенок не пострадал, миссис Филдс собиралась покинуть квартиру, но ее муж ей помешал, встав на ее пути. — Что, сука?! Копов вызвала?! — Это не я, Мосс. Кто-то из соседей. В голосе и выражении лица женщины сквозил страх. Она крепко прижимала к себе дочь, стараясь успокоить. Но малышка продолжала плакать. — Не ври, сука! Филдс замахнулся, собираясь ударить жену по лицу, но его удар, скорее всего, пришелся бы по девочке. Поэтому Чип поспешил встать между супругами, перехватывая руку мужчины. — Сэр, вам следует проехать с нами. Филдс прожег его испепеляющим взглядом, но все-таки поднял руки вверх, сдаваясь. В этот момент подошла Тиффани, чтобы вывести женщину с ребенком из квартиры. Чип держал ее муженька в поле своего зрения. Тот сделал шаг назад, ближе к окну. Словно принимая, что иного выхода, как вести себя тихо и послушно, чтобы избежать еще больших неприятностей, у него нет. Но в момент, когда Тиффани оказалась к Филдсу спиной, мерзавец резко выхватил из сапога нож и бросился на нее. Чип и сам не знал, как успел оттолкнуть Тиффани и перехватить руку Филдса. Но тот был крупнее его и выше, поэтому ловко вырвал свою руку, замахнулся и пронзил его ладонь лезвием насквозь. Из ладони тут же полилась кровь. А Чип стиснул зубы, превозмогая жгучую боль. Это ублюдку с рук не сойдет. Военный опыт, боль и адреналин помогли Ченнингу быстро сориентироваться. Заехав Филдсу локтем в лицо, он разбил ему нос. Затем, удерживая за руку, выбил нож, ударив его запястье о свое колено. Филс разжал пальцы, и нож упал на пол. Чип оттолкнул нож ботинком к стене. А когда негодяй свободной рукой попытался схватить его за горло, чтобы его окончательно обезвредить, без всяких колебании и сожалений со всей силы вывернул руку Филдсу, сломав за пару секунд. Мерзавец отпрянул к стене и завыл от боли, держась за сломанную руку. Чип перехватил взгляд Тиффани. Совсем не испуганный, а серьезный и неодобрительный. Но Ченнинг и так знал, что действовал за пределами самообороны, и последствия неминуемы. Только больше его сейчас интересовала раненная ладонь, по которой все еще стекала кровь. Он прижал ее к полицейской рубашке. По тонкой голубой ткани быстро расползалось алое пятно. Тиффани в этот момент уже вызывала скорую помощь по рации.