"Ambrosía" ☆Kiis

На уроке алхимии профессор коротко напоминает всё, что они проходили в предыдущие годы. В конце он устраивает небольшую проверку, чтобы узнать, насколько хорошо ученики помнят материал. Эта проверка не влияет на итоговую оценку, она лишь нужна для понимания уровня знаний. Но те, кто получит высокий балл, смогут заработать дополнительные очки для своего факультета. Исаги разбирается в предмете куда лучше большинства своих однокурсников — лишние очки никогда не помешают. Правда, сосредоточиться трудно: вокруг стоит шум, одноклассники болтают и не торопятся сдавать тест, а профессор не делает никаких замечаний. Так как Исаги закончил раньше всех, ему разрешили выйти первым. Он решает подождать друзей в коридоре, неподалёку от аудитории. Его слегка удивляет, когда вскоре вслед за ним выходит другой ученик — и это вовсе не кто-то из его друзей. Он раздражённо закатывает глаза, замечая, как блондин направляется прямо к нему, явно собираясь заговорить. — Есть кое-что, что я хотел бы у тебя спросить, Йоичи, — спокойно произносит Кайзер. Названный тяжело вздыхает и уводит его чуть подальше, туда, где можно поговорить без свидетелей. — Я отвечу честно, если ты сделаешь то же самое. Исаги предполагает, что Кайзеру, возможно, нужна какая-то информация — про домашние задания, конспекты или, может, о тайных местах в Хогвартсе. Поэтому он решает: будет сотрудничать, только если блондин тоже поделится чем-то полезным, например, расскажет о своих способностях метаморфомага. Взаимная выгода. — Идёт, — соглашается немец с довольной улыбкой. — Почему ты делишь спальню с альфой? Разве ты не должен спать с другими омегами? Исаги смотрит на него в полном недоумении. Он и подумать не мог, что именно такой вопрос услышит. Серьёзно? Из всех возможных тем он выбрал именно эту? — Честно говоря, из всех вопросов, которые я ожидал, этот — самый нелепый, — признаётся он, вздыхая. — Но ладно. Как ты, наверное, заметил, в Слизерине нет других омег. Не было ни в моём потоке, ни в тех, что пришли после. Большинство студентов Слизерина — беты, меньшая часть — альфы. Так продолжается уже десятилетиями, и появление омеги в этой факультетской линии — редкость. В прошлые годы они бывали, но в поколении Йоичи он оказался единственным. — Но ведь тебя могли поселить с омегами из других факультетов, — говорит Кайзер, в голосе слышится любопытство. — Этот вариант рассматривали, но решили, что слизеринец не должен жить в спальне другой факультетской общины. Поэтому меня поселили с тем, кто точно не причинит вреда — с Итоши Рином, нынешним старостой факультета, — объясняет он, пожимая плечами. — Всё равно это неправильно, — возражает Кайзер. — Никогда нельзя быть уверенным в людях до конца. По его мнению, альфа и омега не должны спать под одной крышей, в одной комнате, на расстоянии нескольких шагов. Подростковый возраст, гормоны — всё это рискованно. — Я знаю Рина с первого курса. Он не особо общительный, но думаю, теперь считает меня хотя бы другом, — защищает Исаги тёмноволосого альфу. — И потом, я умею за себя постоять. Кайзер криво усмехается, явно не разделяя его уверенности. — Понятно. — Теперь моя очередь, — Исаги скрещивает руки и облокачивается о стену. В голове крутится десяток вопросов, но один не даёт покоя уже давно. — Скажи, почему, когда ты в человеческом облике, я не чувствую твой запах, а когда ты кот — чувствую? — спрашивает он и, не дав тому ответить, добавляет: — Понятно, что ты применяешь заклинание, чтобы подавить феромоны. Но почему? Это странно: альфы редко блокируют свой запах, если только не находятся в периоде течки — а Кайзер явно нет, да и к тому же прошло уже несколько дней, а течка у альф длится всего сутки. — Так проще. Не только для меня, но и для других студентов. Никто не должен знать, что я… ты знаешь, кто я. Легче скрывать запах, когда я человек, чем когда я животное, — объясняет тот. Если люди поймут, что аромат Кайзера совпадает с запахом золотистого кота, это будет слишком очевидно. Пока что мало кто встречал животное лично, но вопрос времени — когда это случится. — Ты можешь превращаться и в других животных?! — восклицает Исаги, а потом, осознав, что повысил голос, спешит извиниться. — Я отвечу только на один вопрос. И вообще, мы не настолько близки, чтобы болтать, — холодно отвечает Кайзер. — Ладно, — ворчит Исаги. — Ещё я подавляю запах потому, что он слишком… неотразим, — добавляет блондин с самодовольной улыбкой. — Неотразим? — Когда я кот, аромат едва уловим. Но в человеческом облике он сводит омег с ума. Я неотразим, — говорит он с театральной серьёзностью и гордостью. Исаги не знает, смеяться или скривиться. Впервые за всё время ему хочется рассмеяться от глупостей, которые несёт немец. — Неотразимо заносчивый и самовлюблённый, — усмехается он, прищуриваясь. — Разве я вру? Когда я был Азуром, ты сам говорил, что я приятно пахну для бездомного кота, — напоминает тот с весёлой ухмылкой. Йоичи слегка краснеет — действительно, говорил. — Это другое! — Просто говорю правду. Если бы я не скрывал феромоны, ты бы уже влюбился без памяти, — произносит Кайзер с притворной серьёзностью. Омега не верит своим ушам. Уровень самоуверенности этого альфы просто поражает. В конце концов он решает не обращать внимания на его нарциссизм и просто принять логичное объяснение — Кайзер прячет запах, чтобы не раскрылась его связь с тем самым котом. — Кайзер. — Что? — Ты в детстве с лестницы падал? — спрашивает Йоичи с такой серьёзностью, что у блондина перекашивается лицо. — Что?! — Просто ты несёшь столько ерунды, что я начинаю не злиться, а волноваться за тебя, — искренне говорит Исаги. Он разражается смехом, отчего Кайзер смущается и злится, но не отходит и не сердится по-настоящему. Между ними воцаряется странное спокойствие, гармония, из которой не хочется выходить. Но вскоре из аудитории начинают выходить остальные ученики, и обоим приходится разойтись — каждый к своей компании. […] В Большом зале стоял привычный шум — сотни голосов сливались в единый гул, пока Исаги и его друзья сидели за столом Когтеврана, болтая и смеясь. Хотя Исаги и компания не принадлежали к дому в синих цветах, они могли спокойно находиться там, не вызывая никаких проблем. Однако атмосфера слегка меняется, когда к столу подходит Михаэль Кайзер. На лице у него беззаботное, но внимательное выражение. Одного его появления достаточно, чтобы привлечь взгляды множества студентов Когтеврана — всё-таки привлекательный блондин из Слизерина нечасто появляется за чужим столом. — Что ты здесь делаешь, Йоичи? — спрашивает Кайзер с вызовом, наблюдая, как маленький омега оживлённо разговаривает с друзьями из Гриффиндора и Когтеврана. — Твоё место за столом Слизерина, рядом с твоими сокурсниками. «Со мной», — не договаривает он. Голубые глаза не отрываются от Исаги, не обращая внимания на настороженные взгляды его друзей. — Иногда я сижу с Итоши и Шидо Рюсэем, — спокойно отвечает Йоичи. — Не то чтобы я ненавидел свой дом. Просто люблю проводить время с друзьями из других факультетов. Это ведь не преступление, верно? — добавляет он, пожимая плечами, не понимая, с чего вдруг Кайзер решил обратить на это внимание. Ведь раньше, за все эти дни, когда они завтракали, обедали и ужинали, Кайзер ни разу не подошёл. Даже не взглянул в его сторону. Почему же теперь — да? Знает ли он его секрет? Альфа несколько секунд молчит, будто обдумывает, стоит ли что-то сказать, но в итоге просто отворачивается и возвращается на своё место рядом с лучшим другом, Алексисом Нессом, который, похоже, полностью погружён в толстую книгу о зельях. Зельеварение — один из немногих предметов, которые Кайзер и Несс изучают вместе, но без Исаги. Омеге эта дисциплина никогда особо не нравилась, поэтому в этом году он решил её не брать — знаний, полученных на прошлых курсах, ему вполне достаточно. […] На уроке «Защиты от тёмных искусств», проходящем во втором периоде — одном из немногих, где ученикам разрешено пользоваться своими волшебными палочками, особенно если занятие практическое, а не теоретическое, — преподавательница, правая рука директора, Анри Теэри, известная тем, что ведёт не только защиту, но и трансфигурацию, а порой и чары (если расписание позволяет), устроила учебный поединок. Ученикам предстояло продемонстрировать всё, чему они научились за последние годы. Поэтому она разделила класс по факультетам: восемь студентов из Гриффиндора, восемь из Пуффендуя, семь из Когтеврана и шесть из Слизерина. Все старались избежать дуэли с альфой Шидо Рюсэем — тот выглядел чересчур воодушевлённым и нетерпеливым перед очередной «жертвой». Другой выдающийся дуэлянт — Итоши; он не менее искусен и быстр, но, в отличие от Шидо, сражается сдержанно и проявляет милосердие. Оба альфы внушают уважение своим стилем боя. Йоичи, ожидая своей очереди, вдруг ощущает, как кто-то мягко берёт его за запястье. — Из какого дерева сделана твоя палочка? — спрашивает Кайзер с неподдельным интересом, разглядывая текстуру и форму волшебного предмета. — А это вообще какое отношение имеет к дуэли? — удивляется Исаги, вырывая руку из его хватки. — Если ответишь, я тоже отвечу на любой твой вопрос. — Это теперь станет привычкой? — устало вздыхает Йоичи, но, немного подумав, соглашается. — Ладно. Из дерева вишни. — Невероятно. Говорят, палочки из этой древесины очень дорогие, — восхищённо свистит Кайзер. Он никогда не видел такую вблизи и знает, что они встречаются крайне редко. — Мой отец неплохо зарабатывает, а я единственный ребёнок… они просто хотят для меня лучшего, и… — Йоичи осекается. Зачем он вообще всё это рассказывает? — Палочки выбирают своих хозяев. Похоже, у тебя изысканный вкус, благородный характер и исключительная сила. Ты из тех, кого трудно впечатлить, — говорит Кайзер задумчиво. — Впервые ты сказал что-то, с чем я согласен. — Хорошо. Что ты хочешь узнать обо мне? Йоичи обдумывает вопрос, затем отходит с Кайзером в угол комнаты, чтобы можно было поговорить тише, без лишних ушей. — Скажи, что ты тогда искал, когда я впервые встретил тебя в облике Азура? — спрашивает он, не скрывая любопытства. Почему Кайзер тогда принял форму кота? Почему не искал то же самое, оставаясь человеком? Что он скрывает? — Я расскажу тебе, но при одном условии. — Слушаю, Кайзер. — Помоги мне найти то, что я ищу. Сначала Исаги сомневается, но потом мысль о тайне, которую скрывает альфа, будоражит его. Всё это звучит как начало приключения — и мысль об этом неожиданно его радует. Однако прежде чем он успевает дать ответ, профессор Анри вызывает их на дуэль. […] Результаты небольшого поединка совсем не удовлетворили Михаэля Кайзера — он потерпел поражение от точных и выверенных движений своего соперника, Йоичи Исаги. Поэтому, не желая оставлять всё как есть, Кайзер вызвал его на новое соревнование: гонку на метлах вокруг Хогвартса. Побеждает тот, кто облетит замок быстрее. Йоичи сначала сомневался, стоит ли принимать вызов — ведь полёты вне уроков или матчей по квиддичу строго запрещены. Но надменный, вызывающий взгляд альфы всё же подталкивает его согласиться. Каким-то образом о состязании узнают другие студенты — не только из их факультета, но и из остальных. Многие решают посмотреть на гонку, пообещав хранить всё в тайне. Хотя, вероятно, большинство пришло просто полюбоваться Михаэлем Кайзером — в форме, на метле и с каплями пота на висках. Небо над Хогвартсом раскинулось бескрайним полотном — глубокое синее пространство, усеянное белыми пушистыми облаками. Йоичи Исаги и Михаэль Кайзер стоят рядом, держа метлы наготове. Вокруг собралось множество учеников, затаивших дыхание — ведь это противостояние двух представителей одного факультета, чья странная, острая соперническая связь давно стала темой разговоров. Ветер свистит в ушах, когда Йоичи и Кайзер одновременно отрываются от земли, набирая высоту. В их взглядах пылает азарт, решимость и жажда доказать, кто лучше управляет метлой. А где-то глубоко внутри обоих рождается странное, новое ощущение — словно сам полёт рядом с другим приносит им какое-то неосознанное удовольствие. Соревнование начинается с резкого рывка — метлы прорезают воздух стремительным вихрем. Йоичи и Кайзер несутся вперёд, лавируя между башнями Хогвартса с поразительной ловкостью. Они не новички: за плечами годы тренировок, и в каждом движении чувствуется врождённая способность и желание быть лучшим. Воздух гудит от скорости, каменные стены замка мелькают под ними, а ветер шипит, задевая ветви деревьев и крылья птиц, что случайно пересекают их путь. Но внезапно в разгар гонки происходит что-то необъяснимое. Вокруг Кайзера вспыхивает всплеск дикой магической энергии — его метлу дёргает в сторону, и он теряет управление, устремляясь прямо в Исаги с ужасающей скоростью. Японец едва успевает осознать опасность, как немец сталкивается с ним, и удар отбрасывает обоих. Йоичи теряет равновесие — метла дрожит под ним, мир кружится, сердце бешено колотится в груди. Пальцы соскальзывают, и в следующее мгновение он падает вниз, стремительно теряя высоту. Его метла зависает на миг в воздухе, будто не решаясь отпустить хозяина, но вскоре камнем рушится вниз, разбиваясь о камни с глухим звуком. Всё вокруг замирает. В хаосе и панике Кайзер реагирует мгновенно — инстинкт сильнее страха. Он бросается вперёд, ныряя вниз с головокружительной скоростью, вытягивая руки, чтобы поймать Йоичи прежде, чем тот ударится о землю. Ветер хлещет по лицу, холод режет кожу, а расстояние между ними сокращается. Всё происходит в считанные секунды — но для них обоих этот миг растягивается в вечность, наполненную отчаянным страхом и невыразимым напряжением.