Метки
Описание
Заключительные приключения героев серии "После канона".
События берут начало в 2013 году, через два года после событий "Прошлое не властно" и через пять лет после "Нет покоя для грешников".
Глава 75.
04 мая 2025, 06:42
После мозгоправа домой Чип не спешил. Саманта до вечера на работе, а киснуть дома в одиночестве он не привык. Безделье всегда выводило его из себя.
Вечером они собирались в ресторан, отмечать прошедший день рождения Саманты. Семейный ужин в Сакраменто по этому поводу был запланирован на выходные. Сэм же уже несколько дней загадочно улыбалась, обещая большой сюрприз. Но, находясь в ссылке, не занимаясь работой, которая ему нравилась, он не был способен радоваться хоть чему-то. Даже тому, что их с Сэм отношения вполне наладились после ее выходки с Оклахомой.
Поэтому Чип припарковался в спокойном месте. Бостон он уже давно знал как свои пять пальцев. Опустил голову на руль. Хотелось немного отдохнуть и не думать о разговоре с психиатром. Как и о том, что, если бы его мать Виктория не оставила его однажды отцу, а забрала с собой, судьба его была бы незавидна. Да, он был бы как чертов Джейсон Янг. Наркоманом и преступником.
Чип в приподнятом настроении поднимался по лестнице дома, в котором его биологическая мать Виктория снимала квартиру. Мама и папа отпустили его к ней в Лос-Анджелес на целый уикенд. Хотя ему и пришлось солгать, что Виктория в курсе его приезда. На самом деле Чип собирался устроить ей сюрприз.
После начала их общения, у них быстро сложились дружеские отношения. Виктория была веселой, знала множество забавных историй из голливудского закулисья. Несколько раз даже брала его на съемочные площадки, и ему удавалось взять автографы у знаменитостей.
Нет, он не воспринимал Викторию как мать, несмотря на неоспоримый факт, что родила его именно она. Его мамой полностью и абсолютно была Иден, жена отца. Но Виктория быстро заняла в его сердце прочное место.
Чип постучал в дверь. Немного подождал. Ему никто не открыл. Но он знал, Виктория дома. Он звонил ей с вокзала, и она ответила на звонок. Сказала, что у нее выходной, и она просто отдыхает.
Он постучал вновь, а затем надавил на ручку двери, и та открылась.
Первое, что бросилось ему в глаза, опущенные жалюзи, создающие в гостиной полумрак. И это днем, в разгар лета. Кондиционер не работал, в комнате было душно и жарко.
На журнальном столике стояли пустые бутылки из-под вина и виски. Стаканы, пустые и с остатками выпивки. Также стол и пол вокруг были усыпаны крошками, окурками и пеплом от них. То там, то здесь валялись пустые упаковки от чипсов и других снеков. Кажется, он пропустил несильно увлекательную вечеринку.
А ещё в воздухе витал странный сладковатый аромат.
Подойдя к пепельнице, в которой все еще дымилось пара сигарет, опустив лицо и понюхав, Чип понял, что это марихуана. И внутри все оборвалось. Последний раз Виктория лежала в клинике для наркоманов год назад и, казалось, наконец сумела побороть свою зависимость. Видимо, все они заблуждались. В первую очередь он сам. Ведь посещать ее в той клинике было невыносимо больно. А потом думать, нескончаемо думать о том, какая жизнь ждала бы его рядом с Викторией, если бы она не оставила его отцу, если бы он рос с ней. Хотя, скорее всего, в этом случае его ждал не самый радужный жизненный сценарий. И сигареты с марихуаной были сейчас ярким подтверждением этого.
— Виктория! — Позвал Чип.
Но ответа не последовало. Тогда он направился к спальне.
Когда открыл дверь, сразу увидел ее, лежащей на кровати. Виктория не спала, несмотря на то, что на ней были надеты ночная сорочка и пеньюар. Просто смотрела неотрывно в потолок. Он снова позвал ее. И в этот раз мать обратила на него внимание. Медленно, словно с усилием, уселась в кровати. Ее взгляд был стеклянным, а зрачки расширены. Что подсказывало Чипу, одной марихуаной здесь не обошлось.
— Зачем ты снова это делаешь с собой?!
— Сынок, это ты… Я так соскучилась.
Вяло отозвалась Виктория, попыталась встать, но у нее не вышло.
— Неужели?
— Не смотри так на меня, я не сделала ничего…
— Я видел сигареты.
— Ты не подумай, ко мне гости заходили…
— Что ты приняла?
— Я выпила немного вина…
— Не ври мне.
Чип резко направился к прикроватной тумбочке. Стал выдвигать ящики в поисках наркотиков, буквально вышвыривая все из них на пол.
— Что ты творишь, Чип?!
— Раз ты не хочешь сказать, что приняла, я сам все найду.
— Ты не имеешь права!
Виктория вцепилась в него, пытаясь помешать обыску. Но Чип просто оттолкнул ее от себя, и она рухнула обратно на кровать.
Не найдя ничего в тумбочке, он продолжил поиски в комоде и шкафе. Но ничего не обнаружил. Сначала решил вернуться к гостиную, обыскать все там, но вдруг его осилило. Он вернулся к кровати, скинул на пол подушки и стал поднимать матрас.
И наконец обнаружил несколько таблеток в непримечательном прозрачном пакете.
Виктория попыталась отобрать у него таблетки. Схватила его за руку.
Чипу удалось вырвать свою руку и в ответ схватиться за ее. Он сильно сжал пальцы вокруг запястья Виктории.
— Мне же больно.
— Не больнее чем мне.
Чип отшвырнул от себя руку матери. Поднял телефонную трубку и стал набирать номер.
Виктория сразу поняла, что он намерен делать.
Бросилась к нему, рухнула на колени и крепко вцепилась в него. Мгновенно зарыдала и стала умолять:
— Не делай этого, сынок. Прошу! Я не хочу обратно. Мне там плохо. Я больше не буду, обещаю.
— Ты уже обещала. Год назад. Плакала у меня на плече и обещала завязать. Больше я тебе не верю.
Чип отвернулся от матери. Ему и самому хотелось плакать. Слезы душили его. Было противно от всего этого. По-детски упрямо хотелось быть родным сыном Иден, не нести в себе гены женщины, способной опуститься столь низко. И он понимал, как только его мать снова окажется в клинике, отец и Иден запретят ему с ней общаться. И как бы сейчас он ни был разочарован, как бы ни злился, терять связь с родной матерью ему не хотелось.
Чип взял себя в руки, утер слезы с лица тыльной стороной ладони. Повернулся к матери, с вызовом и осуждением глядя на нее.
— Ты хоть понимаешь, какие последствия…
Так же резко, как и начала, Виктория прекратила плакать, со злостью посмотрев на сына.
— Иден не одобрит?
— Мама…
— Мама? Ты предатель! Предатель, Чип! Ненавидишь меня, любишь только Иден. Но она не мать тебе! Не мать! Я твоя мать! Слышишь? Я! Я носила тебя девять месяцев и родила! Не Иден! А теперь сожалению о твоем рождении!
Слова Виктории, конечно, задевали, хотя Ченнинг знал, сейчас в ней говорят наркотики. Вытаскивая наружу самые темные уголки ее души. Даже если косвенная вина отца и Иден была в том, что он долгие годы не знал о родной матери, горькая правда состояла в том, что Виктория и сама не стремилась, чтобы он узнал о ней.
— Иногда я тоже сожалею об этом. Но не могу дать тебе умереть, снова бросив меня.
Кладя таблетки в карман, он набрал номер клиники, уже представляя себе бесконечные часы посещения Виктории, ее бесконечных слез, очередного раскаяния, ее вранья и его попыток поверить ей.
Чип резко дернулся, отпрянул от руля и проснулся. Пару секунд непонимающе оглядываясь вокруг. Где он находится? Куда делась Виктория?
Потом сообразил, что все еще сидит в своей машине. Сам не заметил, как задремал, и ему приснился кошмар. Вот что значит давать кому-то копаться в твоих мозгах.
Ченнинг завел мотор и поехал домой. К черту!
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.