Туман перед рассветом.

— Как дела у Джейсона, милый? — Поинтересовалась Келли, проходя в кабинет мужа. Крейг сидел за столом рядом с открытым ноутбуком, изучая очередные деловые документы. Его стол был фактически завален разного рода папками, создавая ощутимый беспорядок. Что настораживало. Ее любимый никогда не был человеком, способным спокойно существовать в подобном внешнем хаосе. — Откуда мне знать. Он же с тобой общается, с Крисом и Дженни. Со мной он больше не говорит. Игнорирует. — Горько хмыкнул Крейг, откладывая папку в своих руках на кучу других, лежащих рядом. Келли пришла как нельзя вовремя. Какой смысл в попытке уйти с головой в работу, если все его мысли были заняты лишь Джейсоном. Для которого он теперь персона нон грата. — После того, как прислал тебе результаты анализов на наркотики? — Верно. — Мне жаль. Келли присела на диван, сочувственно смотря на него. Крейг знал, Келли тоже переживает из-за происходящего. Но что он мог сделать. Сын его действительно теперь лишь игнорировал. Не брал трубку на звонки, не отвечал на его сообщения. — И ты смиришься? Спустишь все на тормозах? — Пока не пойму, что дальше делать. Лететь в Лондон и впустую обивать порог его квартиры смысла нет. В любом случае там за Джейсоном и его девицей присматривает детектив. — Ничего подозрительного? Келли и сама не понимала, какого ответа ждала от мужа. Плохие новости или отсутствие всякой информации — сейчас ничего из этого обнадежить не могло. — Если Джейсон не занят делами «Барр Индастрис», проводит время с Холли. Часто заглядывает в «Роялс». Контролирует исполнения всех поставок и договоренностей. Придраться не к чему. У Келли язык не повернулся сказать, что это, возможно, и хорошо, что в каждодневном рутинном существовании Джейсона нет ничего подозрительного. Это послужило бы слабым утешением, оба они наблюдали в Лондоне, что Джейсон снова ведет себя как при срыве в Санта-Барбаре. И присланный им две недели назад отрицательный результат на наркотики не мог ничего изменить в испытываемых ими переживаниях. — Джейсон знает, что Сэм и Чип определились с днем свадьбы? — Думаю, да. Адриана подружка невесты, помогает с выбором платья. Джейсон бывает в Мадриде, не может не знать. Крейг нахмурился. Пусть до, так сказать, заветного дня и оставалось еще шесть недель, он уже сейчас переживал, как все это отразится на сыне. Его напускное безразличие Джейсона обмануть никогда не могло. Душа сына горит в адском огне от мыслей, что Саманта принадлежит другому и скоро будет принадлежать до конца дней. Подобную нестерпимую агонию он сам испытывал, когда Келли два раза выходила замуж за Куинна, считая того Робертом. Все эти бессилие и злость, попытка уговорить себя смириться, принять неизбежное, заливание боли виски. Но у Джейсона, увы, гораздо более ядовитый метод бегства от себя и своих чувств. — Куинн сказал, что Роберт вылетел в Мадрид. Старший. Крейг сердито, с претензией, глянул на нее, словно ее уточнение вызвало у него раздражение. И, кажется, нахмурился еще сильнее. Келли понимала, возможно, рассказывать о перемещениях Роберта неуместно, но какой смысл говорить о Джейсоне, если они пока не в силах ему помочь? — Однажды это будет Санта-Барбара, Келли. — И ты совсем не хочешь его увидеть? — Я не хочу снова вас вместе увидеть. — Я люблю тебя, не забыл? — И Бобби ты любила. — Но вышла я за тебя, Крейг. — После двух попыток выйти за него. Крейг обругал себя. Вымещать свои бессилие и злость относительно сына в ссоре с Келли — низко и подло. Но он едва держался, а она первой заговорила о бывшем любовнике, недавно воскресшем. — Тебе станет легче, если мы поругаемся? — Ни капли. — И ты хочешь увидеть Роберта, что бы ни говорил, Крейг. Тебе тоже хочется закрыть двери, до сих пор открытые. Избавиться от вины. — Вины? Пусть этот сукин… Уверен, Бобби на меня плевать. — Я так не думаю.