Try Me / Попробуй меня (Чай/Вин)

Панчай мог быть искусен в ближнем бою так же, как и в стрельбе, но он ничего не мог сделать, когда несколько пистолетов были направлены на него со всех сторон. Кроме того, он не был героем из телесериала, который мог бы развернуться, убежать в комнату и выпрыгнуть из окна четвёртого этажа, оставшись живым. И это в случае, если его вообще не застрелят. Поэтому его руки, бывшие рядом с его поясом, поднялись вверх. — Я же сказал, что мне больше не о чем с тобой говорить. — Но это не значит, что у меня нет тем для разговора с тобой, — ухмыльнулся Ноп, но его глаза напоминали ядовитую змею, готовую укусить в любой момент. — Это займёт немного времени, но поверь мне, ты хочешь это знать, — произнёс Ноп, размахивая документами в коричневом конверте. Несмотря на то, что Панчай хотел отказаться, у него не было выбора. — Не здесь. — твёрдо произнёс Чай, глядя в глаза собеседнику, показывая, что он не собирается уступать. Ноп пожал плечами, повернулся и жестом приказал своим людям, вынуждая Чая следовать за ними. Панчай неохотно шел, внимательно осматриваясь в поисках пути побега. Если бы он спустился на нижний этаж, Чай был уверен, что смог бы справиться с двумя людьми, которые держали его на мушке сзади, но смог бы он уйти живым — это другой вопрос. В глубине души он всё же хотел узнать, какой план приготовил противник. — Поверь, это того стоит. Панчай сдерживал своё раздражение, молча шёл за ним, но продолжал внимательно осматривать нижний этаж. Понг должен был следить за ним. — Можешь быть спокоен, никто не знает, что я пришёл к тебе, — сказал Ноп. Но это только усилило беспокойство Панчая. Его инстинкты сигнализировали, что это плохая ситуация. Однако, прежде чем он успел обдумать выход, Ноп остановился у задней двери роскошного автомобиля, широко открыл её и повернулся, чтобы встретиться взглядом. — Прошу. Дуло пистолета, направленное ему в спину, надавило сильнее, заставив Панчая неохотно сесть в машину. Владелец автомобиля последовал за ним, совершенно не боясь, что его могут задушить. Да, Панчай мог это сделать, но как убежать от охраны с пушками? — Говори, что тебе нужно. — Хорошо. Я тоже не люблю долгие вступления. Ноп говорил уверенно и бросил документы ему на колени, опустив взгляд, как бы говоря: "Открой и прочитай их". Хотя Панчай и не доверял ему, он всё же вытащил несколько листов. Однако его глаза широко распахнулись, когда он увидел первое изображение... Это была фотография. Не его и не Вина, а... его отца. Хотя Чай провёл с отцом всего десяток лет, он хорошо помнил этого сурового на вид, но добродушного человека. Но это не была фотография живого человека. Это было изображение... трупа его отца. Трупа с кровью и мозгами, вытекающими из раны на виске после выстрела. Человек мог быть равнодушен к смерти, видеть её много раз, но не к растерзанному телу собственного отца. Хотя он и так знал, как умер его отец, но вид фотографии с ещё свежей кровью, а не тела в морге, был слишком тяжёлым, чтобы сдержать эмоции. Панчай сжал кулаки. — Что ты хочешь этим сказать? — спокойно спросил Чай, скрывая свою ярость, но его глаза горели, как у демона, готового убить того, кто пробудил воспоминания прошлого. Ноп улыбнулся, взял верхнюю фотографию и показал ещё несколько снимков, где отец Чая лежал мёртвым на дороге, как собака, сбитая машиной. Смерть без чести и достоинства. — Мне просто случайно стало известно немного информации о смерти твоего отца. — Это неважно. Я знаю, как умер мой отец, — ответил Чай холодно и спокойно, словно и не чувствуя боли. — Ты уверен, что знаешь правду? От кого ты узнал? От своего босса? Панчай вспомнил тот день, когда подчинённый его отца сообщил ему о его смерти. Тогда мальчику показалось, будто весь мир рухнул перед ним. Хотя его отец не был тем родителем, который ходил на школьные собрания, интересовался оценками или учил различным вещам, как другие отцы, он всё равно всегда возвращался домой, даже если пропадал на работе неделями. В тишине Ноп продолжил говорить, будто не замечая, как собеседник погрузился в воспоминания. — Я не знаю, что именно ты знаешь. Но то, что появилось у меня, удивило даже меня. Интересно, как ты можешь работать на человека, который убил твоего собственного отца... — Что ты имеешь в виду?! Панчай сжал фотографии в руке, пристально глядя на говорящего, хотя сердце его онемело. Человек, с которым он работал... Это не мог быть Пакин. Когда его отец умер, Пакин был ещё ребёнком. Так что это значит... Понг?! — Теперь понял? «___» — Допустим, я получил информацию от старого друга, который хорошо знает твоего босса. Слышал, что твой отец полностью преданно служил ему, но был выброшен, как использованная туалетная бумага. Знаешь ли ты, что твой босс достиг своего положения, ступая по головам других? Твой отец сделал всё, чтобы сделать его первым, но когда Панупонг получил всё, что хотел... он просто убрал его. БАМ! — Больше никогда не говори таких грязных вещей! – воскликнул Чай, игнорируя пистолет, направленный на него со стороны переднего сиденья, и схватил Нопа за воротник, рыча от ярости и пристально глядя на него. Но вместо страха он увидел лишь насмешливую улыбку. — Не можешь принять правду, что твой отец умер от чьих-то рук? - рассмеялся громко Ноп. — Кхун Понг никогда бы так не сделал! — О? И почему бы ему не избавиться от человека, который знает все секреты? — Ты выдумал это! — Если не веришь, проверь документы. Посмотри, сколько денег Панупонг перевёл со счёта твоего отца. А как насчёт его грязных дел, которые теперь раскрылись? На чьё имя они списаны... Мёртвые ведь не могут защищаться, верно? Глаза Панчая блестели гневом. Он не хотел верить, но всё же оттолкнул собеседника и быстро перелистал документы на своих коленях, пока его брови сходились всё сильнее. — К тому времени, как ты начал работать с ним, все эти улики были уничтожены. Мне стоило больших усилий их получить. Знаешь, забавно, что он сам убил твоего отца и вернул себе все деньги, а потом разыграл из себя благодетеля, раздавая крохи и воспитывая тебя, чтобы ты занял место своего отца. Панчай не хотел верить в услышанное, но цифры в документах говорили сами за себя. Однако... — Эти документы можно легко подделать. — Панчай стиснул зубы, бросил бумаги между ними и потянулся к двери машины. — Панупонг вырастил тебя, чтобы ты стал заменой вместо его сына. Панчай замер. Он всегда задавался вопросом: почему именно он? Почему мистер Понг протянул руку помощи одному ребёнку? И вот ответ, который он искал все эти годы. Человек, который говорил, что не нужно отдавать долги и жить так, как хочется, знал, что он будет делать то же самое, что и его отец... работать до изнеможения. — Сейчас у Пакина нет проблем, но ты думаешь, что если что-то случится, он не спасётся? Кто знает все его дела? Кто сделал для него всё? Думаешь, он возьмёт тебя с собой? То, что у тебя есть сейчас, это не потому, что он к тебе привязан. Это потому, что он вырастил тебя, чтобы ты умер вместо его сына... — Если ты закончил, то я пойду. – сказал Панчай открывая дверь. Он подавил все свои чувства и направился к выходу, но... — Думаешь, преданность до смерти заставит его отдать тебе племянника? Слова Нопа заставили Пакина застыть на полпути. Он остановился, когда услышал о Вине. — Считай это бонусом... Панупонг готов пожертвовать одним бизнесом, чтобы переложить вину на козла отпущения. — произнёс Ноп и его взгляд явно намекал, кто этот "козёл". — Если ты будешь сидеть тихо, он ничего тебе не сделает. Но он уже предупредил: если не прекратишь вмешиваться в жизнь его любимого племянника, что тогда произойдёт? Он вырастил тебя, он может и уничтожить. Я просто говорю то, что вижу. Если собираешься отпустить красивого мистера Фавина, можешь меня не слушать. Но если не хочешь отдавать этого красавчика кому-то другому... используй свой ум и хорошенько подумай. Странно, он должен был покинуть машину несколько минут назад, но Панчай медленно закрыл глаза. Когда он снова открыл их, его взгляд встретился с Нопом. В глазах змеи читалось удовлетворение. — Я не настаиваю на том, чтобы ты принял моё предложение. Но ты и так знаешь, насколько твой босс цепкий. Даже если ты убежишь на край света, ты думаешь, что сможешь от него скрыться? – сказал Ноп, легонько стуча пальцем по фотографии, лежащей между ними, усиливая эффект своих слов в голове Панчая. — Вот пример. Примером было фото, где его отец лежал с пулей в черепе. — Работать десять лет на человека, который убил твоего отца глупо, не правда ли? Чай снова посмотрел на фотографию своего отца, вспоминая похороны. Он видел как со стороны, Панупонга, положившего руку на плечо мальчику, выражая скорбь. Тогда ребёнок едва сдерживал слёзы, ведь казалось, что этот человек один из немногих, кто искренне горевал о смерти его отца. Но... всё это было ложью? Всё это было лишь спектаклем? Кхун Понг, который протянул ему руку помощи, когда он оказался в безвыходном положении. Мужчина, которого он считал благодетелем, оказался тем самым человеком, который убил последних членов его семьи. И теперь он сам ступил на путь своего отца, потому что пересёк черту, которую Панупонг очертил вокруг него. Вин. Но в его сердце звучит только одно имя. Это уже третий раз в его жизни, когда Чай не знал, куда идти дальше. Первый раз был тогда, когда он остался один на этом свете. Второй — когда принял жестокое решение по отношению к этому ребёнку. И сейчас... что ему делать, чтобы двигаться дальше с человеком, которого он любит? Красные от бессонницы глаза человека, который никогда не показывал слабости, лишь пристально смотрели на фотографию гибели его отца, в то время как Ноп продолжал говорить... - Ты ведь хорошо знаешь правила этого мира... уничтожь первым, пока тебя не уничтожили. Да, он знал эти правила. *** Согласно первоначальному плану, Вин должен был вернуться из Кореи примерно через три недели. Но вот... Прошло всего две недели, а молодой человек уже тащил свой чемодан из выхода для прибывающих. Его внешний вид привлёк внимание многих: помимо врождённой харизмы, его лицо, которое можно назвать и красивым, и мужественным, украшала широкая улыбка, демонстрирующая радость от встречи с палящим жаром таиландского солнца, способным убить любого. Ведь Вин вернулся не просто насладиться погодой, а встретиться с одним человеком. Мужчина, выделяющийся среди всех своим строгим костюмом, стоял среди гидов, ожидающих туристов. Как только Панчай увидел Фавина, его обычно спокойное и бесстрастное лицо расслабилось, наполнившись теплотой. Вин не колебался ни секунды, направляясь быстрыми шагами прямо к нему. Он не обращал внимания на взгляды окружающих, когда обнял мужчину, потому что тот поднял обе руки, обхватив его шею и прижался к нему всем телом. А тот ответил на объятия, крепко прижав его к себе. — Я вернулся. — Добро пожаловать домой, Вин. Вот это действительно называется "возвращение домой". Фавин, который немного отстранился и улыбнулся, не мог не заметить, что Панчай стал более худым. — Работал всё это время? — Вин ласково погладил его по щеке. — Если я не работаю, мой мозг занят только мыслями о тебе. Вин сморщил носик на слова своего "сладкоречивого" парня, но вскоре снова улыбнулся. — За такую сладкую болтовню хочешь награду? — Я ждал тебя, Вин. Фавин как услышал это, залился смехом, чувствуя неловкость, но понимая, что в его глазах нет и намёка на шутку. Он осознавал, что этой ночью его ждёт. Как бы он ни запрещал большому парню трогать своего "дракона", сегодняшний вечер явно требует компенсации. — Сначала поедим. Вин сделал шаг назад, создавая дистанцию, затем потянулся за своей сумкой, но Панчай опередил его. — Ты проголодался? — Угу, почти всю дорогу проспал в самолёте. — Тогда давай найдём что-нибудь перекусить. — произнёс Чай, обнимая своего парня. Фавин был крайне удивлён, когда Панчай, не обращая внимания на взгляды людей, обнял его за талию, полностью демонстрируя свои права. Это чувство собственности усилилось за время их разлуки и теперь он вздохнул с облегчением, потому что если бы Чай снова стал холодным, он бы точно устроил истерику и разгромил весь дом. — Домой? — Вин задал вопрос осторожно, и это заставило Панчая ответить встречным вопросом: — А ты сообщил своё расписание кому-нибудь ещё, Вин? — Нет, только тебе. — Тогда, если тебе не нужно спешить обратно, чтобы увидеть Графа... ты не против провести пару дней вне дома со мной? Фавин, услышавший это, широко раскрыл глаза, глядя на собеседника с недоверием, но Чай не выглядел шутником. Поэтому Вин лишь опустил взгляд, достал свои солнцезащитные очки, которые держал на шее, и надел их, скрывая волнующий блеск в глазах. — Вот поэтому я и не сказал Графу. — Ха-ха-ха! Вин действительно любил смех этого мужчины. Он прекрасно понимал, насколько трудно заставить человека, вроде Панчая, рассмеяться, но ему удалось это сделать уже через несколько минут после встречи. Теперь он, словно нежный ребёнок, прильнул головой к его плечу и шёл, позволяя тому обнимать себя за талию. — Может, сначала оставим вещи у тебя дома? Вин не собирался заходить в свой дом, иначе бы его там заперли. А если бы он пошёл в дом Пакина, то пришлось бы составить компанию одинокому мальчику за обедом. Но предложение было отклонено, когда Панчай медленно покачал головой. — Ты однажды сказал, что в люксе отеля открывается вид на реку. — А? Чай остановился перед автомобилем европейской марки, разблокировал его и положил сумки в багажник. Но Вин, как ребёнок, капризно схватил его за руку, слегка потряхивая её, словно выпрашивая игрушку, но на самом деле требуя ответа. — Что ты имеешь в виду? Панчай повернулся, встретился с ним взглядом и улыбнулся. — Я учусь быть твоим парнем, Вин. — Оууу… Вин протяжно промычал, вспоминая разговор нескольких недель назад. Да, он сам сказал, что иметь такого парня как он — дорого. — Но тогда я просто шутил. Хотя стройное тело Вина привыкло к роскоши за всю свою жизнь, это не значило, что он не любил простых мест. Ему достаточно было быть с этим человеком. Ему было всё равно, будет ли это многочасовой обед из дорогих французских блюд или пицца за несколько сотен батов. Просто проводить время с этим человеком уже делало его счастливым. Однако, казалось, Панчай так не думал. Он закрыл багажник и притянул Вина в объятия. — А я говорю серьёзно... для тебя я готов заплатить любую цену. Вин плотно сжал губы, пытаясь сдержать улыбку, которая вот-вот должна была вырваться наружу. В конце концов, он просто уткнулся лицом в его грудь. — Знаешь ли, если ты решил меня баловать, то должен делать это постоянно. — На протяжении всей моей жизни. Чай произнёс это и помог красивому боссу забраться в машину, чтобы отправиться в роскошный отель, который он заранее забронировал в честь его возвращения. Не говоря о том, что он не мог позволить Вину снова подвергаться опасности в своём доме, особенно после того, как Ноп недавно там появлялся. Этот человек был последним, с кем бы он не хотел, чтобы Вин сталкивался больше всего. Панчай, который бросил взгляд в зеркало заднего вида, нахмурился, но быстро разгладил брови, когда тот, кто сидел рядом, посмотрел на него с любопытством. — Тогда поехали? — Угу. Панчай прогнал все мысли из головы и крепко взял руку Фавина в свою. Он хотел максимально продлить эти моменты рядом с этим человеком.