Эмоциональный навигатор

Маргарита позволила себе легкую улыбку, когда завершила разговор с Арсением. Возможно, безумие, которое он ей предлагал, может сработать. Волконская, нервно теребя прядь волос, поймала себя на мысли, что все–таки переживает перед встречей с мужчиной. Да, она знала, что может держать себя в руках, общение строит легко даже с малознакомыми людьми, но мотивы Попова оставались неясными, и это порождало напряжение. Девушка плавно перемещалась из гостиной в спальню и обратно, между сборами она садилась за ноутбук, пытаясь сосредоточиться на статьях, откладывать было нельзя. Строчка следовала за хозяйкой по пятам, время от времени потираясь о ее ноги. Приходилось отвлекаться на минуты нежности, когда кошка особенно просила, мурча и закрывая глаза. В такие моменты Маргарите казалось, что весь мир замирает. Возвращаясь к работе, она заставляла себя сосредоточиться. Слова начали складываться в предложения, хотя мысли то и дело возвращались к предстоящей встрече. Когда Маргарита закончила со статьей и отправила ее Анне Леонидовне, ее телефон зазвонил, на экране высветилось: «Арсений». Она решила записать его контакт именно так, как это было в визитке, понимая, что этого, действительно достаточно. – Ну что, навигатор по эмоциям, готов к первому рейсу? – язвительно произнесла Маргарита, приняв вызов. – Всегда готов, – в его голосе слышалась улыбка, – Ты забыла добавить «сверхъестественный помощник по возвращению вдохновения». – Ой, только не надо этих пафосных титулов, – фыркнула девушка, – Просто навигатор сойдет. – Знаешь, я мог бы обидеться, но твоя защитная ирония так мила, – спокойно произнес Арсений. – Защитная? – она невольно коснулась пальцами родинки, – С чего бы? – А ты не чувствуешь? – его тон стал мягче, – Ты не позволяешь себе быть настоящей… – Не неси чушь, – она встряхнула волосами и после собрала их в аккуратный хвост, – Через сколько тебя ждать? – поинтересовалась она без прежней резкости. – Пять минут… – произнес он и отключился. Маргарита еще раз оценила свой внешний вид, взглянув в зеркало. Темные джинсы, кроссовки, приятного шоколадного оттенка водолазка или как говорила истинная петербурженка Маргарита – бадлон, серая куртка и кепка. Арсений же не говорил, что нужен парадный вид, а значит можно выглядеть так, как требует в данную минуту ее душа. А душа хотела спокойствия и уюта. Волконская бросила мимолетный взгляд на часы, пора выходить из зоны комфорта. Взяв телефон и ключи, Маргарита проследовала на лестничную клетку. Быстро закрыв дверь, она пробежала три пролета вниз по лестнице и вышла на улицу, чуть не столкнувшись с соседкой, которая стояла на крыльце, задумчиво глядя вдаль и попыхивая сигаретой. Пожилая дама была одета в элегантное пальто из кашемира, на голове – изящная шляпка, а в руках – старомодная мундштучная сигарета. – Риточка, как я рада вас видеть, – приветливо улыбнулась она. – Здравствуйте, Александра Петровна, – улыбнулась девушка. – Риточка, я давно не читала твоих книг, – женщина покачала головой, – Когда же ты сможешь меня порадовать? Во двор заехало черное авто марки BMW и плавно остановилось у парадной. Окно водителя опустилось, Маргарита увидела знакомые ямочки на щеках. Арсений вышел из машины, на нем были свободные брюки, расстегнутая куртка, под которой виднелся тонкий джемпер цвета его глаз, лицо украшали очки в черной оправе. – Добрый день, – элегантно поправляя очки пальцами правой руки, произнес он, – Марго, готова? – Я работаю над этим… – Волконская улыбнулась женщине и проследовала следом за мужчиной, который галантно открыл для нее пассажирскую дверь, – До свидания, Александра Петровна. – Ты дал ей тему для обсуждения с подружками, – сказала Маргарита, когда Арсений устроился на месте водителя. – Это проблема? – Нет, они уже и так обсудили меня вдоль и поперек, – усмехнулась девушка, осматривая салон авто, – Это твоя машина? – спросила она, пытаясь вспомнить вечер их знакомства. – Да, – кивнул Попов, – А что? – Да нет, ничего, – про себя отметив приятный запах заполняющий пространство – цитрус, древесина и кожа, аромат парфюма мужчины и чистого салона, – Просто я не помню… В прошлый раз, я, кажется, была не в форме. – Не бери в голову. У всех бывают сложные моменты, – он уверенно вел машину по оживленной дороге. Маргарита проследила за его взглядом, устремленным вперед, и осознала, что ничего не знает об этом мужчине, кроме его профессии и даже с этим аспектом его жизни она не удосужилась ознакомиться, хотя информация была в общем доступе. Она не знает его возраста, увлечений, привычек, даже машины, на которой он ездит. – Почему ты выбрал BMW? – поинтересовалась девушка. – Потому что эта машина любит скорость и предпочитает прямой путь, выезжая на главную дорогу, с улыбкой произнес Арсений. – Прямолинейность – твоя главная черта, – Маргарита не смогла сдержать усмешки. – Ну, ты назвала меня навигатором, необходимо соответствовать, – подмигнул Попов, когда они остановились на светофоре. – И куда же нас везет твой железный конь? – спросила Волконская, –внимательно изучая профиль мужчины, – Надеюсь, не в эмоциональную пустыню? – О, мы направляемся в самое сердце творческого оазиса, – Арсению доставляла удовольствие эта дуэль остроумия, – Хотя, зная твой острый язычок, даже там можем найти пустыню. – Ой, не нужно этих поэтических сравнений, – поморщилась Маргарита, – Лучше расскажи, как ты собираешься вернуть мое вдохновение? – У меня есть карта твоих чувств, осталось только проложить маршрут. – И когда же ты успел ее составить или, быть может, нашел? – она игриво повела левой бровью, – Где? – Это не сложно, – он бросил быстрый взгляд в сторону Маргариты, – Ты как открытая книга, просто некоторые страницы написаны мелким шрифтом. – Интересно, – протянула она, – И что ты прочитал на этих страницах? – Что ты боишься быть уязвимой, – серьезно ответил Арсений, а Маргарита отвернулась, скрывая внезапное смущение, – Именно это тебе и мешает. – А ты всегда такой проницательный? – спросила девушка, стараясь, чтобы голос звучал легкомысленно, но, не дождавшись ответа, продолжила, – Может, мне вообще стоит перестать писать? – Бросить писать? – Попов покачал головой, – Это все равно, что солнцу перестать светить. Ты создана для этого, Марго. – Создана? – усмехнулась она, – Звучит так, будто я божественный инструмент. Но что–то жизнь меня никак не настроит. – Как раз этим она и занимается, – возразил Арсений, – Она всегда знает, какие струны зажать. Маргарита замолчала, рассматривая длинные пальцы, уверенно лежащие на руле. В его словах была странная правда, которую она не могла отрицать. – Любуешься? – вдруг спросил мужчина, не отрывая взгляда от дороги. – Просто проверяю, не заблудиться ли навигатор, – парировала она, пытаясь сохранить невозмутимость, хотя и была поймана с поличным. – Знаешь, когда женщина так внимательно изучает мужчину, это не заканчивается поиском вдохновения, – он вновь посмотрел на Маргариту. – И чем это заканчивается? – она нервно облизнула губы. – Обычно историями, которые потом становятся статьями, – усмехнулся Арсений, вновь демонстрируя ямочки на щеках. Смутившись и не найдя вдруг слов, девушка отвернулась к окну. Вскоре машина плавно остановилась у кованых ворот старинной усадьбы. Маргарита скептически осмотрела здание, окруженное вековыми дубами. – Что это за место? – спросила она, – Музей? Санаторий? – Место силы, – просто ответил Попов. – Место силы? – фыркнула Маргарита, выбираясь из салона. – Звучит как название очередного эзотерического семинара. – А ты всегда такая скептичная? – улыбнулся Арсений, открывая перед ней дверь здания. – Особенно когда речь идет о подобных вещах, – проворчала она, переступая порог, – Показывай, что тут у тебя. Внутри оказалось неожиданно уютно: высокие потолки, антикварная мебель, приглушенный свет. В камине горел огонь. Кто–то явно подготовил это место до их прихода. В воздухе витал запах приятный лаванды, и мяты. – Уютно, – нехотя признала Маргарита, – Но это не объясняет, как именно это место поможет мне. – Иногда вдохновение прячется там, где мы его меньше всего ожидаем, – ответил Арсений, устраиваясь в кресле, – И находит нас, когда мы меньше всего этого ждем. – Звучит как цитата из саморазвивающегося блога, – буркнула она, усаживаясь напротив, – И что дальше? Медитация? Мантры? – Ничего такого, – спокойно ответил он, – Просто поговорим. О тебе. О твоем творчестве. О том, что тебя действительно волнует. Если захочешь, можем и обо мне… Она помолчала, рассматривая его лицо в свете камина. В его глазах не было ни капли сомнения или насмешки. – Хорошо, – наконец произнесла Маргарита, – Давай попробуем. Но если через час я не почувствую прилива вдохновения… – То мы просто выпьем чаю, – закончил за нее Арсений, – И ты сможешь съязвить еще раз. – Ты всегда такой спокойный? – спросила она, устраиваясь поудобнее и не сдерживая широкой улыбки. – Только когда знаю, что делаю, – ответил он, – А сейчас я точно знаю, что делаю. Маргарита вздохнула, готовясь к разговору. В глубине души она понимала – возможно, он прав. Возможно, именно здесь начнется ее путь к возвращению вдохновения. Арсений начал говорить первым, он поделился своей историей, о которой, как он сам отметил, не знал никто, кроме его сестры. Ему было тридцать, когда он столкнулся с реалиями жизни и стал осознавать, что невозможно все контролировать, тогда он пытался работать на износ, заставлять себя находить силы и создавать что–то новое каждый день, и чем больше он пытался, тем хуже получалось. И, когда сестра привела его в похожее место, он вдруг, как сейчас модно говорить заземлился, сконцентрировался на ощущениях, наблюдал за тем, что происходит вокруг, отмечал про себя каждую мелочь: снег за окном, запах дерева, звук тишины. И, когда он принял ощущение, что ничего не может делать, появились новые силы, заставившие его двигаться дальше с еще большим энтузиазмом. Он просто перестал бороться с самим собой. – Я никогда не думала о том, что можно просто быть... – прошептала Маргарита, смотря на огонь в камине, – Не пытаясь все время что–то создавать. – Только так можно создать себя, – подытожил Попов. Он не мог упустить возможности рассмотреть девушку в эту минуту. Ее лицо было расслабленным, взгляд решительным, глубоким и одновременно легким, в зрачках отражался огонь, казалось, именно такой огонь начинает зарождаться внутри ее души. Она была особенно красивой сейчас, когда не пыталась защищаться колкостями, не смотрела с вызовом и не была пьяна. Ее руки, изящные, с тонкими пальцами держали чашку чая. Арсений заметил, как она иногда проводила пальцами по ее краю, слегка наклоняла голову, словно к чему–то прислушивалась, как ее губы приоткрывались, когда она хотела что–то сказать, но потом снова сжимались, и она молча продолжала наблюдать за пламенем. Арсению нравилось наблюдать за ней, в этот момент Маргарита была собой, ее естественность, задумчивость и легкая улыбка создавали образ, который было невозможно не заметить. Он почувствовал, что в ее присутствии мир становится чуть более спокойным и уютным, и это было особенное чувство. Когда чай был допит, они направились в парк на территории усадьбы, прошли по аллеи и остановились у пруда. Местами вода была покрыта тонким слоем льда, но это не мешало грациозно скользить по пруду паре лебедей. – Смотри, – нарушил тишину Попов, – Они просто живут, Не думают, не анализируют. Просто чувствуют. Маргарита посмотрела вначале на лебедей, потом на Арсения. В его глазах не было насмешки, только какое–то теплое, искреннее участие. И вдруг, на мгновение, ей показалось, что она снова что–то чувствует. Слабый, едва уловимый отголосок того, что когда–то было жизнью. Она вздрогнула и отвернулась, боясь разрушить это хрупкое, только что зародившееся чувство. Маргарита осознала, что сильно влипла, и это было одновременно страшно и волнующе. – У меня есть для тебя подарок, – проговорил Арсений, когда они подошли к его машине. – Да, и что же это? – Маргарита внимательно следила за действиями мужчины, он открыл пассажирскую дверь и достал из бардачка небольшую плоскую черную коробку и передал ей. – Это подарок, – вновь повторил мужчина, – Открой, когда будешь дома. Ты поймешь, что нужно делать. Поехали, я подвезу тебя. У меня сегодня еще самолет. – Улетаешь? – глупый вопрос, но он вырвался прежде, чем Волконская успела подумать. – Да, на три дня в Москву, съемки… – он пожал плечами и забрался в салон машины, – А когда я вернусь, мы встретимся еще раз. – Расскажешь о своей работе? – поинтересовалась девушка, слегка улыбаясь, она все еще ничего о нем не знала и решила, что если и получать информацию, то лучше из первых уст. – В следующий раз, – Попов тепло улыбнулся и включил зажигание. Он включил музыку, которая обычно помогала ему погрузиться в свои мысли, абстрагироваться от окружающего мира. Арсений немного уменьшил громкость, чтобы музыка звучала едва слышно, но при этом заполняла пространство. Он выбрал композицию с мягкими фортепианными аккордами и легкими струнными. Звук был таким, будто он обволакивал салон, создавая уютную ауру. Он немного увеличил уровень высоких частот, чтобы звук был более прозрачным и воздушным, и слегка приглушил низкие частоты, чтобы они не перебивали нежность мелодии. Маргарита откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и позволила музыке взять верх. Звуки фортепиано переплетались с тихим шумом двигателя, создавая гармонию, которая настраивала на размышления. Она чувствовал, как мысли становятся яснее, а внутреннее напряжение постепенно уходит. Открыв глаза, девушка посмотрела в окно на проплывающие мимо пейзажи и улыбнулась. Музыка, тихая и нежная, стала прекрасным спутником в этом моменте уединения и размышлений. Прощание было быстрым, когда они остановились во дворе дома Волконской, Арсению кто-то позвонил, и он, произнеся только одну фразу: «До встречи, Марго», поспешил ответить на звонок, и казалось, слишком быстро уехал. Как только Маргарита поднялась в квартиру, ее любопытство взяло над ней вверх и первым делом, расположившись на диване, она раскрыла коробочку. В ней она увидела конверт, черную ручку и небольшую книгу лавандового цвета. В конверте было письмо, она развернула его, пальцы слега дрожали. Ее взгляд начал скользить по строкам, написанным вручную, и с каждым словом она чувствовала, как ее сердце наполняется теплом и нежностью. «Дорогая Марго, В твоих руках не просто книга, а пространство для твоих мыслей. Это твой личный мир, где ты сможешь записывать все, что приходит тебе в голову, все, что ты чувствуешь, все, что ты переживаешь. Пусть эти страницы станут твоим зеркалом души, где ты сможешь увидеть себя такой, какая ты есть, без прикрас и без страха. Я выбрал именно эту книгу, потому что она, как мне кажется, отражает тебя – изящную, глубокую, наполненную смыслом. Ее страницы пока пусты, но я знаю, что ты наполнишь их своими мыслями, мечтами и чувствами. Каждая строчка, которую ты напишешь, будет как жемчужина, драгоценная и уникальная. Я хочу, чтобы, когда мы встречались, твои глаза светились. И мне хочется, чтобы ты могла сохранить эти моменты, эти эмоции, чтобы они не ускользали, а оставались с тобой. Пусть эта книга станет твоим сокровищем, где ты сможешь хранить все, что важно для тебя. Я верю, что твои записи будут такими же искренними, как твой взгляд, и такими же теплыми, как твоя улыбка. Пиши о том, что ты чувствуешь после наших встреч, о том, что тебя вдохновляет, о том, что тревожит. Пусть эта книга станет твоим спутником в моменты радости и размышлений. Арсений. P.S. Пусть эта книга станет началом чего-то нового – твоего пути к себе… ». Дочитав до конца, Маргарита закрыла глаза и на мгновение задумалась. Книга может стать ее спутником, ее другом, ее зеркалом. Она почувствовала, как легкая дрожь пробежала по ее телу, и поняла, что это предвкушение. Удивительным образом Попов, будто действительно знает нужную дорогу и постепенно начинает везти ее, потерявшуюся, по нужному пути. Волконская вновь посмотрела на книгу и почувствовала благодарность к Арсению. Его слова были такими искренними, такими теплыми, что она не могла сдержать трепета в груди.