Ты заставляешь моё мёртвое сердце биться

POV: Оля Хлопцева

      Прошло пару дней с того случая с Беклей. В ту ночь я сильно плакала, пока все спали. Хорошо хоть Лёва зажигалку починит. Валька все спрашивала, что такого мне Бекля сделал, а я молчала. Не готова была говорить об этом с кем то. С Лёвкой я тоже почти не общалась, он в футбол с пацанами гонял весь день, тренировались к предстоящему матчу с командой из спортивного лагеря. Пару раз я ловила на себе его взгляд, но ни он, ни я не решались заговорить. А так хотелось! Что то необъяснимое притягивало меня к этому пиявцу-футболисту. Он хоть и изменился после становления вампиром, но все ещё оставался жутко притягательным. И про зажигалку стоило спросить, он ведь обещал починить…       Пару дней я пролежала в кровати, выходя на улицу лишь на завтрак, обед и ужин. Хотя даже в столовке я ничего не ела, в рот и куска хлеба не лезло. Так что я приходила, притворялась будто что то ем, а свою еду отдавала кому попало. А после возвращалась обратно в комнату и валялась там. Вожатые негодовали, Свистуха несколько раз приходила и выгоняла меня на улицу, заставляла подыскивать себе кружки и хоть чем нибудь заниматься. Но мне было слишком хреново. В итоге вожатый нашего отряда, Максим Буравцев, отправил меня ко врачу на второй день. Там хмурый Валентин Сергеевич померил мне температуру и кое как смог проверить пульс, хотя я отнекивалась и чуть не подралась с вожатым, которому приспичило меня проводить. В итоге со мной все было в порядке и Свистунова сказала, что я просто придуриваюсь и заставила в наказание очищать дорожки около лагеря. Но когда я упала в обморок от голода, вожатка наконец поняла, что я не придуриваюсь. Отругала, конечно, знатно.       В тот день я лежала в лазарете у Валентина Сергеевича, кроме голода у меня сильно болела голова, так что доктор посоветовал денёк полежать у него. Мне было плевать, лишь бы вожатые отстали. Я валялась в постели и глядела в окно. Видела ребят из своего и чужих отрядов, играющих в какие то игры. Среди них неподалеку я увидела Беклю. Я все ещё на него злилась. Насрать мне вампир он или нет, он не должен был этого делать. Была бы моя воля, я б придушила его на месте в тот день. А Саша стоял как ни в чем не бывало и болтал с Жанкой и Лёликом. Рулет и Сифилёк, дружбаны его, стояли неподалеку. «Он наверно их уже укусил» — подумала я и вздохнула. А я до сих пор ни у кого кровушку не попила. А если умру от жажды? Могу ведь. Я пью слишком мало крови в последнее время. Я просто не доживу до полнолуния. Но кого укусить? И как? Может, найти кого то, кто уже не хочет жить? А разве такие есть? Может, этот самый Валентин Сергеевич, он выглядит так, будто в любой момент суицидниться, ещё и алкоголик. Заодно можно у него сигареты просить, если кончаться…       Я задумалась и не заметила как ко мне в небольшую комнатку, где я лежала на койке у окна, вошёл кто то. Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. Это был Лёва Хлопов. Он несмело вошёл внутрь, прикрыв за собой дверь, и направился ко мне. В руках он что то сжимал и выглядел слегка взволновано.       — Оль, привет, я тут пришел, услышал что тебе нехорошо. Вот, решил тебя навестить. — Лёвка стеснительно озирался по сторонам, и, наконец посмотрев мне в глаза, робко спросил — Могу присесть?       Я слегка замешкалась, говорить было ещё тяжело из-за нехватки сил, так что я согласно кивнула. Лёва аккуратно присел ко мне на койку. Я слегка приподнялась на локтях и осмотрела его: сегодня Лёвка был одет по спортивному, впрочем, как и в последние несколько дней, шорты, спортивная кофточка и красный галстук на шее. Колени его были слегка грязные, видимо упал пока тренировался. Сейчас он сидел рядом со мной спиной к моему лицу и что то теребил в руках. Наконец он развернулся и произнес:       — Держи, я починил твою зажигалку — он протянул мне в руку зажигалку, она выглядела как новенькая. Я изумлённо на нее глядела. Я уже думала она сломана окончательно, а просить кого то починить я бы побоялась: бабушка навряд ли смогла бы, а другие взрослые скорее наругали бы меня, чем помогли, ведь я мелкая ещё, а уже зажигалкой пользуюсь. Вся надежда была на Лёву и она оправдалась.       Я радостно улыбнулась и взяла зажигалку из рук Лёвы. Попробовала зажечь и получилось, огонек был небольшим, но этого было достаточно. Я отложила вещицу на тумбочку рядом, пододвинулась поближе к Лёве и крепко его обняла. Он слегка замешкался, но спустя пару секунд несмело обнял в ответ.       — Спасибо тебе огромное, Лёв, — тихо поблагодарила я Хлопова.       — Да не за что… — Лёвка явно смущался и слегка приобнял в ответ. Наконец, я все-таки отпустила его и теперь мы сидели рядом глядя друг на друга. Его серые глаза подсвечивались солнцем, идеально приглаженные волосы слегка растрепались. — Ты почему не ела в последнее время? Ты из-за этого в лазарете лежишь?       — Ну, да… — мне было немного стыдно об этом говорить, несмотря на то, что в голосе Хлопова не было слышно осуждения. — Сейчас мне уже лучше.       — Это хорошо, — вынес он вердикт — Ладно, я наверно пойду. — Лёвка неохотно встал с кровати, — Ты это, выздоравливай. Если что, приходи потом посмотреть как мы играем. Я был бы рад, если бы ты пришла. — от последнего предложения мое сердце застучало, впервые за последние несколько дней.       — Я обязательно приду, обещаю, — Лёва улыбнулся и ушел. А я осталась лежать в постели и подумала, что все налаживается. Я ещё смогу все исправить. Найду Стратилата, убью его и тогда и Лёвка, и Сашка станут снова обычными людьми. И все будет хорошо. Надо только поверить в себя.

***

      На следующий день я наконец решила не сидеть целыми днями в комнате, меня выписали из лазарета и я вместе с несколькими ребятами из отряда мыла дыни около пищеблока. Валя была рада что я наконец перестала грустить целыми днями и принялась рассказывать, что я пропустила. Ну, например Бекля теперь просит вожатых называть его по имени и фамилии, а не просто Беклей. Жанка пару раз приставала к Вале, потому что та облила ее чаем случайно. Она теперь постоянно пытается насолить Вальке, то подножки ставит, то ещё чего надумает. Даже Беклемишева хотела задействовать, но тот отказался. «Ну и слава богу» — подумала я — «Не хватало ещё чтоб он Вальку доставал».       Я стояла и обмывала уже десятую дыньку, после передавала ее Вальке. Она ее обтирала и бросала в ящик рядом. Потом подходили пацаны из нашего и старших отрядов и относили дыньки в столовку.       — Слушай, Валь, а мы скоро закончим, а? У меня уже живот урчит, — спросила я подругу, передавая очередную дыньку.       — Мы будем есть после четвертого отряда, когда Максим придет и скажет, что можно идти, тогда и пойдем — ответила Валя.       — Да чё то они больно долго едят, я щас помру от голода, — недовольно пробурчала я в нос, вытирая мокрые руки об майку. Посмотрела вокруг, вожатого и в помине нигде не было.       Наконец, спустя минут десять нас отпустили и мы с Валькой побежали в столовку. Зайдя внутрь я сразу увидела Беклю. Неужели второй отряд тоже пустили есть? Видимо да. Он сидел со своими дружками за дальним столиком и тоже заметил меня. Взгляд его был холодным, я нахмурилась и отвернулась. Не желала его видеть, все ещё злилась. Валька заметила мое замешательство и предложила:       — Смотри, там твой Лёва Хлопов, рядом с ним столик свободный. Хочешь сесть ближе к нему?       Я согласно кивнула и мы пошли взять подносы с едой. Бекля уже собирался уходить, поднявшись, он прошел прямо мимо меня. По спине пробежали мурашки, когда я снова взглянула на него. Его взгляд снова пронзил меня насквозь. Я поспешила поскорее пройти мимо.       Наконец я уселась за столик и принялась есть, живот перестал урчать и я с наслаждением поедала дыню. Валя села напротив меня и также поедала своё угощение, но не дыню, видимо тоже проголодалась. Пока я ела, решила поразглядывать Лёву, он как всегда был одет в белую рубашку с пионерским галстуком на шее. Было в нем что то такое… Загадочное. В какой то момент Лёвка заметил мой взгляд и стал также внимательно разглядывать меня. Ну, я была тоже одета частично по пионерски: белая майка с воротником и такой же красный галстук как у него. Волосы убраны в идеальный хвостик, как обычно. Какое то время мы переглядывались, я не могла отвести от него глаз, хотя стоило бы. Лёва также не спешил этого делать, так что мы смотрели друг на друга и медленно поедали свежую дыню.       Наши переглядки продолжались до того момента, как к столику Лёвы подошёл Валера Лагунов. Он что то сказал пареньку, сидящему рядом с Лёвкой, а после взял его поднос и перенес на соседний столик. Паренёк негодовал, но в итоге видимо решил не спорить и пересел. Лёва напряжённо смотрел на Лагунова. Интересно, что такого между ними происходит? Валера садиться рядом с ним, при этом без подноса. Начинает что то говорить, я не слышу из-за шума в столовке, ещё и Валя чё то говорит. Она заметила мой взгляд и спросила:       — Слушай, чё у тебя с этим Лёвой, а?       — Он мой очень хороший друг… — я вновь посмотрела в сторону Лёвы, он резко встал со стола и убежал. Валька странно на меня смотрела, но больше допытываться не стала, за это я ей была благодарна. Как же я рада, что с ней подружилась! Она ответственная, добрая и всегда поддержит.       Я заметила как Лагунов вытащил из-под майки деревянный крест и догадалась, видимо он пытался сделать плохо Лёве этим крестиком. Но зачем? Чё ему Лёвка сделал? Когда Валька отошла положить поднос, а парни за столом Валерки уже ушли я подошла к Лагунову и села напротив. Он напряжённо на меня смотрел и снова достал крест.       — Деревянный крестик на вампиров не работает, — сказала я как бы невзначай. Валера напрягся.       — С чего бы мне тебе верить?       — С того что я одна из них, я лучше знаю.       — Зачем ты мне это говоришь?       — Чтобы ты отстал от Лёвы. Зачем ты хочешь сделать ему больно?       Валерка задумался.       — Он пытался меня укусить.       — Ну так пускай укусит, какая разница, — Валера посмотрел на меня недоуменно.       — Я не хочу быть одной из его верных тушек.       — Ну, не будь, — я уже не знала что ему сказать. Я просто не хотела, чтобы он сделал что то Лёве, он ведь не виноват, что стал вампиром.       — Ты такая же как и Лёва? — Лагунов спросил это с подозрением. Сказать правду? Не знаю. Если он ищет стратилата, то мне стоит с ним поддерживать нормальное общение.       — Можно и так сказать, — Валерка выглядел задумчиво, — Вижу, ты интересуешься вампирами. Если надо, я могу помочь.       — Откуда мне знать, что ты меня не укусишь?       Я промолчала. Я все ещё не нашла себе пиявца, так что вполне вероятно, что я могу его укусить. Тут подошла Валя:       — Идём?       Я кивнула, ещё раз посмотрела на Валерку, он выглядел задумчивым и хмурым.       — Подумай о моем предложении, — посоветовала я ему и встала со стола.

***

POV: Лёва Хлопов

      Пол дня я пролежал в лазарете у Валентина Сергеевича, отравился дыней. Живот болел ещё долго, кроме меня отравилось ещё человек десять, среди них была Оля. Ну неудивительно, я помнил как она с утра смотрела на меня и поедала дыню так, будто не ела несколько дней. Хотя, думаю не будто, я помнил что в последнее время она отдавала свою еду другим, даже парням с моей комнаты. Ну а они были не против, Титяпа забирал всю ее тарелку и лишь редко делился с Гельбичем и Славой Мухиным.       Кроме того, что живот болел, меня не отпускали мысли про Валеру. Ну чего ему от меня надо? Почему он не может просто быть моим другом и не задавать вопросов? Чушь мне какую то втирал на завтраке… Укусить бы его поскорее, чтоб вопросов не задавал. Но он же в домике из простыней спрятался, я в него без его разрешения зайти не могу. Как же все-таки сложно быть вампиром и одновременно пытаться с кем то подружиться.

***

      Ближе к вечеру живот перестал болеть и я наконец смог покинуть лазарет. Оля ушла намного раньше, за ней пришла ее подружка. Я не знал, что делать, в футбол не поиграть, пацаны куда то разбежались. Так что я пошел прогуляться. Ребята на улице брызгались в друг друга водой из мини фонтанчика, играли в разные игры. Я присел на землю, играть было не с кем, так что я просто наблюдал за другими.       Среди других ребят я заметил Лагунова, он подошёл к одной из девочек с нашего отряда, Анастасийке Сергушиной, и что то подарил. Это был маленький металлический крестик на верёвочке. Девочка выглядела удивленной, но в то же время радостной, подарок ей понравился. Ну вот, он нашел себе подружку, а со мной дружить не хочет. Я и не заметил как рядом со мной кто то сел.       — Неужели он и правда думает, что самодельный крестик защитит его подружку от вампиров? — кто то рядом заговорил, это была Оля. Она как-то злобно глядела на Валеру и Сергушину, — Только крестик из церкви ранит пиявцев. — Оля выглядела напряжённо, я внимательно смотрел на нее. Глаза ее были пустыми и злыми. Вдруг она улыбнулась и посмотрела на меня, — Ну как, живот больше не болит?       — Неа, — я покачал головой и продолжал на нее смотреть. Я заметил деревянный крестик на её шее, похожий на тот, что был у Лагунова. Зачем она его носит? Хотелось спросить, но я не стал.       Оля посмотрела куда то вдаль, я посмотрел туда же и увидел второго пиявца, Сашу Беклемишева. Он стоял со своей компашкой около одной из поилок, где дети пили воду и брызгались в друг друга. Саша тоже смотрел на Олю, как-то странно. Неужели он хочет ее укусить? Так и не догадался, что она стратилат? В любом случае взгляд его был недовольным. Оля показала Бекле средний палец. Парень выглядел удивлённым, он ухмыльнулся и ушел куда то, прихватив с собой друзей.       — Ну так что, не знаешь чем заняться? — Оля вновь повернулась ко мне.       — Да, в футбол не поиграешь, а я и не знаю чем ещё заняться… — я смотрел в землю и думал, а стоило ли мне становиться пиявцем? Не знаю. Казалось, будто все было зря. Столько всего мне обещал Серп Иваныч, и что из этого сбылось? Валера все ещё не хочет быть моим другом.       — Хочешь покажу тебе кое что? — предложила Оля и подсела ближе. Мое сердце застучало, снова. Она аккуратно приподняла майку и оголила живот, над пупком красовался красный шрам в виде креста. Он был совсем не большим, будто обычный церковный крестик приложили к животу и он отпечатался. Кожа на шраме будто сгорела, но не зажила. В первый раз когда я видел её живот, я и не заметил его. Я изумленно глядел. — Знаешь, кто мне это сделал? Сын священника. Он заметил что я обхожу церкви и не мою руки святой водой, и решил посмотреть, что будет, если приложить крест к моей коже. Шрам до сих пор не зажил, хотя обычно они заживают меньше чем за день. — Я вспомнил, как быстро зажила рука Оли, когда та её прокусила. И правда. Божья кара, видимо.       Я не знал что сказать. Оля смотрела на меня и, спустя пару секунд молчания, сказала:       — Я поговорила с Лагуновым. Ты знал, что он хотел сделать тебе больно деревянным крестиком? Он поэтому и подсел к тебе за завтраком. Ещё и обрадовался, что ты убежал. Видимо, думал, что это из-за крестика тебе стало плохо.       Я нахмурился. Я и не думал что Лагунов настолько плохо ко мне относиться. Оля продолжила, ее взгляд был серьёзным и злым как никогда:       — Если он снова попытаеться сделать что то подобное, я его укушу, несмотря на то, что ты пометил его как свою тушку. А пока что не лезь к нему.       Эти слова меня поразили. Неужели она обо мне беспокоиться? Я не успел ничего ответить, как Олю подозвала ее подружка и она убежала, не попрощавшись. В тот момент мое настроение поднялось. Хотя бы одному человеку я небезразличен.